Преступления в сфере предпринимательской деятельности проблемы классификации и дифференциации ответственности. Монография

Глава 1. Теоретические аспекты уголовно-правовой охраны отношений...

незаконное участие в предпринимательской деятельности посягает, прежде всего, на осуществляемую «в соответствии с законом деятельность государственных органов и органов местного самоуправления»1. По этой причине ст. 289 УК РФ и помещена в главу 30 УК РФ. Государственно-служебные отношения страдают

всилу того, что виновные должностные лица используют предоставленные им властные полномочия в корыстных целях, создают коррупционные связи2, пренебрегают своими должностными обязанностями, не реализуют должным образом государственные функции, чем подрывают авторитет государственной службы. При этом не в меньшей, а, видимо, даже в большей степени наносится ущерб сфере предпринимательских отношений. Обязательным признаком объективной стороны незаконного участия в предпринимательской деятельности является предоставление виновным должностным лицом коммерческой организации, с которой он связан, льгот, преимуществ, либо же оказание ей покровительства

виной форме. В результате затрагиваются «правоохраняемые интересы других организаций, функционирующих в экономической сфере, которым в результате совершения преступления не предоставляются или предоставляются не в полном объеме положенные льготы и преимущества»3.

Незаконное участие в предпринимательской деятельности, на наш взгляд, справедливо рассматривается некоторыми авторами, в частности В.А. Васениным, как форма «незаконной предпринимательской деятельности чиновников»4.

Ст. 289 УК РФ крайне редко применяется на практике. Согласно данным Е.К. Волконской, ежегодно по ней привлекаются к уголовной ответственности не более 5–10 человек5, что, однако, не является свидетельством нежизнеспособности или же необо-

снованности этого уголовно-правового запрета. Общественная

1См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: в 2 т. (постатейный) / А.В. Бриллиантов, Г.Д. Долженкова, Э.Н. Жевлаков и др.; под ред. А.В. Бриллиантова. 2-е изд. М.: Проспект, 2015. Т. 2. С. 418.

2См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Г.Н. Борзенков, А.В. Бриллиантов, А.В. Галахова и др.; отв. ред. В.М. Лебедев. 13-е изд., перераб. и доп. М.: Юрайт, 2013.

3См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: научно-практиче- ский (постатейный). 6-е изд., перераб. и доп. / Под ред. профессора Н.Г. Кадникова. М.: ИД «Юриспруденция», 2019. С. 918.

4См., например: Васенин В.А. Противодействие коррупции в сфере закупок для государственных и муниципальных нужд // Законность. 2017. № 9. С. 19.

5Волконская Е.К. Новые тенденции борьбы с коррупционными преступлениями в статистическом выражении // Российская юстиция. 2017. № 7. С. 74.

41

Преступления в сфере предпринимательской деятельности...

опасность от действий должностных лиц, использующих имеющиеся в их распоряжении властные рычаги для личного обогащения, несомненна. Разрушается конкурентная среда, искусственно, с незаконным использованием государственных ресурсов формируются условия для того, чтобы близкие к высокопоставленным чиновникам лица и принадлежащие им компании занимали преобладающее, зачастую доминирующее положение на общенациональном и региональных рынках товаров и услуг, устанавливали контроль над целыми секторами российской экономики. Поэтому речь о какой-либо декриминализации незаконного участия в предпринимательской деятельности идти не должна. Это преступление наносит ущерб как предпринимательским и государственно-слу- жебным отношениям, так и занимает не последнее по значимости место в ряду коррупционных преступлений.

Также не стоит выделять в качестве особенности статей о предпринимательских преступлениях их бланкетный характер, указание на что можно встретить в научной литературе. Так, в частности, А.С. Мирончик и А.А. Боровков пишут, «что бланкетный характер диспозиции нормы, устанавливающей ответственность за мошенничество в сфере предпринимательской деятельности, усложняет задачу правоприменителя при квалификации деяния. Однако с учетом специфики сферы совершения таких мошенничеств наличие бланкетных признаков неизбежно и даже обоснованно»1. Указание на «неизбежную бланкетность» «описания признаков преступлений в сфере экономической деятельности» содержится и в учебной литературе2.

По мнению А.П. Горелова, «особенностями преступлений в сфере предпринимательства является то, что они нарушают не только уголовно-правовой запрет, но и установления неуголовного законодательства и других нормативных актов, позитивно, как это нередко определяют, регулирующие отношения, которые охраняет уголовно-правовая норма»3. Особенность – это то, что отделяет описываемый объект от иных объектов. В данном

1Мирончик А.С., Боровков А.А. Неисполнение договорных обязательств как признак мошенничества в сфере предпринимательской деятельности // Журнал российского права. 2017. № 3. С. 93.

2См., например: Уголовное право России. Части Общая и Особенная: учебник / В.А. Блинников, А.В. Бриллиантов, О.А. Вагин и др.; под ред. А.В. Бриллиантова. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Проспект, 2015. С. 512.

3Горелов А.П. Уголовно-правовая охрана сферы предпринимательской деятельности как направление обеспечения экономической безопасности России: дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2004. С. 104.

42

Глава 1. Теоретические аспекты уголовно-правовой охраны отношений...

случае – одну группу преступлений от другой. При этом даже при поверхностном знакомстве с текстом уголовного закона видно, что далеко не только лишь деяния, посягающие на предпринимательские отношения, нарушают «установления неуголовного законодательства». Так, действительно, к предпринимательским статьям уголовного закона правомерно отнести те расположенные в главе 22 УК РФ статьи, в названиях и конструкции которых использован термин «незаконное». Незаконными деяниями в числе прочих являются нарушения гражданского и административного законодательства, регулирующего порядок регистрации субъектов предпринимательства и осуществления тех или иных направлений коммерческой деятельности.

Однако «установления неуголовного законодательства» широко нарушают и, например, охватываемые главой 24 УК РФ преступления против общественной безопасности, такие как нарушение правил безопасности на объектах атомной энергетики (ст. 215 УК РФ), нарушение правил безопасности при ведении горных, строительных или иных работ (ст. 215 УК РФ), нарушение правил безопасности на взрывоопасных объектах (ст. 215 УК РФ) и др. Эту же «особенность» можно было бы выделить и у объединенных в главе 26 УК РФ экологических преступлений.

Таким образом, сердцевиной уголовно-правового понятия преступлений в сфере предпринимательской деятельности должно являться указание на их видовой объект. Иные же значимые уголов- но-правовые признаки предпринимательских преступлений имеют факультативное значение. Кроме того, на наш взгляд нет смысла отдельно акцентировать внимание в доктринальном определении предпринимательских преступлений общие материальные (общественная опасность) и формальные (запрещенность уголовным законом под угрозой наказания) признаки, в целом характерные для преступлений всех видов и групп. Преступления в сфере предпринимательской деятельности могут быть определены в качестве преступлений, посягающих посредством нарушения гражданского и административного законодательства на общественные отношения в сфере экономики (родовой объект), складывающиеся в связи с порядком осуществления и порядком государственного регулирования предпринимательской деятельности (видовой объект).

Внаучной литературе представлено значительное число подходов

кклассификации статей главы 22 УК РФ. Вместе с тем в юридической науке вопрос классификации преступлений в сфере предпринимательской деятельности остается дискуссионным. Как справедливо

43

Преступления в сфере предпринимательской деятельности...

отмечает М.Х. Хакулов, «сложность классификации преступлений

всфере экономической деятельности связана с многообразием и сложной структурой общественных отношений, обеспечивающих слаженное и надежное функционирование экономики России как единого хозяйственного комплекса, сложностью предмета регулирования этих отношений, разнообразием как субъектов «экономических» преступлений, так и потерпевших от их совершения, а также целым рядом других обстоятельств. Поэтому в юридической литературе предлагается немалое число вариантов классификации преступлений в сфере экономической деятельности с повторяющимся указанием о небесспорности и условности всякой классификации»1. При этом ученый особо выделяет преступления, посягающие на свободу и добросовестность конкуренции в сфере предпринимательской деятельности, относя к ним: недопущение, ограничение или устранение конкуренции (ст. 178 УК РФ); принуждение к совершению сделки или отказу от ее совершения (ст. 179 УК РФ); незаконное использование товарного знака (ст. 180 УК РФ); незаконное получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну (ст. 183 УК РФ); подкуп участников и организаторов профессиональных спортивных соревнований и зрелищных коммерческих конкурсов (ст. 184 УК РФ)2.

Как отмечалось нами ранее, сфера экономической деятельности не идентична сфере предпринимательской деятельности и не все преступления, содержащиеся в главе 22 УК РФ, могут быть названы предпринимательскими. Кроме того, ряд общественно опасных деяний, совершение которых наносит существенный ущерб предпринимательским отношениям, расположены в иных главах уголовного закона.

По мнению Л.Д. Гаухмана и С.В. Максимова, преступления

всфере экономической деятельности могут быть подразделены на посягающие на такие сферы, как: 1) финансы (ст. 176, 177, 185–187, 191–192, 194, 198–199 УК РФ); 2) предпринимательство (ст. 169–172, 195–197 УК РФ); 3) распределение материальных и иных благ (ст. 174, 175, 178, 179, 183 УК РФ); 4) потребление материальных и иных благ (ст. 180, 181, 184 УК РФ); 5) внешнеэкономическая деятельность (ст. 189, 190, 193 УК РФ)3.

1Хакулов М.Х. Преступления, посягающие на свободу и добросовестность конкуренции в сфере предпринимательской деятельности: автореф. дис. … д-ра юрид. наук. М., 2009. С. 13.

2 См.: там же.

3См.: Гаухман Л.Д., Максимов С.В. Преступления в сфере экономической деятельности. М.: Учебно-консультационный центр «ЮрИнфоР», 1998. С. 18–19.

44

Глава 1. Теоретические аспекты уголовно-правовой охраны отношений...

Произошедшее в последние годы существенное усложнение экономических отношений и вызванные этим изменения уголовного закона делают классификацию Л.Д. Гаухмана и С.В. Максимова достаточно уязвимой для критики. Кроме того, недостаточно вескими представляются основания авторов для отнесения ими общественно опасных деяний, связанных с банкротством (ст. 195–197 УК РФ), к числу предпринимательских преступлений, а общественно опасных посягательств в финансовой сфере – к самостоятельной классификационной группе. Также к предпринимательским статьям без каких-либо серьезных оснований не отнесены преступления, касающиеся оборота имущества, добытого преступным путем (ст. 174–175 УК РФ).

С точки зрения Б.В. Волженкина, к преступлениям в сфере экономической деятельности относятся: 1) совершаемые должностными лицами преступления, которые нарушают конституционные гарантии осуществления предпринимательской деятельности, а также попирают права и свободы ее участников; 2) преступления, которые нарушают общие принципы осуществления экономической деятельности; 3) преступления, которые нарушают права и законные интересы кредиторов; 4) преступления, которые нарушают принципы свободной конкуренции и недопущения монополизма; 5) преступления, которые нарушают установленный порядок обращения денежных средств и ценных бумаг; 6) преступления, которые нарушают установленный порядок осуществления внешнеэкономической деятельности; 7) преступления, которые нарушают установленный порядок обращения валютных ценностей; 8) преступления, которые нарушают установленный порядок уплаты налогов; 9) преступления, которые нарушают права потребителей1.

На наш взгляд, выделенные Б.В. Волженкиным группы не имеют четких границ. Так, например, должностные лица, нарушая конституционные гарантии осуществления предпринимательской деятельности, а также попирая права и свободы ее участников, могут одновременно посягать на установленный порядок обращения денежных средств и ценных бумаг (ст. 185.2 УК РФ). В свою очередь, нарушающие принципы свободной конкуренции и недопущения монополизма преступления можно одновременно рассматривать и как посягающие на общие принципы осуществления экономической деятельности.

1 См.: Волженкин Б.В. Экономические преступления. СПб.: Юрид. центр Пресс, 1999. С. 63.

45

Преступления в сфере предпринимательской деятельности...

Н.А. Лопашенко исходит из того, что преступления в сфере экономической деятельности посягают на такие принципы, как свобода экономической деятельности (ст. 169 УК РФ), осуществление экономической деятельности на законных основаниях (ст. 171, 172, 191, 193 УК РФ), добросовестность конкуренции (ст. 178, 180, 183, 184 УК РФ), добропорядочность (ст. 176, 177, 185, 190, 192, 194, 195, 197–199 УК РФ), запрет криминальных форм поведения (ст. 170, 174, 175, 179, 181, 186, 187, 196 УК РФ)1.

Изложенная классификация, очевидно, выглядит довольно условной. Так, например, такое преступление, как принуждение к совершению сделки или к отказу от ее совершения (ст. 179 УК РФ), посягает одновременно на несколько принципов: свобода экономической деятельности, добросовестность конкуренции, добропорядочность, запрет криминальных форм поведения. Принципы осуществления экономической деятельности тесно взаимосвязаны друг с другом, поэтому их использование в качестве критериев классификации криминальных форм поведения вряд ли перспективно.

Н.А. Лопашенко объединяет преступления, посягающие на предпринимательскую и банковскую деятельность: ст. 171–175, 178–180, 182–184, 195–197 УК РФ2. Тем самым за рамки преступлений в сфере предпринимательской деятельности необоснованно, на наш взгляд, выносится воспрепятствование законной предпринимательской или иной деятельности (ст. 169 УК РФ). С другой стороны, к их числу неоправданно причисляются деяния, уголовная ответственность за совершение которых предусмотрена ст. 174, 174.1, 175, 179, 183, 184 УК РФ.

Т.Д. Устинова в своей докторской диссертации использует в качестве классификационного критерия групповой объект посягательства. Ученая выделяет:

1.Преступления, которые посягают на общественные отношения, складывающиеся в связи с обеспечением правомерного

игарантированного Конституцией РФ осуществления предпринимательской деятельности (ст. 169, 171, 172, 174, 174.1, 178, 179 УК РФ).

2.Преступления, которые посягают на общественные отношения, складывающиеся в связи с обеспечением соблюдения интересов вовлеченных в экономическую деятельность кредиторов (ст. 176, 177, 195–197 УК РФ).

1 См.: Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономической деятельности: понятие, система, проблемы квалификации и наказания: дис. ... д-ра юрид. наук. Саратов, 1997. С. 42–43.

2 См.: там же. С. 5.

46

Глава 1. Теоретические аспекты уголовно-правовой охраны отношений...

3.Преступления, которые посягают на общественные отношения, складывающиеся в связи с обращением денег, ценных бумаг, иных платежных и расчетных документов, а также валюты (ст. 181, 185–187, 191, 192 УК РФ).

4.Преступления, которые посягают на общественные отношения, складывающиеся в связи с внешнеэкономической деятельностью (ст. 189, 193 УК РФ).

5.Преступления, которые посягают на общественные отношения, складывающиеся в связи с обеспечением сбора налогов и иных обязательных платежей (ст. 170, 171.1, 194, 198, 199, 199.1, 199.2 УК РФ).

6.Преступления, которые посягают на общественные отношения, складывающиеся в связи с обеспечением охраны интеллектуальной собственности и информационной безопасности участников экономических отношений (ст. 180, 183 УК РФ)1.

Т.Д. Устинова справедливо рассматривает преступления, посягающие на предпринимательскую деятельность, как часть преступлений в сфере экономической деятельности. Ученая обращает внимание на то, что, помимо ст. 169, 171, 172, 173, 174, 174.1, 178, 179 УК РФ, на предпринимательскую деятельность также посягает и незаконное участие в предпринимательской деятельности. По этой причине ст. 289 УК РФ, в которой криминализовано это деяние, следует перенести в главу 22 УК РФ. В свою очередь, преступления, предусмотренные ст. 175, 184, 189 УК РФ, имеют, по мнению Т.Д. Устиновой, иные непосредственные объекты посягательства, их предлагается перенести соответственно в главу 31 («Преступления против правосудия»), главу 23 («Преступления против интересов службы в коммерческих и иных организациях»), главу 24 («Преступления против общественной безопасности») и главу 25 («Преступления против здоровья населения и общественной нравственности») УК РФ2.

В предложенную автором классификацию, на наш взгляд, не укладываются нормы о преступлениях, предусмотренных ст. 174, 174.1 УК РФ. Преступление, уголовная ответственность за совершение которого предусмотрена в ст. 174 УК РФ, заключается в совершении финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, заведомо приобретенными другими лицами преступным путем, в целях придания правомерного

1 См.: Устинова Т.Д. Актуальные проблемы уголовной ответственности за преступления, посягающие на предпринимательскую деятельность: дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2005. С. 77.

2 См.: там же. С. 14.

47

Преступления в сфере предпринимательской деятельности...

вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом. Отдельно законодателем

вУК РФ выделена ст. 174.1, предусматривающая уголовную ответственность за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления. Статистика свидетельствует, что в последние годы фиксируется рост числа выявленных преступлений, квалифицируемых по статьям о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления либо приобретенных другими лицами преступным путем: в 2014 г. – 774 преступления (что на 33,0% больше, чем аналогичный показатель предыдущего года); в 2015 г. – 863 преступления (в том числе без учета Крымского федерального округа – 856, что на 10,6% больше аналогичного показателя предыдущего года);

в2016 г. – 818 преступлений (на 5,2% меньше аналогичного показателя предыдущего года); в 2017 г. – 711 преступлений (на 13,1% меньше, чем в предыдущем году); в январе – сентябре 2018 г. – 823 преступления (на 45,1% больше, чем в аналогичном периоде предыдущего года)1.

Любопытно отметить, что, согласно данным судебной статистики Судебного департамента при Верховном Суде РФ, в 2017 г. по ст. 174– 174.1 УК РФ осуждены всего 33 человека. Из них к реальным срокам лишения свободы приговорены 13 человек. Условно осуждены к лишению свободы 10 человек. В качестве основного наказания также назначался штраф в отношении четырех человек. По приговору освобождено осужденных от наказания: по амнистии – три; по другим основаниям – три человека. Также к осужденным применялись уголовно правовые меры: конфискация имущества (ст. 104.1 УК РФ) – семь человек; судебный штраф (ст. 104.4 УК РФ) – один человек. Оправданы девять человек2.

Вст. 3 Федерального закона от 7 августа 2001 г. № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма»3 закреплено, что

легализация – это придание правомерного вида владению,

1См.: официальный сайт МВД РФ: статистика и аналитика. URL: https://мвд.рф/Deljatelnost/ statistics (дата обращения: 10.11.2018).

2См.: официальный сайт Судебного департамента при Верховном Суде РФ: данные судебной статистики. URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79 (дата обращения: 10.11.2018).

3См.: Федеральный закон Российской Федерации от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» // Собрание законодательства Российской Федерации. 2001. № 33 (часть I). Ст. 3418.

48

Глава 1. Теоретические аспекты уголовно-правовой охраны отношений...

пользованию или распоряжению денежными средствами или иным имуществом, полученными в результате совершения преступления. Как пишет В.Н. Курченко, «легализация доходов – действия, направленные на интеграцию преступно добытого имущества в легальную экономику для придания правомерности владению, пользованию и распоряжению этим имуществом»1. По мнению данного автора, «существует два способа легализации преступных доходов: совершение финансовых операций или других сделок с приобретенными заведомо преступным путем денежными средствами или иным имуществом (понятие «финансовая операция» поглощается понятием «другая сделка». Поэтому можно говорить о правовой и смысловой идентичности этих терминов); использование предметов легализации в предпринимательской или иной экономической деятельности»2.

Е.Н. Кондрат указывает на то, что «преступные доходы образовываются преимущественно одним из двух способов: путем создания или приобретения в результате совершения преступления вне легального хозяйственного оборота, т.е. в криминальном секторе теневой экономики; путем выведения из легального хозяйственного оборота в криминальный сектор теневой экономики в результате совершения противоправного деяния, а затем введения вновь в легальный хозяйственный оборот»3.

Таким образом, думается, что охватываемые ст. 174 и 174.1 УК РФ деяния представляют опасность не столько для отношений, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, сколько причиняют вред иным объектам уголовно-правовой охраны. На это косвенно указывает и Пленум Верховного Суда РФ в преамбуле постановления от 7 июля 2015 г. № 32 «О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем»: «легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, добытых преступным путем, создает основу теневой экономики, причиняет вред экономической безопасности и финансовой стабильности государства, затрудняет раскрытие и расследование преступлений, обеспечивает возможность преступным группам

1Курченко В.Н. Толкование легализации преступных доходов // Российский юридический журнал. 2012. № 5. С. 93.

2 Там же.

3Кондрат Е.Н. Основные способы легализации (отмывания) преступных доходов в результате совершения коррупционных преступлений // Право и экономика. 2011. № 10. С. 61–62.

49

Преступления в сфере предпринимательской деятельности...

(организациям) финансировать и осуществлять свою противоправную, в том числе террористическую, деятельность»1.

Предпринятые авторитетными учеными попытки классификации преступлений в сфере экономической деятельности, на наш взгляд, изначально были малопродуктивными, так как упомянутые авторы следовали за логикой законодателя. Однако сам нормативный материал главы 22 УК РФ подобран весьма хаотично. Занимающие в этой главе существенную долю предпринимательские преступления должны быть вынесены за рамки иных преступлений в сфере экономической деятельности. А уже предпринимательские преступления и иные преступления в сфере экономической деятельности могут быть подвергнуты классификации по критерию группового объекта посягательства.

Доминирующим критерием отграничения преступлений в сфере предпринимательской деятельности от иных общественно опасных деяний, прежде всего от преступлений в сфере экономической деятельности, следует признать видовой объект посягательства. Преступления, объединенные Т.Д. Устиновой в первую группу, при некоторой ее разнородности, направлены на нарушение установленного законом порядка и способов ведения предпринимательской деятельности, то есть, безусловно, являются предпринимательскими. Не вызывает возражений и отнесение к числу преступлений в сфере предпринимательской деятельности и преступлений второй группы. Общественные отношения, складывающиеся в связи с кредитными обязательствами, а также в связи с банкротством юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, являются частью предпринимательских отношений. Кредитование физических и юридических лиц – это вид предпринимательской деятельности, а банкротство – это предусмотренный законодательством механизм прекращения деятельности несостоятельного должника, который позволяет максимально возможным образом обеспечить права и законные интересы его кредиторов. Также видами предпринимательской деятельности являются работа на рынке ценных бумаг, валютном рынке и внешнеэкономическая деятельность.

Преступления, направленные на уклонение от уплаты налоговых, таможенных и иных обязательных платежей в федеральный, региональные и местные бюджеты, на наш взгляд, лишь косвенным

1См.: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 07.07.2015 № 32 «О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2015. № 9.

50