Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Психология трейдинга инструменты и методы принятия решений
.pdf
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. ТРАНС-ФОРМАЦИЯ МЫШЛЕНИЯ 231
плывающими мимо. В невыразимом предвкушении я питал надежду,
что смогу раскопать с помощью этой техники какие-нибудь интересные
идеи. Возможно, интуитивно распознаю будущий курс рынка или пойму
смысл жизни.
Я сел за компьютер и начал индукцию; в наушниках у меня звучала
«Музыка в двенадцати частях» Гласса. Чтобы войти в нужное состояние,
закрываю глаза и пристально гляжу на темное поле зрения. И вот в темноте замечаю область светлее, чем остальные. Очень часто, но не всегда,
она находится ближе к одной стороне поля зрения. Тогда я сосредоточиваю внимание на свете и свожу вместе глаза (как будто глядя на что-то совсем вблизи), пытаясь как бы расширить свет. В течение нескольких минут все поле зрения светлеет, хотя мои глаза еще закрыты. В этот момент глаза обычно закатываются, и иногда я замечаю быструю пульсацию глазных яблок и век. Хотя бодрствую и нахожусь в полном сознании, но кажется, что пребываю в фазе быстрого сна. Открыв глаза, я, как
правило, чувствую себя очень отстраненным от мира, удаленным от забот и проблем дня.
В эксперименте, однако, я, находясь в состоянии медитации, планировал печатать, записывая поток вторгающихся мыслей. Я не знал, чего
ожидать. Может ли печатание разрушить или изменить поток мыслей?
Когда эксперимент начался, я с удивлением осознал, как быстро летали мои пальцы по клавиатуре, фиксируя внезапно пришедшие мысли.
Я изо всех сил пытался не подвергать цензуре и не анализировать то,
что печатал, полностью переключив внимание на свет. В какой-то момент заметил быстро промелькнувший образ: детский рисунок, выполненный в основных цветах. В левом верхнем углу сияло солнце, а верхняя часть изображала синее небо. С правой стороны высовывалась рука,
держащая лейку. Капли воды падали на ряд маргариток. Картина продержалась всего секунду и исчезла. Вскоре после этого я перестал печатать.
Открыв глаза, почувствовал свою обычную отрешенность, только
на этот раз сильнее. Посмотрел на монитор и прочитал то, что напечатал. Холод пронизал меня. Никогда не писал я ничего подобного. Более
того, немог вспомнить, чтобы вообще печатал большую часть изэтого.
Одно предложение сразило меня наповал: «Ороси день созидателя особыми цветами, один за другим». Я знал, без тени сомнения, что фраза относилась к увиденной мной картине. Но это предложение не могло родиться в моем хорошо организованном уме.
Испытывая наполовину благоговение, наполовину недоверие, я вглядывался в экран. И вспомнил, как думал, что ни при каких обстоятельствах не смогу написать глупости в духе нью-эйдж, появившиеся на моем
мониторе. Я невольно содрогнулся. Это было моим первым и самым силь-
ПСИХОЛОГИЯ ТРЕЙДИНГА232
ным осознанием того, что я не был цельной личностью с неделимыми
умом и идентичностью.
СОСТАВЛЕНИЕ УМСТВЕННОГО ЛАНДШАФТА
Последующие личные эксперименты убедили меня в том, что люди обладают намного большими возможностями для изменения своего умственного ландшафта, чем обычно осознают. Как писатель, я давно обнаружил, что тексты, написанные в наиболее удачные творческие моменты,
часто не имели совершенно никакого отношения к тому, что я собирался
написать. Как будто скрытая муза дарила мне и мысли, и вдохновение.
Когда это происходило, я глядел на хорошо написанный текст и думал:
«Как же я вообще смог такое сотворить?»
К счастью, я печатаю довольно быстро и могу вводить свои мысли
в компьютер почти так же быстро, как они появляются в моем уме. Погружаясь в литературное творчество, я едва думаю о том, что собираюсь
сказать. Идеи приходят, и я их фиксирую. В такие минуты нетрудно поверить во множественность умов.
Однажды, однако, я решил проверить эту идею еще в одном эксперименте. Сначала вошел в состояние глубокой сосредоточенности, погрузившись в музыку Филипа Гласса. Как и раньше, сконцентрировал внимание на пятнах света, появившихся у меня в поле зрения после того,
как я закрыл глаза. К тому времени я уже довольно хорошо научился входить в состояние покоя. Теперь, однако, решил продлить его. К своему
удивлению, нашел, что если продолжать упражнение достаточно долго,
то достигаешь не одного, а нескольких уровней второго дыхания. Каждый раз, когда испытывал соблазн закончить упражнение, я подталкивал
себя еще дальше. В конечном счете растянул упражнение на несколько
часов, оставаясь все это время в совершенно неподвижном, спокойном
положении.
Результаты упражнения оказались во всех отношениях не менее впечатляющими, чем последствия приема любого психотропного препарата. После нескольких часов полной концентрации мои проприоцептивные чувства сильно изменились. Малейшее движение вдавливало меня
во вращающееся кресло и дезориентировало, как если бы я летал вверхвниз на американских горках. Я полностью утратил понимание того,
в какую сторону обращен лицом. Когда наконец открыл глаза, привычные предметы показались необыкновенно четкими по цвету и форме.
Как будто часы уменьшенного сенсорного восприятия перекалибровали
мои чувства, изменив мою чувствительность к нормальным раздражите-
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. ТРАНС-ФОРМАЦИЯ МЫШЛЕНИЯ 233
лям примерно так же, как меняются вкусовые ощущения человека, долго
лишенного пищи.
Находясь в таком сильно измененном и обостренном состоянии,
я понял, как художники и поэты должны видеть мир. Часы, проведенные в полной темноте, почти полностью лишенные мысли и движения,
сделали меня исключительно чувствительным к красоте обычных вещей в моей комнате: нюансам форм и оттенков, переплетению узоров
на гобелене, изяществу теней, создаваемых лампами. Я чувствовал, что
мог часами поглощать эту красоту. Каким-то шестым чувством также сознавал, что реагировал на привычные предметы весьма необычным образом. Отчетливо понял, что мои будни были настолько заполнены раздражителями — разговорами, дорожными шумами, звуками телевизора,
что я проводил большую часть своих дней в состоянии перегрузки, даже
не замечая этого. Я походил на обжору, присосавшегося к буфету и поглощающего каждый день так много, что он больше не в состоянии оценить
тонкие различия в блюдах.
Моя рабочая гипотеза, которую я сейчас проверяю с помощью биологической обратной связи, предполагает прямую корреляцию между количеством времени, потраченного на эмпирическое упражнение, интенсивностью опыта и готовностью к изменению, достигаемой в состоянии
транса. Другими словами, более глубокие и продолжительные трансы
приводят к более значительной когнитивной и сенсорной перекалибровке, позволяя человеку легче изменять свой режим восприятия. После длительного сенсорного воздержания я чувствовал, что простого аромата садового цветка будет достаточно, чтобы создать состояние усиленного восприятия, которое будет столь же эффективно, как серьезное вмешательство во время сеанса психологического консультирования.
Мои недавние эксперименты, в которых температура лба использовалась в качестве биологической обратной связи, позволяют предположить, что требуется длительный период покоя и концентрации для достижения столь заметно измененного восприятия. Действительно, показатели биологической обратной связи начинают радикально отступать от исходного уровня не раньше чем через 15–30 минут неподвижности, и то при условии наличия некоторой практики. Опыт говорит мне
о том, что нормальное состояние человеческого ума консервативно —
относительно устойчиво к краткосрочным значительным изменениям.
Это имеет смысл, потому что частые большие изменения, без сомнения,
нарушали бы непрерывность повседневного мышления и поведения.
Чтобы эффективно функционировать в окружающем мире и сохранять
контроль над своими действиями, люди должны иметь относительно стабильное состояние ума.
ПСИХОЛОГИЯ ТРЕЙДИНГА234
Прилагая существенные усилия посредством медитации, биологической обратной связи и т. п., люди могут преодолевать естественные настройки ума и вызывать изменения, сопоставимые по величине
с теми, которые происходят при травме. Это требует как времени, так
и дисциплины и, следовательно, не встречается в суете повседневной
жизни. Работа Чиксентмихайи, однако, настоятельно утверждает, что
особо творческие люди, погружаясь в работу, действительно достигают
сосредоточения и концентрации, сопоставимые с достигнутыми мною
в упражнениях под Филипа Гласса. Если это так, то они развили у себя
естественные средства для расширения границ своего ума и выработки
новых способов восприятия и поведения. Тем самым смогли усилить
свои эволюционные способности, преодолев обычные консервативные
механизмы сознания.
И я задал себе вопрос: «А могут ли это делать трейдеры?»
ЭКСПЕРИМЕНТЫ В ТРЕЙДИНГЕ
Улучшив свою способность входить в измененное состояние, я перешел
к следующей фазе эксперимента, которая заключалась в том, чтобы погрузиться в мою обычную домашнюю работу перед дневной торговлей,
когда я изучаю графики и индикаторы с целью формулирования гипотез.
Я сознательно старался замечать все, но при этом избегать поспешных
выводов об увиденном. (Должен сказать, что последнее было нелегко —
модели, казалось, сами кидались на меня с необычной четкостью.) Заложив информацию и проведя несколько тестов, я решил спонтанно печатать все, что придет мне в голову о торговле предстоящего дня. Печатал
быстро, не корректируя никакие идеи, и как будто готовил информацию
для рядового читателя, снабжая текст советами о том, что делать в различных ситуациях.
Как и в моем более раннем эксперименте, писалось легко и непринужденно. Пальцы буквально летали по клавиатуре. Я знал, что печатаю,
но в то же время отстранился от процесса — будто наблюдал со стороны
за тем, как мое тело печатает.
Прежде чем прочитать подготовленный мной синтез рыночной информации, я еще более расширил эксперимент. Снова закрыл глаза и погрузился в состояние сосредоточенности. На сей раз надел наушники,
подключенные к компьютеру. Выделил написанный мною текст и, полностью сосредоточившись, щелкнул по строчке «Живая речь» в меню
программы Dragon Systems, которая синтезируемым голосом может читать написанное. У голоса было немного резкое произношение со слабым
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. ТРАНС-ФОРМАЦИЯ МЫШЛЕНИЯ 235
британским акцентом. Он читал мне то, что я написал, а я поглощал все
это, находясь в состоянии транса.
Слушая собственные слова, произносимые чужим голосом, я будто
внимал мыслям опытного консультанта. В голову мне пришла жуткая и абсурдная мысль о том, что это голос Всевышнего. Так или иначе,
у меня возникло ощущение, что я слышу Истину:
Обширные покупки в пятницу не смогли преодолеть стену сопротивления
в четверг, создав линию, против которой следует торговать. Ралли, которые
не могут пробить линию, дают возможность шортить, минимумы пятницы
для них наименьшая цель. Прорыв ниже минимума пятницы позволяет шор-
тить на ралли. Резкое движение выше стены на росте TICK дает падения для
покупки. Отсутствие ралли утром создаст слабость днем. Берегись дизъюнк-
ции выпусков финансовых и промышленных ценных бумаг.
Слушая текст своего письма, я все более убеждался, что стиль его
подобен странной описательной прозе из моего более раннего эксперимента. Слова «берегись дизъюнкции» отнюдь не входили в мой обычный лексикон, и не это я обычно подчеркиваю в своей торговле. Действительно, я отчетливо не знал, что существовала какая-то «дизъюнкция» между финансовыми акциями и более широким списком акций,
составлявших промышленный индекс Доу-Джонса. Однако, когда я проверил графики, стало ясно, что финансовые акции — особенно акции
брокерских компаний — находились в нисходящем тренде, тогда как
более широкие индексы оставались в узком боковом диапазоне. То, что
я написал, казалось, готовило меня к развивавшейся на рынке теме,
которая делала финансовые акции возможными предвестниками следующего движения.
К лучшему или к худшему, но я почувствовал, что у меня есть стратегия для начинающегося торгового дня. Я также испытывал чувство спокойной уверенности, что было необычно для меня в торговле. Наблюдение за нисходящим прорывом финансовых акций, который ускользнул
от моего притупленного внимания, убедило меня в том, что измененный способ восприятия открыл новые методы обработки рыночных данных.
Перед открытием рынка я снова вызвал у себя состояние спокойной
расслабленности. Когда стартовали торги, мой ум был совершенно спокоен. В течение первых минут объем был довольно невелик, а рынок относительно вялым. Я закрыл глаза, воспринимая ситуацию без попытки
сделать выводы.
И тут это случилось.
ПСИХОЛОГИЯ ТРЕЙДИНГА236
Случайная мысль залетела мне в голову. Но это была не просто мысль
и даже немоя мысль. В голове отчетливо раздался голос с резкими британскими тонами, произнесший: «Займись дизъюнкцией». И все. Обычная фраза, но для меня она прозвучала, будто прочитанная программой
«Живая речь».
Я вернулся к монитору и заметил, что секторный индекс брокерских акций ($XBD) пошел вниз. Общий рынок слабел, TICK затухал,
но Standard & Poor’s (S&P) все еще казался идущим вбок. Спокойно открыв сделку на короткой стороне, я никогда не был настолько уверен
в прибыли, никогда не был настолько уверен в своей цели и стопах.
Несколько минут спустя я закрыл сделку с прибылью.
На минимумах пятницы.
Я не испытывал никакого чувства успеха или восторга. Эта сделка
вообще не принесла никакого самоудовлетворения. Фактически меня
сопровождало в высшей степени странное ощущение, что это вообще
не я размещал сделку. Несомненно, ордер был размещен мной. Но клянусь: сделку проводил не я.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Ранее я упоминал идею Ари Киева о «торговле в зоне»: достижение полного погружения в анализ рыночных данных и действие по результатам. Изучение конкретных случаев невропатологами Оливером Саксом
и В. С. Рамачандраном; обширные исследования расщепленного мозга;
сходные черты опыта у мистиков в различные эры и культуры — все это
убедило меня, что у людей действительно есть много зон — больше, чем
люди обычно осознают.
Вы могли слышать (ошибочное) утверждение, что люди используют
для мышления лишь небольшую часть мозга. Действительность немного
сложнее. Средний человек обращается лишь к небольшой доле своего
возможного сознания (как указывал Гурджиев, подобно тому, кто занимает одну комнату большого особняка, не зная о множестве других роскошных комнат). Творческие способности на любом поприще — будь
то трейдинг, воспитание детей или психологическое консультирование — возникают из способности увидеть мир по-новому, из тех других
комнат. Знаю, что это кажется безнадежно мистическим, и вы знаете, как
я ненавижу лексикон нью-эйдж. Но не могу отрицать вывод, сделанный
Норретрандерсом: для меня есть нечто большее, чем ясам.
Я полагаю, что это передний край психологии трейдинга. Учась расширять шкалу настройки вашего сознания, вы приобретаете потенци-
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. ТРАНС-ФОРМАЦИЯ МЫШЛЕНИЯ 237
альные возможности для обработки рыночных данных новыми и выгодными способами. Как будет рассказано в следующей главе, в одном состоянии ума вы можете воспринимать и знать вещи, которые полностью
ускользают от вас в другом. Все равно что имели бы несколько внутренних баз данных, но с ограниченным доступом к каждой. Развивая способность транс-формировать свой умственный ландшафт, вы расширяете
свой доступ и получаете возможность торговать, используя более широкую информационную базу.
В духе исследований Эндрю Лоу и Дмитрия Репина, я полагаю, что
биологическая обратная связь содержит существенный потенциал для
развития трейдеров. Хотя традиционная психология (включая бльшую
часть этой книги) может формулировать важные гипотезы о торговом
успехе, но только упорные исследования подтвердят или опровергнут
эти гипотезы. Серьезное преимущество биологической обратной связи
заключается в том, что она преобразует субъективные переменные —
эмоциональность, концентрацию — в объективные параметры, которые
могут быть подвергнуты статистической обработке. Биологическая обратная связь берет идеальный подсчет Гальтона и применяет его к личному опыту.
Будут ли торговые центры будущего комплектоваться интегрированными консолями для измерения пульса, электропроводности кожи, напряжения мышц и температуры тела? Будут ли трейдеры заниматься
своим ремеслом, надевая на запястье браслеты для измерения пульса
и артериального давления, как это делают профессиональные спортсмены? С учетом того что трейдинг — это спорт, требующий максимального напряжения, можно ожидать появления все более сложных инструментов для трейдера и также более сложного программного обеспечения
и аппаратных средств для торговли. Погоня за прибылью может ускорить
ваши самые высокие эволюционные устремления так, как не могла предвидеть даже Айн Рэнд.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
ДОЖДЕВИК
В ШКАФУ
Восставшие демоны заменяют падших ангелов.
Хотя в нас есть нечто большее, чем мы привыкли считать, было бы ошибкой заключить, что человеческая натура бесконечно пластична. Я искренне сомневаюсь, что любой человек мог бы чувствовать себя уверенным и успешным, если бы все, что он перепробовал, заканчивалось неудачей. Череда злоупотреблений и пренебрежений не может вдруг уступить место чувству радости и удовлетворения. Новый опыт нельзя соткать из ничего. В конечном счете в упражнениях по самосовершенствованию мы активируем те стороны наших личностей, которые, являясь
скрытыми от взора, тем не менее в некоторой форме уже существуют. Используем нашу приведенную ранее метафору: чтобы решить проблему,
психотерапевт находит слабые сигналы на шкале настройки сознания
и систематически увеличивает их громкость. Возможно, мы не столько
создаем новые частоты, сколько начинаем лучше принимать слабые сигналы, ждущие, чтобы мы их услышали.
В этой главе мы рассмотрим, как трейдеры могут улучшить прием радиоприемников своего ума, делая громче слабые, но ценные сигналы.
Вместо того чтобы погрязнуть в программировании на любой данной частоте, мы можем воспользоваться рукой, которая крутит ручку и меняет
станции. Поразительно, сколько нового можно увидеть и почувствовать,
оказавшись на новой отсечке шкалы настройки. Воистину наши знания
являются функцией состояния нашего ума и тела.
ОСТАНОВКА ВО ВРЕМЯ УТРЕННЕЙ СУМАТОХИ
Мы опаздывали. Каждое утро я провожаю жену на работу и собираю наших детей — Девон и Макрэя — в школу. И разумеется, кажется, будто
каждое утро нечто тайно пытается задержать нас. Девон не может найти
ПСИХОЛОГИЯ ТРЕЙДИНГА240
ленту для волос; Макрэй теряет что-то важное, что хочет взять в школу.
Все это время я умоляю, упрашиваю их и рву на себе волосы. Но так или
иначе мы успеваем вовремя.
В тот день, однако, мы действительно опаздывали. Я подгонял детей,
напоминая им через регулярные интервалы, что они должны закончить
завтрак, расчесать волосы, надеть обувь и удостовериться, что домашняя
работа уложена в рюкзаки. Покормив кошек и собрав свой ланч, я посмотрел на часы. У нас оставалось всего несколько минут. Встревоженный,
я издал свой обычный рев: «Вперед!». Девон и Макрэй скатились по лестнице и покорно начали надевать пальто и башмаки, защищая себя от еще
одного холодного слякотного сиракузского утра. Я сделал то же самое,
протянув руку в шкаф за дождевиком.
Его там не было.
Я просмотрел ряд пальто, висевших в левой половине шкафа. Дожде-
вика нет. Очень странно; я всегда убирал его туда. Открыл правую сторону шкафа. Дождевика нет. Времени совсем не осталось. Я начал всерьез заводиться. Дети должны были попасть в школу, да и меня ждала
утром важная встреча. Хуже того, мои ключи от машины были в кармане
дождевика. Нет дождевика — нет автомобиля.
Теперь, уже быстрее, я вернулся к левой половине шкафа и пробежал глазами пиджаки и пальто. Проверяя их по одному, мой взгляд цепко перемещался по содержимому шкафа. Никаких следов дождевика. Девон и Макрэй,
казалось, почувствовали мою нарастающую истерию. Они необычно притихли, воздерживаясь от нормального для них утреннего препирательства.
Я взглянул на часы. Мы опаздывали.
На миг меня охватило смятение. Я почувствовал, как окаменели
мышцы лба, в голове закружились мысли и стала нарастать паника. Как
будто у меня в голове кричал чей-то голос: «Этого неможет быть! Дожде-
вик должен быть здесь». Я смутно осознавал, что моя реакция была чрезмерной. На каком-то уровне знал, что мир не рухнет из-за нашего опоздания на несколько минут. Но это не имело значения: мое тело решило,
что ситуация была чрезвычайной.
Итут яостановился.
Прежде это случалось всего несколько раз: внезапно, нередко в самом
разгаре чрезвычайной ситуации, я становлюсь пугающе и неестественно
спокойным. Фиксирую взгляд, замедляю дыхание, и бурлящие воды внезапно успокаиваются. Это происходит совсем не постепенно; скорее как
щелчок выключателем. Происходит автоматически. И это жутковато.
Когда я останавливаюсь, то чувствую, что я — это не я.
Не помню, чтобы у меня было ощущение такой остановки в детстве
или молодости. Оно стало появляться лишь после моих экспериментов
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]