Энциклопедия глубинной психологии. Т.III. Последователи Фрейда

выглядеть так или совершенно иначе. Поэтому его поведение является крайне неус тойчивым, особенно в ситуациях, вызывающих беспокойство. Иногда он может пря мотаки молниеносно пойти на сближение, например в форме бестактных, на рушающих дистанцию вопросов; в качестве установки прорывается чрезмерное любопытство. После этого он снова резко и неожиданно замыкается в себе. Раздво енность по отношению к людям усугубляется. Шизоид необычайно амбивалентен. Это характеризует его даже там, где в качестве сверхкомпенсации ему удается пре красно выучить правила поведения в обществе или рационализировать и интеллек туализировать все проблемы. Многие дипломаты и ученые относятся к этому типу людей.

Таким образом, лица с навязчивоневротической структурой становятся «избе гающими людьми» (Й. Дюрк). Они, как пишет ШульцХенке, избегают «рукопаш ной схватки», уступчивы, однако у них сохраняются скрытые моторноагрессивные импульсы. Еще Бонди говорил здесь о «злой покорности» (SchultzHencke 1951, 63). Под влиянием требований абсолютного послушания, строгости или ригидной мора ли первым в детской фазе развития тормозится поведенческий компонент агрессив ного побуждения. Но поскольку ребенок уже не является столь беспомощным, как на первом году жизни, он, несмотря на страх наказания, особенно интенсивно попытается удовлетворить свою потребность в моторной разрядке. Он будет прояв лять все большую агрессию и ненависть по отношению к запрещающим взрослым. Если ребенка наказывают за это особенно строго, то он начинает воспринимать свои аффекты как «нехорошие», предосудительные и при определенных условиях даже как смертоносные. У него развиваются сильные чувства вины, а они в свою очередь настолько теперь подавляют аффект, что зачастую о том, чтобы вернуться к преж ним проявлениям упрямства, не может быть и речи. Ребенок становится «славным». Если подобное подавление моторных и аффективных элементов оказалось успеш ным, то вместо них в структуре переживания побуждений в течение долгого време ни могут оставаться активными компоненты воображения. При этом возникающие в результате агрессивные фантазии оказываются, так сказать, «изолированными» от первоначального импульса. Здесь мы сталкиваемся с защитным механизмом изо ляции, о котором говорил еще Фрейд — правда, в ином методологическом контек сте — при описании невроза навязчивых состояний.

Истерическая структура является следствием заторможенных потребностей на четвертом и пятом году жизни — другими словами, следствием заторможенного переживания уретральных и сексуальных побуждений.

Однако этих шагов в здоровом развитии не возникает, если ребенок в данный период жизни сталкивается со строгостью, то есть оказывается фрустрированным в своих настоятельных потребностях. Моторные компоненты импульсов являются зрелыми, а потому подавить их, как на предыдущих стадиях, уже невозможно. Ребенку, как отмечает ШульцХенке, не остается ничего другого, как реагировать отказом от кратко описанных здесь шагов в созревании. В первую очередь здесь по давляются компоненты воображения, относящиеся к жизни влечений. Они не со храняют своей необходимой, реальной полноты. Остаются лишь раннедетские или инфантильные представления. Таким образом, истерик (см. также статью А. Гри на в т. I) не имеет, надежной почвы, он «нематериален», постоянно неуверен в себе, особенно в своей собственной половой роли. Именно собственная нематериальность и побуждает его к тому, чтобы перенимать роли других людей, идентифицироваться с ними, играть чужие роли. Он не признает никаких обязательств взрослой жизни, нецеленаправленно активен и живет в основном миром своих желаний. Речь его так же не может стать точной. Поэтому истерика часто можно распознать уже в ходе простой беседы. «Язык... используется произвольно. Над ним глумятся. Шутовство и клоунада господствуют в переживании, выражении и поведении» (SchultzHencke 1951, 110).

В качестве характерного явления на следующей стадии развития, анальной и мо торноагрессивной, мы уже описывали первую фазу упрямства. Здесь впервые проис ходит противопоставление собственного Я требованиям внешнего мира. Это приво дит к формированию уже более дифференцированной собственной индивидуальности. И наконец, в уретральной фазе снова более выраженными являются тенденции к ком муникации. В конечном счете образуются формы поведения, более тонко дифферен цированные с точки зрения индивидуации и коммуникации, поскольку в «эдиповой фазе» они проявляются специфическим для каждого пола образом, а именно: тенден ции к коммуникации осуществляются по отношению к родителю противоположно го пола, а тенденции к индивидуации — по отношению к родителю одного пола с ребенком.

или нож, или еще чтонибудь в этом роде. Более того, можно сказать, что эти волны являются используемым инструментом. С момента А появления этих волн они вы зывают у X специфические, очень сложные телесные процессы (функциональные из менения в органах чувств, предположительно возбуждение в стволе мозга, прочие нервные и гуморальные изменения и т.д.). Поскольку во время этих процессов и у Y, и у X возникают особые по качеству переживания, которые мы обычно называем психическими — а именно переживания испуга, — можно также сказать: телесные функциональные процессы у X являются первично психогенными. Но в принципе этот общий процесс можно описать также и чисто материально.

Но если речь идет о патогенных «психических» раздражителях (например, че ресчур интенсивных, слишком длительных или часто повторяющихся), то и «орга нические» функциональные процессы приобретают патогенный характер. Клетки, например, слишком долго остаются в состоянии патофизиологического изменения. Но могут возникать также и стойкие изменения. Зачастую «...их отличие, помимо прочего, заключается в том, что они [клетки], сталкиваясь с привычным раздражите лем, реагируют теперь уже не обычным образом, как прежде, а аномально... Функ циональное нарушение органа перешло в повреждение органа» (SchultzHencke 1951, 282).

Таким образом, в случае аномальных, необычных раздражителей, с которыми мы имеем дело в психопатологии, можно выделить три возможных варианта: нару шение функции, нарушение органов, нарушение взаимодействия функций.