10.Номинализм и реализм в фил Средневековья.

Отличительной чертой, символом средневековой схоластики стала острая борьба между реализмом и номинализмом, растянув­шаяся на несколько столетий в выяснении вопроса о том, облада­ют ли общие понятия реальным существованием.

Представители реализма считали, что подлинной реальностью обладают не единичные вещи, а только общие понятия (лат. universalis — универсалии), существующие вне сознания, независимо от него и материального мира. Отсюда и название этого направле­ния, не совпадающее с современным смыслом понятия «реализм».

Сторонники линии Платона в фил, например Ансельм Кевтербернйский (1033—1109), представляли так называемый крайний реализм. Развивая платоновские взгляды о вечных, ор­ганизующих мир «идеях», они утверждали, что «универсалии» образуют особый идеальный мир, пребывающий в своей самодо­статочности и в отрыве от мира конкретных вещей. Ортодоксаль­ная церковь не поддержала такие взгляды из-за их пантеистичес­кой направленности (греч. pan — все и theos — Бог, т. е. Бог во всем, он как бы растворяется в природе). Церковь выступила против по причине того, что Бог как личность, абсолютно воз­вышающаяся над созданной им материальной и нематериальной природой, в данном случае оказывается на одной ступени с «уни­версалиями», как бы отождествляется с ними.

Наиболее приемлемой для церкви оказалась другая разновид­ность реализма — его умеренное крыло, к которому принадлежал и самый значительный философ средневековья Фома Аквинский. Сторонники этого подхода следовали идеям Аристотеля, которые в отличие от Платона видел неразрывную связь между единичным и общим, понимая общее как форму единичного. Отсюда реалисты умеренного крыла, также признавая реальность общих понятий, полагали, тем не менее, что они существуют и в конкретных (единичных) вещах. В изложении Фомы Аквинского данная теория выглядит так: «универсалии» су­ществуют «до вещей», «в вещах» и «после вещей». Это означает, что «до вещей» они существуют как «идеи» в божественном разуме, «в вещах» — как неотъемлемые формы единичного, а «после вещей» — как понятия в человеческом разуме, т. е., как результат абстрактного мышления.

Другое (враждебное реализму) течение средневековой схоласти­ки — номинализм (лат. nomina — имена). Приверженцы номина­лизма полагали, что объективно, реально существуют только «единичные вещи», а общие понятия (универсалии) — есть не что иное, как наименования, имена, обозначающие вещи и сущест­вующие только в языке. Это не более, чем «звуки голоса», «сотрясения воздуха», считал один из самых ярких представи­телей номинализма Росцелин (1050—1120).

С этой точки зрения многие христианские догматы, обосновыва­вшиеся схоластическим реализмом, выглядели пустым вымыслом, чистой спекуляцией. Например, догмат троицы (один из главных в христианстве), по мнению Росцелина, неверно истолкован реали­змом, будто Бог — это единая божественная субстанция, объеди­няющая в себе одновременно существование трех божественных лиц: Бога-отца, Бога-сына и Бога-духа святого. На самом деле, считал он, существуют три различных Бога, выступив тем самым против авторитета «отцов церкви» и принятых в ортодоксальном христианстве канонов. Реакция церкви была незамедлительной. В 1092 г. на Суассонском соборе она осудила учение Росцелина и заставила его отречься от ереси, т. е. от идеи «трехбожия».

В целом же влияние номинализма ощутимо сказалось и в по­следующие века, что объясняется его близостью к материалис­тическим взглядам в фил и ориентацией на опыт. Ф. Бэкон, Н. Гоббс, Дж. Локк, Д. Юм, а также отдельные представители естествознания XVI—XVII вв. во многом воспри­няли и продолжили традиции средневекового номинализма.