Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Энциклопедия глубинной психологии. Т.III. Последователи Фрейда
.pdf
ПСИХОАНАЛИЗ. Последователи Фрейда
степени — о нарушении мышления у того или иного члена семьи. В этом на
правлении нам предстоит еще многое сделать, поскольку область когнитивного
восприятия и несимволического поведения, без сомнения, до сих пор отно
сится к наименее исследованным пограничным областям современной психи
атрии.
Среди наиболее важных подходов к проблеме тревоги и страха (см. соот
ветствующую статью Д. Айке в т. II) только в интерперсональной теории
тревога рассматривается на чисто психологической основе без нейроанато
мического фундамента. Тревога воздействует на тело тем или иным образом,
причем в выборе средств она весьма непритязательна. Переживание тревоги
является приобретенным, то есть на эмоциональном уровне оно переносится
от тревожных людей, окружающих ребенка, на него самого (здесь целесооб
разно иметь в виду не только тревожного человека, но и общую атмосферу тре
вожности в семье).
Будучи во всех отношениях деструктивной, тревога патогенно воздействует
на все формы разумной коммуникации; она делает невозможным доверие, препят
ствует творческому мышлению и является причиной серьезных нарушений инте
грации человека. В своей формулировке Салливен не оставляет места для экзистен
циального, гуманистического или потенциально конструктивного аспекта тревоги
(см. Ditfurth 1972). По его мнению, тревога во всех своих проявлениях вредна и про
тиводействует человеческому прогрессу.
С клинической точки зрения представляется вполне правомерным рассмат
ривать тревогу во всех ее проявлениях как патологическую. Это, однако, может
привести к определенной путанице, если провести разделение на конструктив
ную и деструктивную тревогу. Обоснованные чувства вины, вопросы совести,
морали, лояльности и аналогичные проблемы, связанные с реальностью, также
могут вызывать различные по своей интенсивности мучения. Однако эти реак
ции следует скорее отнести к категории страха, а не тревоги. Если мы займем
клиническую позицию и будем относить универсальные человеческие конфлик
ты к области психопатологии, то, без сомнения, мы многое упустим, однако
я полагаю, что заслуга интерперсональной теории заключается в том, что поня
тие тревоги осталось зарезервированным за теми интерперсональными пережи
ваниями, которые иррациональным образом уменьшают уважение человека
к себе. Вытекающие из этого «операции, обеспечивающие безопасность», пред
ставляют для психиатра надежные данные, которые лучше всего рассматривать
отдельно от вопросов, имеющих преимущественно реальную основу. Здесь, разу
меется, можно выдвинуть возражение, что все человеческие конфликты являются
реальными, и с этим, конечно, трудно не согласиться. Однако возникает
важный вопрос: является ли актуальная проблема результатом неизбежной
внешней ситуации или же ее причины содержатся — со всеми преувеличениями
и искажениями — в переживании прошлого?
Целью терапии необязательно является уменьшение тревоги пациента. У нас
должны быть даже оправданные сомнения в том, что такая цель когданибудь мо
жет быть достигнута. Что действительно стремится сделать терапевт в процессе ле
чения, так это, скорее, просветить пациента в отношении самых разных иррацио
нальных форм поведения, которые позволяют сделать вывод о наличии вытесненной
тревоги. Кроме того, должна быть ослаблена ригидная «система Самости», соору
женная с целью избежать чувства тревоги. Пациент в ходе терапии может «научить
ся» поведению, которое позволит ему, по крайней мере в случае не слишком выра
женной тревоги, обходиться без моментального бегства к самоуничижительным
«операциям, обеспечивающим безопасность».
376
Психоаналитические теории Карен Хорни, Гарри Стека Салливена (Герард Хржановски)
Принцип однородности
Принцип однородности означает, что в аспекте интерперсональных отношений
фундаментальные свойства человека как вида преобладают над многообразными
отклонениями в поведении людей, причем независимо от того, являются эти люди
больными или здоровыми. Самыми важными, следовательно, являются общие свой
ства людей, а не их своеобразие, выраженность тиков или функциональных рас
стройств. Кроме того, принцип однородности означает, что при научении паттер
нам поведения приоритетом обладает повторение, и этот приоритет не могут
поколебать отдельные, индивидуальные поступки, мысли или события, какими бы
драматическими или уникальными они ни были. Поведение каждого человека нахо
дится в диапазоне фундаментальных человеческих установок. В соответствии с этим
психическое заболевание рассматривается как важный элемент человеческой ситуа
ции, как неудачный аспект человеческого бытия. Оно рассматривается как непра
вильное руководство человеческими отношениями или — конкретнее — как резуль
тат окрашенных тревогой переживаний, возникавших в процессе энкультурации
в общении со значимыми для индивида людьми. Основные причины функциональ
ных нарушений следует в основном искать в неправильных — в количественном
и временном аспектах — реакциях в сфере межличностных отношений.
Принцип однородности имеет большое значение для терапии. Психические на
рушения выступают здесь как формы жизни, неадекватные по отношению к пове
дению других людей. При этом нарушения рассматриваются не как заболевания,
а как правомерные, хотя и патологические формы существования; они являются ре
зультатом постоянных искаженных отношений со значимыми для данного человека
людьми.
Терапия представляет собой своего рода включенное наблюдение с целью вы
явить относительно сохранные части личности пациента. Встреча между пациентом
и врачом происходит преимущественно на уровне их совместного человеческого
бытия, то есть акцент должен делаться на сходстве их соответствующих пережива
ний на трудном пути личностного развития. При этом крайне важно то, что психи
атр не занимается непосредственно патологическими формами поведения пациен
та и, таким образом, не становится сам частью нарушенной системы — в противном
случае он бы лишился своих терапевтических функций. Следовательно, сходство
или однородность, как она здесь понимается, не имеет ничего общего с процессом
адаптации; скорее, она означает постоянный поиск доступного и важного для обеих
сторон способа коммуникации.
Расширение принципа однородности
Принцип однородности может быть, однако, применен и в другой сфере; я здесь
имею в виду исследование сходства между пациентом и его семейным окружением.
Как терапевты мы интересуемся не только множеством неудачных влияний со сто
роны семьи. Одна из главных наших задач заключается в раскрытии позитивных
переживаний и конструктивных контактов в прошлом, чтобы дать пациенту свобо
ду в ситуации «здесь и сейчас», которая включает в себя также ценные установки
по отношению к семье. Успех терапии нередко зависит от способности терапевта
продемонстрировать позитивное сходство между пациентом и его семьей. При этом
часто бывает труднее продемонстрировать позитивные переживания, относящиеся
к прошлому, чем указать на явно деструктивные влияния. Только в том случае,
если терапевт постоянно прикладывает усилия в этом направлении, он может
377
ПСИХОАНАЛИЗ. Последователи Фрейда
предохранить себя от того, чтобы не оказаться в роли спасителя или идеализирован
ного замещающего родителя. Путь к самодифференциации и индивидуации обычно
ведет через подтверждение прошлого, каким бы ограниченным или незначитель
ным ни было его позитивное влияние.
Принцип нежности
Принцип нежности представляет собой концепцию интеграции человека, осно
ванной на помощи и поддержке со стороны окружения. Как известно, Салливен счи
тал, что психиатрия нуждается в собственном адекватном языке, который выходит
за рамки традиционных понятий обыденной жизни. Например, слово «любовь»
в своем обычном значении является, по мнению Салливена, непригодным для науч
ной коммуникации.
Принцип нежности предполагает наличие не связанной с инстинктами нежно
сти, которая образует основу для относительно свободных от тревоги переживаний.
Этим, однако, отнюдь не ставится под сомнение предрасположенность человека
к проявлениям нежности. Нежное поведение, оказывающее благотворное влияние
на младенца, предполагает наличие в отношениях между матерью и ребенком атмо
сферы, которая в целом характеризуется отсутствием тревоги. Согласно этой модели,
соответствующие потребности матери и ребенка взаимно подкрепляются и образуют
функционирующую коммуникативную систему. Если все складывается нормально,
то в результате развивается благоприятная цепная реакция. Ребенок выражает свои
потребности; у матери в ответ пробуждаются соответствующие реакции, и благодаря
своей способности удовлетворять потребности ребенка она испытывает чувство неж
ности. В свою очередь ребенок переживает чувство расслабленности и благополучия,
благодаря чему возникает кооперация. Без сомнения, функционирование этой самой
ранней системы межличностных отношений во многом определяет все последующие
интерперсональные отношения (см. статью Й. Шторка в т. I).
Принцип нежности предоставляет нам широкие возможности для его клиниче
ского применения. В соответствии с ним отношения между матерью и ребенком
осуществляются в определенном поле; то есть эти отношения не представляют
собой взаимодействия между двумя обособленными единицами. Кроме того, кон
цепции нежности и кооперации не связаны с ценностными суждениями о люб
ви матери или понимании ребенка и т. д.; скорее, здесь ставятся новые акценты
при рассмотрении детского воспитания.
Для терапевтической ситуации в соответствии с принципом нежности предла
гается метод, отвечающий потребностям как пациента, так и врача. В контексте ана
лиза обычно говорят, что аналитик и пациент нечто друг другу дают или друг у друга
берут. С тех пор, как Фрейд изложил свою фундаментальную концепцию анализа,
в этом смысле наше представления существенно изменились. Хотя — если рас
сматривать клинически — сегодня попрежнему в известном смысле речь идет о на
хождении возможностей для того, чтобы сделать бессознательное пациента соз
нательным и преобразовать неукрощенные инстинктивные силы в разумные
интерперсональные потребности; но сегодня мы знаем, насколько ограничены воз
можности сделать темное светлым и освободить внутреннее ядро человека. Обыч
ные методы основываются на биологических теориях, и с их помощью терапевты
пытаются тем или иным образом противостоять внутренней «болезни» пациента
будь то морального, биологического или социального характера. Но если психические
нарушения рассматриваются как жизненные проблемы, проистекающие в основном
из неправильной интеграции человека, то картина существенно меняется. Принцип
378
Психоаналитические теории Карен Хорни, Гарри Стека Салливена (Герард Хржановски)
нежности предполагает в качестве самостоятельной терапевтической цели установ
ление кооперации. То есть речь идет о развитии доверия в отношениях, характери
зующихся все более возрастающим равноправием. В этом смысле нежность расце
нивается как сложное взаимодействие между установками и поведением, которое
должно создать возможности, с одной стороны, для выражения фундаментальных
и зачастую нереализованных потребностей, а с другой — для адекватных реакций
на эти потребности, если их удается согласовать с терапевтическими отношениями.
Иначе говоря, это умение «давать» и «брать» в процессе анализа можно описать,
используя старую пословицу: «Manus manum lavat» («Рука руку моет»). С точки зре
ния терапии эта концепция означает, что традиционные ролевые отношения между
врачом и пациентом представляют собой тесно связанное единство. Она избавляет
нас от стереотипных понятий типа «любовь», «теплота», «дружелюбие», «благодар
ность» и др. и уменьшает интенсивность таких повседневных полярностей, как не
нависть и любовь, враждебность и дружелюбие.
Все, о чем говорилось выше, представляет собой лишь очень краткий обзор важ
нейших принципов интерперсональной теории. Поэтому я считаю необходимым
сделать еще несколько дополнительных замечаний.
Салливен рассматривает существование человека как континуум, простирающий
ся от колыбели до смертного одра. Отдельные фазы развития являются, так сказать,
вехами на пути проявления врожденного потенциала и представляют собой подготов
ку к реализации этих потенциальных возможностей в сфере межличностных отноше
ний. Для каждого человеческого переживания имеется оптимальный момент, а каж
дый слишком рано или слишком поздно приобретенный опыт порождает проблемы
в развитии. При этом каждая фаза развития, начиная с самого раннего младенческого
возраста, имеет решающее значение для существования человека среди других людей.
Особенно важной является фаза предподросткового возраста, которая в запад
ных культурах относится примерно к восьмому–одиннадцатому году жизни. В этой
фазе пока еще существует возможность компенсировать ранние травматические
переживания появлением интимных переживаний. В силу их абсолютной зависи
мости и неспособности выбирать объект любви дети предподросткового возраста
рассматриваются как неспособные любить. И только способность в определенной
степени видеть себя объективно, словно глазами близкого друга, создает основу
для соответствующего подкрепления и интимности.
Если говорить о человеческом бытии, то в схеме Салливена имеются две основные
категории. Одна относится к физиологическим, биохимическим и биологическим ос
новам человеческого организма и включает в себя следующие пять проявлений, отно
сящихся к базальным потребностям: голод, жажду, сон, удовольствие и одиночество.
Я думаю, что на голоде, жажде и сне здесь нет надобности подробно останавливаться.
Однако два других пункта, удовольствие и одиночество, требуют более детального объ
яснения. Салливен отвергает детскую сексуальность в качестве фактора, определяю
щего развитие, а поскольку в своей модели развития он оставляет в стороне теорию
либидо, то и догенитальным феноменам также уделяет очень мало внимания. По его
мнению, сексуальность является биологическим процессом, который до пубертата
не существует. Хотя Салливен и не оспаривает того, что у маленьких мальчиков
может возникнуть эрекция или у маленьких девочек — возбуждение половых орга
нов, тем не менее, на его взгляд, в этот период элемент удовольствия пока еще не при
сутствует. Удовольствие как таковое можно испытать только по достижении сексуаль
ной физической зрелости.
В своей концепции одиночества Салливен говорит о врожденной потребности
в общении, которая во многом напоминает инстинкт. Любопытно, что Салливен счи
тает чувство одиночества врожденным качеством человеческого организма, которое
379
ПСИХОАНАЛИЗ. Последователи Фрейда
поразному проявляется в разных фазах развития; вначале оно выражается в виде
потребности в тактильных контактах, как потребность ребенка оказаться на руках
матери; в дальнейшем — как потребность в признательной публике, в товарищах
по играм, в друзьях разного пола, в сотрудничестве, интимности и т. д.
Еще одним важным аспектом интерперсональной теории является постулат
о «системе Самости или системе антитревоги». К этой категории относится целый ряд
невротических и психотических проявлений, которые Салливен назвал «операциями,
обеспечивающими безопасность». К этим защитным установкам относятся следую
щие феномены: селективная невнимательность, апатия, летаргия, иррациональная
ярость, бесплодный гнев, отказ, проекция, а также многие другие ошибочные установ
ки в сфере коммуникации и межличностных отношений (Chrzanowski 1968).
Салливен был крайне одаренным клиницистом, труд которого, несомненно, за
служивает более подробного изложения, чем то, которое здесь было возможным.
Несмотря на некоторые недостатки его теорий, пожалуй, он был одним из послед
них великих новаторов в области психоанализа.
ЭРИХ ФРОММ
Биографические сведения
Эрих Фромм родился 23 марта 1900 года во ФранкфуртенаМайне. Многие
его родственники по линии отца были раввинами и поэтому он с самого раннего
детства имел возможность познакомиться с учениями Талмуда.
В основе представлений Фромма о сущности человека лежат учения Ветхого За
вета, радикальный гуманизм Карла Маркса, а также окрашенные в пессимистиче
ские тона психоаналитические открытия Зигмунда Фрейда. Академическими дис
циплинами, на которых базируется его теория, являются психология, социология
и философия. В возрасте 22 лет Фромм защитил диплом по философии в университе
те города Гейдельберг. Затем он обучался в Мюнхенском университете, а после этого
переехал в Берлин, где стал сотрудником тамошнего психоаналитического институ
та. В 1931 году Фромм прошел в этом институте учебный анализ у Ганса Захса. Вско
ре после этого вместе с Фридой ФроммРайхманн он основал Психоаналитический
институт во ФранкфуртенаМайне.
В 1933 году по приглашению Франца Александера Фромм переехал в Соединен
ные Штаты Америки для работы в Чикагском психоаналитическом институте. При
мерно через год он перебрался в НьюЙорк, где стал преподавать и проводить ана
лиз. Фромм принадлежал к небольшой группе психоаналитиков, которые основали
в НьюЙорке Институт имени Уильяма Алансона Уайта, руководителем которого
была Клара Томпсон. Затем он переехал в Бенингтон, где занимался преподаванием
и практикой, но продолжал поддерживать контакты с этим институтом. В 1949 году
Фромм принял приглашение работать профессором психиатрии в Университете
Мехико. Там он создал отделение психоанализа при медицинском факультете, а за
тем основал в Мехико Мексиканский институт психоанализа.
Наиболее важные теории
Фромм был убежден, что человек становится жертвой неврозов и психических
нарушений, если перестает позитивно относиться к жизни. По поводу будущего чело
вечества с течением времени он проявлял возрастающий пессимизм. Человечество,
380
Психоаналитические теории Карен Хорни, Гарри Стека Салливена (Герард Хржановски)
по его мнению, должно сделать выбор между биофилией, любовью к жизни, и нек
рофилией, любовью к смерти или к разрушению. Это разделение, однако, нельзя пу
тать с постулируемым Фрейдом дуализмом танатоса и эроса. Фромм видит в био
филии и некрофилии экзистенциальные феномены, на которые наслаиваются
социальные факторы. Методы производства, превращение в рыночный товар чело
веческих ценностей и отсутствие общепризнанных добродетелей способствуют тен
денции заниматься исключительно неодушевленными объектами и открывают путь
к деструктивности. В общем и целом Фромм, несмотря на свое более оптимистиче
ское представление о природе человека, пришел к таким же мрачным выводам
о будущем человечества, как и Фрейд.
В роли писателя и преподавателя Фромм был крайне одаренным и творческим
человеком. В общей сложности им было опубликовано более двадцати книг и мно
жество научных статей. Его первая книга «Бегство от свободы» (1941), написанная
под впечатлением прихода к власти фашистов, уже сегодня стала классическим про
изведением. Фромм предостерегает в ней от соблазнительной псевдобезопасности
тоталитарного государства. Возрастающая свобода все больше обособляет человека
от его естественных корней, разрывает связь с природой. Свобода предполагает вы
сокую степень самоопределения и умение принимать решения, привнося с собой
угрозу одиночества. Согласно Фромму, у человека остаются, по сути, две возможно
сти. Он может стать творческим и продуктивным, жить в гармонии и любви с други
ми людьми, делиться с ними плодами своего труда, развивать самоуважение и отно
ситься к своим собственным потребностям как к правомерным. Другая возможность
заключается в том, чтобы склониться перед авторитетом, отождествиться с общест
вом и стать механическим, дегуманизированным инструментом, служащим произ
водству. В первом случае он выступает в качестве индивидуально действующего чело
века, уважающего самого себя и самого себя реализующего, способствующего
возникновению более прогрессивного общества. Во втором случае он становится
рабом изза отказа от своей индивидуальной свободы.
Человеку присуща потребность искать смысл своей жизни, и он должен содей
ствовать формированию общества, которое формирует его самого. Стремление
к отношениям с другими людьми и поиск смысла относятся, следовательно, к фунда
ментальным потребностям человека. После того как он вступил на путь эволюции,
у него уже нет возможности вернуться в Эдем. Согласно Фромму, индивидуальная
личность формируется по образцам, возникающим вследствие отношений людей
между собой, и на нее влияют социальноэкономические и политические структуры
общества. Фромм проводит различие между отношениями как независимым, доб
ровольным процессом и симбиотическим соединением. Касаясь последнего, он ука
зывает на роль реципрокности между рабом и его господином. Один не может
существовать без другого. Эксплуатация, а также паразитизм указывают на неспо
собность человека выносить факт фундаментального одиночества и чувства своей
никчемности. Для таких людей другие выступают лишь в качестве средства повыше
ния самооценки, источника перестраховки и щита, предохраняющего от чувства
полной внутренней пустоты. Все прежние формы общества предоставляли лишь ми
нимум индивидуальной свободы. Люди всегда были связаны строгим соблюдением
ролей в рамках общественного устройства. Выбраться наверх в обществе было не
возможно, и практически во всех сферах жизни господствовали строгие правила
и обязанности. Вместе с тем благодаря своей предопределенности такая форма об
щественной жизни предоставляла большую степень безопасности и связанности.
Церковь, семья и стабильное устройство общества указывали каждому человеку
его место, где — несмотря на все усилия — как индивид он никогда не мог почув
ствовать себя одиноким и изолированным. В результате постепенного ослабления
381
ПСИХОАНАЛИЗ. Последователи Фрейда
этих экономических и политических оков у индивидов автоматически уменьшилось
ощущение безопасности и чувство принадлежности к группе, которое было связано
с прежними ролями. Вследствие эмансипации и обретения независимости индивид
ощутил на себе воздействие обезличенных общественных сил. Таким образом, в со
временном обществе отношения между людьми характеризуются конкуренцией,
эксплуатацией, паразитизмом и враждебностью. Хотя современный человек отно
сительно свободен, он лишен корней, испытывает одиночество и со всех сторон чув
ствует для себя угрозу.
Во всех своих теориях Фромм делал основной акцент на человеке и его природе.
Все, что связано с человеком и человечеством, является для него важным. Клиниче
ские феномены занимают свое место среди общих феноменов человеческого суще
ствования. Естественное развитие человека заключается в индивидуации. Оно опре
деляется относительной независимостью человека от инстинктов и биологических
факторов. В отличие от животного, которое целиком управляется инстинктивными
импульсами и неспособно мыслить или понимать, человек обладает способностью
управлять своими влечениями и их трансформировать. Значительная часть челове
ческих влечений определяется скорее социальными, а не биологическими фактора
ми. Психические нарушения возникают, вопервых, изза недостаточной индивидуа
ции, а вовторых, вследствие конформности с дегуманизированной социальной
интеграцией.
Несмотря на свою тенденцию избегать свободы, человек может добиться этой
свободы. В истории индивида в Западном мире Фромм усматривает постоянно по
вторяющуюся попытку освободиться от принуждения и разбить оковы религии
и общественных институтов.
В своих сочинениях Фромм не уделяет особого внимания инстинктивным силам
человека, а концентрируется главным образом на страстях, возникающих изза его
стремления быть связанным с другими людьми и стремления к идентичности.
В своей концепции тревоги Фромм говорит о внутренней потребности человека
преодолеть обособленность и избежать одиночества.
В возникновении великих гуманистических религий и классической философии
он усматривает позитивный поворот к продуктивности, креативности и насыщен
ности жизни в противоположность регрессивной ориентации.
Согласно теориям Фромма, структура характера определяется не биологическими
потребностями человека, а условиями, в которых проходит его жизнь. Хотя и для Фром
ма биологические данности остаются основой развития личности, однако в своих кон
цепциях он пытается соотнести биологические факторы с социальноэкономическими
условиями человеческой жизни.
В социальном характере существования человека Фромм видит препятствия
для индивидуации. По его мнению, социальные условия обладают определенной сте
пенью автономии. Он пытается согласовать психоаналитические концепции и прин
ципы Карла Маркса и при этом выйти за рамки теорий Фрейда и Маркса. На Фром
ма значительно повлияла Марксова концепция производства, которую трудно
увязать с идеей Фрейда о снижении напряжения. Кроме того, Фромм рассматривает
бессознательное как кладовую всех потенциальных возможностей человечества,
в которой заключена вся природа человека.
Фромм обладает чувством глубокого сострадания к людям. Он все больше перени
мает роль мудреца, который критическим взором глядит на мир в целом и на пси
хоанализ в частности; и нет никаких сомнений в том, что все, что он видит, ему не нра
вится и не внушает оптимизма. Он видит, насколько люди склонны почитать богов
и попадать — в ущерб индивидуальным человеческим ценностям — во все большую
зависимость от материальной стороны жизни. Наша эксцессивная индустриализация
382
Психоаналитические теории Карен Хорни, Гарри Стека Салливена (Герард Хржановски)
с ее соблазнительным обещанием «хорошей жизни» ослабляет характер человека,
делает его жизнь заурядной и превращает ее в дешевый товар. Согласно Фромму,
агрессия — это защитная мера человека, которая должна служить его выживанию
и не быть направленной против других людей. И наоборот, деструктивность являет
ся приобретенной чертой, не присущей человеку от рождения.
Интересно, что представления Фромма об агрессии и деструктивности имеют
определенные аналогии с определением Салливена тревоги и страха. Салливен ут
верждает, что страх является реакцией на внешнюю опасность, и в качестве преоб
ладающего паттерна реагирования перед лицом опасности он, в частности, указыва
ет на канонический закон. И наоборот, он считает тревогу феноменом, относящимся
исключительно к сфере человеческих отношений. В схеме Салливена любая тревога
деструктивна, она является результатом нарушенных интерперсональных пережи
ваний. Для меня не существует сомнений в том, что Фромм и Салливен, основываясь
на совершенно разных теоретических представлениях, пришли к одинаковым выво
дам относительно природы агрессии и деструктивности.
Лейтмотив Фромма выражается в его внутреннем убеждении, что ни Бога, ни че
ловека невозможно объективировать. Для него Бог — это метафора, а не человеческий
идол наподобие власти, денег, национализма или других конкретных вещей. Индиви
дуация человека представляет собой «открытый» феномен, который никогда не быва
ет завершенным. В основе человеческого существования лежит поляризация, происте
кающая из исторического самоформирования человека. Альтернативами являются
утверждение всего живого и поклонение мертвым объектам. В сфере утверждения
жизни в качестве наиболее важных целей речь идет о любви, справедливости, свободе,
креативности, независимости и правде, тогда как негативная установка ведет к упад
ку, эксплуатации, деструктивности и бездуховности. Человек является не столько
жертвой обстоятельств, сколько потенциальным рабом, поклоняющимся богам.
Он склонен идти путем наименьшего сопротивления и повернуться спиной к свободе,
духовному мужеству и героическому пониманию жизни. Серьезную опасность Фромм
видит в приспособлении к «психически больному обществу». По его мнению, совре
менное общество потеряло свою душу и превратилось в управляемый компьютером
автомат. Сегодня человек не волен делать выбор между марксизмом и капитализмом,
между радикализмом и консерватизмом. Во всех современных обществах он прико
ван к автоматам, которые держат его в плену в качестве орудия потребления и субъек
та дегуманизированных методов производства. Его антропологическая ситуация оп
ределяет его судьбу. Принятие стадной идентичности разрушает способность думать
и любить. Симбиоз и «психический инцест» составляют сущность авторитарной лич
ности. Возможный ответ на авторитарную кабалу Фромм видит в образе настоящего
революционера. То есть вырваться из цепких объятий «психически больного общест
ва» способен лишь тот, кто обладает известной степенью героизма, кто любит жизнь,
но за нее не цепляется, кто является страстным поборником правды и кто не жаждет
удовлетворить свое тщеславие или стремление к личной власти.
На мой взгляд, пессимизм Фромма объясняется его бескомпромиссным стремлени
ем к разуму и любви. В нем есть чтото от крестоносца, когда он взывает к нам, убеждая
в необходимости придерживаться иудейскохристианских ценностей, если мы не хотим
подвергнуть себя риску погибнуть и предать разрушению всю человеческую расу.
Типы характера
Фромм описал ряд типов характера, которые различаются по признакам про
дуктивности и непродуктивности. К первой категории относятся любовь, креатив
383
ПСИХОАНАЛИЗ. Последователи Фрейда
ность, поиск истины, духовные качества, индивидуация, разум и утверждение жиз
ни. Ко второй категории — накопительский, рецептивный, меркантильный и нек
рофильский типы.
Согласно Фромму, человек обладает двумя противоположными тенденциями.
Одна побуждает его идти проторенной дорогой; это путь минимального риска и из
менения. Второй соответствует рискованному пути прогресса. Он ведет к развитию
способности думать и любить, а также к свободным отношениям индивида с други
ми людьми. Продуктивная ориентация человека сопровождается все большим осво
бождением от симбиотических уз, которые связывают его с родителями, предками,
землей и идолами. Независимость, как ее понимает Фромм, во многом напоминает
Марксову концепцию доверия к себе. Она включает в себя материальную, эмоцио
нальную и интеллектуальную независимость.
Согласно Фромму, для современных людей характерна меркантильная ориента
ция. Человек, стоящий на меркантильных позициях, не является ни продуктивным,
ни рецептивным, ни эксплуататором, ни накопителем. Креативность уступает место
принципам обмена товарами; рынок становится мерилом всех ценностей. По мне
нию Фромма, рынок делает из людей предмет торговли, предмет употребления.
Фромм подчеркивает эту мысль и в качестве примера приводит широко распростра
ненный оборот речи, который часто используется, чтобы выразить несогласие с тем
или иным мнением: «Das kaufe ich Ihnen nicht ab»2.
Мне кажется, что этот пример свидетельствует о некотором догматизме Фром
ма. Фраза «Das kaufe ich Ihnen nicht ab» точно так же может быть указанием на то,
что данное мнение мало что значит. Поэтому в такой экономической метафоре
не обязательно усматривать выражение чисто меркантильной ориентации. Если пред
ставить, что несогласие с высказыванием выражалось бы в зрительных, тактильных
или слуховых метафорах, то вместо «Das kaufe ich Ihnen nicht ab» можно было бы
сказать «Das stinkt nach Fisch» («Это дурно пахнет»), «Das würde ich nicht einmal
mit Handschuhen anfassen» («Я бы не дотронулся до этого и в перчатках») или «Das
hört sich nicht gut an» («Это нехорошо звучит»). Если я правильно их понимаю,
то эти три последних оборота речи имплицитно содержат в себе ту же мысль,
что и первое высказывание, но они не являются меркантильными. Тем самым я хочу
сказать, что Фромм вкладывает в эту метафору слишком большое значение, которое
не соответствует ее содержанию.
Фромм определяет ориентированного на эксплуатацию индивида как человека,
чувствующего себя неспособным «производить» себя самого. Такой человек испы
тывает потребность забирать чтолибо у других. Он обречен грабить и воровать.
Фромм усматривает в этом каннибальскую установку и считает, что воровство, гра
беж и каннибализм основываются на восприятии человеком своей тотальной импо
тенции. Иными словами, это означает, что непродуктивный человек обречен вести
дегуманизированное существование и эксплуатировать других. Тем самым он пред
ставляет собой опасность для окружающих людей. Рецептивный и накапливающий
характеры являются вариациями на эту же тему. Они неспособны пожинать плоды
своего собственного труда. Рецептивный тип ожидает, что его будут кормить и о нем
будут заботиться другие. Он является услужливым льстецом, потерявшим свою иден
тичность в результате утраты способности трудиться и быть продуктивным. Накап
ливающий тип «сидит на своем скарбе» и пытается закрыться от внешнего мира,
чтобы не делиться с другими.
Разработанная Фроммом типология характеров дает нам некоторые интересные
указания, хотя, как мне кажется, изза чрезмерного акцента на работе и продуктив
ности как панацее от всех бед человечества она является слишком односторонней.
В ней ничего не говорится о том, каким образом индивид теряет свои человеческие
384
Психоаналитические теории Карен Хорни, Гарри Стека Салливена (Герард Хржановски)
корни. Кроме того, мне представляется, что Фромм делает общество единственным
козлом отпущения, ответственным за отчуждение индивида от своих имманентных
гуманистических качеств. Я думаю, что на вора, грабителя или каннибала нельзя на
вешивать ярлык монстра или некрофильского каннибала, такого, как Гитлер, просто
изза того, что данный человек убежден, будто не способен производить и удовлетво
рять свои потребности собственными усилиями. Деструктивный бред и одержимость
смертоубийством в любом случае являются кошмарными феноменами, идет ли речь
о Нероне, главаре гангстеров Диллингере или Гитлере. В этом отношении ни психо
анализ, ни анализ общественных структур до сих пор не внесли большой ясности.
Анализ развития и условий жизни Гитлера, который пытается провести Фромм
в своей книге «Анатомия человеческой деструктивности» (1973), не дает нам объяс
нения того, каким образом Гитлер стал одной из самых зловещих фигур в истории.
Приходится чуть ли не верить в идею случайной мутации, приведшей к появлению
на свет в облике человека совершенно дегуманизированного преступника. Наши
современные психологические и социологические теории не дают нам убедительно
го объяснения того, по какому закону причины и следствия возникает деструктив
ная личность. Насколько я понимаю теорию Фромма, у человека есть выбор между
утверждением жизни и деструктивностью, причем структура современного обще
ства такова, что подталкивает его занять скорее негативную позицию. Из этого мож
но сделать вывод, что общество, проявляющее к индивиду настоящее уважение,
то есть общество, в котором нет экономической эксплуатации и базисные установ
ки которого определяются любовью и разумом, должно быть избавлено от преступ
ников, нелюдейдиктаторов и агрессивных эксплуататоров.
Адольф Гитлер, клинический случай некрофилии
Как уже упоминалось, Фромм представил детальный психобиографический
анализ характера Гитлера. При этом он ссылается на психоаналитические исследо
вания, которые опубликовали в своих книгах о Гитлере В. К. Лангер (Langer 1973)
и Ж. Броссе (Brosse 1972). Фромм находит у Лангера несколько интересных мест,
но все же считает его ортодоксальную, строго фрейдианскую концепцию ошибоч
ной. Гипотеза Лангера о том, что ядерной проблемой формирования аномального
характера Гитлера является гипертрофированный эдипов комплекс, представляется
неубедительной. А интерпретация Броссе — главной бессознательной побуждаю
щей силой Гитлера является его желание убивать, направленное не только на отца,
но и прежде всего на «фаллическую мать», — по мнению Фромма, принадлежит
к разряду тех, что создали психоанализу плохую репутацию.
Фромм, однако, приводит и другие источники, прежде всего личные высказыва
ния Альберта Шпейера. Далее я хотел бы вкратце изложить содержание главы о Гит
лере в книге Фромма. Глава начинается с утверждения, что родители Гитлера в це
лом были стабильными, благожелательными и недеструктивными людьми. Фромм
описывает мать Гитлера как женщину, которая безумно любила своего сына и обе
регала его, словно зеницу ока, по крайней мере первые пять лет его жизни, пока
не родилась сестра. Тем не менее Фромм предполагает, что «фиксация на матери»
у Гитлера не характеризовалась ни любовью, ни теплыми чувствами. Мы узнаем,
что смерть отца, когда Гитлеру было 14 лет, не произвела не него особого впечатле
ния. Через четыре года от рака умерла мать, и Гитлер ухаживал за ней на протяже
нии трех последних недель ее жизни. Однако Фромм твердо убежден, что Гитлер
не испытывал к своей матери ни любви, ни нежности. Он также считает, что «быть
свободным» означало для Гитлера — «быть свободным от реальности».
385
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]