25.Рус религиозно-идеалистич фил XIX- xXвв.

Возрождение руской религиозно-идеалистической фил начала нынешнего века базировалось на двух основных идейных источниках: предшеств развитие мировой фил и культуры; длит процесс развит отеч фил. Рус религ-идеал фил начала XXв как бы следовала по пути славянофилов, но отличалась от них положит оценкой современных им изысканий зап мысли. Подлинными дух отцами данного течения были Ф.М.Достоевский и Вл.С.Соловьев. идея Соловьева о возможности достижения единства рус православия и зап религ и культ оказала воздействие на фил Н.А.Бердяева, Булгакова и др.

Соловьев утверждал, что чел познание своей истории носило односторонний харак. Евро фил и наука расчлен действит на части, противопостав мир и чел, и поэтому не смогли дойти до цельного знания. Для раскрытия абсол истины необход устан абсол контакт с всеединым, что достиг лишь при помощи непосред интуит внутр созерцания, веры. Внеш опыт дает лишь материал, а разум- лишь форму для постиж истины. Основой цельного знания явл опыт внутрен, мистич созерцание, вера.

Олицетворен полож всеедин выступ Бог. Полнота бытия требует, чтобы сущее было личностью- всеблагой, любящей, волевой. Т.о. Соловьев ставил веру выше разума, только в религ вере он видел высший, объедин тип познания.

Бердяев. Центр проблемой была пробл нрав природы чел. Этич теория Бердяева- религ- идеал. Он счит, что моральн закон предназнач для мира сего, для земных людей, но по своему происх «не от мира сего», т.е. сотворен Богом. Моральн закон для него динамичен. Постиж божест закона- длит процесс, в теч кот происх смена моралей (от гнизш к высш). Три основ формы морали: 1)Этика закона- основ на своде опред запретов, табу. 2)Этика искупления- сильно проявл благодатная сила Бога, она наполнена любовью. 3)Этика творчества- достиг в процессе самопознания высшего уровня нравст развит, чел уподобл Богу, забывает о себе, преодол эгоизм. НО. Нравст возвыш людей не может быть делом одиноч, а достиг только путем преодол изолир людей друг от друга (идея соборности).

26.Матер традиция в рус фил конца XIX- xXвв.

В середине XIX в. в России сформировалось и получило развитие влиятельное материалистическое течение в фил, представленное именами А. И. Герцена, Н. П. Огарева, В. Г. Белинского, Н. Г. Чернышевского и др. В социально-политическом плане эти мыслители принадлежали к революционной демократии, боровшейся против крепостничества и самодержавного абсолютизма.

А. И. Герцен

Своеобразие Александра Ивановича Герцена (1812—1870) как мыслителя состоит в том, что он один из первых в истории не только русской, но и мировой фил предпринял попытку, критически переработав диалектику Гегеля, освободить ее от идеализма и соединить с материализмом. Эта попытка четко выражена в работе «Дилетантизм в науке» и особенно в «Пись­мах об изучении природы».

Герцен ясно видел, что основной недостаток существовавших в то время систем материализма состоял в их метафизичности. Материализм со стороны метода стоит несравненно ниже идеализма. Герцен стремился сделать материализм «фило­софски логичным», понимая под логикой диалектику, которая нашла наиболее полную и глубокую разработку в трудах Гегеля.

К критике фил Гегеля Герцен подходит диалектически: он не отбрасывает ее начисто, как это сделал Фейербах, а берет из нее все ценное и прогрессивное в его понимании и прежде всего — идею развития.

Герцен рассматривает законы и формы мышления как отражение законов действительности, как осознанные законы бытия. Человек не навязывает своего разума природе, а лишь осознает то, что есть в природе. Разум человека не находится где-то вне природы, он есть лишь «разумение природы о себе». Человек есть часть природы и только относительно про­тивоположен

У Герцена имеются догадки о роли в познании материальной человеческой деятельности. Он, например, утверждает, что «мы­шление без действий- мечта».

Герцен близок к пониманию человека не как просто биологического, но и социально-исторического существа, активно участвующего в изменении природы и преобразовании общест­венной жизни.

Герцен не ограничивается утверждением, что законы мышления есть осознанные законы бытия, он видит, что само бытие находит­ся в непрестанном движении, что оно развивается путем борьбы противоположных начал. А раз так, то законы мышления, катего­рии логики не могут рассматриваться статичными, раз и навсегда данными. В логику должно войти движение, развитие. Чаще всего Герцен говорит о логике в широком смысле слова, о логике, которая совпадает с диалектикой, с наукой о методе, с теорией познания. Это логика диалектическая, хотя данный термин Герце­ном не употребляется. Следуя гегелевской терминологии, он назы­вает логику наукой о разуме и отличает ее от формальной логики — логики рассудка. Логика разума, считает Герцен — это высшая школа, раскрывающая основные закономерности бытия.

Н. Г. Чернышевский

Николая Гаврилович Чернышевский (1828—1889), как и Герцен, шел по пути соединения фил материализма и диалекти­ческого метода, используя, главным образом, учения Фейербаха и Гегеля.

Чернышевский придерживался антропологического прин­ципа Фейербаха, объясняя общественную жизнь свойствами и потребностями человека как преимущественно биологического существа. Он утверждал единство человеческого организма; наблюдениями физиологов, зоологов и медиков отстранена всякая мысль о дуализме человека, а фил прибавляет, что если бы человек имел, кроме своей реальной натуры, другую натуру, то последняя непременно обнаружива­лась бы в чем-нибудь.

Чернышевский считал, что нет и не может существовать особо­го, «фил» знания мира, отличного от естествознания. Чернышевский считал, что мир един и по своей природе мате­риален. В природе нечего искать идей, говорил он. В ней раз­нородная материя с разнородными качествами. Качественно раз­нообразная и в то же время единая в своей основе материя находится в непрерывном движении.

Значительное внимание Чернышевский уделял проблемам по­знаваемости мира. Он был убежден, что в человеческом сознании в целом правильно отражается то, что существует объективно, независимо от субъекта. Говорить, что мы имеем лишь знание наших представлений о предметах, а прямого знания самих пред­метов у нас нет, значит отрицать нашу реальную жизнь, отрицать существование нашего организма.