Уголовно-исполнительное право России.

Глава 11. Уголовно-исполнительная политика России в 1917—1959 гг. 293

ставилась задача надежной изоляции преступников и наиболее эффективного их использования в трудовых процессах.

Для осужденных предусматривались два вида режима: общий и усиленный. Общий предназначался для судимых за общеуголовные преступления. При хорошем поведении и отношении к труду они могли быть расконвоированы. Усиленный режим предназначался для содержания осужденных за государственные и особо опасные уголовные преступления из числа неоднократно судимых. Расконвоированию они не подлежали. Их запрещалось использовать на административно-хозяйственных должностях. По сравнению с содержавшимися на общем режиме они значительно ограничивались в правах на свидания, переписку, приобретение через торговую сеть продуктов питания и предметов первой необходимости. Работа по хозяйственному обслуживанию лагерных пунктов усиленного режима возлагалась на судимых за бытовые и хозяйственные преступления на срок до 5 лет.

Инструкция четко определяла правовое положение должностных лиц администрации лагерей в части применения поощрительных норм и наложения взысканий на заключенных по трем уровням: начальник лагерного пункта, начальник отделения и начальник лагеря. Такой подход был призван обуздать произвол низовой лагерной администрации в применении мер взыскания по отношению к заключенным, а также в предоставлении льгот отдельным из них.

В 1940 г. была введена в действие и Временная инструкция о режиме содержания заключенных в исправительно-трудовых колониях НКВД СССР, которые предназначались для содержания главным образом лиц, осужденных на срок до трех лет. Вместе с тем допускалось направление в ИТК и приговоренных на срок свыше трех лет при наличии особого постановления суда, вынесенного по мотивам ст. 24 УК РСФСР и соответствующих статей УК других союзных республик. С принятием этой инструкции окончательно утрачивал свое значение Исправительно-трудовой кодекс РСФСР 1933 г.

Несмотря на наличие двух инструкций по режиму содержания заключенных, для изоляции лиц, нарушающих требования режима, использовалась единая Временная инструкция о режиме содержания заключенных в штрафном изоляторе в ИТЛ и ИТК НКВД СССР, утвержденная НКВД СССР 2 ноября 1940 г. Издание этой инструкции свидетельствует о стремлении сблизить правовое положение заключенных вне зависимости от того, в какой системе ИТУ отбывается срок наказания.

как на территории жилой зоны, так и вне ее. Наказанные в дисциплинарном порядке размещались в камерах, рассчитанных на 6—10 человек. Начальник изолятора назначался из вольнонаемного состава приказом начальника управления лагеря или колонии.

Статья 9 Инструкции возлагала непосредственное обслуживание штрафного изолятора (доставка и раздача пищи, наблюдение за поведением заключенных, уборка и обыск помещений и т. п.) на осужденных общего режима со сроком наказания до трех лет, судимых за малозначительные преступления. Охрана же (ст. 10) возлагалась на вольнонаемных стрелков, преимущественно из членов и кандидатов в члены КПСС, ВЛКСМ. Помещенные сюда подлежали выводу на работу и обеспечивались питанием в соответствии с нормой выработки. Отказывающиеся от работы переводились на штрафной паек.

Обновление нормативной базы в части режима содержания коснулось и подследственных. Положение о тюрьмах НКВД СССР

для содержания подследственных было утверждено приказом НКВД от 28 июля 1939 г. Им отменялось Положение о следственных тюрьмах НКВД СССР от 6 июня 1936 г. и Положение о тюрьмах ГУГБ НКВД СССР для содержания подследственных от 15 марта 1937 г.

С 1939 г. правовое положение подследственных стало регулироваться единым нормативным актом, тем не менее учитывающим состав подследственных. В нем оговаривалось, что действие его распространяется на центральные тюрьмы ГУГБ НКВД СССР

(Внутренняя, Лефортовская, Сухановская и Бутырская), внутренние тюрьмы НКВД и УНКВД республик, краев и областей. Для этих тюрем вводились следующие ограничения: запрещалось использовать заключенных для хозяйственного обслуживания; извещение о смерти родственникам не высылалось и трупы не выдавались.

Положение (ст. 29) устанавливало право беспрепятственного входа во все центральные тюрьмы ГУГБ НКВД СССР и внутренние тюрьмы НКВД—УНКВД для опроса, проверки законности и условий содержания заключенных работников Генеральной прокуратуры СССР.

Особыми инструкциями, изданными Главным тюремным управлением по согласованию с Прокурором СССР, устанавливался режим содержания для заключенных, используемых в качестве хозяйственной обслуги, и несовершеннолетних нарушителей в возрасте от 12 до 16 лет.

Глава 11. Уголовно-исполнительная политика России в 1917—1959 гг. 295

Порядок размещения предусматривал раздельное содержание следующих категорий: мужчин — отдельно от женщин; подростков от 16 до 18 лет — мальчиков — отдельно от девочек, тех и других — отдельно от взрослых; несовершеннолетних правонарушителей в возрасте от 12 до 16 лет — отдельно от подростков 16—18 лет и от взрослых, мальчиков — отдельно от девочек; обвиняемых в совершении преступлений контрреволюционного характера — отдельно от обвиняемых в .совершении иных преступлений, тех и других — отдельно от рецидивистов; бывших работников НКВД, НКЮ, прокуратуры и суда — отдельно от других заключенных.

В инструкциях подробно регулировались права и обязанности подследственных, меры взыскания, применяемые к нарушителям режима содержания.

Положение о тюрьмах НКВД СССР для содержания подследственных включало также специальную инструкцию по применению отдельных ее статей, в которой детализировались правовое положение занятых в хозяйственной обслуге и режим содержания несовершеннолетних в возрасте от 12 до 16 лет. На срочных заключенных, занятых в хозяйственной обслуге, распространялись все разрешительные нормы тюремного режима, предусмотренные ст. 33 Положения, со следующими дополнениями: могли получать денежные переводы в размере 100 руб. в месяц, получать и отправлять три письма, иметь два свидания с родственниками в месяц и дважды в месяц получать продуктовые и вещевые передачи, а также выписывать газеты.

Режим содержания несовершеннолетних в возрасте от 12 до 16 лет предусматривал их размещение в общей камере до 15 человек из расчета 2,5 м на человека с выдачей постельного белья. Они могли посылать и получать три письма, иметь три свидания в месяц, пользоваться через тюремную библиотеку детскими газетами и журналами, получать три раза в месяц вещевые и продуктовые передачи. За счет средств тюрьмы им выдавались порошок и зубные щетки. На часовой прогулке разрешались обычные детские игры.

За нарушение режима несовершеннолетние подлежали наказанию по ст. 40 Положения, а также лишались газет и журналов на срок до 15 суток, переписки — на 20 дней, очередного свидания или передачи. Содержание в карцере запрещалось.

Положение допускало использование карцеров без окон только в центральных тюрьмах ГУГБ НКВД СССР и во внутренних тюрьмах НКВД—УНКВД. Устройство новых карцеров без окон запрещалось.

296Раздел III. Исправительно-трудовое право в 1917—1990 гг.

Вноябре 1940 г. в Положение о тюрьмах НКВД СССР для содержания подследственных приказом НКВД СССР был внесен ряд изменений. В частности, предусматривалось усиление санкций за нарушения установленного режима содержания: срок лишения прогулки увеличивался до 7 (вместо 5) суток; срок помещения в карцер до 20 суток (вместо 5). Вводилась норма, в соответствии с которой допускался перевод всей камеры на срок до 7 суток на карцерный режим, при котором выдавалось 400 г хлеба в сутки и кипяток и один раз в пять дней жидкая горячая пища.

Ограничивались права начальника тюрьмы в применении карательных санкций. Если раньше он мог наложить взыскания на всех заключенных и даже совмещать при этом несколько или все виды взысканий, то теперь его права распространялись только на числящихся за органами милиции. В отношении остальных заключенных он мог сделать это только с санкции следственного органа и прокурора, за которым заключенный числился. Для наложения взысканий на заключенных, числящихся за НКВД, ему требовалось получить санкцию народного комиссара внутренних дел республики или начальника УНКВД области, начальника Особого отдела НКВД (округа, армии, флота), начальника дорожно-транс- портного отдела НКВД.

В декабре 1940 г. приказом НКВД СССР были внесены дополнения в инструкции по применению отдельных статей Положения. Они детализировали режим содержания заключенных при переводе всей камеры на карцерный режим. По своим условиям этот режим приближался к условиям содержания в карцере с некоторыми исключениями, в частности постельные принадлежности не убирались и время сна определялось общим распорядком, продукты питания и табачные изделия не отбирались, но спички изымались. На карцерный режим все заключенные в камере переводились в случаях, когда все или большинство нарушают режим, когда отказываются назвать нарушителя и когда другие меры воздействия не приносят результатов. При первоначальном применении этой меры наказания минимальный срок определялся в 2—3 суток. Исключалось применение этого взыскания при сильном "перелимите" и при содержании в камере более 50 человек. Но если все же и в этих условиях требовалось к заключенным отдельной камеры применить карцерный режим, то следовало предварительно перевести лишних в другие камеры с таким расчетом, чтобы оставалось не более 50 человек.

Таким образом, изложенное выше позволяет сделать вывод, что накануне войны произошло существенное обновление ведом-

Глава 11. Уголовно-исполнительная политика России в 1917—1959 гг. 297

ственных нормативных актов, призванных регулировать порядок исполнения наказания в отношении содержащихся в ИТЛ и ИТК, а также находившихся под следствием.

Усиливалась ответственность заключенных по ряду составов преступлений. Совместной директивой Прокурора СССР и НКВД прокурорам республик и начальникам лагерей рекомендовалось в отношении заключенных, совершивших мелкие кражи сырья, полуфабрикатов, готовой продукции, принадлежащих лагерям и колониям, привлекать их к уголовной ответственности по Указу Президиума Верховного Совета СССР от 10 августа 1940 г.; за присвоение или продажу предметов вещевого довольствия — по ст. 168 УК РСФСР и соответствующим статьям союзных республик; за хулиганские действия — по Указу Президиума Верховного Совета СССР от 10 августа 1940 г. и ч. 2 ст. 74 УК или использовать меры дисциплинарного воздействия, предусмотренные приказами НКВД

СССР от 2 августа 1939 г. и от 4 июля 1940 г.

Побеги заключенных из лагерей стали рассматриваться как одна из наиболее злостных форм саботажа и дезорганизации лагерной жизни. Беглецов следовало судить по ст. 58й УК РСФСР, применяя по отношению к ним на основании п. 3 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 15 июня 1939 г. суровые меры наказания, включая высшую меру. Высшую меру следовало применять прежде всего в отношении контрреволюционеров, бандитов, грабителей и других особо опасных преступников и заключенных других категорий, совершивших повторный побег.

§ 3. Правовое регулирование исполнения лишения свободы в период Великой Отечественной

войны и в послевоенные годы (1941—1953 гг.)

С началом войны руководители ИТЛ и колоний получили от руководства ГУЛАГа и НКВД СССР ряд распоряжений, существенно ограничивавших права заключенных. Некоторые из этих ограничений носили кратковременный характер и вскоре были отменены.

Вооруженное выступление заключенных, происшедшее в январе 1942 г. в Воркутинском ИТЛ и приведшее к большим человеческим жертвам как среди заключенных, так и охраны, сыграло свою роль в издании уже в феврале Инструкции о режиме содержания и охране заключенных в исправительно-трудовых лагерях и колониях НКВД СССР в военное время. Она наделяла оператив- но-служебные наряды правом в ряде случаев применять оружие

298 Раздел III. Исправительно-трудовое право в 1917— 1990 гг.

без предупреждения (при побеге и преследовании заключенных, при нападении на администрацию и конвой). При открытом, злостном сопротивлении заключенных, если это сопротивление грозило серьезными последствиями и не могло быть ликвидировано иными мерами, охрана лагеря имела право после двукратного предупреждения применять оружие. Допускалось его применение и при отказе заключенных приступить к работе. Неприменение оружия, когда к этому вынуждала обстановка, так же как и неправильное его применение, влекло за собой судебную или административную ответственность. Это открывало дорогу для произвола. В Инструкции особо оговаривалось, что в иных вопросах, связанных с режимом содержания, следует руководствоваться временными инструкциями по режиму содержания заключенных в ИТЛ (1939 г.) и колониях (1940 г.).

В военное время появилась новая категория заключенных — приговоренные к каторжным работам. Условия их содержания регулировались Указом Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 г. Для каторжан устанавливался 10-часовой рабочий день (вместо 9 часов в обычных ИТЛ); предусматривались усиленная охрана и изоляция заключенных с размещением их в запирающихся в нерабочее время жилых помещениях, имеющих решетки на окнах; была введена форма специального образца с нашивками на верхней одежде и головном уборе номера личного дела; в течение первого года отбывания наказания заключенные не имели права на переписку и вознаграждение за труд. Помимо применявшихся в ИТЛ мер взыскания их рабочий день мог продлеваться на 2 часа.

Порядок содержания осужденных немецких пособников был установлен директивой НКВД СССР от 7 октября 1942 г. В соответствии с этой директивой они содержались в отдельных лагерных подразделениях под усиленной охраной. В мае 1943 г. НКВД СССР

издал приказ, в соответствии с которым эта категория осужденных должна была содержаться на равных основаниях с остальными заключенными лагерей и колоний. Изоляции от остальных заключенных и содержанию под усиленной охраной подлежали только особо опасные лица из их числа.

Во Временной инструкции от 17 июля 1943 г. определялся порядок учета и этапирования заключенных, осужденных к каторжным работам, в специально организованных по приказу НКВД

СССР отделениях в Воркутлаге, Ыорильлаге, Севвостоклаге, Дальстрое и Карагандинском ИТЛ.

Глава 11. Уголовно-исполнительная политика России в 1917—1959 гг. 299

В послевоенное время правовое положение заключенных стало регулироваться Инструкцией по режиму содержания заключенных в исправительно-трудовых лагерях и колониях МВД, объявленной приказом МВД СССР от 24 марта 1947 г. В Инструкции было определено, что одной из задач режима является обеспечение перевоспитания заключенных. Так, в п. "г" ст. 3 Инструкции указывалось, что режим содержания заключенных должен обеспечить "перевоспитание заключенных на основе общественно полезного труда". Задача перевоспитания заключенных ставилась и в других статьях этой Инструкции. Например, в ст. 312 указывалось, что одной из задач культурно-воспитательной работы с заключенными является перевоспитание заключенных на основе высокопроизводительного коллективного труда. В ней довольно подробно излагались различные способы культурно-воспитательной работы среди заключенных, предусматривалось создание актива из числа положительно характеризующихся осужденных и его секций, регулировалось общеобразовательное и профессиональнотехническое обучение и т. д.

Все это являлось бесспорным достоинством и преимуществом Инструкции по режиму 1947 г. по сравнению с временными инструкциями по режиму в ИТЛ (1939 г.) и ИТК (1940 г.).

Еще одним достоинством Инструкции было то, что она не просто восстанавливала довоенный порядок содержания заключенных (общий и усиленный режим), но и вводила некоторые нормы прогрессивной системы отбывания наказания, что для того времени имело немаловажное значение. В частности, заключенные, содержавшиеся в ИТУ усиленного режима, могли переводиться в порядке поощрения по отбытии 1/3 срока наказания в ИТУ общего режима. В то же время злостные нарушители режима подлежали направлению на срок до трех месяцев в центральные штрафные колонии или лагерные пункты, предусмотренные в каждом ИТЛ, УИТЛК (управление исправительно-трудовых лагерей и колоний), ОИТК (отделение исправительно-трудовых колоний).

Лица, совершившие преступления в период отбывания наказания, помещались в специально созданные штрафные подразделения на срок от шести месяцев до года. Становление их на путь исправления стимулировалось досрочным переводом из штрафных лагерных пунктов (колоний) в ИТУ соответствующего режима.

Положительное значение издания единой Инструкции по режиму для ИТЛ и ИТК не вызывает сомнений. Вместе с тем эта Инструкция содержала ряд ошибочных положений. Фактически в

штрафных лагерных пунктах (колониях) совместно содержались переведенные с разных видов режима нарушители установленного порядка в ИТУ и лица, совершившие уголовные преступления, в том числе и тяжкие.

Принимаемые во второй половине 40-х гг. меры по дифференциации контингента ИТУ повлекли за собой не только разделение лагерей и тюрем на обособленные группы, но и издание ведомственных нормативных актов, определяющих правовое положение заключенных. Инструкцией о порядке содержания заключенных в специальных подразделениях строгого режима 1948 г. определялись три категории направляемых сюда заключенных и особые условия их содержания. Особые условия содержания предусматривались для заключенных из числа уголовно-бандит- ствующего элемента, переводимого на тюремный режим по решению Особого совещания.

Среди других ведомственных нормативных актов того времени следует выделить утвержденное 23 сентября 1948 г. Положение о трудовых колониях для несовершеннолетних, а также Инструкцию о режиме содержания заключенных в срочных тюрьмах, объявленную приказом МВД от 11 сентября 1950 г., которые действовали до 1954 г.

В этот же период наряду с ведомственным регулированием вопросов исполнения наказания в виде лишения свободы начинают утверждаться и законодательные акты, направленные на обеспечение более эффективной производственно-хозяйственной деятельности ИТУ, в частности Указы Президиума Верховного Совета

СССР о досрочном освобождении заключенных с направлением их на работу в промышленность. Были приняты постановления Совета Министров СССР о предоставлении зачетов рабочих дней для занятых на стройках и предприятиях Минтяжстроя СССР и Министерства черной металлургии СССР, которыми для отдельных лагерей, выполнявших наиболее важные государственные задачи по строительству объектов и их эксплуатации, вводились нормы зачетов осужденным рабочих дней в срок отбытого наказания.

§ 4. Переход от ведомственного к законодательному регулированию деятельности уголовно-исполнительной системы (1954—1959 гг.)

После амнистии 1953 г. основные направления перестройки в области исполнения уголовных наказаний предопределили постановления ЦК КПСС от 12 марта 1954 г. "Об основных задачах Ми-

ЛО постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 25 октября 1956 г. "О мерах по улучшению работы Министерства внутренних дел СССР", которым предусматривалась ликвидация ис- правительно-трудовых лагерей как не способных обеспечивать решения задачи по исправлению и перевоспитанию заключенных. В связи с этим возникла необходимость в очередной раз пересмотреть правовую базу деятельности мест лишения свободы.

Следует отметить, что за период с 1954 по 1958 г. было издано значительное число правовых актов, в которых нашли отражение происшедшие изменения в деятельности МТУ. Однако необходим был единый научно обоснованный нормативный акт, который бы определял условия и порядок отбывания заключенными наказания и характер деятельности администрации по их исправлению и перевоспитанию. К его разработке впервые за многие годы привлекались советская общественность, представители суда и прокуратуры, сотрудники исправительно-трудовых учреждений, научные работники.

Этот нормативный акт — Положение об исправительно-тру- довых колониях и тюрьмах Министерства внутренних дел СССР — был утвержден в декабре 1958 г. Советом Министров СССР. Но действие его оказалось непродолжительньш. Дело в том, что коренные преобразования в области исправительно-трудовой политики вступили в определенные противоречия с уголовной политикой, где также шли преобразования, но в более замедленном темпе. В конце 1958 г. были приняты Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик, послужившие правовой основой реформы всей системы исполнения уголовного наказания.

Принятие Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик способствовало укреплению законности в деятельности ИТУ. Ограничивались функции администрации по досрочному и условно-досрочному освобождению заключенных. Решение этих вопросов стало компетенцией суда. Только суду предоставлялось право перевода заключенных при определенных условиях из колонии в тюрьму и из тюрьмы в колонию. Он же назначал осужденному вид лишения свободы, а администрация ИТУ определяла конкретную колонию, в которой заключенному предстоя - ло отбывать наказание.

Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г. возродили идею максимальной экономии кары при определении меры наказания. Только за особо тяжкие преступления допускалось лишение свободы на срок до 15 лет. Это принципиальное изменение в карательной политике отражало курс государства на усиление гуманных, воспитательных начал в жиз-