Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Уголовно-правовые проблемы борьбы с преступлениями, связанными с противоправным установлением контроля над активами и управлением хозяйствующим субъек
.pdf
В ряде случаев имеют место факты уклонения от уплаты налогов: применяется в целях юридической ликвидации предприятия; используется при выводе активов с предприятия; зачастую применяется с использованием «административного» ресурса (в том числе при участии ФНС). Такие действия квалифицируются по ст. 199 УК РФ (уклонение от уплаты налогов и (или) сборов с организации).
Действия руководителя коммерческой организации по неправомерному
отчуждению активов, незаконному перераспределению финансовых потоков,
формированию искусственной кредиторской задолженности, а также иные
действия, противоречащие интересам организации и причинившие ей вред,
могут быть квалифицированы по ст. 201 УК РФ, а при наличии документов,
устанавливающих полную материальную ответственность руководителя, – по
ст. 160 УК РФ. Если в результате таких действий возбуждена процедура
банкротства юридического лица, руководителю может быть инкриминировано преступление, предусмотренное ст. 196 УК РФ, а в случае вывода активов
с переводом денежных средств за границу в оффшорные компании – преступление, предусмотренное ст. 193 УК РФ.
В соответствующих случаях возможно (например, когда незаконно избранный гендиректор акционерного общества (смена исполнительного органа произошла путем внесения ложных сведений в ЕГРЮЛ) осуществляет
сделки по неправомерному отчуждению активов) также вменение ст. 174.1
УК РФ (легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества,
приобретенных лицом в результате совершения им преступления).
Вытеснение акционеров – сторонников прежнего руководства может производиться путем так называемого «размывания» пакета акций, т. е. регистрации дополнительной эмиссии акций и размещения ее среди своих единомышленников, в результате чего процентное соотношение акций изменяется
в пользу последних. Представление подложных протоколов, учредительных и
иных документов при регистрации проспекта акций может быть квалифицировано как злоупотребление при выпуске ценных бумаг, т. е. по ст. 185 УК РФ.
Иногда для оказания давления на акционеров, не желающих продавать
свои акции, в их адрес поступают прямые угрозы убийством или причинением тяжкого вреда здоровью. Такие действия квалифицируются по ст. 119 УК
РФ. В ряде случаев эти угрозы реализуются (ст. 105 и 111 УК РФ). Кроме
того, встречаются и случаи похищения акционеров или руководителей акционерных обществ (используется для склонения акционеров или руководителей акционерных обществ к принятию выгодных решений и оказанию содействия по криминальному завладению активами). Такие действия квалифицируются по ст. 126 УК РФ.
Ранее уже отмечалось, что в преступных рейдерских схемах отчуждения
собственности нередко используются «фирмы-однодневки», созданные исключительно для совершения операций в рамках рейдерского захвата. По-
31
добные действия подлежат квалификации по ст. 173.1 УК РФ (образование
коммерческой организации в целях совершения преступлений).
В рейдерских схемах активную роль играет «административный» ресурс.
Он используется в целях оказания давления на заведомую жертву «конфликта» для создания препятствий в деятельности предприятия, например, для
привлечения к административной ответственности, отзыва лицензии при отсутствии законных оснований. Такие действия квалифицируются по ст. 285
УК РФ (злоупотребление должностными полномочиями).
В случае, когда в проверках юрлица, намеченного к рейдерскому захвату,
участвует должностное лицо, которое на самом деле полномочий для проверки не имеет, такие действия квалифицируются по ст. 286 УК РФ (превышение должностных полномочий).
Если возбуждено «заказное» уголовное дело в отношении руководства
или акционеров компании-мишени, такие действия подлежат квалификации
по ст. 299 УК РФ (привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности).
Не являются редкими случаи откровенного давления на следствие со стороны различных чиновников, находящихся в коррупционных взаимоотношениях с рейдерами. Имеют место, как правило, когда в исходе спора заинтересованы высокопоставленные представители власти, действующие на стороне
преступников. Здесь применяется ст. 294 УК РФ (воспрепятствование осуществлению правосудия и производству предварительного расследования).
Очевидно, что такого рода «помощь» со стороны представителей госорганов не является бескорыстной и, как правило, содержит признаки преступления, квалифицируемого по ст. 290 УК РФ (получение взятки).
В случае вынесения неправосудного решения судьей арбитражного суда
такие действия следует квалифицировать по ст. 305 УК РФ. Примером является ситуация с ООО «Триона сервис».
Судья арбитражного суда Ингушетии Ц. по иску московского ООО
«Триона сервис» в сентябре 2003 г. к Кропоткинскому МЭЗу в Краснодарском крае на 913 тыс. руб. о якобы причиненном ущербе из-за поставки некачественного рапсового масла обратил взыскание на 43 % акций завода
«Кропоткинский», выдав в тот же день исполнительные листы, на основании которых, спустя всего два дня, состоялся силовой захват завода. По
данному факту неправосудного решения судьи Генпрокуратурой РФ в 2006 г.
было возбуждено уголовное дело в отношении Ц. по ч. 1 ст. 305 УК РФ.
Следует заметить, что в ряде случаев суды вообще не усматривают состава преступления в действиях, связанных с захватами предприятий.
Так, Преображенский районный суд г. Москвы оправдал братьев Т1. и
Т2., обвинявшихся в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2, 3
ст. 159 и ч. 2 ст. 174.1 УК РФ, выраженных в хищении акций и фактическом
захвате одного из ЗАО, а также последующей перепродаже акций ЗАО третьим лицам. В оправдательном приговоре суд указал, что между подсудимыми
32
и потерпевшим имели место гражданско-правовые отношения, явившиеся
следствием корпоративного конфликта, связанного с осуществлением руководства предприятием и владением контрольным пакетом акций, который
должен решаться в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства.
Данное решение было вынесено также в связи с тем, что действовали неотмененные решения арбитражного суда. Кассационной инстанцией приговор
оставлен без изменений.
Имеют место случаи возвращения судом уголовных дел в порядке ст. 237
УПК РФ.
Так, Таганским районным судом г. Москвы 23 мая 2008 г. в порядке
ст. 237 УПК РФ возвращено уголовное дело по обвинению Т. в совершении
преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ. Основанием
для его возвращения послужило отсутствие в обвинительном заключении
указания на место совершения преступления, в связи с чем нельзя было
определить подсудность уголовного дела. По аналогичным основаниям в январе 2008 г. Басманным районным судом г. Москвы возвращено уголовное дело по обвинению Б. в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159
УК РФ. Данные уголовные дела расследовались органами прокуратуры.
С 2010 г. начала формироваться практика применения уголовно-правовых
норм, которыми УК РФ был дополнен в июле этого года (ст. 170.1, ч. 3
ст. 185.2, 185.5, 285.3).
Так, СУ СК при прокуратуре РФ по Костромской области осенью 2010 г.
возбуждено уголовное дело по ст. 185.5 УК РФ. Следствием установлено, что
один из участников хозяйственного общества, который обладал относительно
крупной долей участия в его уставном капитале, попросту не счел нужным
сообщить остальным участникам о проведении общего собрания и без их
участия принял решение о смене гендиректора общества. В этой ситуации
именно благодаря новой уголовно-правовой норме удалось пресечь вывод
активов компании уже на начальном этапе, т. е. когда было принято незаконное управленческое решение о смене органа управления общества.
Другой пример: СУ СК РФ по Республике Марий Эл 25 февраля 2011 г.
возбуждено уголовное дело № 100024 по ч. 1 ст. 185.5 УК РФ. В ходе расследования установлено, что участник ООО «МИК» С1., не уведомив второго
участника данного общества С2., о проведении общего собрания участников,
изготовил протокол общего собрания участников общества, в который внес
сведения о принятии решения об увеличении уставного капитала общества
путем внесения в него С1. денежных средств в сумме 40 тыс. руб. с последующим распределением долей участников в уставном капитале общества пропорционально размерам вкладов, а именно: С1. – 90 %, С2. – 10 %. При этом
подпись С2. в протоколе общего собрания была подделана.
Здесь необходимо отметить следующее. Внесение в протокол общего собрания акционеров (участников) хозяйственного общества, протокол заседания совета директоров хозяйственного общества и иные документы, отража-
33
ющие ход и результаты голосования заведомо недостоверных сведений мо-
1
жет квалифицироваться по ст. 185.5 УК РФ только в тех случаях, когда собрание акционеров (участников) или заседание совета директоров в действительности проведено и фальсификационные действия совершались кем-либо
из лиц, уполномоченных вносить подобные сведения в указанные документы
и (или) подписывать их1.
Под ст. 185.5 УК РФ подпадают также действия указанных уполномоченных составлять и подписывать документы лиц по внесению в протокол и
иные документы, отражающие ход и результаты голосования, поддельной
подписи от имени кого-либо из лиц, имеющих право на участие в голосовании в целях фальсификации его голоса. Дополнительной же квалификации
деяния по ст. 327 УК РФ не требуется, т. к. состав ст. 185.5 уже охватывает
эти действия.
Если же общее собрание акционеров (участников) или заседание директоров общества не проводилось, протокол общего собрания акционеров (участников) хозяйственного общества или протокол заседания совета директоров,
выписка из него или иные документы полностью подделывались лицами, не
имеющими права составлять или подписывать подобного рода документы,
содеянное не может квалифицироваться по ст. 185.5 УК РФ. Если подобный
подложный документ представляется в ИФНС для госрегистрации изменений
уставного капитала общества или органов его управления, в зависимости от
иных обстоятельств дела деяние может быть квалифицировано по ч. 1
ст. 170.1 УК РФ. Дополнительной же квалификации по ст. 327 УК РФ также
не требуется, т. к. протокол общего собрания акционеров (участников) общества и ЕГРЮЛ не являются официальными документами.
Примером является уголовное дело № 706508, возбужденное 5 августа
2010 г. по ст. 170.1 УК РФ (СУ СК РФ по г. Москве). Расследованием установлено, что 12 июля 2010 г. в Межрайонную ИФНС России № 1 по Мурманской области неустановленным лицом были представлены заявление по
форме № Р14001, содержащее заведомо ложные сведения о назначении на
должность гендиректора ЗАО «Беломорская нефтебаза» С., а также соответствующее подложное решение единственного акционера ЗАО от 5 июля 2010 г.
Фальсификация решения общего собрания акционеров (участников) хозяйственного общества или решения совета директоров с последующим
Протокол общего собрания акционеров составляется не позднее трех рабочих дней после за-
крытия общего собрания в двух экземплярах и подписывается председательствующим на общем
собрании и секретарем собрания (п. 1 ст. 63 ФЗ об АО от 26 декабря 1995 г.). Протокол об итогах
голосования составляется счетной комиссией и подписывается ее членами, а в случае ее отсутствия – лицом, осуществляющим ее функции, например регистратором или уполномоченным им
лицом (п. 1 ст. 62 ФЗ об АО от 26 декабря 1995 г., п. 5 Положения о дополнительных требованиях к порядку подготовки, созыва и проведения общего собрания акционеров, утв. постановлением ФКЦБ РФ от 31 мая 2002 г. № 17/пс).
34
представлением регистрирующему органу документа, в котором отражено
1
2
3
такое решение для внесения соответствующих недостоверных данных в
ЕГРЮЛ, образует реальную совокупность преступлений, предусмотренных
ст. 185.5 и 170.1 УК РФ.
Требует разъяснения и другой вопрос. Одним из существенных отличий
составов преступлений, предусмотренных ст. 170.1 и ч. 3 ст. 185.2 УК РФ
являются признаки субъекта преступления. Деяние, предусмотренное ч. 3
ст. 185.2 УК РФ, совершается исключительно лицом, обладающим полномочиями по внесению записей и изменений в реестр владельцев ценных бумаг,
в то время как преступление, предусмотренное ст. 170.1 УК РФ, может совершаться, в том числе, и лицом, не обладающим такими полномочиями. Если представитель эмитента, самостоятельно ведущего реестр акционеров,
вносит в него заведомо недостоверные данные, деяние следует квалифицировать по ч. 3 ст. 185.2 УК РФ. Последующая передача сфальсифицированного
списка владельцев ценных бумаг профессиональному участнику рынка ценных бумаг – специализированному регистратору образует состав преступления по ч. 1 ст. 170.1 УК РФ (т. е. деяния должны быть квалифицированы по
двум статьям).
Всего за период с 5 июля 2010 г. по 1 апреля 2011 г. СК РФ было возбуждено 51 уголовное дело по ст. 170.1 УК РФ и 26 – по ст. 185.5 УК РФ. Из них
11 направлено в суд (ст. 170.1 – 6, ст. 185.5 – 5)1.
В рамках настоящего параграфа заслуживает подробного рассмотрения
вопрос использования эмиссионных ценных бумаг (акций) как средства совершения рейдерских захватов, поскольку достаточно часто именно ценные
бумаги играют ключевую (решающую) роль в криминальном перехвате корпоративного управления в юрлице (проведение незаконной допэмиссии, незаконное списание акций посредством махинаций с реестром и т. п.).
При расследовании уголовных дел следует учитывать, что главным средством совершения преступления2 являются акции (доли в уставном капитале3) данных хозяйственных обществ. Особенности правового регулирования
обращения данного вида финансовых инструментов очень часто оказывают
См.: Обзор практики применения новых положений уголовного законодательства РФ о проти-
водействии рейдерству от 11 августа 2011 г. № 211-24016-11. М., 2011.
Необходимо отличать средство совершения преступления (предмет, с помощью которого со-
вершают преступление) от предмета преступления (то, на что направлено преступное посягательство). Акции (или иные ценные бумаги) будут являться предметом преступления в том случае, если оно совершается с целью завладения данными акциями, либо (что чаще всего) отчуждения их третьим лицам. Если хищение акций происходит с целью захвата корпоративного контроля и дальнейшего завладения активами юридического лица, акции следует считать средством
совершения преступления.
Правовой режим обращения долей в уставном капитале юридических лиц в определенном
смысле является упрощенной моделью обращения акций, при этом технологии рейдерского поглощения ООО близки к технологиям поглощения ЗАО.
35
влияние и на квалификацию преступных деяний, и в целом на процессуальные решения по уголовным делам.
В соответствии со ст. 142 ГК РФ ценной бумагой является документ, удостоверяющий с соблюдением установленной формы и обязательных реквизитов имущественные права, осуществление или передача которых возможны
только при его предъявлении. Ст. 143 ГК РФ относит акции к одному из видов ценных бумаг.
Определение эмиссионной ценной бумаги дано в ст. 2 Федерального закона от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг». К данному виду
относится бездокументарная ценная бумага, которая закрепляет совокупность имущественных и неимущественных прав, подлежащих удостоверению, уступке и безусловному осуществлению с соблюдением установленных
данным федеральным законом формы и порядка; размещается выпусками;
имеет равные объем и сроки осуществления прав внутри одного выпуска вне
зависимости от времени приобретения ценной бумаги.
В данной статье также указано, что акция – именная эмиссионная ценная
бумага, закрепляющая права ее владельца (акционера) на получение части
прибыли акционерного общества в виде дивидендов, на участие в управлении
акционерными обществами и на часть имущества, остающегося после его
ликвидации.
Особую сложность представляет то, что в соответствии со ст. 16 указанного федерального закона именные эмиссионные ценные бумаги могут выпускаться только в бездокументарной форме.
Таким образом, акция не является предметом материального мира и
предметом преступного посягательства в понимании классической доктрины
уголовного права быть не может. Похитить бездокументарную акцию невозможно, однако завладеть правами, которые она предоставляет, реально.
Объективная сторона хищения бездокументарной акции в силу ее природы предполагает наличие обмана либо лица, ведущего реестр акционеров,
либо регистрирующего органа в лице ИФНС, либо контрагентов при осуществлении финансово-хозяйственной деятельности.
Данные элементы объективной стороны состава преступления соответствуют диспозиции ст. 159 УК РФ.
В ряде случаев деяние имеет признаки, формально подпадающие под диспозицию ст. 158 УК РФ: тайный способ хищения, отсутствие четко выраженного обмана (реестр акционеров вели сами обвиняемые, в ИФНС изменения
не регистрировались и др.).
Однако решающую роль играет то, что при совершении данного преступления происходит завладение правами, предоставляемыми бездокументарной
акцией. По вышеуказанным причинам хищение акций следует квалифицировать по ст. 159 УК РФ. Данная квалификация при похищении акций с целью
36
дальнейшей их перепродажи не вызывает сомнений1. При хищении акций с
1
2
целью завладения корпоративным контролем в юридическом лице деяние
следует квалифицировать аналогично2.
Что касается обмана, то необходимо учитывать умысел обвиняемых на
введение в заблуждение неопределенного круга лиц относительно законности владения ими акциями и корпоративным управлением в юридическом
лице, даже если с конкретными контрагентами в хозяйственные отношения
обвиняемые не вступили.
Другой вопрос, тесно связанный с особенностями обращения акций и
имеющий значение для определения места совершения преступления, – особенности учета прав на ценные бумаги.
В соответствии со ст. 44 Федерального закона от 26 декабря 1995 г.
№ 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – ФЗ об АО) в каждом акционерном обществе ведется реестр акционеров, в котором содержатся сведения обо всех зарегистрированных лицах, количестве и категориях (типах)
акций, записанных на имя каждого зарегистрированного лица, иные сведения, предусмотренные правовыми актами РФ. Таким образом, в реестре ведется учет прав акционеров на ценные бумаги.
Пункт 3 указанной статьи гласит, что держателем реестра акционеров общества может быть это общество или профессиональный участник рынка ценных бумаг, осуществляющий деятельность по ведению реестра владельцев
именных ценных бумаг (регистратор). В обществе с числом акционеров более
50 держателем реестра акционеров общества должен быть регистратор. При
этом регистратор может находиться и в другом городе, и в другом субъекте
РФ, поскольку закон не содержит никаких ограничений на этот счет.
Статья 29 Федерального закона от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ «О рынке
ценных бумаг» гласит, что право на именную бездокументарную ценную бумагу: в случае учета прав на ценные бумаги у лица, осуществляющего депозитарную деятельность, переходит к приобретателю с момента внесения приходной записи по счету депо приобретателя; и лишь в случае учета прав на
ценные бумаги в системе ведения реестра – с момента внесения приходной
записи по лицевому счету приобретателя.
Анализ данных правовых норм позволяет сделать два вывода:
1. В том случае, если списание акций путем представления поддельных
документов произошло по месту учета прав (в депозитарии), то местом со-
См.: Уголовное дело № 0820 по обвинению Плотникова, хищение акций РАО «Газпром», при-
говор суда по ст. 159 УК РФ (ГСУ при ГУВД г. Москвы).
См.: Уголовное дело № 395609 по обвинению Губина, Подкорытова и др., хищение акций ЗАО
«Корпорация "Уралинвестэнерго"» (ГСУ при ГУВД Свердловской области, 2006 г.). Первоначально уголовное дело было возбуждено по ст. 158 УК РФ, однако по указанию Генпрокуратуры
действия обвиняемых были переквалифицированы по ч. 4 ст. 159 УК РФ, в связи с чем следственную практику следует считать подтвержденной высшим органом процессуального надзора.
37
вершения преступления следует считать депозитарий, независимо от того,
1
2
3
где ведется реестр акционеров и где находится само акционерное общество1.
2. Если произошло завладение правоустанавливающими документами (к
которым относятся передаточные распоряжения), на основании которых
можно внести записи по счету депо в депозитарии о переходе прав, местом
совершения преступления следует считать место, где произошло завладение
данными документами2.
Статья 185 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за внесе-
ние в проспект ценных бумаг заведомо недостоверной информации, утверждение содержащего заведомо недостоверную информацию проспекта эмиссии или отчета об итогах выпуска ценных бумаг, а равно размещение ценных
бумаг, выпуск которых не прошел госрегистрацию (злоупотребления при
эмиссии ценных бумаг).
Изучение статистического материала о результатах оперативно-служеб-
ной деятельности органов предварительного следствия МВД показывает
крайне низкую эффективность данной нормы. Ежегодно возбуждаются и расследуются не более десяти уголовных дел о злоупотреблении при эмиссии
ценных бумаг.
Вместе с тем «обычаи делового оборота» предпринимательской России
говорят о другом. Например, широко известен прием «размывания» либо
контрольного пакета акций, либо пакета акций любого неугодного акционера, имеющего возможность влиять на финансово-хозяйственную деятельность акционерных обществ.
Данная операция носит явную криминальную окраску, и ей охотно пользуются рейдеры3. Нередко такую операцию используют недобросовестные
топ-менеджеры с целью вытеснения из акционерных обществ законных акционеров предприятия.
По сути, любое незаконное «размывание» пакета акций предполагает
наличие недостоверной информации в проспекте ценных бумаг. Такое действие должно производиться втайне от акционеров, чей пакет предполагается
«размыть», поскольку активное противодействие со стороны последних может привести к «провалу» данной незаконной операции. Соответственно, решение акционеров об увеличении уставного капитала путем размещения до-
См., например: Уголовное дело № 128098 по факту хищения акций ЗАО «На Ильинке» (ГСУ
при ГУВД г. Москвы). Учет прав акционеров производился в депозитарии в г. Москве, реестр
акционеров велся в Екатеринбурге, а само ЗАО находилось в г. Москве. Поскольку списание
акций совершено в депозитарии, местом совершения преступления следует считать г. Москву.
См., например: Уголовное дело № 167595 по факту завладения передаточными распоряжения-
ми ЗАО «Жилстройинвест» (ГСУ при ГУВД г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области).
Одним из первых случав незаконного захвата имущественного комплекса юридического лица
является захват ОАО «Завод "Эмитрон"» (уголовное дело № 220504 по обвинению Д., П. и др.,
ГСУ при ГУВД г. Москвы, 1998 г.). Обвиняемыми был использован прием «размывания» пакета
акций прежних акционеров.
38
полнительных акций, скорее всего, принималось в их отсутствие. Имеют ме-
1
2
сто случаи, когда решение о размещении акций есть только на бумаге, в то
время как общее собрание акционеров не проводилось вообще и большая
часть акционеров ничего не знают о данном решении.
Это всего лишь частный пример того, в каком направлении следует выявлять злоупотребления в области эмиссии ценных бумаг. Для этого необходим
более пристальный контроль за представляемыми для регистрации проспектами акций и, в частности, сплошная проверка проспектов, в регистрации
которых отказано на основании ст. 21 Федерального закона от 22 апреля
1996 г. № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» по мотивам внесения в проспект
ценных бумаг ложных сведений или сведений, не соответствующих действительности.
Помимо внесения недостоверных сведений в проспект акций или в другой
документ, также представляемый при регистрации выпуска ценных бумаг –
отчет об итогах выпуска ценных бумаг, к злоупотреблениям при эмиссии
ценных бумаг относится размещение эмиссионных ценных бумаг, выпуск
которых не прошел госрегистрацию.
Данные факты имели место в средине – конце 90-х гг., когда организаторы «финансовых пирамид» привлекали денежные средства граждан путем
выпуска различных финансовых, по их мнению, документов, давая им различные наименования, в том числе – «акции», «облигации» и др.1
Тем не менее аналогичные действия могут встречаться и в настоящее
время. Казалось бы, «финансовые пирамиды» канули в прошлое, однако это
не так. Периодически возникают ситуации, когда большое количество граждан оказываются обманутыми в результате вовлечения их в различные «клубы по интересам», инвестирования ими денежных средств в долевое жилищное строительство и т. д. с последующим прекращением деятельности этих
«предприятий» и невыплатой как обещанных дивидендов, так и внесенных
сумм.
К проблемам, влияющим на раскрытие и расследование преступлений,
предусмотренных ст. 185 УК РФ, относится установление обязательного квалифицирующего признака – причинения крупного ущерба в результате злоупотреблений при эмиссии ценных бумаг. Классически такой ущерб определяется как денежные средства, вложенные в ценные бумаги и не полученные
инвестором в результате злоупотреблений при эмиссии2.
Тем не менее существует еще один вид ущерба, который выражается в
утрате корпоративного контроля над юридическим лицом в результате
См., например: Уголовное дело № 34300 по обвинению Калинова и др. (СУ при УВД ЮЗАО
г. Москвы). Обвиняемые начали размещение акций еще до подачи проспекта эмиссии акций в
регистрирующий орган.
См., например: Комментарий к Уголовному кодексу РФ / под общ. ред. В. М. Лебедева. М., 2004.
С. 450; Тюнин В. Злоупотребление при эмиссии ценных бумаг // Российская юстиция. 2003. № 3 и др.
39
уменьшения процентного размера пакета акций. Как выше указано, такой
1
ущерб может наступить в результате злоупотребления при эмиссии акций,
именуемого «размыванием» пакета акций.
Существенные затруднения могут возникнуть при определении количе-
ственной характеристики такого ущерба. В методических рекомендациях по
расследованию преступлений, совершенных на рынке ценных бумаг, Следственный комитет МВД России указал, что при определении действительной
стоимости акций, похищенных с целью захвата имущественного комплекса
юридического лица, необходимо принимать во внимание не номинал акции, а
стоимость всего имущественного комплекса, деленного на количество акций1.
Считаем, что аналогичный подход необходимо применять при определе-
нии размера ущерба, причиненного в результате «размывания» пакета акций.
В качестве заключения по рассмотренному вопросу применения ст. 185
УК РФ заметим, что проблемы, связанные с редким применением данной
нормы на практике, связаны не столько с недостаточной компетентностью
сотрудников следственных подразделений, сколько с несовершенством уголовного закона, о чем речь пойдет далее.
Таким образом, результаты изучения уголовных дел (в том числе при-
остановленных, прекращенных в связи с отсутствием состава преступления, а
фактически – за недоказанностью) свидетельствуют о том, что в процессе
преступной деятельности, связанной с рейдерством, могут совершаться преступления, предусмотренные 47 статьями УК РФ: 105, 119, 126, 127, 137, 138,
159, 160, 162, 163, 165, 169, 170, 170.1, 173.1, 174, 174.1, 179, 183, 185, 185.1–
185.6, 186, 193, 195, 196, 201, 202, 204, 210, 212, 285, 285.3, 286, 290, 291, 292,
299, 303, 305, 325, 327, 330.
Как видно из приведенного перечня (причем неполного), совершаются
преступления, предусмотренные следующими главами УК РФ: 16 (Преступления против жизни и здоровья); 19 (Преступления против конституционных
прав и свобод человека и гражданина); 21 (Преступления против собственности); 22 (Преступления в сфере экономической деятельности); 23 (Преступления против интересов службы в коммерческих и иных организациях); 24
(Преступления против общественной безопасности и общественного порядка); 30 (Преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления); 31 (Преступления против правосудия); 32 (Преступления против порядка управления).
Однако внешне кажущееся разнообразие родовых и видовых групп преступлений в то же время таковым не является. Какие причины (обстоятельства) заставляют следователей расследовать столь разнородные преступления
в едином комплексе? Представляется, что востребован комплексный подход
См.: Методический обзор расследования преступлений, связанных с незаконным захватом
предприятий. М., 2005. С. 8.
40
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]