Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Очерки крайнего Востока
.pdf
ОЧЕРКИ КРАЙНЕГО ВОСТОКА
на Ян- цзе- кьяне, до зволение иностранцам каботажной
торговли, уплату большой контрибуции союзникам
и узаконение торговли опиумом. По этой последней статье англий скому уполномоченному, лорду Эльджину,
делались в 1858- м году серьезные представления североамериканским посланником Ридом, который указывал
на негуманность торговли ядом; но несколько миллионов фунтов стерлингов дохода в ост- индском бюджете
и немалая сумма в виде барыша для британских купцов
в Китае, были слишком достаточными доводами, чтобы
лорд Эльджин, как всякий государственный человек
пальмерстоновской школы, не усомнился отложить
в сторону все виды гуманности. С оплатою 30 лан с пикуля (60 руб. с 147 фунта) в виде пошлины, опиум стал
законною статьей торговли... законною, впрочем, лишь
в Небесной империи, да и то не раньше разграбления
дворца Юань- минг- юань и ввоза 130 000 ящиков яда без
всякой пошлины, по праву войны.
Из этого очерка истории внешней торговли Китая
видно уже, что эта торговля возникла и развивалась во
многом вопреки желаниям самой страны и, следовательно, без существенной для себя потребности. Из этого
нельзя, конечно, заключить, чтоб она не удовлетворяла
многим действительным нуждам китайского народа;
напротив, самый успех ее развития доказывает, что
в ней было много жизненного. Но, тем не менее, как все
искусственно привитое и даже насильно навязанное общественному организму, она стала источником болезненных явлений в этом организме и даже причиною его
111
М . И . ВЕНЮКОВ
ослабления. Две несчастные войны, выдержанные страною для выгод чужеземцев, в ней водворившихся силою, уже сами по себе дорого обошлись населению. Далее, в числе статей привоза извне страна получила одну
такую, которая в течение нескольких поколений способна убить все живые силы народа, убить физиологически и еще более нравственно. В- третьих, торговля, быстро развившаяся в нескольких городах, есть торговля
вполне пассивная для Китая. Ее ведут только иностранные купцы, которые к барышам от продажи ввозимых
предметов присоединяют больше барыши от того, что
китайские товары идут в чужие порты через их руки
и на принадлежащих им судах, что китайский купец
или промышленник есть ныне только комиссионериностранец, а не руководитель торга, который мог бы
приносить ему обильные выгоды, будь он активным
вместо пассивного. Притом еще страна, столь отсталая,
как Китай, проигрывает от водворения иностранной
торговли потому, что не может развивать правильно
собственную промышленность, особливо заводскую.
Огромный прилив дешевых иностранных фабрикатов
не дает возникнуть собственным фабрикам, так что Китай представляет теперь странное явление обширного
государства, которое свои сырые произведения (хлопок,
шелк) посылает на обработку за 18 — 20 000 верст. О покровительственных пошлинах не может быть и речи,
так как тарифы установлены по трактатам. Все эти причины невыгодности быстрого и притом насильственного развития внешней торговли в Китае так очевидны,
112
ОЧЕРКИ КРАЙНЕГО ВОСТОКА
что их не оспаривают на местах сами производители
этой торговли, хотя они и стараются извинить насилия
европейской политики так называемым варварством
Срединного царства.
Ненормальность условий, в которых находится торговля Китая с Европою и Америкой, отражается особенно на односторонности ее, на малочисленности
главных статей привоза и вывоза. В самом деле, если назвать опиум и хлопчатобумажные ткани по ввозу,
а шелк и чай по вывозу, то этими четырьмя статьями
исчерпывается большая часть коммерческого баланса
Небесной империи. Очевидно, что затем множество
нужд местного населения не находит себе удовлетворения в подвозах иностранных продуктов, точно так, как,
с другой стороны, множество естественных богатств
страны не выходят из пределов местного рынка. Присоединив к этим невыгодным обстоятельствам худое состояние дорог во всем Китае и недостаточную обеспеченность лиц и имуществ от произвола администрации,
мы легко поймем, что внешняя торговля и не может
быть так обширна и цветуща, как бы того следовало
ожидать по счастливому географическому положению
Небесной империи, по способностям и трудолюбию ее
обитателей. В самом деле, если взять цифры за четыре
года, с 1865 по 1868 г., то мы увидим, что средний годовой итог всех оборотов внешней торговли Китая достигает едва 250 лан. руб. серебром, что дает не более как
по 70–75 коп. серебром на душу населения привоза
и вывоза вместе. Между тем из европейских стран, даже
113
М . И . ВЕНЮКОВ
в Австрии, расположенной столь невыгодным образом
для внешней торговли, на каждого жителя приходилось
в 1865 году 4 рубля по привозу и 6 рублей по вывозу,
и самая Турция представила в том же году цифры 3 руб.
75 коп. вывоза и 5 руб. ввоза. Путешественник, прибывший в Китай и особенно в порты по Ян- цзе- кьяну, от
Шанхая до Ханькоу, однако склонен думать обыкновенно, что между Срединным царством и Европою существуют коммерческие связи почти столь же обширные,
как, например, между Англией и Соединенными Штатами. Множество пароходов на рейде в Шанхае и на
пути из него и к нему; огромные купеческие дома, почти дворцы, на шанхайской набережной; массы рабочих,
занятых перегрузкой товаров, — все заставляет думать,
что находишься в центре торговли почти столь же обширной, как, например, в Нью- Йорке или Лондоне. Но
это только на первый раз. Всмотревшись в перегрузку
товаров, скоро замечаешь, что она потому занимает такое огромное количество людей, что нет никаких машин, заменяющих труд человека. Нет подъемных кранов, нет железно- конных дорог и вагонов, нет даже
телег, а все заменено простыми носильщиками. Число
пароходов, правда, значительное и само по себе кажется необычайно большим лишь потому, что они стеснены на небольшом рейде. Крупных коммерческих домов
можно насчитать лишь два- три десятка, да и те не затрачивают свои капиталы в стране, а ведут торговлю
чисто комиссионную. Случись какое- нибудь несчастие — внешняя война, междоусобие, большой коммер-
114
ОЧЕРКИ КРАЙНЕГО ВОСТОКА
ческий кризис, — и значительная часть этих «князей
торговли» без большого сожаления и труда оставит Китай, забрав свою движимость и не оставив о себе глубокого следа. Они, как воины на биваке, живут rus le qui
vive, и ничем тесным, постоянным, кроме крупного барыша на денежные капиталы, не связаны с Небесной
империей. Они гораздо более в ней чужеземцы, чем,
например, у нас английские, немецкие и французские
капиталисты и антрепренеры. Едва ли не единственное
исключение в этом случае составляют наши русские
купцы в Ханькоу, занимающиеся сами фабрикацией
чая, да несколько владельцев доков в Шанхае, Фу- чжеуфу и Кантоне.
Я сейчас упомянул, что торговля, производимая европейскими и американскими купцами в китайских
портах, где они живут, есть чисто комиссионная. Это
нужно понимать в самом широком смысле слова. Можно сказать, что ни один корабль не грузится в Китае,
если груз его не куплен заранее по приказу из НьюЙорка или Лондона; ни один не приходит на рейд, не
быв ожидаем каким- нибудь европейским купцом, комиссионером китайцев. Даже такие громадные дома,
как Дзардины, Россели, Гиббы, ведут торговлю исключительно комиссионную, не рискуя ничего предпринять на свой счет. Несколько лет тому назад дом Джардина, этого Ротшильда Востока, попробовал было
сделать оборот целиком на свой риск, и, как говорят,
остался до крайности недоволен последствиями, понеся убыток. Исключение из этого общего правила о ко-
115
М . И . ВЕНЮКОВ
миссионном характере торга в китайских портах составляют, во- первых, торговля опиумом как товаром,
которого сбыт всегда обеспечен и производство монополизировано, да транспортировка кладей, совершаемая на пароходах, которые принадлежат местным торговым фирмам. Однако и тут нужно заметить, что
пароходы ныне не принадлежат отдельным купцам, как
было в 1840- х годах, а компаниям на акциях. Знаменитый дом Джардина, некогда владевший флотами, теперь имеет всего один пароход, дом Герда тоже, а Гибб,
Ливингстон, Гловер, Пустау и прочие совсем не держат
своих судов, предпочитая их нанимать. Для почты и перевозки срочных кладей, правда, существуют многочисленные пароходы в Гонконге и Шанхае, но они, как
уже сказано, принадлежат компаниям, значительная
часть акционеров которых — китайцы.
Выше было упомянуто, что цифра всех оборотов
внешней торговли Китая достигает до 250 000 000 рублей. Так гласят «Returns on Trade», издаваемые общим
управлением китайских морских таможен в Пекине. Но
здесь нужно сделать оговорку. Цифра эта есть результат официальных оценок, основанных на заявлениях самих купцов и, без сомнения, ниже действительности.
Оно и понятно, потому что тариф в Китае не дифференциальный, а простой: 5 % со стоимости товара. Оттого, например, в отчете за 1868 год по шанхайскому
порту мы видим, что привезенные туда 7549 музыкальных ящиков стоят всего 11 400 руб. cepебром, по 1 руб.
60 коп. за штуку, когда и в самой Европе нельзя купить
116
ОЧЕРКИ КРАЙНЕГО ВОСТОКА
музыкальной табакерки дешевле как за 5 рублей;
2784 штуки часов оценены всего в 14 000 рублей и т. п.
Этого рода неточности цифр чрезвычайно затрудняют
исследование о действительных размерах внешней торговли Небесной империи и делают во многих случаях
выводы о ней не вполне надежными. Одно, впрочем, несомненно на счет этой торговли, именно, что денежный
баланс ее за последние годы постоянно не в пользу Китая. Прежде в целой Европе раздавались жалобы на поглощение Китаем огромных масс серебра, которое быстро исчезало с европейских рынков; теперь ежегодно
многие миллионы рублей вывозятся из Китая как в Европу — преимущественно в Англию, — так особенно
в Азию, именно в Индию, за опиум.
Как ни гадательны, по сказанной сейчас причине,
цифры официальных отчетов китайских таможен, попробуем однако сделать некоторый анализ их, чтобы
ближе познакомиться с характером внешней торговли
Китая. Здесь я прежде всего замечу, для лиц любящих
точность, что таможенные отчеты в Китае составляются за фиктивную монетную единицу, лан или tael, или
даже на две подобные единицы; именно стоимость товаров обозначается в торговых или шанхайских ланях,
которых внутренняя стоимость есть 1 рубль 88 к. =
1 дол. 40 цент. = 5 шил. 10 пенс. = 7 фр. 50 сант., а пошлины берутся хайкуанскими ланами, стоимостью
в 2 рубля = 1 долл. 55 цент. = 6 шил. 5 пенс. = 8 фр. Переводя, на основании этого указания, цифры «Returns on
Trade» за 1864–1868 годы в рубли, мы получим, что все
117
М . И . ВЕНЮКОВ
обо роты законной, т. е. неконтрабандной внешней торговли Китая простирались:
По ввозу По вывозу Итого
В 1864 96 541 926 руб. 101 532 37 руб. 198 074 163 руб.
В 1865 116 267 017 руб. 112 902 711 руб. 229 169 728 руб.
В 1866 140 179 606 руб. 105 584 197 руб. 246 763 803 руб.
В 1867 130 339 130 руб. 108 813 930 руб. 239 183 843 руб.
В 1868 133 707 880 руб. 129 935 378 руб. 263 643 258 руб.
Среднее 123 406 112 руб. 111 759 691 руб. 235 366959 руб.
Баланс не в пользу Китая в 12 000 000 рублей. И еще
нужно заметить, что самый официальной отчет пекинского таможенного управления делает замечание, что из
Гонконга отправлено в Китай гораздо более опиума, чем
показано его привезенным. Этот опиум, составляющий
контрабанду, оценивается следующим образом:
в 1865 году — 20 390 пикулей на 9 175 500 лань;
в 1866 году — 16 834 пикулей на 7 743 600 лань;
в 1867 году — 25 582 пикулей на 12 023 500 лань;
в 1868 году — 15 622 пикулей на 7 029 900 лань;
средним числом на 8 992 875 лан = 16 миллионам рублей
ежегодно. Придав эту цифру в 12 млн среднего ежегодного излишка привоза над вывозом, мы подучим общую
цифру последнего в 28 000 000 руб., оплачиваемых чистыми деньгами. Явление печальное, если вспомнить,
что за эту огромную сумму китайцы приобретают товар
не только обращающийся в дым не метафорически,
118
ОЧЕРКИ КРАЙНЕГО ВОСТОКА
а буквально, но и растлевающий их природу нравственную и физическую.
Теперь посмотрим на цифры таможенных доходов,
которые, по- видимому, должно бы считать вознаграждением стране за извлекаемые из нее иностранцами прибытки, хотя это и фикция, ибо по установившимся торговым обычаям значительная часть пошлин уплачивается
не европейскими, а китайскими купцами, даже с товаров
привозных, например, с опиума. Цифры эти достигали:
в 1865 г. до 6 775 700 лан = 13 551 400 руб. серебром,
в 1866 г. — 7 098 370 лан = 14 196 740 руб. серебром,
в 1867 г. — 7 350 434 лан = 14 700 868 руб. серебром,
в 1868 г. — 8 002 751 лан = 16 005 502 руб. серебром,
— ср. ч. 14,6 млн.
И даже, если придать каботажные пошлины, взыскиваемые китайским правительством с китайских же товаров, перевозимых на иностранных судах, то будет средним числом таможенного дохода в год 17,1 млн руб. сер.,
что на целые 10,9 млн руб. ниже суммы, ежегодно переплачиваемой Китаем иностранцам за их товары.
И здесь еще принято, что 14,6 млн или 17,1 млн рублей составляют чистый таможенный доход, что далеко
несправедливо. Из дохода этого, прежде всего, содержатся сами таможни, а в них есть около 280 европейских
чиновников, из которых ни один не получает менее
2700 рублей, а некоторые по 10, 15 и 65 000 рублей серебром. Общий итог их вознаграждения достигает до миллиона рублей. Да стоимость содержания таможенных
зданий, таможенной стражи, таможенных чиновников
119
М . И . ВЕНЮКОВ
китайцев и крейсерских пароходов составляет, вероятно, не меньше 1
1
/2 миллиона рублей. Все это низводит
чистый доход с китайских таможен до каких- нибудь
12 000 000 рублей серебром и, следовательно, дает для
окончательной цифры убытка Китая от внешней торговли ежегодно в 16 000 000 рублей серебром.
Теперь посмотрим, как торговля распределяется по
портам. В 1867- м и 1868- м годах обороты их были:
По ввозу По вывозу
1867 1868 1867 1868
Ланов
Шанхай
(не считая
товар., вывезен. обратно
из Китая)
44 331 073 48 892 121 29 228 074 39 158 329
Фу- часеу- фу 3 872 280 3 887 464 14 323 230 14 814 354
Кантон 7 856 771 7 089 743 10 552 394 11 296 764
Амой 5 295 402 4 485 680 1 763 052 1 128 149
Сватоу 4 781 844 3 962 003 217 070 197 760
Тяньцзнн 794 844 1 150 959 951 610 796 240
Чифу 770 656 1 066 137 191 759 127 907
Ханькоу 13 659 7 710 566 140 1 390 405
Нянгпо 794 744 604 471 5 680 33 448
Таксу 898 558 351 143 61 638 99 128
Ньючуань 872 028 280 005 10 997 —
120
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]