социализированные, институциональные культурные конфликты — и это не тавтология. Прежде чем стать местом выражения боли и трагедий культуры, каждая стратегия должна отпочковаться, обособиться и противопоставить себя всем остальным по отдельности и всей культуре в целом, осознавая и проводя свои границы, рефлектируя и развивая свои особые основания, культивируя свои особости и уникальности. Гармония — это состояние равновесия между стабильными и инновативными компонентами культуры. Конфликт — это инновационный впрыск и мобилизация ресурсов культуры на его адаптацию в той или иной форме (могут быть и «срывы в архаику», но такие конфликты неконструктивны). Если мы последуем за большинством исследователей культурных кризисов, то заметим их интерес прежде всего к двум типам конфликтов в культуре: а) между какой-либо одной К. с. и культурой в целом — например, культурой и техникой, культурой и политикой; и б) между двумя К. с. — наукой и искусством, наукой и религией, моралью и правом. (Хотя самые интересные исследования включают в поле зрения и внутренние конфликты, свойственные каждой конкретной стратегии. Например, в исследовании науки как раз сильнее изучены внутренние противоречия и связи.)

Библиография

1.Habermas J. Theorie des kommunikativen Handels. Bd 1, 2 Fr. M., 1985.

2.Naniwada H. Die Logik der technischen Welt. Tokio, 1970.

3.Философия техники. История и современность. M., 1997.

4.Гриненко Г.В. Сакральные тексты и сакральная коммуникация. М., 2000.

5.Почепцов Г.Г. Теория коммуникации. М., 2001.

ТЕХНИКА

2. Техника как коммуникативная стратегия

Обычно Т. понимается как антипод культуры. Во-первых, Т. считается антигуманной — из-за ее слишком бездушного, безразличного к нашим моральным ценностям «целерационального» устройства. Вовторых, Т. есть отчуждение от человека его «родовых сущностных сил»: вместо того чтобы служить орудием господства человека над ойкуменой, она сама господствует над человеком. В-третьих, Т. губит естественную среду обитания — природу, гармонию природного «естественного» отношения человека к природе, истощает

ресурсы Земли, сулит катастрофы и войны. В-четвертых, она привносит в человеческий мир свои нечеловеческие императивы, безнадежно извращая здоровую человеческую природу (или сущность, или предназначение, или гуманистические устремления). В-пятых, Т. — это рутина, она губит творчество. В- шестых, Т. — орудие угнетения и в классовом, и в цивилизационном смысле. В-седьмых, Т. есть мультипликация суррогатов культуры. Список можно продолжать. На резком противопоставлении Т. и

культуры вскормлены популярные идеологемы технократизма и культуркритического гуманизма. И

несмотря на прямо противоположные диагнозы и рецепты, формулируемые на этих полюсах, в них есть общее — они не хотят видеть в Т. средства обращения, коммуникации, а стало быть, родовой общности с культурой.

Технократизм — упование на техническое развитие как на панацею от основных людских тревог — противопоставляет Т. культуре, из которой вычтены, вынесены в Т. способности человека ставить и осуществлять цели, использовать изощренный и глубоко диверсифицированный инструментарий, быть эффективным, строго соблюдать последовательность операций. В таком случае культура обречена на рефлексивные игры — в бисер ли, в поиски духовности, или в попытки засыпать необязательными ответами бездны вечных вопросов.

Критика Т. и культуркритическая традиция исходит из противоположной, но зеркально подобной установки — Т. ничего общего с «человеческим, слишком человеческим» не имеет, человек есть резервуар творческих способностей, он поручил было Т. некоторые технические детали, да, видно, напрасно: вышло все не так, как хотели... Главное — что человек уже и не несет ответственности за экспансию технического Молоха, джинн вылетел, и, провожая его взглядом, остается только сожалеть о том, что когда-то неосторожно обращались с сосудом.

Фиксация разрывов, драматично описываемых и с той и с другой позиции, правдоподобны, часто образны, иногда наукообразны. Но, вскрывая реальные болезненные проблемы, идеологи прячут главного виновника всех бед. Дилемма культуры и Т. предстает в неисторическом, несоциальном, неуправляемом и безответственном «пространстве». Поэтому так распространены упования на ее автоматическое преодоление. А суть дела — в изменении места Т. в связке «человек — культура — другой человек». Место это разрастается и изменяет конфигурацию, но ведь одновременно и люди меняются; в общении друг с другом они подчас не понимают своих собственных «текстов», действий и ожиданий.

157

Одним из выходов из теоретических затруднений стали попытки видоизменить определения Т. Сложились еще два полюса — узкие и широкие определения. Узкие — ограничивающие Т. только материальными орудиями воздействия человека на природу. Широкие — включающие в понятие Т. идеальные, или интеллектуальные средства общения. С первой точки зрения, скрипка — инструмент, техническое музыкальное устройство, и игра на ней — творчество. Со второй — мастерство скрипача