Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Спорт в пространстве времени и культур
.pdf
в межкультурный обмен и гораздо легче интегрируются
в европейскую культуру, чем большинство их соотечественников. Такие спортсмены чаще становятся своими
среди европейцев, приобретая популярность и уважение
у многомиллионных болельщиков и зрителей. С каждым
годом все больше профессиональных спортсменов
из числа мусульманских иммигрантов второго и третьего
поколения упорно заявляют о себе в мире спорта,
особенно – в футболе. Участие в составе сборных команд
и ведущих спортивных клубов Западной Европы способствует не только их личному карьерному росту и социальному продвижению, но и, в определенной степени,
стимулирует формирование положительных стереотипов
у европейских граждан по отношению к представителям
соответствующих культурных меньшинств. Хотя порой
это отношение, как показывает практика, может меняться
в зависимости от политической ситуации в стране и в мире.
Для молодого поколения мусульман (алжирцев,
марокканцев, турок и др.) спорт не только является
рекреативным занятием, но и выступает в качестве знамени группового самоутверждения. Для молодых французских бёров-мусульман, например, футбол есть нечто
большее, чем просто игра, он демонстрирует их групповое единство и сплоченность. Как и музыка хип-хоп,
футбол для многих из них – это часть их образа жизни
и культуры, а всемирно известный футболист и знаменитый бёр всех времен Зинеддин Зидан – идеал не только
для подростков из мусульманских кварталов Парижа,
Марселя и Тулузы, но и для многих тинейджеров-французов. Франция по количеству мусульманских игроков
в составе ведущих клубов и национальных сборных
по футболу занимает лидирующие позиции среди других
европейских стран. Так, например, на чемпионате Европы в июне 2008 года в составе сборной Франции были
9 из 23 футболистов мусульманами, на что один известный итальянский политик в своем интервью нелицепри-
171
ятно прокомментировал, что французы, набрав в команду
мусульман, в погоне за результатом готовы пожертвовать
собственной идентичностью.
С рационализацией культуры и развитием прагматизма в индустриальном обществе спорт во многом компенсирует недостаток иррационального начала в сознании
людей. Для многих западных болельщиков футбол, регби, крикет или бейсбол часто становятся своего рода
светской религией. Во многом это обусловлено погружением современного общества в массовую культуру,
начало которому было положено еще в новое время.
Утверждение некоторых исследователей, что спорт «элиминирует последние остатки собственно религиозного
в сознании своих последователей» (Цуркова, 2009: 343),
является весьма спорным. Отчасти это можно отнести
к зрителям и болельщикам, но ни в коем случае – к самим
спортсменам и их тренерам. Автору уже приходилось
писать об этом в журнале «Этнографическое обозрение»
(Абдулкаримов, 2007: 164–165), что по его наблюдениям,
занятия спортом укрепляют веру как у мусульманских
спортсменов, так и у спортсменов других конфессий.
Перед началом и в ходе соревнований они совершают
молитвы, посещают религиозные храмы и занимаются
благотворительностью, что внутренне усиливает в них
религиозность и стимулирует к победам. Конечно, жизнь
в большом спорте диктует свои законы, и спортсменам
(а также в какой-то степени и болельщикам) из числа
мусульман приходится подстраиваться под ее суровые
ритмы и менять некоторые общепринятые и веками устоявшиеся нормы и исламские традиции. Немало мусульманских атлетов во время поста Рамадан продолжают
участвовать в футбольных и других состязаниях. Например, сборная Египта по футболу не прерывала пост даже
на отборочном матче чемпионата мира 2010 года со сборной Руанды в месяц Рамадан в 2009 году. И таких спортсменов немало. Подобные примеры широко тиражи-
172
руются западной прессой, что не только создает рекламу
самим спортсменам, но, в определенной степени, популяризирует ислам в западном обществе.
Как известно, рост численности мусульманского населения в Европе происходит не только путем естественного роста и эмиграции из стран Азии и Африки, но
и за счет новообращенных. В условиях духовного кризиса западной цивилизации немало людей из западных
христианских конфессий меняют свою религиозную
принадлежность и переходят в различные восточные
религии, в том числе в ислам. Неофиты-мусульмане,
как правило, свой выбор объясняют тем, что ислам
им близок своей прозрачностью и простотой, отсутствием пышной обрядности и общинным братством. Подобные факты не являются исключением и в спортивной
среде. Достаточно вспомнить имена таких прославленных звезд американского спорта, как боксер Мохаммед
Али, баскетболист Карим Абдул-Джаббар, которые,
как и другие популярные американские спортсмены,
обратились в ислам в 1960–1970-е годы (Baker, 2007: 218–
239). В настоящее время данный феномен находит продолжение на Западе в лице таких известных спортивных
звезд-конвёртов, как американец Майкл Тайсон (Малик
Абдул Азиз), голландец Робин Ван Перси, французы
Эрик Эбидаль, Франк Рибери, Николя Анелька, Тьерри
Анри и другие.
Сегодня уже никого не удивить тем, что мусульманские спортсмены выступают в составе европейских
команд, а христианские атлеты отстаивают честь мусульманских стран на международных соревнованиях.
Как и тем, что традиционный спорт проникает в глобальную культуру, а современные состязания становятся
неотъемлемой частью культуры мусульманских и других
культурных сообществ. Подобные метаморфозы –
это суть современной действительности. Все это лишний
раз подтверждает и доказывает, что спортивные игры
173
и состязания могут сглаживать любые культурные противоречия, сближать народы, несмотря на религиозные
различия, способствовать развитию толерантности в обществе, невзирая на постоянные споры и дебаты вокруг
ислама и мрачные прогнозы отдельных исследователей
относительно будущего человеческой цивилизации.
Вместо заключения
Согласно истории, спортивная культура мусульманских народов, как и народов других конфессий, является
зеркальным отражением развития и изменения общества.
Начиная с эпохи средневековья и до наших дней все
те социальные изменения и трансформации, которые
происходили в исламских сообществах, неизменно отражались и в культуре их телесных практик, в стереотипах
спортивного поведения, нормативных установках, стандартах агрессивности и толерантности в состязаниях.
Под влиянием религии, институтов власти и внутренней
культурной эволюции менялись нормы человеческих
отношений в развлечениях, нивелировались традиции,
брутальные игрища предавались забвению и становились
частью истории, их место занимали новые игры и состязания. С модернизацией общества эти процессы стали
более динамичными. В различных странах с мусульманским населением подобные изменения проявлялись
по-разному, в зависимости от политических условий,
уровня социально-экономического развития и культурных ценностей. В информационную эпоху с погружением общества в массовую культуру межцивилизационные связи значительно ускорились и одновременно
усложнились. Наряду с универсализацией глобальной
спортивной культуры усилилась поляризация культурных
систем, возрождение традиционных форм физической
активности стало закономерным результатом этих процессов. На протяжении новой и новейшей истории эволюция
174
телесных практик во многих мусульманских культурах
сопровождалась и сопровождается борьбой двух начал,
которые выражаются как в приспособлении к модернизации, так и в его отторжении. Организованный спорт,
в особенности спорт высоких достижений, как показывают наблюдения, не ослабляет религиозные чувства
и веру у мусульманских атлетов, в определенной степени
даже усиливает их религиозность. Более того, успехи
спортсменов-мусульман в отдельных случаях стимулируют обращение в ислам спортсменов из других конфессий. В условиях глобализации мусульманская религия
для многих атлетов остается духовной основой их культурной идентичности вне зависимости от мест проживания и культурного окружения. Вместе с тем, как для многих спортсменов, так и зрителей и болельщиков, ислам
не представляет собой консервативного начала, не поддающегося изменениям. Современный спорт наглядно
показывает, что в меняющемся мире взаимодействие
культур-цивилизаций далеко не всегда представляет собой
противостояние, это может быть и мирное сосуществование и сотрудничество. И, наконец, нельзя забывать,
что глобализация ведет не только к вестернизации
локальных культур, но и способствует появлению альтернативных моделей современности. В разных мусульманских странах и сообществах это проявляется по-разному,
что мы и наблюдаем в спорте.
Примечания
1
Позднее эти виды спорта стали весьма популярными у многих
мусульманских народов. Сегодня, например, ни один религиозный
праздник в центральноазиатских республиках не обходится без конных
скачек и борьбы. Эти виды спорта весьма популярны в традиционной
культуре мусульманских народов Поволжья, Урала, Сибири и Северного Кавказа.
2
Так, например, семивековое господство мавров на Пиренейском
полуострове оставило заметный след в спортивной культуре испанцев
175
и португальцев, в частности, это нашло отражение в отдельных единоборствах, фехтовании и конноспортивных состязаниях. Турецкое владычество на Балканах в период Османской империи также наложило свой
отпечаток в развитии воинских искусств балканских народов, болгар,
македонцев, боснийцев, албанцев и т.д. Традиционная турецкая
«масляная борьба» (яглы гюреш), сабельное фехтование, различные
конноспортивные состязания получили широкое распространение
в их культуре и т.д.
Литература
Абдулкаримов С.А. Спорт и культурная идентичность в обществе:
история и современность // Этнографическое обозрение, 2004, № 5. –
С. 87–94.
Абдулкаримов С.А. Агрессивность в спорте сквозь призму истории
и культурных традиций // Журнал социологии и социальной антропологии. – СПб., 2006. Том IX, № 3 (36). – С. 145–157.
Абдулкаримов С.А. Спорт в культурно-исторической ретроспективе:
между сакральным и профанным //Этнографическое обозрение, 2007,
№ 4. – С. 160–169.
Абдулкаримов С.А. Спортивная культура: от традиции к традиционализму // Этнографическое обозрение, 2010, № 2. – С. 83–96.
Абдул Мути А. Воспитание в Исламе. Наши дети: Практическое
руководство. – Спб.: Диля, 2007.
Багауддин М. Намаз. – М.: Бадр, 1460/1998.
Бациева С.М. Историко-социологический трактат Ибн-Халдуна
«Мукаддима». – М.: Наука, 1965.
Божественные чудеса. Наука и факты свидетельствуют «нет бога
кроме Аллаха и Мухаммад – его Посланник». – Махачкала: Ихлас, 2001.
Габдрафикова Л.Р. Татарское буржуазное общество: стиль жизни
в эпоху перемен (вторая половина XIX века – начало XX века). –
Казань: Татарское книжное издательство, 2015.
Гордлевский В.А. Бах-уд-дин Накшбенд Бухарский: (К вопросу
о наслоениях в исламе) // Памяти академика Ольденбурга. – М., 1934. –
С. 147–169.
Ибрагим Мустафа аль Махмуд. Военное искусство арабов
в крестовых войнах. Диссертация кандидата философских наук. – М.,
1994. См.: Мандзяк А. Воины ислама: Воинские и боевые искусства
мусульманских народов. – Минск: Книжный Дом, 2008. – С. 30.
Журавлев И.В. Подготовка воинов Аллаха (VI – VIII): Историкопедагогическое исследование. – М.: Эдиториал УРСС, 2000.
Кардави Ш.Ю. Дозволенное и запретное в исламе. – М.: Изд-во
«ИММАН», 2004.
176
Колчин Н.Т. Физическая культура и спорт в Татарии. – Казань: Таткнигоиздат, 1969.
Кузнецова З.М. История физической культуры и спорта в республике Татарстан. – Набережные Челны: КамПИ, 1999.
Лебон Г. История арабской цивилизации. – Минск: МФЦП, 2009.
Малашенко А. Ислам для России. – М.: РОССПЭН, 2007.
Малик Шах-Хусайн Систани. Хроника воскресших царей. Пер.
с перс., предисл., коммент. и указ. Л.П. Смирновой. – М.: Издательская
фирма «Восточная литература» РАН, 2000.
Мандзяк А. Воины ислама: Воинские и боевые искусства мусульманских народов / А. Мандзяк. Под общ. ред. А.Е. Тараса. – Минск:
Книжный Дом, 2008.
Маннанов А. Фирма. Может ли любовь к клубу убивать? – М.: ЗАО
«РОССМЭН-ПРЕСС», 2009.
Манчо Урал, Канмаз Мерием. От «болезни общества» к выздоровлению: муниципальное управление исламом и мусульманами в Бельгии // Ислам в Европе и в России: сб. ст. / сост. отв. ред. Е.Б. Деминцева. – М., 2009. – С. 52–78.
Мухаметшин Р. Религия // Татары. – М.: Наука, 2001. – С. 423–436.
Петросян Ю.А. Османская империя: могущество и гибель. Исто-
рические очерки. – М.: Наука, 1990.
Таникеев М. Намаз и гимнастические упражнения. – Фрунзе, 1970.
Тойнби А.Дж. Постижение истории. – М.: Айрис-Пресс, 2008.
Фоер Ф. Как футбол объясняет мир. Невероятная теория глобали-
зации. – М.: ЗАО «Олимп-Бизнес», 2006.
Харитонов Д. Футбольные войны. – Харьков: Фалио, 2007.
Хизриева Г. Социальная организация мусульманских общин вирдо-
вых братств тариката Кадириййа в свете исследований некрополей
Ингушетии // Ислам в Европе и в России: сб. ст. / cост. и отв. ред.
Е.Б. Деминцева. – М.: Изд. дом Марджани, 2009. – С. 134–145.
Цуркова О., Салтанов С. Ислам в европейском футболе (к постановке проблемы) // Мир ислама. История. Общество. Культура = The
World of Islam.History. Society. Culture: материалы Междунар. исламовед. науч. конф. 11–13 дек. 2007 г., Москва, РГГУ. – Изд. Дом Марджани, 2009. – С. 339–347.
Энциклопедический словарь. Мусульманская цивилизация. Ив Тораваль. – М.: Изд-во «ЛОРИ», 1995.
Baker W.J. Religion with God. Religion and Modern Sport. – Cambridge, Massachusetts, London, England: Harvard University Press,
2007.
Chehabi H.E. The Juggernaut of Globalization: Sport and Modernization
in Iran // Sport in Asian Society. Past and Present. Ed. By J.A. Mangan,
Fan Hong. – London-Portland: Frank Cass, 2003. – P. 275–294.
177
Dag Tuastad. The Political Role of Football for Palestinians in Iordan //
The Entering the Rield: New Perspectives on World Football. By Garry
Armstrong and Richard Giulianotti. – Oxford & New York, 1997. – P. 105–
122.
Don Yaeger. Uday Hussein. Son of Saddam // Sports Illustrated, 24
March. 2003. – P. 108–112.
Frogner E. On Ethnic Sport Among Turkish Migrants in the Federal
Republic of Germany // International Review for the Sport Sociology, 1985.
Vol. 20. No. 1–2. – P. 75–86.
Gellner E. Post Traditional Forms in Islam: The Turf and Trade, and
Votes and Peanuts // Post Traditional Societies. Ed. by S.N. Eisenstadt. –
N.Y., 1973. – P. 191–206.
Guttmann A. Games and Empires. Modern Sports and Cultural Imperialism. N.Y.: Columbia University Press, 1994.
Krouwal A., Boonstra N., Willem Duyvendak & Lex Veldboer. A Good
Sport? Research into Capacity of Recreational sport to Integrate Dutch
Minorities // International Review for the Sport Sociology, 2006, Vol. 41.
No. 2. – P. 165–180.
Naciri M. The Islamic Position on Sport // Sport in the Modern World –
Changes and Problems. – Berlin, New York, 1973. – P. 599–601.
Shadows of the Prophet: Martial Arts and Sufi Mystecism. By D.S. Farrer. – Hardcover, 2009.
With God on their Side: Sport in the Service of Religion. / Ed. By Tara
Magdalinski and Timothy J.L. Chandler. – N.Y.: Routledge, 2002.
9. Cпорт в зеркале китайских традиций
На фоне глобальных изменений Китай занимает
заметное место в мире спорта. Его высокие спортивные
достижения являются не только следствием активной
спортивной политики государства, но и во многом связаны с культурным наследием прошлого, сочетающим
в себе светские и несветские философии жизни. Являясь
одним из наиболее многочисленных немонотеистических
обществ новейшего времени, цивилизационно Китай
относится к странам конфуцианско-буддиийского культурного пояса. В отличие от монотеистических сообществ, в этих странах физические занятия на религиозном уровне никогда не подавлялись и «регулирование
тела» рассматривалось как путь к внутренней гармонии
и самодостаточности человека. Хотя сегодня далеко
не все китайцы занимаются спортом, подобное отношение к любым видам физической активности является
их общепринятым стандартом.
На заре цивилизации
Первые зачатки физической культуры древних китайцев восходят к эпохе первобытного строя. Как и у многих
других народов, они зависели от природно-экологических и хозяйственно-культурных условий развития и были
связаны с охотой, воинским делом и другими видами
жизнедеятельности. В условиях суровой окружающей
среды требовались значительные физические способности, навыки и умения, которые приобретались путем
продолжительных тренировок и упражнений как для
развития силы, ловкости и выносливости, так и для владения оружием. Со временем некоторые из подобных
179
занятий, такие как бег, прыжки, поднятие тяжестей
и другие подобные практики, приобрели игровой
и состязательный характер, став неотъемлемой частью
традиции. Исторические реликты в виде различных
артефактов свидетельствуют о существовании в древней
китайской культуре занятий бегом, плаванием, единоборствами, стрельбой из лука и других видов телесной
активности (Sasajima, 1973: 36; Sport and Games, 1986).
Подобное утверждение в значительной степени основывается на материалах вторичных источников. В научной
литературе китайскую историю до 1200 года до н.э. можно
реконструировать только по косвенным данным. И лишь
начиная с 800 года до н.э. появляются первые скудные
документальные свидетельства, которые по объему
информации, согласно образному выражению Альфреда
Крёбера, могут сравниться с довольно «тонким ручейком» (Крёбер, 2004: 616).
Каменные шары, найденные археологами в провинции Шаньси, возраст которых составляет приблизительно 100 тысяч лет, являются одними из наиболее ранних
архаических реликтов, рассматриваемых китайскими
специалистами как орудия охоты, которую они причисляют к спорту (Western Theories). Хотя, с позиции современной науки, данная гипотеза не выдерживает критики, в действительности подобные шары вполне могли
применяться в качестве орудий охоты и даже как атлетические снаряды по точности попадания в цель, только
гораздо позднее. Во всяком случае, игра под названием
джиринг (попадание в цель), упоминаемая в китайских
источниках, была популярной 4–5 тысяч лет назад (Embrionic forms, 2003).
Согласно китайским хроникам VIII–VI вв. до н.э.,
в начале III тысячелетия до н.э. различные праздники
жителей долины Янцзы и Хуанхэ сопровождались ритуальными и боевыми танцами, выступавшими неотъемлемой частью телесных практик, демонстрировавшими
180
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]