Преступления в сфере предпринимательской деятельности проблемы классификации и дифференциации ответственности. Монография

Глава 2. Дифференциация уголовной ответственности...

архаичны и несут в себе следы ситуативного реагирования парламента на те или иные исторически появлявшиеся угрозы предпринимательским отношениям.

Отечественное законодательство всегда отличалось большей степенью абстракции нормативного материала, однако сегодня наблюдается противоположная тенденция, связанная с чрезмерной детализацией уголовно-правовых запретов в рассматриваемой сфере и общим увеличением объема текста УК РФ. И если для британского законодателя казуистичность уголовного закона – это исторически сложившийся органический недостаток англо-саксонской правовой системы, то для российского законодательства, на наш взгляд, – это серьезный порок, появление которого в подавляющем большинстве случаев не вызвано какими-либо весомыми запросами правоприменительной практики или же требованиями юридической техники.

Кроме того, отмеченная особенность британского законодательства в определенной степени оправдана тем, что многие нормы статутного права, посвященные предпринимательским преступлениям, исторически оформились из судебных прецедентов. Поэтому по своей конструкции они несут отпечаток тех конкретных правовых конфликтов, на разрешение которых были направлены типовые решения судов.

Британское законодательство предусматривает возможность привлечения к уголовной ответственности юридических лиц за хозяйственные преступления. Называя тех или иных лиц субъектами преступления, законодатель тем самым проводит границу между преступным и непреступным, то есть дифференцирует юридическую ответственность. Вина корпорации при этом «идентифицируется» посредством выявления вины руководящих ею должностных лиц и отождествляется с их виной (theory alter ego)1. Ответственность юридических лиц опосредуется действиями физических лиц либо же отождествляется с действиями их руководителей. При этом следует оговориться, что англосаксонское законодательство не знает такой отрасли права, как административное право и в целом границы между уголовной и иными видами ответственности в статутном праве довольно размыты.

В целом, как обобщили Т.Ф. Минязева и А.В. Серебренникова, «в зарубежных странах к юридическим лицам могут быть применены штраф, ограничение деятельности, в том числе запрет

1Green, Stuart P. Lying, Cheating, and Stealing: A Moral Theory of White Collar Crime. Oxford University Press, 2006. Р. 123.

111

Преступления в сфере предпринимательской деятельности...

заниматься отдельными видами деятельности, закрытие подразделений или филиалов (в Албании, Бельгии, Испании, Литве, Перу, Франции и др.). Помимо вышеперечисленных мер, УК Франции предусматривает применение к юридическим лицам: запрещения участвовать в договорах, заключаемых от имени государства; запрещения обращаться к населению с целью получения вкладов или размещения ценных бумаг; запрещения пускать в обращение чеки иные, кроме позволяющих строго установленных; помещения под судебный надзор. В исключительных случаях может быть назначена общая конфискация имущества юридического лица (за преступления против человечества и незаконное распространение наркотиков)»1.

Думается, что перспективы развития отечественного законодательства в этом аспекте лежат в плоскости совмещения, интеграции уголовной и гражданской ответственности. В рамках межотраслевой дифференциации юридической ответственности за деяния, посягающие на сферу предпринимательской деятельности, следует ввести процедуру автоматического принудительного банкротства юридического лица при вынесении обвинительного приговора по уголовному делу. Речь идет о тех юридических лицах, руководство которых использовало их не как организационно-правовую форму осуществления предпринимательской деятельности, а как инструмент криминальной деятельности. Тем самым принудительная ликвидация подобных юридических лиц лишь подтвердит их истинный характер и позволит не допустить на рынок недобросовестные компании.

Что касается уголовных наказаний за предпринимательские составы преступлений, то следует обратить внимание на то, что в Великобритании как минимум на протяжении последних пятидесяти лет проводится политика отхода от назначения наказаний, связанных с лишением свободы. Подобные наказания назначаются лишь в случаях, когда у суда есть понимание того, что иные санкции уголовного закона, прежде всего штрафные санкции, не возымеют должного результата в деле исправления осужденного2. Оценке подлежат личность виновного, размер реального или же потенциального ущерба от преступления, наличие рецидива преступления. По общему правилу, к тюремному заключению за экономические преступления суды не приговаривают. Однако в случае неуплаты

1См.: Минязева Т.Ф., Серебренникова А.В. Уголовная ответственность юридических лиц в России и Германии: к постановке проблемы // Lex russica. 2017. № 2. С. 150.

2 The Oxford Handbook of Criminology. Oxford, 1994. P. 819.

112

Глава 2. Дифференциация уголовной ответственности...

штрафа в установленные судом сроки он может быть заменен лишением свободы.

Широко распространена и активно применяется в отношении осужденных за экономические преступления такая форма условного осуждения, как пробация. Как поясняют А.И. Абатуров и А.А. Коровин, пробация предполагает, что осужденный не лишается свободы, а ставится под надзор специальной уголовно-исполни- тельной службы, которая осуществляет надзор за его поведением. Таким образом, не происходит «выпадение» осужденного из социума, на пенитенциарную систему не накладывается дополнительная нагрузка по его содержанию, а сам он сохраняет возможность трудиться, компенсировать причиненный преступлением ущерб и выплачивать назначенный ему судом штраф1. Думается, что лица, совершающие преступления в сфере предпринимательской деятельности, – это как раз та категория преступников, исправление которых может быть достигнуто без их изоляции от общества.

В отношении экономических преступников в Великобритании может быть применено и такое уголовное наказание, как конфискация имущества. Закон об уголовном процессе 2002 г. наделяет специальный орган, Агентство по восстановлению активов (Assets Recovery Agency), правом взыскивать в гражданско-правовом порядке с осужденных преступно приобретенное ими имущество. «В Великобритании обвинению не нужно доказывать, что незаконно полученные деньги связаны с конкретным преступлением. Британские суды в настоящее время наделены гораздо более широкими полномочиями по конфискации доходов, полученных от преступного образа жизни (criminal lifestyle) вообще и от конкретного преступления»2. Так, в частности, Закон о доходах, полученных преступным путем (Proceeds of Crime Act), содержит правовую возможность замораживания активов (ареста имущества), принадлежащих обвиняемому в экономическом преступлении. Конфискации может быть подвергнуто не только само противоправно приобретенное имущество, но и его стоимостной эквивалент. Королевский суд выносит постановление о конфискации (confiscation order), на исполнение которого осужденному отводится не более

1См.: Абатуров А.И., Коровин А.А. Служба пробации: зарубежный опыт / Под общ. ред. Н.Б. Хуторской. Киров: Спектр-Принт, 2013. С. 102–108.

2Конфликт интересов на государственной и муниципальной службе, в деятельности организаций: причины, предотвращение, урегулирование: научно-практическое пособие / Т.С. Глазырин, Т.Л. Козлов, Н.М. Колосова и др.; отв. ред. А.Ф. Ноздрачев. М.: Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ, ИНФРА-М, 2016. С. 11.

113

Преступления в сфере предпринимательской деятельности...

года. В течение этого срока он должен перечислить государству определенную судом денежную сумму.

Несомненный интерес вызывает норма британского законодательства о кратных штрафах, которые предусмотрены в качестве уголовного наказания за экономические преступления. В частности, такой подход использован законодателем при конструировании санкций статей о нарушениях налогового законодательства1. Размер штрафа установлен в сумме, кратной причиненному преступлением ущербу. Таким образом, совершать преступления становится просто «невыгодным», что, учитывая корыстную мотивацию подавляющего числа преступников, совершающих посягательства на сферу экономики, позволяет говорить о высоком превентивном значении подобного законодательного подхода.

Российский законодатель также взял данный подход на вооружение. В этой связи можно только приветствовать Федеральный закон РФ от 23 апреля 2018 г. № 99-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статью 151 Уголов- но-процессуального кодекса Российской Федерации»2, которым, в частности, была изменена редакция ч. 2 ст. 46 УК РФ. Тем не менее вплоть до настоящего времени кратные штрафные санкции применяются преимущественно для противодействия коррупционным преступлениям (штрафы, кратные предмету коррупционного преступления или же сумме взятки, широко закреплены также, в частности, в уголовном законодательстве Испании)3. Что касается преступлений, совершаемых в сфере предпринимательской деятельности, то, на наш взгляд, потенциал рассматриваемого правового инструмента задействован далеко не полностью. Думается, что кратные штрафы должны стать доминирующими среди санкций статей о предпринимательских преступлениях.

При этом должны быть учтены и преодолены огрехи в правовой регламентации кратных штрафов, имеющиеся в действующем законодательстве, которые ведут к издержкам в правоприменительной практике, а именно: коэффициенты кратности, применяемые при определении сумм штрафов, должны быть адекватны возможностям осужденных их выплатить, чтобы не возникали ситуации

1 Tax Management Act 1970. S. 95 // Great Britain Statutatory Publications. 1970. P. 34.

2См.: Федеральный закон Российской Федерации от 23.04.2018 № 99-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статью 151 Уголовно-процессуаль- ного кодекса Российской Федерации» // Собрание законодательства Российской Федерации. 30.04.2018. № 18. Ст. 2569.

3См.: Уголовный кодекс Испании / Под ред. и с предисл.: Н.Ф. Кузнецова, Ф.М. Решетников; пер.: В.П. Зырянова, Л.Г Шнайдер. М.: Зерцало, 1998. С. 131–133.

114

Глава 2. Дифференциация уголовной ответственности...

назначения штрафов в суммах, нереальных для исполнения; осужденным необходимо предоставлять рассрочку, достаточную для выплаты штрафов; следует четко прописать в законодательстве не только уголовно-правовые, но и уголовно-исполнительные аспекты назначения и исполнения наказания в виде кратных штрафов.

Отдельно в британском законодательстве оговорены гарантии защиты прав потерпевших от экономических преступлений. На осужденного судебным приказом возлагается обязанность компенсировать потерпевшему те убытки, ущерб или же иной вред, которые ему были причинены. Причем, если осужденный не способен одновременно выплатить назначенный ему судебный штраф и компенсировать причиненный потерпевшему вред, в первоочередном порядке выплачиваются компенсации. Охрана интересов потерпевших имеет приоритетное значение в сравнении с задачами исполнения назначенного наказания.

При исследовании зарубежного законодательства об уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской деятельности нельзя обойти вниманием США. Эта страна остается мировым лидером не только по номинальному объему валового внутреннего продукта, но и относится к числу стран с наиболее крепкими и устойчивыми традициями защиты частной собственности и свободы экономической деятельности. В немалой степени этим обусловлены высокая степень диверсификации американской экономики и заметное место в ее структуре наукоемких и высокотехнологичных отраслей.

На наш взгляд, нет необходимости пристально останавливаться на описательной подаче уголовно-правового материала, будь то отечественное или же зарубежное законодательство. Поэтому наше внимание привлекают лишь наиболее значимые и проблемные аспекты зарубежного опыта уголовно-правовой борьбы с преступлениями в сфере предпринимательской деятельности, которые могут быть позаимствованы и критическим образом внедрены в действующее российское уголовное законодательство.

В США еще в большей степени, чем в Великобритании, прослеживается устойчивая тенденция снижения влияния такого источника уголовного права, как судебный прецедент. Преступным может быть названо лишь деяние, которое криминализовано в уголовном законе. При этом особенностью американской правовой системы можно считать то, что полномочия по изданию законодательных актов в области уголовного права имеются как у штатов, так и у федерального правительства. Действие федерального уголовного

115

Преступления в сфере предпринимательской деятельности...

законодательства крайне ограничено. Оно распространяется на преступления, совершенные на территории сразу нескольких североамериканских штатов либо на территориях федерального значения, на федеральных государственных чиновников либо же на преступления, направленные против интересов государственных органов, служб и учреждений.

Несмотря на повышение роли законодательных источников права, в США велико значение прецедентного права, в особенности роль Верховного Суда США, который является независимым и сильным органом государственной власти. Этот институт самым активнейшим образом участвует в разрешении уголовно-правовых конфликтов и формирует прецеденты, по своей значимости зачастую являющиеся намного более прогрессивными в сравнении с действующим законодательством.

Уголовно-правовые нормы федерального законодательства сконцентрированы в части I («Преступления») раздела 18 Свода законов США. Материал в этом источнике систематизирован по алфавитному порядку, что не отвечает современным требованиям юридической техники, принятым, в частности, в нашей стране1. Кроме того, направленные на уголовно-правовую охрану экономических отношений нормы рассредоточены и по иным разделам Свода законов США. Так, в частности, налоговым преступлениям посвящены отдельные нормы раздела 26, а мошенничеству в сфере предпринимательства – нормы раздела 152.

В свете обсуждаемой сегодня в научном сообществе идеи закрепления в российском уголовном законе категории «уголовный проступок» интерес представляет следующий подход американского законодателя. В Своде законов США, а равно и в уголовном законодательстве североамериканских штатов уголовно наказуемые деяния подразделены на тяжкие (felony) и нетяжкие (misdemeanor). Как пишет И.Д. Козочкин, уголовное наказание в виде лишения свободы за совершение первых из них не может превышать один год. За совершение вторых оно составляет более года. Каждый из этих видов уголовно наказуемых деяний, в свою очередь, подразделяется на категории в зависимости от тяжести деяния3.

1См.: Бернам У. Правовая система США. 3-й выпуск / Науч. ред. В.А. Власихин; пер. с англ. А.В. Александрова и др. М.: Новая юстиция, 2007.

2См.: Карпович О.Г., Трунцевский Ю.В. Серьезные экономические преступления XXI века. Опыт противодействия им в Великобритании, России и США: монография. М.: Юнити-Да- на: Закон и право, 2013. 224 с.

3Козочкин И.Д. Современное состояние и проблемы уголовного права США: автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2009. С. 21.

116

Глава 2. Дифференциация уголовной ответственности...

Так же как и в нашей стране, за совершение преступлений в сфере предпринимательской деятельности в США чаще всего назначается уголовное наказание в виде лишения свободы либо штрафа. Общим местом в отечественной научной литературе стало указание на чрезмерно длительные сроки тюремного наказания, которые назначаются судами североамериканских штатов. Это, безусловно, соответствует действительности. Нередки назначаемые, в том числе и за совершение экономических преступлений, сроки наказания в виде лишения свободы продолжительностью в десятки, а иногда и более чем в сотню лет (либо же в несколько пожизненных сроков). Однако следует упомянуть и более льготные, чем в нашей стране, основания условно-досрочного освобождения лиц, осужденных к лишению свободы.

ВСША активно применяются упоминавшиеся нами ранее штрафы, кратные причиненному преступлением ущербу, преступно полученному доходу или же предмету преступления. Не вызывает никаких сомнений эффективность применения этой меры противодействия преступлениям в сфере предпринимательской деятельности, что подтверждается ее успешной апробацией в странах Западной Европы и в США.

Немалое право судебного усмотрения имеется у американских судов в применении таких мер, как конфискация имущества и установление запретов на осуществление профессиональной деятельности. Этот тезис можно наглядно проиллюстрировать на примере п. «с» ст. 12.01 Уголовного кодекса штата Техас, где сказано следующее: «Ничто содержащееся в данной главе не лишает суд права на конфискацию имущества, ликвидацию корпорации, приостановление или аннулирование лицензии или разрешения, отстранение лица от должности или запрет заниматься определенной деятельностью»1.

ВСША к уголовной ответственности за совершение хозяйственных преступлений также могут быть привлечены юридические лица. Причем для них предусмотрены более высокие размеры уголовного наказания в виде штрафа, чем установлены для физических лиц, совершающих аналогичные преступления. Думается, что в случае реализации в нашей стране идеи введения уголовной ответственности юридических лиц отечественному законодателю следует воспринять опыт североамериканских штатов по назначению уголовного наказания. На коллективные образования, посягающие

1 Уголовный кодекс штата Техас / Науч. ред. И.Д. Козочкин. СПб., 2006. С. 12.

117

Преступления в сфере предпринимательской деятельности...

на общественные отношения в сфере предпринимательской деятельности, следует оказывать комплексное правовое воздействие. Для этого необходимо задействовать потенциал как уголовной, так и гражданской ответственности. В частности, на наш взгляд, следует закрепить процедуру автоматического принудительного банкротства юридического лица при вынесении обвинительного приговора по уголовному делу.

В нашей стране довольно остро стоит вопрос отграничения легальной хозяйственной деятельности, осуществляемой в соответствии с гражданским законодательством, от деятельности, подпадающей под действие уголовного закона и подлежащей правовой оценке по его нормам. В правоприменительной практике нередкими остаются случаи незаконного привлечения предпринимателей к уголовной ответственности, когда гражданско-правовой деликт рассматривается в качестве преступного деяния. Учитывая недоработки действующего законодательства, основное внимание должно быть сосредоточено на совершенствовании механизмов гражданско-правовой ответственности (таких как размер законной неустойки и взыскание неправомерно полученных доходов), а не на дальнейшей криминализации деяний, не представляющих общественной опасности.

Имеют место и обратные случаи, когда целенаправленно совершенные общественно опасные деяния вуалируются под граждан- ско-правовые деликты. Как следствие, виновные лица остаются безнаказанными.

Важно исходить из умышленного характера преступлений в сфере предпринимательской деятельности. В тех случаях, когда, например, имеет место небрежность при ведении бухгалтерского учета или же незнание тех или иных правил осуществления платежей (когда подчас в силу перманентно изменяющегося российского законодательства предприниматели вынуждены работать в условиях правовой неопределенности), соответствующие деяния должны получать оценку по нормам гражданского, административного или же налогового права. На практике договорные обязательства нередко не выполняются предпринимателями в силу объективных причин, вызванных изменением цен на товары и услуги, а также действиями или бездействием третьих лиц. Если отсутствовал умысел на совершение экономического преступления, то уголовная ответственность должна исключаться.

При этом целесообразно еще раз особо подчеркнуть, что такой подход должен применяться в случаях, когда вред нанесен

118

Глава 2. Дифференциация уголовной ответственности...

имущественным отношениям и не затронуты иные объекты уго- ловно-правовой охраны, прежде всего жизнь и здоровье людей. В качестве показателя общественной опасности деяния должны рассматриваться как его последствия, так и признаки субъективной стороны.

В связи с этим не теряет своей актуальности вопрос о необходимости и обоснованности введения уголовной ответственности юридических лиц. По общему правилу, административные правонарушения в сфере предпринимательской деятельности обладают признаком общественной вредности. Если количественные характеристики причиненного этими деяниями ущерба позволяют говорить о существенности вреда социальным ценностям, то данные деяния становятся общественно опасными, а виновные в их совершении лица должны быть привлечены к уголовной ответственности.

Однако ущерб, причиненный административным правонарушением в сфере предпринимательской деятельности, нередко превышает ущерб, наносимый преступлениями в сфере предпринимательской деятельности. Включенные в КоАП РФ составы правонарушений могут обладать общественной опасностью в том случае, если их субъектом выступает юридическое лицо. В этой связи встает вопрос о необходимости введения института уголовной ответственности юридических лиц за общественно опасные деяния в сфере предпринимательской деятельности. В настоящее время, если по вине должностных лиц в интересах или от имени организации совершено общественно опасное деяние, юридическое лицо привлекается к административной ответственности, а его должностные лица – к уголовной ответственности.

По оценке Н. Козловой, одним из негативных следствий отсутствия в нашей стране института уголовной ответственности юридических лиц является невозможность «экстерриториального уголовного преследования иностранных юридических лиц»1. Дополнение уголовного закона нормами об уголовной ответственности юридических лиц позволит привлекать к уголовной ответственности не только отечественные, но и иностранные фирмы, а также международные организации. В качестве санкций для подобных субъектов целесообразно предусмотреть штраф, лишение лицензии, квот, преференций и иных льгот, лишение права заниматься тем или иным видом деятельности, запрет на работу на территории России,

1См.: Козлова Н. Приступить к ликвидации. В Госдуму внесен закон об уголовной ответственности юридических лиц // Российская газета. 24.03.2015.

119

Преступления в сфере предпринимательской деятельности...

принудительную ликвидацию и обращение имущества компании в доход государства.

Неслучайно возможность привлечения юридических лиц к уголовной ответственности, в том числе и за преступления в сфере предпринимательской деятельности, предусмотрена в законодательстве иностранных государств (во всех не имеющих админис- тративно-деликтного законодательства странах англо-американ- ского права, в том числе в Великобритании, Ирландии, США, Канаде, Австралии, в странах континентального права – государствах Евросоюза, а также в Китае и ряде стран Ближнего Востока (Иордании, Ливане, Сирии)). Как отмечает И.А. Адмиралова, «такой закон, как КоАП РФ, и, соответственно, такой вид юридической ответственности, как административная ответственность, существуют только в нашей стране и некоторых государствах постсоветского пространства»1.

Вопрос целесообразности дополнения отечественного законодательства нормами об уголовной ответственности юридических лиц не закрыт и требует дальнейшего глубокого анализа, в частности с рассмотрением его международно-правовых и криминологических аспектов, а также неизбежно возникающих проблем юридической техники.

Подводя итоги обзора зарубежного законодательства о дифференциации уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской деятельности, следует акцентировать внимание на следующих обстоятельствах.

Уголовное законодательство Германии, Великобритании и США во многих отношениях уступает российскому, в частности в уровне систематизации нормативного материала и использовании такого средства дифференциации уголовной ответственности, как квалифицирующие и особо квалифицирующие признаки. При этом в России могут быть успешно внедрены некоторые зарубежные подходы к назначению наказаний за преступления в сфере предпринимательской деятельности.

В зарубежных странах за совершение экономических преступлений, как правило, назначаются уголовные наказания, не связанные с лишением свободы. Наиболее активно применяются штрафы, кратные причиненному преступлением ущербу, преступно полученному доходу или же предмету преступления. В нашей

1Адмиралова И.А. Административно-юрисдикционная деятельность полиции по обеспечению прав и свобод граждан // Административное и муниципальное право. 2015. № 8. С. 800.

120