Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Теория преступности и основы отраслевой криминологии. Избранное
.pdf
Часть II. Отраслевая криминология
Законодатель вступил в явное противоречие с самим собой и за-
путался окончательно, устанавливая наряду с льготой для матерей, убивающих своих новорожденных детей. «Совершение преступления в отношении малолетнего, другого беззащитного или беспомощного лица,
находящегося в зависимости от виновного» для всех прочих преступлений является обстоятельством, отягчающим наказание (ст. 63 УК РФ).
Беспомощность лица является также признаком «квалифицированного» убийства, за которое установлено предельно строгое наказание
(п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Казалось бы, с позиций логики следовало
бы ответственность за убийство всех беспомощных или усиливать, или
смягчать, или оставлять на среднем уровне, не придавая состоянию
беззащитности значения.
Но наряду с юридической логикой есть и другая логика — логи-
ка всемерного содействия смягчению репрессии, в силу которой мы
считаем оправданным сохранение данной юридически не увязанной,
«несправедливой» в сопоставлении с участью других категорий убийц
льготы вплоть до того времени, когда санкция за простое (без отягчающих обстоятельств) убийство снизится до санкции детоубийства.
3. В мировой семейной криминологии обсуждается вопрос о дальнейшей криминализации деяний, связанных с психическим насилием,
которое трактуется шире, нежели угроза совершением тех или иных
вредных для терпящей стороны действий. Предметом обсуждения
стали такие деяния как, например, запирание ребенка на длительное
время в подвале, когда он тем самым подвергается страху.
1
Уголовный
кодекс Испании, как отмечено выше, устанавливает наказуемость психического домашнего насилия, не давая ему определения. Таким образом, решение вопроса об ответственности в конкретных случаях оставляется на усмотрение суда, что нам представляется неоправданным.
По всей видимости, ответственность за психическое насилие все же
может предусматриваться уголовным законом, но при соблюдении двух
нижеследующих условий. Во-первых, в законе должно быть сформулировано общее правило о том, что уголовную ответственность влечет
за собой причинение посредством психического воздействия личности
не любого вреда, а лишь предусмотренного в разделе о преступлениях
против жизни и здоровья (убийство, причинение вреда здоровью и др.).
В предусмотренных законом случаях наказывается создание посредством
психического воздействия на личность реальной опасности наступления
такого вреда (например, опасность совершения потерпевшим самоубий-
1
См.: Espinosa Ceballos E.M., de Hamdorf K. Указ. соч. С. 170.
61
Д.А. Шестаков. ИЗБРАННЫЕ ТРУДЫ
ства или существенного отклонения в развитии несовершеннолетнего).
Во-вторых, следует конкретизировать, какие именно деяния законодатель относит к влекущему уголовно-правовые последствия психическому воздействию, включив в их число, в частности, нагнетание страха.
4. Движимое в значительной мере феминистскими силами законотворчество о предупреждении насилия в семье в США и некоторых других странах, а также разработка международно-правовых актов нередко
смещается в сторону насилия исключительно против женщин. Данный
вопрос в области уголовного права возникал при формулировании составов преступления о семейном (домашнем) насилии, в частности, в
Испании,
1
где он в конце концов был решен отрицательно. Шведскому
законодателю все же не удалось вовсе избежать включения в уголовный кодекс подобного состава. А именно в упомянутом выше § 4а гл. 4
Уголовного кодекса по существу установлено, что, если насильственные действия совершаются мужчиной против женщины (курсив Д. Ш.),
на которой он женат или был женат или с которой сожительствует или
сожительствовал, то он при условии тяжелого нарушения личной неприкосновенности потерпевшей приговаривается к такому же наказанию, как если бы преступление было совершено против постороннего.
Законодатель пошел на уступку сторонникам особой охраны женщин,
сформулировав на этот случай особый состав, который, впрочем, ничем не отличается от такого же универсального состава, относящегося
к обоим полам, и снабжен точно такой же санкцией.
Выше сказано: в России подобная постановка вопроса также имела место при обсуждении концепции проекта межотраслевого закона
«О предупреждении насилия в семье».2 По всей видимости, она возобновится при разработке обусловленных развитием семейной криминологии положений уголовного права, по подобию того как это происходит в иных государствах. Предвидя это, еще раз подчеркнем, что
создание преимуществ или ограничений в уголовно-правовой защите
интересов представителей того или другого пола нарушило бы закрепленное в Конституции РФ (ст. 19) равенство прав человека и потому
в принципе не должно иметь места. Исключение, касающееся смягчения ответственности матерям-убийцам, нами обосновано выше.
5. При разработке законопроектов, связанных с внутрисемейными
насильственными преступлениями, высказываются предложения уси-
1
Там же. С. 163–175.
2
Бурлаков В.Н., Шестаков Д.А. Предупреждение насилия в семье и его законодатель-
ное регулирование // Вестник СПбГУ. 1996. № 1. С. 121–126.
62
Часть II. Отраслевая криминология
лить за эти преступления ответственность,1 что, в частности, могло бы
быть достигнуто дополнением имеющегося в общей части уголовного
законодательства перечня отягчающих обстоятельств, а также квалифицирующих обстоятельств в конкретных статьях особенной части, соответственно обстоятельствами, связанными либо вообще с совершением
преступления против кого-либо из семейного окружения, либо с теми
или иными характерными для семейного насилия проявлениями.
Замысел ужесточить наказание за любые преступления против
родных и близких отражения в УК РФ не нашел, но более конкретные
характеристики жертвы, имеющие отношение к данному виду преступлений, вошли в перечень отягчающих обстоятельств, который теперь
включает в себя совершение преступления в отношении малолетнего,
другого беззащитного или беспомощного лица либо лица, находящегося в зависимости от виновного (п. «з» ст. 63 УК РФ). В качестве квалифицирующего обстоятельства, отягчающего ответственность за убийство (п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ), а также за умышленное причинение
тяжкого (п. «б» ч. 2 ст. 111УК РФ) и средней тяжести вреда здоровью
(п. «в» ч. 2 ст. 112 УК РФ) установлено «совершение этих преступлений в отношении лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии». Ответственность за истязание усиливается, если
оно осуществляется в отношении лица, находящегося в беспомощном
состоянии либо в материальной или иной зависимости от виновного
(п. «г» ч. 2 ст. 117 УК РФ).
Мы отрицательно оцениваем как само намерение усилить ответственность, так и введение названных отягчающих — общих и квалифицирующих— обстоятельств. Вообще усиливать и без того жесткое
современное законодательство дальше некуда, да и это противоречило
бы общей тенденции его развития, было бы регрессом уголовного права, тянуло бы его назад. Что же определенно касается внутрисемейных
преступлений или же нередко сопутствующих им обстоятельств (беспомощное, зависимое положение жертвы, ее малолетство), то едва ли
их можно оценивать как более тяжкие по сравнению с обычными преступлениями. Скажем, порка ребенка — дело, безусловно скверное, она
представляет собой преступное посягательство на личность. Но чем это
преступление хуже, по сравнению с избиением взрослого человека, которого подкараулили в парадной? Чем убийство немощного старика
1
Schestakov D.A. Legislative solution of conflicts in Russia in connection with prob-
lems of family criminology // H.I. Sagel-Grande, M.V. Polak. Models of conflict resolution.
Antwerpen–Apeldoorn. 1999. P. 157–165.
63
Д.А. Шестаков. ИЗБРАННЫЕ ТРУДЫ
или младенца хуже, по сравнению с убийством того, кто находится в
расцвете лет?.. Впрочем, что касается младенцев, то с ними, как мы уже
говорили, у законодателя вышла несуразица, по его логике, они вроде
как бы и не беспомощные и не зависимые... Данные отягчающие обстоятельства надо отменить.
6. В общем целесообразными новшествами мирового уголовного
законодательства, осуществляемыми в связи с проблематикой внутрисемейных преступлений, представляются те из них, которые связаны со
смягчением ответственности с целью улаживания конфликта без осуждения виновного, а также условным осуждением и условно-досрочным
освобождением от отбывания наказания.
1
Так, законодательство США предусматривает возможность принятия судом на предварительном слушании дела решения о направлении
лица, обвиняемого в насильственном преступлении против члена его
семьи, на прохождение «специальной консультационной программы».
Такое решение принимается на основании соглашения, заключаемого с обвиняемым. Программа представляет собой осуществляемый на
основании психологической методики курс тренировок, которые проводятся в группах, состоящих из 15–18 человек — на протяжении от 4
до 12 месяцев под руководством специалиста. За прохождением программы надзирает офицер службы пробации. Программа проводится
за счет обвиняемого на основании гибкой шкалы цен, принимающей
во внимание его материальное положение. Если обвиняемый успешно
прошел программу, обвинение может быть снято или смягчено. Если
он уклоняется от прохождения программы, то процедура его уголовного преследования возобновляется.2 Сопряжение испытательного срока с «лечением» лиц, совершивших насильственные действия, имеет
то преимущество, что если испытательный срок подразумевает только
наблюдение, то прохождение терапевтического курса представляет собой деятельный контроль.3 Австрийскими семейными судами для разрешения конфликтов между членами семьи в качестве альтернативы
уголовной ответственности используется институт посредничества.4
1
Shestakov D.A. Familie und Kriminalprävention // Internationale Perspektiven in Kriminologie
und Strafrecht. Festschrift für Günther Kaiser zum 70. Geburstag. Herausg. H.-J. Albrecht, F. Dünkel,
H.-J. Kerner, J. Kürzinger, H. Schöch, K. Sessar. Berlin: B. Villmow, 1998. S. 897–905.
2
Gondolf E.W. Malle batteres. In: R. Hampton (Ed.) Family violence: Prevention and treat-
ment. London, New Deli: International Educational and Professional Publisher Thousand Oaks,
1993. P. 230–257.
3
Domestic violence against women and girls // Innocenti Diegest. N 6. P. 1–22.
4
Egger R., Fröschl E., Lercher L., Logar R., Sieder H. Gewalt gegen Frauen in der Familie.
S. 193.
64
Часть II. Отраслевая криминология
Его преимущество перед американскими программами состоит в том,
что посредник — специалист в области разрешения конфликтов — работает не с одним лишь, а с обоими участниками конфликта с учетом
известной истины: когда двое ссорятся, оба не правы.
Г.И. Забрянский относит разработку правового регулирования про-
цедуры медиации к приоритетным направлениям правовой политики.
1
Перспективным для совершенствования уголовно-правовой реакции
на насилие в семье является институт примирения с потерпевшим
(ст. 76 УК РФ).
Вопрос об использовании специальной психологической помощи для разрешения криминогенных семейных конфликтов в российской семейной криминологии давно поставлен автором настоящего
сочинения.2 Практика показывает, что такая помощь достаточно результативна против возобновления насилия.3 Как было сказано выше,
желательно в УК РФ установить возможность освобождения от уголовной ответственности лиц, виновных в преступлениях небольшой
или средней тяжести, если они дают согласие на прохождение курса
психологической помощи.4 Обязанность пройти курс (программу)
психологической поддержки следует связать с условностью осуждения или условно-досрочным освобождением от отбывания наказания.
Российский исследователь проблем правовой реакции на внутрисемейные преступления А.В. Чураков совершенно верно подчеркивает
то, что назначение виновному психотерапевтического курса должно
быть законодательно увязано с освобождением его от ответственности.
В противном случае «ослабляется поощрительная функция предлагаемого инструмента и он превращается из способа облегчить положение
осужденного, помочь членам семьи сохранить свой союз… просто в дополнительную кару».5
1
Забрянский Г.И. Криминология несовершеннолетних. М.: Российская академия ад-
вокатуры и нотариата, 2013. С. 336–337.
2
Шестаков Д.А. Семейная психотерапия и предупреждение преступлений (к вопро-
су о групповом уровне криминологической профилактики) // Вестник ЛГУ. 1989. № 6.
С. 56–61 .
3
Gondolf E.W. Reassault at 30-months after batterer program intake. International Journal
of Offender Therapy and Comparative Criminology. 2000. № 44. P. 111–128.
4
Шестаков Д.А. Четверть века семейной криминологии (криминофамилистики) в
России: итоги и перспективы // Криминология: вчера, сегодня, завтра. 2002 № 1(2). С. 25.
5
Чураков А.В. Законодательство о противодействии семейному насилию: предпо-
сылки, теория, разработка в России, Грузии, Кыргызстане. С. 171.
65
Д.А. Шестаков. ИЗБРАННЫЕ ТРУДЫ
СУДОУСТРОЙСТВО ПО ДЕЛАМ СЕМЬИ И МОЛОДЕЖИ
1
В странах СНГ уже не один десяток лет определенные усилия направляются на создание как молодежной юстиции, так и юстиции в отношении внутрисемейных преступлений. Основу семейной юстиции
должны составить семейные суды. Представляется целесообразным
эти усилия объединить и добиваться организации подлинно семейной
юстиции, охватывающей правонарушения несовершеннолетних и в
отношении несовершеннолетних, все внутрисемейные преступления,
независимо от возраста виновных и потерпевших, а также гражданскоправовые споры, затрагивающие интересы семьи и несовершеннолетних. Предложение создать семейные суды с вышеназванной юрисдикцией впервые было сформулировано применительно к России нами в
первом законопроекте о предупреждении семейного насилия,
2
оно по-
лучило отклик и развитие в печати.3
Объединенные усилия могли бы быстрее привести к желаемому
результату, взаимообогатить концепции семейной и ювенальной криминологии, сгладить присущие каждой из них недостатки, например,
нарушение баланса представляемых интересов в пользу одного пола,
характерное для феминистского течения в рамках семейной криминологии.
Желательно законодательно установить, что на должность семейного судьи могут быть зачислены, по общему правилу, только лица,
обладающие по меньшей мере степенью магистра в области детской и
юношеской преступности с хорошими знаниями психологии и социальной работы.
Для стран СНГ в связи с этим возникают задачи в области развития
юридического образования в направлении подготовки по специальным магистерским стандартам юристов-криминологов с углубленным
изучением семейной криминологии и ряда смежных дисциплин.
1
Шестаков Д.А. Семейные суды — перспектива правосудия в отношении несовер-
шеннолетних // Предупреждение преступности. Казахстанская криминологическая ассоциация. Юридический журнал. 2004 № 1(7). С. 28–30.
2
Шестаков Д.А. Семейная криминология. С. 175, 249–250.
3
Пудовочкин Ю.Е. Уголовно-правовые и криминологические проблемы предупре-
ждения преступлений против несовершеннолетних. Автореф. дис. … доктор. юрид. наук.
М., 2005. С. 45.
66
Часть II. Отраслевая криминология
Раздел 2
ОСНОВЫ ПОЛИТИЧЕСКОЙ КРИМИНОЛОГИИ:
ПРЕСТУПНОСТЬ ПОЛИТИКИ
РАЗМЫШЛЕНИЯ КРИМИНОЛОГА
Черту мешает его сумасшествие.
На даче, неподалеку от Хиттолово
КАК БЫЛА НАПИСАНА ЭТА КНИГА
О ПРЕСТУПНОСТИ ПОЛИТИКИ?
Вообще-то в мои жизненные планы не входило делать специаль-
ную книгу по политической криминологии. Ну да, некогда я запустил в оборот это понятие, желая поспособствовать рождению новой
ее отрасли криминологии. Потом была глава «Основы политической
криминологии» в первом издании моего учебника по криминологии.
Потом в течение более двадцати лет — ряд статей и выступлений в
Санкт-Петербургском международном криминологическом клубе о
преступности политики. И как-то это все, вместе взятое, напросилось
к воссоединению.
Можно было бы, конечно, устранить повторы и противоречия. Но,
подумав, я решил, что это лишнее. Правка мной сделана самая незначительная. Впрочем, пусть останется, как есть. С рефренами и отрицанием отрицания.
1
1
Преступность политики (размышления криминолога). Монография. СПб.:
Издательский Дом «Алеф-Пресс», 2013.
67
Д.А. Шестаков. ИЗБРАННЫЕ ТРУДЫ
НАСУЩНЫЕ ВОПРОСЫ ПРЕСТУПНОЙ ПОЛИТИКИ
ГЛОБАЛЬНО-АМЕРИКАНИЗИРОВАННАЯ ПРЕСТУПНОСТЬ
И ПОСТЛИБЕРАЛЬНАЯ КРИМИНОЛОГИЯ
1
«Мы — единственный народ на земном шаре, который
открыто похваляется тем, что он туполобый, то есть — посредственный… масса людей, не имеющих между собой ничего общего, кроме бешеной жажды наживы и враждебного
страха, оттого что у них нет никакого национального характера, как бы они не старались скрыть это друг от друга за громкими изъявлениями преданности американскому флагу».
Уильям Фолкнер. «Осквернитель праха».
«Дешевая, дрянная, неряшливая музыка, дешевые, фальшивые, не имеющие подлинной стоимости деньги, сверкающие нагроможденья рекламы, построенной ни на чем, как
карточный домик над пропастью и вся эта трескучая белиберда политической деятельности, которая стала нашим отечественным любительским времяпрепровождением, вся эта
искусственная шумиха, создаваемая людьми, которые сначала искусственно подогревают нашу любовь ко всему посредственному, а потом наживаются на ней».
Уильям. Фолкнер. «Осквернитель праха».
«Мы защищаем, в сущности, не нашу политику или
наши убеждения и даже не наш образ жизни, а просто нашу
целостность… чтобы сохранить свое место… И конечно, мы
будем и впредь защищать ее… Очень немногие понимают, что
только из целостности и вырастает в народе и для народа нечто имеющее длительную, непреходящую ценность, — литература, искусство, наука и тот минимум администрирования
и полиции, который, собственно, и означает свободу и независимость, и самое ценное: национальный характер,— что в
критический момент стоит всего; а этот критический момент
наступит для нас, когда мы сойдемся с противником, у которого людей не меньше, чем у нас, и сырья не меньше и который — кто знает — способен даже хвастаться и бахвалиться не
меньше нас».
Уильям. Фолкнер. «Осквернитель праха».
1
Доклад 27 февраля 2009 г. В текст доклада внесены некоторые изменения и дополнения.
68
Часть II. Отраслевая криминология
Расширение предмета науки о зле
Баланс сил и процессов в мире, на какой-то момент ставшем однополярным, за последние пятнадцать лет существенно изменился.
Всемирными становятся («глобализуются»), сверхбыстрая связь, хозяйство, денежный оборот. Преступность как составная часть всего
произведенного в обществе, как совокупный результат деятельности
людей и организационных структур, которые человечество бесконечно
1
развивает и реконструирует,
в современных условиях обретает иную
структуру. Осознание нового качества преступности, этого планетарно
развившегося зла приходит и в криминологию.2 Разные криминологи,
очевидно, неоднозначно воспринимают глобальное строение преступности, которое может быть определено, конечно, на основании различных критериев.
Уточнения в теорию преступности
Автора настоящих строк радует, что предложенная им ранее многоуровневая конструкция преступности — от обыденного до планетарноолигархического уровня — нашла понимание и дальнейшую разработку
в криминологии.3 Вместе с тем, надо признать, концепция уровней еще
не закончила свое формирование и нуждается в уточнениях. Напомню,
что теперь мы говорим о девяти уровнях преступности. Это как девять
кругов ада. Теперь в предложенной и усовершенствованной нами «воронке Шестакова», как и в реальной жизни, глобальная олигархия не
венчает царственно пороки нашей эпохи, но образует их основание,
корень, углубившийся во мрак бездуховности (см. схему № 4).
Криминологическая теория:
от либерализма к постлиберализму
В развитии криминологии в СССР и далее в возникших в его пространстве независимых государств, начиная с 60-х годов минувшего
века, можно выделить четыре этапа.
Детерминистический этап (60-е — первая половина 70-х гг.) характеризуется формированием диалектической школы, значимым
итогом деятельности которой стало рассмотрение противоречий обще-
1
См.: Lanier M., Henry S. Essential Criminology. Boulder, 1998. P. 321–324.
2
См.: Шестаков Д.А. Криминология. Новые подходы к преступлению и преступности. Учебник для вузов. 2-е изд. СПб.: Издательство Р. Асланова «Юридический центр
Пресс», 2006. С. 19.
3
См., например: Данилов А.П. Иностранное вмешательство в выборы Президента суверенной Республики Беларусь // Криминология: вчера, сегодня, завтра. 2012. № 1(24). С. 21.
69
Д.А. Шестаков. ИЗБРАННЫЕ ТРУДЫ
ственной жизни, относящихся к сферам как бытия, так и сознания, в
качестве причин массового преступного поведения (В.Н. Кудрявцев,
К.К. Горяинов, П.С. Дагель, У.С. Джекебаев, И.А. Исмаилов,
Е.И. Каиржанов, Л.В. Кондратюк, П.П. Осипов и др.).
Плюралистический этап (вторая половина 70-х–80-е гг.) связан с
отходом от «единства мнений» по ключевым вопросам криминологии,
появлением несовпадающих подходов к определению и объяснению
преступности (Н.Ф. Кузнецова, Л.И. Спиридонов, Д.А. Шестаков и
др.), а также, что было не менее важно, с формированием новых научных отраслей (семейная криминология, политическая криминология, криминология массовой информации, сакральная криминология, военная криминология, экономическая криминология) и школ
(психологическая школа — Ю.М. Антонян; школа преступных подсистем — Д.А. Шестаков, Г.Н. Горшенков, С.У. Дикаев, П.А. Кабанов
и др.; и примыкающая к криминологии девиантологическая школа —
Я.И. Гилинский и др.).
Либеральный этап (80-е–90-е гг.) Слово «либеральность» происходит от латинского «lieber» — свободный. Либерализм как идеология,
политическое и экономическое движение возник в XVII и особенно
широко развернулся в XIX столетиях, претерпев значительные изменения в XX веке (поздний либерализм). Ядро либеральной идеи составляет утверждение приоритета свободного индивидуума пред государством, государство при этом рассматривается лишь в качестве гаранта
экономической и личной свободы личности. Поздний либерализм,
правда, уже предполагает активное вмешательство государства в жизнь
общества, прежде всего, в экономику. Либерализм предполагает свободное обсуждение деятельности государственной власти.
Либеральный этап криминологической мысли в России отмечен
критикой власти с криминологических позиций. Так под сомнение
был подвергнут институт уголовного наказания за чрезмерную его
жесткость, был поставлен вопрос о смене определенных в законе целей наказания.
1
Политическая криминология вышла на постановку
вопроса о преступности государственной власти, в частности, в связи
с осуществлением в СССР красного террора в ленинском, а затем сталинском существенно отличающихся его проявлениях — В.В. Лунеев,
В.Н. Кудрявцев, Д.А. Шестаков и др. (Ленинский и сталинский террор
существенно разнятся).
1
Шестаков Д.А. Российская уголовно-правовая политика под углом зрения истори-
ческой тенденции к смягчению репрессии // Правоведение. 1998, № 4. С. 154–161.
70
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]