Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Спорт в пространстве времени и культур
.pdf
тура, представляя симбиоз нового со старым, была подвержена тенденциям обновления и изменения. В большинстве случаев новые организованные виды спорта первоначально являлись феноменом городов, они не имели
столь широкого распространения, как на Западе. В передовых мусульманских странах новые спортивные занятия вначале были достоянием элит и служили демонстрацией их нового образа жизни. И только начиная со второй
половины ХХ столетия, после колониального освобождения, в новое спортивное движение постепенно стали
включаться более широкие слои мусульманского общества. Веками накопленная энергия простых мусульман
стала находить выход через спорт, исламские сообщества, прежде ориентированные на интровертные отношения с внешним миром, постепенно стали менять вектор
своего развития в сторону диалога и сближения с ним.
От единоборств к игре
После Второй мировой войны организованный спорт
получил широкое распространение во многих регионах
мира, включая страны с мусульманским населением.
Наряду с искусством, наукой, политикой, он стал одной
из форм этнонациональной рефлексии и выражением
культурного национализма. В 1950–1960-е годы освободившиеся от колониальной зависимости азиатские
и африканские государства активно включились в модернизационные процессы и одновременно стали устанавливать политические связи и искать признания мировой
общественности через спорт. Благодаря их инициативе
увеличилось количество международных соревнований,
появились новые региональные состязания (панафриканские, паназиатские, панарабские игры), которые, как
и другие международные соревнования, стали средством
формирования национального духа и спортивного национализма. Под влиянием радио, телевидения и прессы
161
организованный спорт получил широкое признание
среди мусульман, став частью их досуга и развлечений,
а для некоторых из них и образом жизни.
В наши дни, несмотря на то, что процессы глобализации вызывают наибольшее сопротивление в мусульманских государствах, организованный спорт, продукт
творения западной цивилизации, остается исключением.
Любые международные соревнования, с одной стороны,
дают для всех, в том числе адептов ислама, равные
возможности проявлять свои способности и амбиции
на стадионах и татами независимо от конфессиональных
и политических установок и ориентаций, с другой стороны, имманентно выступают в качестве сублимации
внутренней энергии в мирном направлении. Проведение
Первой исламской олимпиады в Саудовской Аравии
в 2005 году под лозунгом «Ислам – это мир!» стало
альтернативой росту исламофобских настроений в обществе после событий 11 сентября 2001 года. Организаторы
этого мероприятия пытались показать всему миру мусульман в позитивном свете и, прежде всего, в приверженности ценностям современной спортивной культуры.
Если прежде на крупных международных соревнованиях мусульманские спортсмены были, главным образом, представлены в таких видах спорта, как борьба,
бокс, тяжелая и легкая атлетика, конный спорт, то теперь
они все больше стали заявлять о себе и в игровых состязаниях. В некоторых странах с мусульманским населением интерес к игровому спорту восходит еще к новому
времени. Так, например, одними из самых популярных
состязаний с колониальных времен среди мусульман
Малайзии и Индонезии традиционно считается бадминтон, точно так же как среди мусульман Индии, Пакистана, Бангладеш – английская игра в крикет.
Известные игроки данных видов спорта в этих странах по своей популярности превосходят многих политиков и являются национальными героями, кумирами целых
162
поколений последователей Корана. Но все эти примеры
являются скорее исключениями, в подавляющем большинстве случаев мусульманские атлеты вплоть до недавних времен были больше ориентированы на индивидуальные виды спорта, атлетику и единоборства. Активными участниками современных игровых состязаний
они стали только в новейшее время, причем в последние
десятилетия. Благодаря средствам массовой информации
значительно увеличилось количество зрительской аудитории, заметная доля которой приходится на футбол,
для большинства мусульман он стал самой захватывающей игрой современности. В Турции, Иране, Египте
и других арабских странах в дни крупных футбольных
матчей большинство городских жителей подчиняют свою
жизнь футбольному календарю, полностью отстраняясь
от деловых и семейных забот, нередко вопреки традициям.
В отдельных случаях футбол становится своего рода
культурным рубиконом между традиционным и новым,
городским и сельским и порой приобретет далеко идущие
последствия для общества. Так, в Иране победа иранских
футболистов над сборной Австралии в ноябре 1997 года
вызвала столь мощную волну социального движения
в стране, что некоторые политики и журналисты успели
окрестить ее «футбольной революцией» в силу того, что
это событие, по сути, стало началом движения иранского
общества по пути демократических реформ. В конечном
счете результатом этих событий стал приход к власти
сторонников либерально-религиозных кругов (Chehabi,
2003; Фоер, 2006: 204–206).
Все больше проявляют себя в футболе турецкие спортсмены, что играет на руку Турции, которая стремится
утвердиться в Европе и стать полноправным членом
ЕЭС, всячески при этом демонстрируя свою лояльность
к политическим и культурным ценностям западной
цивилизации. И хотя перспективы признания Турции
163
полноправным партнером в европейских делах для многих европейских политиков еще далеки от реалий, нельзя
недооценивать достижения турецкого футбола в Европе
и в мире. Игра в футбол для турецких политиков становится одной из немногих козырных карт, которая дает
возможность ухватиться «за полу ускользающей Европы». После бронзовой победы Турции на чемпионате
мира в 2002 году известный спортивный журналист
Дмитрий Харитонов в одной из своих работ сравнил
футбольную победу турок с победной славой их далеких
кочевых предков, в течение нескольких столетий упорно
продвигавшихся из бесконечных степных просторов
Азии на запад в Европу (Харитонов, 2007: 123). Спортивные достижения национальной сборной Турции
и ее легионеров в последующие годы еще раз подтверждают слова Харитонова и дают повод задуматься
о возможных перспективах и будущем этой страны.
В образном сравнении турецких футболистов с их воинственными предками проглядывает исторический воинский дух и упорство турок в достижении поставленных
целей, современный футбол – наглядное тому подтверждение.
Значительные инвестиции в спортивную индустрию
со стороны некоторых исламских государств и финансовых корпораций арабского Востока не только и не столько связаны с интересами крупного капитала, сколько
обусловлены стремлением мусульманских политиков
продемонстрировать всему миру свои потенциальные
возможности через спорт в ответ на вызовы глобализации. В спортивном бизнесе представители арабских
деловых кругов, приобретая крупные акции известных
футбольных клубов в Европе, имеют возможность прямо
или косвенно регулировать и влиять на спортивную жизнь
этих клубов. Заметный рост арабоязычных интернетболельщиков в 2009 году стал причиной появления арабской версии официального сайта международной футболь-
164
ной ассоциации ФИФА. Для многих арабских болельщиков матчи их футбольных команд, в особенности
национальных сборных, воспринимаются как выражение
патриотизма, а любые футбольные победы выливаются
в национальные ликования и импровизированные праздники. В футболе находят проявление такие традиционные морально-этические ценности арабов, как мужская
честь иззат (Dag Tuastad, 1997: 116–117), которая обязы-
вает играть и выигрывать в честной борьбе или проигрывать с честью.
Спорт отражает реальные ценности общества, но при
этом он не может быть полностью подчинен этим ценностям. Соревновательные состязания могут не только пробуждать массовый интерес к игре, дух коллективизма
и созидания, но и вызывать всплески агрессивных
настроений (Абдулкаримов, 2006: 145–157), что характерно также и для определенных групп мусульман.
При этом агрессия одних питается религиозным радикализмом, связанным с неприятием всего того, что
не относится к исламу, другими же в большей степени
движут светские и спортивные страсти, нежели вера
(Don Yaeger, 2003: 108–112; Маннанов, 2009: 225–230).
В России представители мусульманской религии
играют далеко не последнюю роль в различных спортивных состязаниях и в достижениях российского спорта
на крупных международных соревнованиях. Стало уже
почти традиционным видеть на пьедесталах почета
по спортивным единоборствам спортсменов из мусульманских регионов Северного Кавказа. За последние годы
северокавказские спортсмены все более упорно заявляют
о себе и в футболе, активно демонстрируя свою спортивную волю и упорство на стадионах. Среди ведущих
спортсменов и тренеров в игровых видах спорта все чаще
можно видеть на экранах телевизоров, слышать по радио
и читать в прессе и на страницах Интернета представителей самого многочисленного мусульманского народа
165
России – татар. Спортивные клубы Казани за последние
годы неоднократно завоевывали призовые места по футболу, хоккею, баскетболу, воллейболу. Победные достижения футбольной команды «Рубин» многие связывали
с ее главным тренером Курбаном Бердыевым, мусульманином – человеком глубоко верующим, соблюдающим
все мусульманские обряды и традиции. Футбольные
турниры и другие спортивные состязания, инициируемые
представителями татарского духовенства среди мусульман (Малашенко, 2007: 18), имеют свои закономерности,
обусловленные глубокой интегрированностью татар
в российскую культуру, приверженностью к светским
традициям и новым культурным веяниям в обществе.
Процессы институционализации современных игр
в культурных границах ислама в новейшей истории
не только существенно повлияли на спортивную культуру мусульманских народов и обогатили ее, придав
ей качественно новый смысл, как по содержанию, так
и по форме, но и способствовали утверждению новых
ценностных ориентаций. Такие игры, как футбол, баскетбол, крикет, бадминтон и другие, вызвали к жизни новые
виды творческой активности, инициативы и конкуренции, что способствовало универсализации норм человеческих отношений в обществе, интеграции мусульман
в современную урбанистическую культуру.
О некоторых метаморфозах глобализации
Мусульманская религия признает потребность людей
в развлечениях, различного рода играх, включая спортивные состязания, при условии соблюдения норм исламского поведения. Ортодоксальный ислам (Абдул-Мути,
2007: 236–238), как и остальные мировые религии,
призывает своих последователей к гармонии с природой,
здоровому образу жизни, к духовному и физическому
совершенствованию и постоянной работе над собой.
166
Согласно взглядам современных мусульманских богословов, занятия физическими упражнениями являются естественной потребностью человеческой природы, любой
истинно верующий мусульманин, безотказно соблюдающий все необходимые заповеди религии, пятикратную
молитву намаз, пост, совершающий паломничество
в святые места, развивает в себе, наряду с духовными,
и спортивные качества и, прежде всего, спортивный
характер. Сам намаз (ритуальное моление) – это, по сути,
комплекс психофизической тренировки, регулярное
выполнение которого значительно улучшает и укрепляет
физическое самочувствие верующих (Таникеев, 1970;
Багауддин, 1460/1998: 11–12; Божественные чудеса, 2001:
56–72). Слова Пророка «сильный верующий лучше
и более любим Аллахом, чем слабый, хотя в каждом
из них – благо» как нельзя лучше определяет отношение
ислама к спортивной культуре его последователей.
В отдельных культурах мусульман занятия единоборствами и другими физическими упражнениями в представлениях верующих являются как проявлением их культурной самобытности, так и выражением духовного
и физического самоусовершенствования на пути к Всевышнему. Внутренний джихад и постоянная работа над
собой, наряду с телом, укрепляют дух и веру. Мусульманские мастера ушу в Китае, пентьяк-силат в Индонезии,
кушти в Иране верят, что единоборства повышают
духовную силу в соответствии с принципами ислама.
Занятия борьбой в горных селениях Дагестана, так же как
и в других регионах Северного Кавказа, считаются хорошей школой для мужчин-мусульман. Вместе с физическими кондициями они укрепляют их дух и религиозность и подчеркивают верность заветам Пророка, который сам увлекался борьбой и призывал правоверных
заниматься физическими упражнениями (Кардави, 2004:
275–279; Naciri, 1973: 599–601). Возможно, не случайно,
что из всех традиционных состязаний у мусульманских
167
народов до сих пор наиболее популярной остается
борьба, занятия которой в представлениях верующих
являются верностью мусульманским традициям и наставлениям Пророка Мохаммада.
На фоне динамично меняющегося современного
общества между всемирным и локальным, западным
и исламским миром парадоксальным образом происходит как взаимодействие и сближение, так и взаимное
неприятие и отторжение. С одной стороны, западные
виды спорта становятся частью спортивной культуры
мусульманских народов, вступивших на путь модернизации. С другой – многие из традиционных спортивных
занятий мусульман выходят за пределы собственных
культур и становятся достоянием мировой цивилизации
(персидское конное поло, тюркская борьба на поясах,
иранское зурхане, индонезийский пентьяк-силати другие
состязания). В то же время в ответ на вызовы глобализации происходит возрождение и даже искусственное
конструирование новых традиционных форм физической
активности (Абдулкаримов, 2004: 91; Мандзяк, 2008: 383–
389; Shadows of the Prophet…, 2009: 8).
Культурный империализм западных ценностей в спорте
вызывает ответную реакцию у определенной части
мусульманского общества, начиная от активной пропаганды институтами власти традиционного спорта, который становится предметом их официальной публичной
политики (Guttmann, 1994: 165–166; Фоер, 2006: 218),
и заканчивая возрождением консервативных суфийских
тарикатов и других религиозно-культурных общин, бурными выступлениями крайних фундаменталистов против
открытых форм одежды и участия мусульманских женщин в спорте. Во многих странах эти процессы стали
реалиями сегодняшнего дня. Статистика свидетельствует
о сокращении числа мусульманских стран, включающих
женщин в состав олимпийских команд. Если в Барселоне
(1992 г.) таких команд было тридцать пять, то в Афинах
168
(2004 г.) их число сократилось до четырех. Одной из главных причин подобной тенденции, помимо формы одежды,
является внутреннее неприятие со стороны радикальных
представителей духовенства и их сторонников западных
культурных ценностей. Наиболее заметно это проявляется в женском спорте. Согласно представлениям наиболее ревностных сторонников мусульманской веры,
участие женщин в состязаниях не вписывается в традиционные религиозно-нравственные нормы шариата.
Нарушившие установленные запреты подвергаются
социальному остракизму, что вынуждает одних спортсменок бросать спорт, других – заниматься спортом
нелегально или эмигрировать в другие страны и принимать участие в состязаниях уже в составе их спортивных
клубов и национальных сборных.
Однако и в странах западной демократии, как показывает практика, в спорте могут возникать определенные
культурные противоречия между ценностными установками ислама и западной культуры, в частности, все
по тому же дресс-коду. Известно немало случаев в Европе и Северной Америке, когда мусульманских спортсменок отстраняли от соревнований именно из-за ношения
спортивных хиджабов. По всей видимости, подобные
парадоксы здесь можно объяснить словами А.Дж. Тойнби:
«Чем сильнее вызов, тем сильнее стимул», и мудрее
поступают те, кто избегает подобных крайностей (Тойнби,
2008: 181).
При всем этом спорт, в особенности спорт высоких
достижений, остается предметом мирного диалога между
Западом и исламом, который скорее больше их сближает,
чем отталкивает. Во время выступлений афроамериканского боксера-мусульманина Хасима Рахмана против
христианских боксеров из других стран все американцы,
независимо от конфессии, болели за его победу. Точно
так же за российского боксера православной веры Олега
Маскаева болели все россияне, вне зависимости от веры,
169
а также мусульмане Казахстана и Узбекистана, на территории которых он в разные годы проживал. В дни крупных футбольных матчей в некоторых западноевропейских городах муниципальные власти вместе с местными
мусульманскими общинами выступают единым фронтом
с целью обеспечения безопасности и правопорядка
на улицах и стадионах во время и после игр. В конечном
счете это создает положительный опыт их сотрудничества на более отдаленную перспективу и в других сферах
общественной жизни (Манчо, 2009: 71).
Ислам в европейском спорте
Проблемы народонаселения и быстрорастущей численности мусульман во Франции, Германии, Великобритании, Нидерландах и других странах Западной Европы
чрезвычайно актуализировали вопросы их интеграции
в окружающую культурную среду. Сегодня в европейских странах это одна из самых животрепещущих
проблем. Начиная с 1980-х годов, спорт стал рассматриваться как один из наиболее оптимальных вариантов
сближения культурных групп и снижения межэтнической
напряженности в Европе. Как показывают исследования,
аккультурация этнических общин с отдаленной культурной дистанцией в европейской среде не всегда приводит
к ожидаемым результатам, хотя, в значительной степени,
способствуют сублимации агрессии и возможных конфликтов (Frogner, 1985: 75–86; With God…, 2002: 43–44;
Krouwel et al., 2006: 165–180).
Большинство представителей мусульманских групп
населения предпочитают заниматься тем или иным видом
спорта в своем окружении, что значительно снижает
их коммуникацию с доминирующей культурой. В то же
самое время среди спортсменов-профессионалов ситуация несколько иная. Как правило, профессиональные
атлеты из среды иммигрантов более активно включаются
170
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]