Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Правящая элита Испании второй половины ХХ в.
.pdf
Характерные черты традиционной элиты Испании
31
ко, что в XIX в. состав ее чрезвычайно широко пополнялся благодаря пожалованиям короны, причем среди получивших титулы
были лица и недворянского происхождения. Поэтому, говоря об
испанской аристократии XIX–ХХ вв., обычно различают «старую»
(получившую титулы до 1808 г.) и «новую» аристократию. Среди
министров периода 1874–1902 гг. аристократы составили 19,7 %,
периода 1902–1923 гг. — 17,1 %, причем в оба периода «старой»
и «новой» аристократии было примерно поровну. Среди министров времени диктатуры Примо де Риверы аристократии было
даже еще больше — 36,1 %, но почти все они (11 из 13 человек)
принадлежали к «новой» аристократии. Среди республиканских
министров представителей аристократии вовсе не было
45
. Примерно такую же долю, как среди министров, аристократия при
монархии составляла и в кортесах. Среди избранных в 1879 г. ее
представителей насчитывалось 16,9 %, в том числе 3,5 % составляли гранды Испании (герцоги и часть маркизов и графов). Представительство аристократии в то время заметно различалось по
партиям: если среди карлистов она составляла 43,6 %, а консерваторов — 25,4 %, то среди депутатов от демократических партий —
21,4, а либералов — 7,5 %
цогов, 41 маркиз, 27 графов, 2 виконта и 3 барона
46
. На 1899 г. среди депутатов было 6 гер-
47
. В 1907–1914 гг.
представительство аристократии несколько сократилось, составив 17 % среди консерваторов, 14 % среди карлистов, 8 % среди либералов и 4 % среди регионалистов
48
.
Большинство (свыше половины) министров до попадания
в состав правящей элиты занимались юридической практикой
(только среди министров 1936–1939 гг. их меньше — около трети) или были профессиональными чиновниками (при монархии — до трети, в последующее время — существенно меньше),
довольно многие представляли профессуру (порядка 12–15 %, при
Республике даже около 30 %). Традиционно много было профессиональных военных (см. ниже). Выделяется также группа писателей
45
Quem Governa a Europa do Sul? O recrutamento ministerial, 1850–2000…
P. 126.
46
Linz J. J., Gangas P., Jerez M. Spanish Diputados: From the Restoration to Con-
solidated Democracy… P. 380.
47
Tuñón de Lara M. Historia y realidad del poder… P. 34.
48
Linz J. J., Gangas P., Jerez M. Spanish Diputados: From the Restoration to Con-
solidated Democracy… P. 396.
32
Глава 1. Элиты и их роль в истории Испании
и журналистов, весьма заметная при монархии (18,8 % и 12,6 %) и
меньшая по численности в дальнейшем (2,7 % при Примо де Ривере, 5,4 % и 10,8 % при Республике). Инженеров, медиков и других
профессионалов было немного — порядка 5–6 % (при Республике — до 15 %), еще меньше предпринимателей. Во время гражданской войны среди республиканских министров около 20 % составили даже бывшие рабочие (в иные периоды их не было)
49
.
Среди депутатов кортесов, избранных в 1879 г., ведущую
группу (35,5 %) составляли юристы; профессура, врачи, инженеры, учителя и другие специалисты составили 7,4 %, литераторы
и журналисты — 9,9 %, офицеры — 8,3 %, чиновники — 7,5 %,
предприниматели — 14,4 %, фермеры (почти исключительно
крупные) — 15,4 %
50
. На 1899 г. среди депутатов было 197 юристов,
50 офицеров, 16 промышленников, 9 инженеров, 8 профессоров,
4 медика, 5 чиновников, на 1903 г. — 195 юристов, 11 промышленников, 53 собственника, 28 офицеров, 18 инженеров, 4 медика,
12 журналистов, 3 литератора и 1 рабочий
51
.
В начале ХХ в. положение заметно изменилось. Юристы
в составе депутатов стали абсолютно преобладать: среди депутатов созывов 1907–1914 гг. их насчитывалось среди левых 56 %,
карлистов — 55 %, либералов — 54 %, консерваторов — 47 % и
регионалистов — 44 %. Резко выросла и вышла на второе место
группа литераторов и журналистов, составив среди левых 42 %,
регионалистов — 40 %, либералов 32 %, карлистов 19 % и консерваторов 14 %. Специалистов (в т. ч. профессуры) было 15–16 %
(среди консерваторов 11 %, карлистов — 5 %), офицеров — 4–6 %,
чиновников — 7–12 %, предприниматели по всем партиям составили по 10 % (только у регионалистов — 28 %), крупные фермеры — по 12 % среди либералов и регионалистов, по 18 % среди
карлистов и консерваторов и 4 % среди левых
52
. В целом среди
депутатов созывов 1907 и 1914 гг. юристов было 34 % и 39 %, офи-
49
Quem Governa a Europa do Sul? O recrutamento ministerial, 1850–2000…
P. 122.
50
Campo del S., Tezanos J. F., Santin W. The Spanish Political Elite: Permanence
and Change... Р. 129; Linz J. J., Gangas P., Jerez M. Spanish Diputados: From the Resto-
ration to Consolidated Democracy… P. 378.
51
Tuñón de Lara M. Historia y realidad del poder… P. 34–35.
52
Linz J. J., Gangas P., Jerez M. Spanish Diputados: From the Restoration
to Consolidated Democracy… P. 392.
Характерные черты традиционной элиты Испании
33
церов — 5 % и 4 %, чиновников (в т. ч. профессуры) — по 13 %, инженеров и врачей — 6 % и 4 %, предпринимателей — 9 % и 7 %,
фермеров — 11 % и 13 %. При диктатуре Примо де Риверы (1927 г.)
представительство юристов уменьшилось более чем вдвое (16 %),
офицеров и чиновников — более чем вдвое выросло (10 и 30 %),
вдвое стало больше инженеров и врачей (10 и 5 %), доля предпринимателей осталась на прежнем уровне (10 %), а фермеров шестикратно сократилась (2 %)
53
.
Совсем иную картину представляли собой по социальному
положению депутаты кортесов всех трех созывов — 1931, 1933 и
1936 гг. Республики. Процент юристов резко сократился, составив
(вместе с нотариусами) соответственно 34,9, 40,3 и 33,3 %. Радикально уменьшилась, как ни странно, группа литераторов и журналистов (в кортесах 1933 г. их было только 5,8 %, 1936 г. — 6,8 %).
Зато заметно выросло представительство специалистов — 35,9,
23,6 и 26,6 %, а среди них особенно профессуры (13,6, 7,7 и 10 %).
Сильно уменьшилось среди депутатов число офицеров (3, 0,8 и
0,1 %) и чиновников (1,8, 6,6 и 8 %), предприниматели составили
5,3, 6,2 и 3 %, фермеры и собственники — 1,7, 5,7 и 4,2 %. В то же
время среди депутатов появились представители низших социальных групп, ранее в кортесах практически не представленных:
мелкие служащие (2,8, 2,2 и 3 %), рабочие и представители низших профессий (9,4, 5,3 и 10,6 %). Любопытно, что среди тех депутатов Республики, кто был избираем в кортесы все три раза, 40,9 %
составили юристы, 33,6 % — специалисты (в том числе 14 % профессура), 12,7 % — литераторы и журналисты, 4,2 % офицеры,
столько же — чиновники, 1,4 % предприниматели, столько же
фермеры и 11,2 % — рабочие
54
.
Говоря о характерных чертах правящей элиты Испании, следует особо отметить специфическую роль армии. Армия традиционно играла в политической жизни Испании исключительную роль. На протяжении XIX в. военные по крайней мере 18 раз
вмешивались в политическую жизнь страны путем мятежей, заговоров и переворотов. Конституция 1876 г. отводила военным
53
Campo del S., Tezanos J. F., Santin W. The Spanish Political Elite: Permanence
and Change... Р. 129.
54
Linz J. J., Gangas P., Jerez M. Spanish Diputados: From the Restoration to Con-
solidated Democracy… P. 409, 414–416, 435.
34
Глава 1. Элиты и их роль в истории Испании
особое место в структуре государства. Согласно закону о юридической ответственности 1906 г., капитан-генералы (командующие военными округами) имели право привлекать к суду любых
гражданских лиц по обвинению в государственной измене, а также проявлявших неуважительное отношение к вооруженным силам и их символике. Высший командный состав армии (генералы
и генерал-лейтенанты) по должности входил в число сенаторов
испанского парламента
55
.
Особенностью испанской армии была качественно иная,
чем в других европейских странах, степень самоорганизации
офицерства и его корпоративной солидарности. С конца XIX в.
обычным явлением было образование офицерских «хунт», объединявших младший и средний офицерский состав. Другой
особенностью была исключительно большая доля офицеров
в численном составе армии. Если обычно в европейских странах она составляла в 20–30-х гг. ХХ в. 5–6 % общей численности
военнослужащих (например, во Франции один офицер приходился на 20 солдат), то в Испании в конце первой трети ХХ в.
один офицер приходился на 7 солдат. При численности испанской армии этого времени в 113 тысяч человек (еще 90 тысяч
ежегодно призывались на сборы), 32 тысяч жандармерии, 26 тысяч гражданской гвардии и 15 тысяч карабинеров в Испании
насчитывалось более 14 тысяч офицеров. Состав испанского
офицерства (кроме авиации) был преимущественно дворянским (в кавалерии на 100 %, в артиллерии и пехоте на 85–90 %;
дворянами были и все генералы)
56
.
Естественно, что и в составе правящей элиты страны военные
занимали несколько более видную роль, выходившую за рамки
их традиционных обязанностей. В 1874–1902 гг. из 117 министров
военными были 35, причем 5 из них занимали гражданские посты, в 1902–1923 гг. на 158 министров приходилось 36 военных,
из которых 8 занимали гражданские посты, при Примо де Ривере
генералами были 14 из 36 министров, причем большинство их
находилось на гражданских постах. Только при Республике во-
55
Кричинский П.Е. Вооруженные силы в общественно-политической жизни
Испании: 1918–1936. Автореф. канд. дисс. М., 1999. C. 21.
56
ЛебеденкоА.Г. Пожар в Испании. Революция в Испании 1931 г. М., 1931.
C. 23–24.
Характерные черты традиционной элиты Испании
35
енных на гражданских постах не было57. В общей сложности при
монархии в XIX в. генералы составляли 29,9 % всех министров,
в ХХ в. (в правление Альфонса XIII) — 22,8 %, при диктатуре Примо де Риверы — 38,9 %, при Республике — 4,5 % (и 8,7 % во время
гражданской войны)
58
.
Надо сказать, что после установления республики были предприняты шаги, направленные на умаление роли армии. Летом
1931 г. военный министр М. Асанья сократил число генерал-майоров до 20, а бригадных генералов до 64, чин генерал-лейтенанта был
упразднен. Планировалось иметь 7600 офицеров на 105 тысяч солдат в самой Испании и 1700 на 42 тысяч — в марокканских войсках,
но сокращение офицерского корпуса удалось осуществить лишь частично
59
. В 1936 г. на действительной службе находилось 15 167 офицеров. Подавляющее большинство из них в годы гражданской войны воевало на стороне Франко, хотя организаторами мятежа были
4 дивизионных генерала (Франко, Годед, Кейпо де Льяно и Кабанельяс) из 21, а 80 % бригадных генералов, 70 % полковников и подполковников первоначально к нему не присоединилась. На стороне республики служило по разным сведениям от 2 до 5 тысяч (3,5 с
самого начала и 1,5 тысячи позже). Некоторые генералы, оставшиеся на стороне республики (Нуньес дель Прадо, А. Буилья, М. Ромалес, Г. Морато, В. Абрилья, Сальседи-и-Пита, адмирал Асорала),
были расстреляны франкистами
60
. Значительное число офицеров,
в том числе генерал Капас-и-Вильегас и другие, были расстреляны
республиканцами в самом начале событий. Хотя офицерский корпус испанской армии понес в ходе гражданской войны значительные потери, несколько тысяч офицеров к 1939 г. оставалось в живых,
а за время войны было произведено в офицеры еще несколько тысяч человек (в основном после прохождения краткосрочных курсов),
так что численность офицерства ко времени установления власти
Франко была вновь весьма значительной, что обусловило большую
роль военных и высокий удельный вес их представителей в составе
правящей элиты страны при режиме Франко.
57
Linz J. J., Jerez M., Corzo S. Ministers and regimes in Spain… Р. 79.
58
Quem Governa a Europa do Sul? O recrutamento ministerial, 1850–2000…
P. 122.
59
ПожарскаяС.П.Франко и его время. М., 2007. C. 27.
60
Там же. С. 52–53.
36
Глава 1. Элиты и их роль в истории Испании
Итак, для традиционной правящей элиты Испании была характерна монополизация политической жизни представителями
двух основных течений — консервативного и либерального, сменявшими друг друга у власти и не отличавшимися принципиально друг от друга по своим социальным характеристикам, при
маргинализации роли других партий, большинство представителей которых имели существенно иные характеристики. Другими ее чертами были высокий удельный вес офицерства и более
значительная по сравнению с большинством других европейских
стран роль родовой аристократии. Состав основных групп элиты
отличался высоким уровнем образования, среди которого доминировало юридическое.
В целом можно сказать, что традиции комплектования правящей элиты, сложившиеся за полстолетия существования конституционной монархии, хотя и подверглись существенной коррозии во время диктатуры генерала Примо де Риверы и особенно
в годы Второй Республики, тем не менее продолжали во многом
определять состав испанской элиты и в дальнейшем, при режиме Франко. Несколько лет республиканского правления не могли
полностью изменить прежние источники пополнения высшего
слоя административной, политической и военной среды, прежде
всего потому, что по сравнению со средним сроком человеческой
жизни и карьеры были слишком непродолжительны. Те новые
для Испании типы политических деятелей, которые появились
в это время, не получили распространения после падения республики.
Глава 2
Испанская элита
при режиме Франко
Основные политические составляющие режима Франко
На протяжении существования авторитарного режима в Испании правящая элита не была однородна ни в социальном, ни в
политическом отношении. Это выглядит совершенно естественным, поскольку сам этот режим представлял собой сложное явление: результат столкновения глубоко традиционного общества
с теми новыми социальными, политическими и идеологическими явлениями, которые получили широкое распространение в
Европе в первой трети ХХ в. и ознаменовали наступление эпохи
«массового общества». В ряде европейских стран были установлены режимы либо «классического» фашистского типа (Италия),
либо в виде его модификации, делавшей упор на расизме и антисемитизме (Германия). Тенденции этого рода не обошли стороной и Испанию, где фашистское движение также получило
распространение, организационно оформившись в виде Фаланги. В гражданской войне оно поддержало генералов-традиционалистов против Республики, однако не составляло сути антиреспубликанского движения и не было в нём ведущей силой.
Его влияние во многом основывалось на поддержке родственных
38
Глава 2. Испанская элита при режиме Франко
фалангизму режимов в Италии и Германии, оказавших помощь
Франко в войне.
Однако сам Франко, вынужденный считаться как с этим
обстоятельством, так и с влиянием фалангизма среди ряда социальных групп внутри страны, был человеком, разделявшим
традиционные ценности, верующим католиком и офицером,
проникнутым идеологией своей среды. Поэтому его авторитарная власть была прежде всего властью этой, уже самой по себе
достаточно традиционалистской, среды и не была тоталитарной
диктатурой, покушавшейся на подчинение соответствующей
идеологии всех сторон жизни. Фалангисты были лишь одной из
составляющих режима Франко, тогда как все другие составляющие этой системы — армия, церковь, монархисты, консерваторы — были элементами традиционного испанского общества.
В отечественной испанистике утвердилось обоснованное
мнение, что решающую роль в структуре власти играли не
столько политические силы (Фаланга), сколько армия и церковь,
а в идеологии диктатуры консервативно-традиционалистские
взгляды доминировали над фашистским мировоззрением
1
Справедливо отмечается также, что идеологическая платформа
франкизма, в которой огромное значение приобрел религиозный
компонент, была гетерогенна и эклектична. Отсутствие у режима разработанной идеологии стало именно следствием той роли,
которую играли военные, пытавшиеся привнести «офицерское
мышление в сферу политики»
2
.
Франко был хорошо знаком с доктриной расстрелянного республиканцами в тюрьме известного писателя и философа Р. де Маэсту, утверждавшего, что армия представляет собой
«квинтэссенцию государства»
3
. Эта доктрина не могла ему не
импонировать. Ее с идеалом Фаланги («национально-синдикалистской революцией») объединял культ «Испании», и обычно
в качестве идеологии франкизма указывают на так называемую
«испанидад» (Франко высказывался в том духе, что «Испания
осуществит полностью свою революцию, лишь возвратившись
.
1
ХенкинС.М. Испания после диктатуры. Социально-политические проблемы
перехода к демократии. М., 1993. С. 21.
2
Там же. С. 23.
3
ПономареваЛ.В.Испанский католицизм XX века. М., 1989. С. 126–127.
Основные политические составляющие режима Франко
39
к верности себе самой»4). На практике такое сочетание придавало традиционным чертам испанской государственности как бы
более законченную форму. Поэтому вполне можно согласиться с
мнением, что «франкистское государство являлось продолжением существовавшего в XIX–ХХ вв., лишь доведя до конца авторитарные, бюрократические и централизаторские его черты»
5
.
Однако объединенные под непререкаемой властью «каудильо» разнородные политические силы продолжали оставаться
каждая — собой, и диктатору постоянно приходилось контролировать их порой различные устремления, поддерживать между
ними баланс сил. Причем на разных этапах существования режима и в зависимости от складывающейся внутриполитической
ситуации и международной обстановки той или иной группировке оказывалась большая или меньшая поддержка.
Всё время существования франкистского режима можно условно разделить на четыре неравные по времени периода. Первый период — с 1938 по 1945 гг. был временем становления режима в условиях гражданской войны и затем — Второй мировой
войны, когда Испания подвергалась сильнейшему давлению со
стороны Германии и Италии, и даже одно время стоял вопрос о
германском вторжении. Хотя лидерам стран «Оси» не удалось
втянуть Франко в широкомасштабные военные действия на своей стороне, эти обстоятельства заставляли его вести себя определенным образом внутри страны и проводить соответствующую
кадровую политику, которая находила выражение в комплектовании правящей элиты. Второй этап — так называемый период
«автаркии», когда с 1945 по 1957 гг. авторитарная Испания в обстановке послевоенного демократического мироустройства оказалась фактически в изоляции, что опять же диктовало Франко
необходимость опоры на соответствующие круги внутри страны.
Третий этап — с 1957 по 1973 гг. — характеризовался поворотом
испанской экономики к большей открытости и ознаменовался
выдающимися экономическими успехами, повлекшими за собой
и соответствующие социальные изменения в стране. В это время на сцену вышли прагматики-технократы (почему этот период
4
ПономареваЛ.В.Испанский католицизм XX века. М., 1989. С. 54–55.
5
ХенкинС.М.Испания после диктатуры… С. 23.
40
Глава 2. Испанская элита при режиме Франко
зачастую называют «технократическим»), однако они встретили
оппозицию со стороны как фалангистов, так и традиционалистских кругов. Последний, самый короткий, период 1973–1975 гг.
связан с резким ухудшением здоровья Франко и частичным отходом его от дел, что привело к активизации групповой и персональной борьбы в правящей элите, которая и определила ход
событий после смерти диктатора.
Разногласия между основными силами, на которые опирался режим Франко, всегда были достаточно велики. Расхождения
принципиального толка существовали между фалангистами и
монархистами (большая часть которых в Испании поддерживала парламентскую форму правления), между фалангистами и
католической церковью. Как отмечала С. П. Пожарская, церковь
принципиально отвергала идеологию тоталитаризма и нацизм.
Она также вполне отдавала себе отчет в резко отрицательном
отношении к католицизму Гитлера. В условиях германского господства в Европе в начале 1940-х гг. церковные круги не могли
активно выступать против Фаланги. Однако с конца лета 1942 г.
они не раз демонстрировали свое негативное отношение к нацистской идеологии. Примас испанской церкви толедский архиепископ Пла-и-Даниэль в беседе с американским послом осудил
распространение идей расизма и антисемитизма при тогдашнем
министре иностранных дел фалангисте Суньере. Осенью того же
года в официальном бюллетене была опубликована статья с осуждением переведенной на испанский книги с изложением доктрины расизма. Фаланга не могла открыто нападать на церковь,
поэтому пыталась «совместить» католицизм с нацизмом, создавая
образ Гитлера как «великого католика»
6
.
Если в годы Второй мировой войны Франко приходилось
считаться с фалангистами больше, то после краха итальянского
и германского фашизма их позиции существенно ослабели. Хотя
в конце 1940-х гг. Фаланга насчитывала не менее 1 млн членов, в
конце 1956 г. члены ее занимали не более 5 % государственных постов в стране
7
. В 1956 г. один из ветеранов Фаланги Х. Л. Арресе,
мечтавший, чтобы Фаланге в новой конституции была отведена
6
ПожарскаяС.П.Франко и его время… С. 130–131.
7
Современная Испания / отв. ред. В. В. Загладин. М., 1983. С. 16.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]