Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Ф.М. Достоевский и О.Ф. Миллер история взаимоотношений. Монография
.pdf
41
Кузнечном переулке открылась первая столовая, в 1902 году
было выстроено трехэтажное здание – исторический памят-
ник общественного питания в России. Именно по инициативе
студенчества после смерти Миллера эта столовая стала но-
сить его имя.
Студенческая столовая, построенная по инициативе
О.Ф. Миллера
В 1882 году благодаря усилиям профессора в универси-
тете было основано «Студенческое научно-литературное об-
щество», председателем которого Миллер оставался до его
закрытия. «После больших хлопот и хождений по начальству, – вспоминает В.В. Вересаев, – Оресту Миллеру удалось
основать при университете студенческое научно-
литературное общество, где студенты выступали с рефератами на научные и литературные темы. По тому времени подобное общество было явлением совершенно небывалым»
78
.
На заседаниях общества он не только стимулировал молодѐжь к творческому, исследовательскому изучению литературы, но и вѐл разъяснительные, воспитательные беседы со
слушателями о проблемах современности. Участниками об-
78
Вересаев В.В. В студенческие годы / В.В. Вересаев // Собр. соч.: в 5 т. –
М., 1961. Т. 5. С.205-206.
42
щества были студенты всех отделений (около 200 человек),
неравнодушные, прежде всего, к личности страстного профессора словесности. В работе общества принимали участие
в будущем известные люди России – С.Ф. Ольденбург, А.С.
Лаппо-Данилевский, И.А. Шляпкин, М.А. Дьяконов, А.А.
Корнилов, А.А. Кауфман, И.М. Гревс, Б.Б. Глинский, Д.С.
Мережковский, В.И. Вернадский и др.
«Члены студенческого научно-литературного общества
устраивали ему овации по всяким поводам: его речам о Пушкине, о Надсоне, по случаю годовщины общества… Он сильно содействовал к сплочению общества в одну дружную семью…»
79
.
Студенты Санкт-
Петербурского университета.
Слева направо лежат: Александр Корнилов, Сергей Ольденбург, Александр Обольянинов; сидят: Михаил Харламов,
Николай Ушинский, Владимир
Вернадский; стоят: князь
Дмитрий Шаховский, Андрей
Краснов, Сергей Крыжанов-
ский, Фѐдор Ольдербург. 1884 год.
По словам Б.Б. Глинского, между студенчеством и профессором с первого дня его преподавательской деятельности
завязался «отеческий роман». Профессор не искал одобрения
со стороны молодѐжи, «не боялся потерять своего авторитета, не поступался страха ради иудейского своей ―профессорской совестью‖»
79
Глинский. С. 96.
80
Там же. С. 90.
80
. Студенты, в свою очередь, благодарные
43
Миллеру за доброту и принципиальность, умели постоять за
«честного профессора». Публичное выступление трехсот
двадцати студентов в защиту Миллера в 1876 году стало общественным событием и фактом безоговорочного признания
его как «руководителя юношества»
81
.
Миллер, вступивший в полемику с проповедующим
нейтралитет по Восточному вопросу газетой «Голос», стал
объектом грубых фельетонов, один из которых заканчивался
вопросом: «Кто возьмѐт его (Миллера. – К.О.) под свою за-
щиту?»
82
.
Студенты в открытом письме к редактору журнала «С.-
Петербургские ведомости» высказали своѐ презрение органу
печати, который в недопустимой форме отзывался о
личности и деятельности профессора: «… мы, студенты
Петербургского университета, имеющие основание особенно
уважать Ореста Фѐдоровича, считаем своею обязанностью
напомнить ―Голосу‖, что оскорбление, нанесѐнное человеку,
глубокоуважаемому нами, не может пройти бесследно»
83
.
«С тех пор, – обобщает Б.Б. Глинский, – его (Миллера. –
К.О.) репутация как наставника, горячо любимого и уважаемого слушателями, установилась в обществе чрезвычайно
твѐрдо, и если иногда его имя появлялось на страницах журналов с не очень лестной аттестацией, то большинство пишущих спешило… оговориться и заявить тут же о любви к
нему его учеников и о том благотворном воздействии, которое он имеет на массу учащихся личными качествами и своей
благотворительной деятельностью»
81
Гревс И.М. В годы юности. За культуру / И.М. Гревс // Былое. 1918. № 12.
С. 65.
82
Глинский. С. 105.
83
Письмо к редактору студентов С-Петербургского университета // СПбВед.
1876. № 279 (8 окт.). С. 6.
84
Глинский. С. 107.
84
.
44
Миллер был одним из страстных сторонников и женского образования. С начала основания (1878 г.) Высших женских (Бестужевских) курсов и до конца жизни профессор читал лекции слушательницам по русской словесности. «И в
новом учебном заведении значение Ореста Фѐдоровича оп-
ределялось двояко, как и в университете. Он явился, во-
первых, радетелем материальных средств курсисток и всего
учреждения ―Курсов‖, и, во-вторых, сразу занял место вы-
дающегося лектора»
85
. На юбилее по поводу 25-летия науч-
ной деятельности профессора в 1886 году слушательницы
курсов преподнесли ему адрес, в котором отразилось, пожалуй, общее настроение молодѐжи, считавшей Миллера своим
духовным наставником: «‖Не о хлебе едином жив будет че-
ловек‖, – сказал Учитель, и этими словами бесконечно выше
всех житейский влияний и забот вознѐс стремление к свету, к
знанию, к истине. Но выше даже этого стремления стоит дея-
тельная любовь к человечеству и к каждой частице его – от-
дельной человеческой личности… Эта любовь выше стрем-
ления к Богу, потому что она – сама Истина, сам Бог. Благо-
словенно имя Учителя… и спасибо каждому учителю, чьи
слова были словами знания и вместе любви к людям. Вы,
глубокоуважаемый Орест Фѐдорович, в течение 25-летней
деятельности словом и делом служили этой великой идее…
Пусть же долго-долго не умолкнет Ваше наставническое сло-
во и пусть не заглохнет в сердцах тех, кто слышит его»86. Б.Б.
Глинский сообщает, что этот адрес курсисток тронул Миллера до слѐз: он увидел в нѐм искреннее признание своей педагогической деятельности
87
.
Миллер живо интересовался проблемами современности, активно участвуя в различных благотворительных и ли-
85
Глинский. С. 111.
86
Там же. С. 115.
87
Там же.
45
тературных обществах и комитетах. Он был деятельным членом Литературного фонда, Общества для пособия нуждающимся литераторам и учѐным, Комитета грамотности, Общества для доставления денежных средств высшим женским
курсам, с 1873 года товарищем председателя комитета Общества вспомоществования студентам Петербургского универ-
ситета и т.д.
«Живая, страстная натура, он не мог запереться в своѐм
учѐном кабинете и спокойно ―зреть на правых и неправых‖»
88
. «‖Мы живѐм в такое трудное время, – говорил он, –
когда за всякое, не только сфальшивленное, но и недоговорѐнное слово приходиться отвечать перед Богом‖»
89
. Один из
учеников Миллера, русский историк и публицист В.А. Мякотин после смерти профессора подытожит: «Ни перед какими
авторитетами не преклонялся он иначе, как в силу глубокого
убеждения, и ничто в мире не могло заставить его говорить
или поступать против убеждения. Наряду с этой твѐрдостью
убеждений покойный отличался необычайной терпимостью и
гуманностью»
90
.
Предметом постоянного научного интереса Миллера в
1870-80 годы стала история русской литературы. Частое чтение в начале 1870-х годов публичных лекций в пользу студентов постепенно привело его к анализу творчества современных писателей. Первой стала лекция по творчеству И.С.
Тургенева – «Об общественных типах в повестях И.С.
Тургенева» (1871 г.). Все лекции по истории русской лите-
ратуры, прочитанные в Петербургском университете и Об-
ществе вспомоществования студентам, легли в основу книги
Миллера с первоначальным названием «Публичные лекции.
88
Глинский. С. 46.
89
Там же. С. 80.
90
Мякотин В.А. Орест Фѐдорович Миллер / В.А. Мякотин // Славянские из-
вестия. 1889. 11 июня. С. 586.
46
Русская литература после Гоголя (за исключением драмати-
ческой)» (1-2 изд. в 1874 г. и 1878 г.), в третьем издании переименованной в «Русские писатели после Гоголя» (1886-
1888 гг.). Исследования по русской литературе при жизни
Миллера на протяжении четырнадцати лет разрослись до
значительных размеров (третье издание представляет собой
уже три тома); многие положения, выдвинутые в первых изданиях книги, претерпели изменения впоследствии, а в некото-
рых случаях Миллер категорически изменил своѐ представле-
ние о творчестве того или иного автора (в частности о Досто-
евском).
«Русские писатели после Гоголя» (1886-1888 гг.) переиздавались
учениками О.Ф. Миллера в 1890, 1908-1910, 1913-1915 годах
Миллер хорошо сознавал ответственность и сложность
предпринятого им научного труда. Уже в первой лекции по
творчеству И.С. Тургенева профессор объяснился: «Решаясь
подвергнуть разбору целый… ряд созданий писателя, которого мы имеем счастье считать своим современником, я
вполне сознаю затруднительность моего положения. Если и
вообще подведение итогов деятельности, происходящей у
нас на глазах и ещѐ не вполне закончившейся, является делом
весьма щекотливым, то тем более щекотливо оно в том слу-
47
чае, когда деятельность эта подвергалась уже различным более или менее пристрастным толкам, раздававшимся с противоположных сторон… Вот почему я и берусь говорить не
столько о самом писателе, об его мировоззрении или даже о
приѐмах его творчества и степени присущей ему силы,
сколько о тех явлениях общественной нашей среды, которые
отразилась в его главнейших типах»91.
Между тем к концу 1880 годов Миллер фактически
расширил задачи своей критики, что отразилось в работах о
Достоевском, содержащих мировоззренческую характери-
стику и эстетические оценки творчества писателя.
Книга «Русские писатели после Гоголя», предназначен-
ная главным образом для студентов, стала первым учебным
пособием по истории новейшей литературы. После смерти
профессора труд Миллера переиздавался его учениками ещѐ
трижды, вплоть до 1915 года
92
.
Данная книга включает в себя очерки, посвящѐнные
творчеству выдающихся русских писателей и поэтов – Н.В. Гоголя, И.С. Тургенева, Н.А. Некрасова, И.А. Гончарова, А.Ф.
Писемского, М.Е. Салтыкова-Щедрина, П.И. Мельникова, А.Н.
Островского, Ф.М. Достоевского и других известных к тому
времени литераторов.
Насколько литературное произведение соответствует
идеальным началам русской жизни и какую цель преследовал
автор произведения – вот основные вопросы критики Милле-
ра. Идеи общественного и гражданского служения, характерный нравственный угол зрения на творчество современных
писателей и поэтов, отразились во всех очерках, вошедших в
книгу «Русские писатели после Гоголя».
91
Миллер О.Ф. Русские писатели после Гоголя: чтения, речи и статьи: в
3 т. / О.Ф. Миллер. – [5-е изд.]. – СПб.; М., [1908]: (Товарищество М.О.
Вольф). Т. 1. С. 1 (третья пагинация).
92
4 изд. – СПб.; М., 1890; 5 изд. – СПб.; М., 1908-1910; 6 изд. – СПб.; М.,
1913-1915.
48
Миллер опубликовал и ряд статей, небольших моногра-
фий просветительски-популяризаторского характера о писа-
телях и общественных деятелях XIX века, обнаружив при
этом широту своих интересов и вкусов: «А.Н. Майков» (РМ.
1888. № 5/6); «Основной мотив. Лекция о Надсоне (Новости.
1887. 6 февраля); «Стихотворения Хомякова со стороны ру-
ководящих мыслей» (Заря. 1869. № 7); «Гр. А.К. Толстой
как лирический поэт» (ВЕ. 1875. № 12); «Разбор стихотворений Я.П. Полонского» Первое присуждение Пушкинских
наград (СПб., 1882); «Наши современные поэты. Н.М. Мин-
ский» (РМ. 1888. № 1); «Памяти В.М. Гаршина» (СПб., 1889);
«Г.И. Успенский. Опыт объяснительного изложения его сочинений» (СПб., 1889); «Ю.Ф. Самарин. Опыт характеристики»; «Князь Васильчиков и его биограф» (Мысль. 1882. №
10/11); «А.И. Кошелев и Р.А. Фадеев» (Известия Санкт-
Петербургского благотворительного общества. 1884. № 8);
«Внутренняя жизнь и ход развития И.С. Аксакова по его
письмам» (СПб., 1889) и др.
С большой симпатией Миллер относился к «музе мести и
печали» Н.А. Некрасова, он видел в ней большое
воспитательное значение для современников, признавал еѐ
народной. В творчестве Вс. Гаршина и Г.И. Успенского
чувствовал душевность и человечность. За искренность и
правдивость поэзия Я.П. Полонского также нашла в лице
профессора горячего поклонника; за «мировую любовь»,
призыв к подвигу во имя человеческого блага он питал
искреннюю любовь к молодому поэту С.Я. Надсону.
В критических работах Миллера полно и ярко отразилось как его православное мировоззрение, так и славянофильская позиция. По справедливому замечанию Б.Б. Глинского, «Орест Фѐдорович являлся представителем той критики, которая, не отрицая требований эстетики, давала место
больше публицистическому и историческому приѐму изучения, причѐм весь центр тяжести переносила в область обще-
49
ственной нравственности, опирающейся на христианской
любви к ближнему, самопожертвовании и общинности»
93
.
Думается, что это верно подмеченная особенность лите-
ратурно-критических работ Миллера, обусловленная духом
времени. В них к тому же очевиден почвеннический пафос,
подмеченный ещѐ Б.Б. Глинским: «Если в произведении звучат ноты чистого идеализма, если автор стоит на точке зрения абсолютной нравственности, Миллер признавал их достойными русского народа. В непосредственной зависимости
от этого ставился и другой вопрос: имел ли в виду автор народную жизнь в еѐ идеальном понимании общинности, земщины, имел ли он в виду исторические течения нашей жизни? Если да, если автор хотя бы намѐком, вскользь обмолвился в таком направлении, он признавал его произведение
народным, соответствующим идеальным сторонам русской
жизни»
94
.
И в этом смысле среди писателей-современников Мил-
лер отводил самое почѐтное место Достоевскому. О повышенном интересе к творчеству автора «пятикнижия» говорят
его многочисленные речи, статьи, лекции.
При жизни Достоевского Миллер успел опубликовать
критические статьи практически обо всех произведениях писателя, которые позже под одним общим названием «Образы
и идеи в сочинениях Ф.М. Достоевского» вошли в книгу
«Русские писатели после Гоголя».
Современники отмечали, что в конце 1870-х годов и
особенно после смерти писателя Миллер находился под его
сильным влиянием. «Можно сказать, что ни один писатель,
ни один литературно-общественный деятель так не властво-
93
Глинский. С. 74.
94
Там же.
50
вал над Орестом Фѐдоровичем, как автор ―Преступления и
наказания‖»
95
.
Этому способствовал целый ряд обстоятельств: во-первых,
Миллер был увлечѐн Пушкинской речью и выступлениями писателя на страницах «Дневника писателя». Во-вторых, зна-
менательные события русской жизни, в частности покушение
на императора Александра II, к реформам которого профессор относился благоговейно, заставили профессора «покаяться перед Достоевским в недостаточной его оценке и неправильном его понимании»96, проявившемся в ранних статьях
1874 года.
Часто участвуя вместе с Достоевским в разных литера-
турных и благотворительных вечерах во второй половине 1870-х
годов, Миллер, действительно, искренне привязался к писате-
лю, в котором увидел гениального романиста, проповедую-
щего религиозно-нравственные основы, «прозорливого пси-
холога и наблюдателя нравов»97, «честнейшего, а потому и
вполне последовательного адвоката всех ―униженных и оскорблѐнных‖»
98
.
Вместе с тем, проведѐнный нами анализ архивных материалов, переписки и биографических фактов, показывает, что
взаимоотношения Достоевского и Миллера не были идиллическими, как считали современники, на чѐм мы подробнее
остановимся во второй части монографии.
«Мрачные восьмидесятые годы, время беспрестанных
взрывов, подкопов, выстрелов, спутанности и недоумения выдви-
нули Ф.М. Достоевского так высоко, как никогда ещѐ не поды-
95
Глинский. С. 129.
96
Там же. С. 81.
97
Миллер О.Ф. Ф.М. Достоевский и славянский вопрос / О.Ф. Миллер //
Миллер О.Ф. Русские писатели после Гоголя: чтения, речи и статьи: в 3 т. –
[5-е изд.]. – СПБ.; М., [1908]: (Товарищество М.О. Вольф). Т. 1. С. 342 (четвѐртая пагинация).
98
Там же. С. 343 (четвѐртая пагинация).
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]