Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Основы римского гражданского права

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
331Лекция ¹ 5. Семейное право
имеет ius commercii, ибо он  свободный гражданин, но все, что он приобретает, осуществляя это, commercium, автоматически (в этом отличие от представительства) поступает к отцу: подвластный сын обладает способностью приобретать имущество, но не для себя, а для домовладыки. Сообщая нам об этом, Гай (II 87) добавляет: ipso enim qui in potestata nostra est, nihil suum habere potest. Права сын приобретал отцу; но обязывал сын своими действиями самого себя, хотя никакого имущества не имел. А paterfamilias, как правило, по обязательствам подвластных детей не отвечал.
С развитием торговли и торгового оборота такое положение становилось нетерпимым. И были внесены поправки без отмены принципиального положения. Именно, стали выделять подвластному сыну (как это практиковалось и в отношении раба) особое имуще­ство, которые наз[ывалось] peculium. Peculium этот продолжал ос­таваться в собственности домовладыки, который может по собствен­ному усмотрению в любое время уменьшить размер пекулия, даже вовсе отобрать его у сына. Но это  обособленное имущество, в том смысле, что оно выделено в управление подвластного. В этом фак­те выделения имущества в самостоятельное управление подвласт­ного усматривали (признавали за каждым право усмотреть) согла­сие домовладыки на то, чтобы в пределах пекулия могла быть от­ветственность по обязательствам. Такие факты, из которых можно сделать вывод о каком-то положении, называются facta concludentia, конклюдентные факты (concludere  заключать). Такие факты и в современной жизни  на каждом шагу. Вы входите в магазин Га­стронома или Мосторга. Стоит будка, в ней сидит человек (поче­му-то всегда женского пола), на будке надпись Касса. Нигде не сказано, что сидящая в этой будке женщина имеет право принимать деньги. Однако не найдете такого оригинального человека, который, прежде чем платить, попросил бы документы, из которых было бы видно, что это  кассирша. Почему? А потому, что тот факт, что человека посадили в эту будку, есть факт конклюдентный, он дает нам право умозаключить, что это  кассир. А если там окажется самозванец, администрация виновата, что не видит, что творится в магазине, покупатели этого знать не могут. Точно так же в вагоне трамвая вам вручают 30 коп. и говорят: Передайте, пожалуйста; никто не спросит: Кому? Зачем? Так вот и при выделении пеку­лия: раз домовладыка предоставляет подвластному сыну имущество для управления и управление невозможно без вступления в различ­ные договоры, следовательно, он принимает на себя ответственность по договорам, и именно в пределах стоимости пекулия. Таким обра­зом, с одной стороны, собственник пекулия  домохозяин, он же  собственник всего, что будет приобретено на средства пекулия; он  субъект всех имущественных прав, связанных с пекулием; если под­властный умирает, пекулий не переходит по наследству, он просто возвращается обратно в имущество домовладыки; наоборот, если
332 Основы римского гражданского права
умирает домовладыка, пекулий поступает в его наследственную массу и пойдет к его наследникам вместе с остальным имуществом.
И все-таки этот пекулий  первая брешь в неограниченной власти домовладыки, ибо имущество, выделенное в качестве пеку­лия, отвечает за долги подвластного, который этим имуществом управляет, перед его кредиторами. Ответственность домовладыки в этом случае является добавочной к ответственности самого подвла­стного. Правда, ответственность подвластного была, так сказать, платонической, так как у подвластного своего имущества не было, но иск все-таки давался, а именно из того договора, который был заключен в конкретном случае (купли-продажи, найма и т. п.); а в дополнение к этому иску давалась actio depeculio против самого домовладыки. В результате это имущество юридически принадле­жит домовладыке, фактически  подвластному сыну.
Практика выделения сыну пекулия привела к изменениям в семейно-правовых отношениях еще и в другом направлении. Общим принципом римского семейно-имущественного права (вытекавшим из потребностей семейного хозяйства и направленным на укрепле­ние семьи всеми мерами) было недопущение внутри семьи обяза­тельств; их не могло быть между домовладыкой и его подвластны­ми; не возникали обязательства и между несколькими подвластны­ми, подчиненными власти одного домовладыки. Выделение подвла­стному пекулия и связанные с этим юридические последствия внесли изменения и в это положение: между домовладыкой и обла­дателем пекулия признали возможным установление обязатель­ственных отношений, правда, очень своеобразных, не снабженных исковой защитой (так назыв[аемых] натуральных обязательств). Сво­еобразие этих обязательств заключается в том, что эти обязатель­ства, будучи юридическими, однако не защищаются исками. Спра­шивается: в чем же тогда их юридическое значение? Оно заключа­ется в том, что платеж по такому обязательству не считается упла­той недолжного и возврату не подлежит. Принудить к платежу с помощью иска нельзя, но если уплатить добровольно, этот платеж является действительным; поэтому вернуть обратно уплаченное дол­жник не имеет права.
Юридическое положение имущества, выделенного в состав пекулия, своеобразно еще в том отношении, что, если сын освобож­дается из-под отцовской власти и отец не предъявляет (одновремен­но с освобождением сына) требования о возврате пекулия, пекулий считается подаренным этому эманципированному сыну. Этот вид имущества подвластного сына получил название (правда, не у самих римских юристов) peculium profecticium, пекулий, идущий от отца. Но затем появились другие виды имуществ, которыми подвластный обладал не просто фактически (как это было с peculium profecticium), но которые и юридически принадлежали подвластному; таким об­разом имущественная самостоятельность подвластных стала расши-
333Лекция ¹ 5. Семейное право
ряться, они становятся уже настоящими участниками гражданского оборота.
В письме к Энгельсу от 25 сентября 1857 г. Маркс писал: исто­рия армии всего нагляднее подтверждает правильность воззрения на связь производительных сил и общественных отношений. Вооб­ще армия важна для экономического развития. Например (продол­жает Маркс), заработная плата развилась вполне в армии у древ­них. Peculium castrense, военный пекулий, говорит Маркс, явился первой правовой формой, в которой стали признавать движимую собственность лиц, не являющихся отцами семейств. Peculium castrens (военный, буквально  лагерный пекулий) появляется в начале принципата, при Августе. Это имущество не только состоит в фактическом управлении подвластного, но и принадлежит ему на праве собственности (правда, как сейчас увидим  праве ограни­ченном, но все-таки на праве собственности). В эту категорию отно­силось все то имущество, которое сын приобретает на военной службе или по поводу военной службы как miles, как воин; сюда же относится имущество, приобретаемое сыном, когда он только стано­вится воином, то есть при самом поступлении на военную службу. В источниках римского права военный пекулий определяется как имущество, подаренное лицу, находящемуся на военной службе, его родителями или другими родственниками, приобретенное самим сы­ном на военной службе (чего он не приобрел бы, если бы не нахо­дился на военной службе), per occasionem militiae.
Юридическое положение военного пекулия таково: это имуще­ство  собственность сына, но с особенностью: именно, если сын умирает, не распорядившись посредством завещания своим воен­ным пекулием (а написать завещание сын получил право со времени Адриана), то имущество поступает домовладыке  по праву пеку­лия (peculii iure), но не как наследство (non quasi hereditas). Эта конструктивная тонкость имеет то практическое значение, что до­мовладыка, получая после смерти подвластного, не отвечает по его долгам, а если бы имущество переходило как наследство, такая ответственность имела бы место.
В IV в. при имп. Константине наступило дальнейшее расшире­ние имущественных прав подвластных детей. Наряду с приобрете­ниями подвластных на военной службе поставили приобретения на всякой другой публичной службе (государственной, придворной, духовной), а также в качестве адвоката. Такое имущество назвали пекулием наподобие военного  peculium quasi castrense. Словечко quasi (как будто) должно показать, что юридическое положение этого имущества такое же, как военного пекулия.
Далее, получил признание еще новый вид имуществ, постепен­но распространившийся. Выделилось наследство, полученное от матери (bona materna); дальше  всякие приобретения с материн­ской стороны (bona materni generis); затем  приобретенное в связи
334 Основы римского гражданского права
с браком (nuptialia). Все эти разнообразные виды имуществ получи­ли общее наименование bona adventicia  собственность подвлас­тного. В отношении этого имущества, если его сравнивать с перво­начальным пекулием peculium profecticium, домовладыка и подвла­стный поменялись ролями: при пекулии  собственник  домовла­дыка, а подвластный  только пользователь; bona adventicia  собственность подвластного, но за домовладыкой признавалось пра­во прижизненного пользования и управления. Однако иногда под­властный не подвергался даже этому ограничению: 1) отец не полу­чал права прижизненного пользования, если отец был против приоб­ретения сыном данного имущества, а сын все-таки его приобрел во­преки прямо выраженной воле отца. Например, кто-то оставляет по завещанию наследство подвластному другого лица; его домовладыка в таких отношениях с завещателем, что считает недостаточным принимать это наследство. Но подвластный смотрит на вещи проще: деньги и другие виды имущества, по мнению подвластного, не пах­нут, и нет основания от них отказываться, когда они сами идут в руки. Поэтому сын принимает завещанное ему наследство. Если до­мовладыка рассудит так, что раз имущество поступило к подвласт­ному, то оно должно находиться в его, домовладыки, пользовании, закон ему говорит: нет, будьте последовательны; ведь вы не счита­ли ниже своего достоинства, чтобы сын принимал это имущество; так вам и пользоваться этим имуществом не подобает. 2) Второй случай: имущество сыну подарено, причем даритель поставил усло­вием, чтобы домовладыка не имел права пожизненного пользования и управления. Это условие соблюдалось. Имущество сына, на кото­рое отец имел право поручаемого пользования и управления, назы­валось bona adventicia regularia  регулярное, нормальное имуще­ство; если же у отца не было права пользоваться, то это  bona adventicia irregularia, нерегулярное, ненормальное имущество. Все это развитие закончилось при Юстиниане так, что всякое имуще­ство, приобретенное подвластным не из имущества домовладыки и не на его средства, считалось принадлежащим подвластному. Таким образом, у подвластных детей могло быть также имущество, име­нуемое военным пекулием (peculium castrense) или гражданским пе­кулием (peculium quasi castrense); затем bona adventicia  иму­щество, принадлежавшее подвластному, но в большинстве случаев обремененное правом пожизненного пользования и управления, признававшимся за домовладыкой. Возможно было и peculium a patreprofectum, или peculium profecticium, которое было в управле­нии подвластного, но в собственности домовладыки.
Таковы имущественные отношения между домовладыкой и подвластными сыновьями и дочерьми. Что касается личных отноше­ний, то начинало римское право с ius vitae ac necis, с права жизни и смерти. Но в классическую эпоху все это смягчилось и стало про­стым историческим воспоминанием. А в действительности было
335Лекция ¹ 5. Семейное право
только право домовладыки применять домашние меры наказания. Точно так же когда-то принадлежавшее домовладыке право прода­жи было изжито и осталось только в виде обряда (мнимой продажи), совершившегося, напр., в целях усыновления (об этом ниже).
Отцовская власть основывается или на естественном факте происхождения одного лица от другого, на факте рождения в закон­ном браке, или на особых юридических моментах  узаконении или усыновлении. Доказать происхождение от данной матери нетрудно; наоборот, доказать, что ребенок происходит от данного отца, по су­ществу, невозможно. Для того, чтобы не страдало достоинство брака, римское право установило презумпцию (предположение), которая перешла и в некоторые современные законодательства: pater est quem nuptiae demonstrant  отец тот, на кого указывает брак, то есть муж матери. Если отец спорит против применения к нему этой презумпции, он должен доказать, что он не мог быть отцом ребен­ка (напр., он не был в том городе, где жила мать ребенка, в течение двух-трех лет до рождения ребенка; еще проще: по состоянию сво­его здоровья он вообще не может быть отцом). Допускались иски со стороны сына, дочери, их матери о признании факта рождения именно в браке: actio de partu agnoscendo. Такие иски назывались преюдициальными (этот термин иногда употребляется и в советском гражданском процессе). Что это значит? Iudicium  судебное реше­ние, суд; prae  перед, предварительно. Данный иск является пред­варительным, подготовительным к какому-то новому судебному делу. Например, отец еще жив, можно думать, что он скоро умрет; возникнет вопрос о наследовании по закону, но для наследования сына или дочери после отца необходимым условием является закон­ность рождения, то есть происхождение от законного брака, а меж­ду тем можно опасаться, что другие претенденты на наследство ста­нут оспаривать законность рождения данного лица; для того, чтобы устранить возможность всяких споров в этой плоскости, заранее предъявляется иск о признании законности рождения.
Внебрачные дети, в том числе дети от конкубины, не считались юридически входящими в семью отца. Они  liberi naturales, дети с точки зрения природы, натуры, но не с юридической точки зрения. Однако в императорскую эпоху существовали юридические сред­ства для превращения таких liberi naturales в законных детей. Для этого нужно было совершить узаконение, legitimatio. Узаконить можно было только своего ребенка, притом рожденного не от какой­то мимолетной связи, а от конкретной, то есть от жены, только юри­дически не оформленной. В результате легитимации эти дети полу­чали все те права, какие им принадлежали бы, если бы они роди­лись в законном браке: они поступали под отцовскую власть, стано­вились агнатами и когнатами родственников отца (в отношении матери кровное, когнатское родство признавалось за этими детьми и до узаконения). Так как legitimatio приводила к установлению
336 Основы римского гражданского права
отцовской власти и превращала узаконенного сына или дочь из personae sui iuris (самостоятельного) в persona alieni iuris (подвлас­тного), а такая перемена не могла наступить помимо воли того, кто утрачивал самостоятельность, то и легитимация предполагала со­гласие или, по крайней мере, отсутствие возражений со стороны узаконяемых детей, конечно, если они в таком возрасте, что могут выразить свою волю (хотя бы и не были еще совершеннолетними). Это условие прямо названо в 89 Новелле Юстиниана. Какие же су­ществовали юридические способы для того, чтобы осуществить ле­гитимацию? Их три. 1. Legitimatio per subsequens matrimonium  узаконение последующим браком родителей. 2. Legitimatio per rescriptum principis  узаконение по рескрипту императора. Отец узаконяемого сына или дочери испрашивал у императора рескрипт на узаконение. Может явиться вопрос: зачем понадобилось такая сложная форма, когда можно было узаконить детей более простым способом, оформив брак с матерью незаконных детей? Дело в том, что этот способ применялся главным образом тогда, когда узаконе­ние детей посредством последующего брака родителей становилось невозможным, напр., мать сына или дочери умерла. Надо к этому добавить, что узаконение по рескрипту императора допускалось только при условии, если узаконяющий не имел законных детей. Разновидностью этого способа легитимации была legitimatio per testamentum. Она состояла в том, что отец в завещании назначал детей от конкубины своими наследниками и разрешал им самим испросить рескрипт у императора. 3. Третья форма  legitimatio per curiae dationem. Этот способ, установленный императорами Феодосием и Валентинианом, нужно пояснить. Во-первых, что та­кое curia? Во-вторых, что значит curiae datio, отдача узаконяемого этой самой курии? Дело в следующем. Отдельные города империи имели свои муниципальные сенаты. Такой муниципальный сенат и назывался curia. Члены curia составляли знать, которая противопо­ставлялась плебеям и пользовалась некоторыми привилегиями (напр., их нельзя было подвергать телесным наказаниям или пыт­ке). Но наряду с этими привилегиями члены курии несли тяжелые имущественные повинности: члены курии должны были за свой счет устраивать публичные игры, а главное  должны были пополнять из собственных средств недоимки по взысканию личного и земель­ного налога с населения их городской общины. Поэтому от этого высокого звания все старались всеми мерами избавиться, и прави­тельству приходилось всячески стараться заполнять необходимый состав таких курий; в частности, установили наследственность зва­ния членов курии, а также применяли поощрительные меры, что­бы сделать более привлекательным это дело для населения. К числу таких поощрительных мер относится, между прочим, и legitimatio per curiae datinem. Отец, сам не будучи членом курии, мог узако­нить своего сына от конкубины, если он его делал членом курии
337Лекция ¹ 5. Семейное право
родного города, а дочь можно было узаконить, выдав замуж за чле­на курии. Но для того, чтобы в положении члена курии узаконяе­мый мог ответить своему назначению, и когда придется восполнять недополученные налоги, имел для этого средства, легитимация per curriae dationem сопровождалась условием, что отец, делая сына членом курии или дочь женой члена курии, дарит или завещает узаконяемым определенное количество земли, гарантийный фонд.
Узаконение есть способ установления отцовской власти над внебрачным, но все-таки своим сыном или дочерью. Если отцовская власть устанавливается над посторонним лицом, это называлось усыновлением. Римское право знает два вида усыновления: arrogatio и adoptio. Arrogatio применялась тогда, когда усыновляется лицо, не состоящее ни под чьей властью, лицо sui iuris (напр., круглый сиро­та); adoptio  когда усыновляется подвластное лицо, то есть проис­ходит только замена одного носителя отцовской власти другим. Arrogatio совершается путем рескрипта императора по просьбе усы­новителя и при согласии усыновляемого (если усыновляемый состо­ит под опекой, требуется согласие опекуна). Adoptio в раннереспуб­ликанскую эпоху совершалось довольно сложными путями. Затруд­нение заключалось в следующем. Adoptio  это усыновление лица, уже состоящего под отцовской властью. А отцовская власть принци­пиально не отчуждаема. Необходимо было сначала разрушить, уничтожить существовавшую отцовскую власть и установить новую, в лице усыновителя. Воспользовались правилом, содержавшимся в 12 таблицах: Si pater filium ter venumduit, filius a patre libor esto.  Если отец трижды продаст сына, сын освобождается от отцовской власти. И вот, для того, чтобы добиться желанной цели, поступа­ли так. Отец, договорившись с тем, кто хочет усыновить его сына, продавал своего сына этому усыновителю, а тот его сейчас же эман­ципировал, отпускал на свободу. После этой первой продажи по старым правилам сын автоматически возвращался под власть своего отца. Тот вторично продает его будущему усыновителю, усынови­тель опять освобождает из-под своей власти, и усыновляемый опять оказывается под властью своего отца. Отец в третий раз продает сына усыновителю. Вступает в действие норма о трехкратной про­даже сына; власть отца прекращается, основное препятствие устра­нено. Усыновитель же более не эманципирует усыновляемого, и таким образом последний оказывается под властью усыновителя; цель достигнута. В отношении дочерей достаточно одной продажи. Несмотря на крайнюю сложность этой формы, она применялась и в классическую эпоху. Упрощение наступило только при Юстиниане. По закону Юстиниана adoptio совершалась посредством занесения воли прежнего домовладыки и усыновителя в судебный протокол (apud acta); при этом должен также присутствовать и усыновляе­мый и не противоречить тому, что происходит.
Для того, чтобы совершить усыновление с соответствующими юридическими последствиями, то есть с прекращением отцовской
338 Основы римского гражданского права
власти первого домовладыки и установлением такой же власти в лице усыновителя, требуется соблюдение следующих условий. 1) В роли усыновителя мог по общему правилу выступать только муж­чина, женщина получала такое право в виде исключения лишь при условии, если она перед этим имела детей и их лишилась, но и при этом условии она должна была испросить у императора специаль­ный рескрипт. 2) Для всех усыновителей, будет ли то мужчина или женщина, необходимо быть персоной sui iuris, то есть усыновитель не должен находиться под отцовской властью другого лица. 3) Да­лее, так как adoptio naturam imitator  Усыновление есть под­ражание природе, то нужно было соответствие природе, правдопо­добность: о каком подражании природе можно было бы говорить, если бы молодой человек лет 20 усыновил старика? Введена была норма: усыновитель должен быть старше усыновляемого, притом не меньше, чем на 18 лет. 4) В качестве усыновляемых не могли быть дети усыновителя от конкубины: для этой категории лиц существо­вало узаконение. 5) Так как в результате усыновления возникает от­цовская власть усыновителя над усыновленным, а она не может быть ни условной, ни временной (на срок), то и усыновление нельзя было совершать ни под условием, ни на срок.
В отношении arrogatio были еще дополнительные условия. Когда совершалась adoptio, у усыновляемого был домовладыка, который мог понаблюдать: выгодно ли для подвластного усыновле­ние. Arrogatio же совершало лицо sui iuris; поэтому о нем позабо­титься должен [был] представитель государства  магистрат. Он должен каждый раз провести расследование (causae cognitio) и раз­решить усыновление только тогда, если установит, что усыновитель не моложе 60 лет и законных детей не имеет; что если усыновляе­мый моложе 25 лет, то усыновитель не состоит (и не состоял) его опекуном; что в данном случае не видно корыстной цели, то есть нет усыновления богатого бедным, чтобы поживиться за счет усынов­ленного; наконец, магистрат не должен допускать одновременную аррогацию одним усыновителем нескольких лиц. Если магистрат ус­матривает уважительные основания, он может в отдельном случае смягчить требование, допустить в некоторых отношениях исключе­ние из общего правила. Только если усыновляется impubes  ма­лолетний, causae cognitio производится с особой строгостью.
Теперь уточним последствия усыновления. Если происходит arrogatio, то самостоятельное (не подвластное) лицо вступает под власть усыновителя и признается родственником всех агнатов усы­новителя с взаимным правом наследования, то есть усыновленный входит в круг наследников агнатов усыновителя, и, обратно, после усыновленного являются наследниками не только усыновитель, но и его агнаты. На случай аррогации лица, не достигшего pubertas, су­ществовали особые правила. Если такой усыновленный умирает до достижения pubertas, его имущество переходит к тем лицам, кото-
339Лекция ¹ 5. Семейное право
рые были бы его наследниками, если бы усыновления не было, а усыновитель в этом случае наследственным правом не пользуется. Во-вторых, аррогированный несовершеннолетний имеет право на наследство после усыновителя, если тот, не имея уважительного ос­нования, эманципировал усыновленного или лишил его наследства (quarta diri Pei). В-третьих, аррогированный impubes может, по до­стижении совершеннолетия, потребовать эманципации, если дока­жет, что аррогация ему вредна. Adoptio приводит к тем же послед­ствиям, какие бывают между естественными родителями и детьми.
Прекращается власть сына (но не внука) смертью домовладыки (для внука смерть домовладыки приводила лишь к смене домовла­дыки). Пример: домовладыка имеет двух женатых сыновей, из ко­торых каждый имеет по сыну. Один из сыновей домовладыки уми­рает раньше его. Теперь у домовладыки есть: сын Люций, внук от этого сына и внук от другого сына Тиция, умершего раньше. Люций и сын умершего Тиция находятся непосредственно под властью домовладыки и в случае его смерти сразу становятся самостоятель­ными. Сын Люция подчинен власти домовладыки через посредство своего отца. Со смертью домовладыки он не делается самостоятель­ным, а только меняет домовладыку, подпадает под власть своего отца. Но факт достижения сыном или дочерью определенного воз­раста не освобождает их от власти домовладыки.
Отцовская власть прекращается потерей домовладыкой civitas или libertas. Отец мог быть лишен отцовской власти в наказание (напр., за то, что подкинул сына или дочь либо оставил без помощи). Прекращалась власть эманципацией, освобождением от власти по воле домовладыки.
К семейному праву относится также опека (tutela) и попечи­тельство (cura). Эти два института имеют между собой то общее, что в них выражается организованная в законном порядке забота иног­да об имуществе и личности, иногда только об имуществе лица, ко­торого по тем или иным причинам нельзя предоставить самому себе. Подобного рода надобность возникает, как правило, в отношении personae sui iuris, так как подвластный уже имеет обеспечение в лице домовладыки. Надо, впрочем, заметить, что исходной истори­ческой точкой была другая. Первоначально опека и попечительство содержали в себе не заботу о подопечном, а ограждение интересов его будущих наследников, прежде всего  домовладыки и других агнатских родичей. Опекунство было не столько обязанностью, сколько правом, осуществлявшимся будущими наследниками  агнатами. Только в результате долгого развития на первый план выступила забота о личных и имущественных интересах слабых, и в положении опекуна и попечителя выступил элемент обязанности.
Между tutela и cura по Юстинианову праву основное различие заключается в том, что tutela назначается над лицом, вовсе не спо­собным вести свои дела. Такими совсем слабыми считались малолет-
340 Основы римского гражданского права
ние (impuberes  до 14 л); в древнейшем праве  к ним приравни­вались женщины. В конце классического периода признали возмож­ным удовлетвориться тем, что пока женщина не замужем, она  под властью отца; вышла замуж  попала под власть мужа; ну, а если у нее нет ни отца, ни мужа, пусть она самостоятельно управ­ляет своим имуществом.
Cura (попечительство) устанавливается над такими лицами, которые могут и сами действовать, но в силу физических или мо­ральных особенностей нуждаются в помощи: это  minores (1415 лет), furiosi, pradigi. Из этого принципиального различия вытекает разница в положении опекуна и попечителя. Опекун заменяет подо­печного, подопечный один не может совершать сделок с юридичес­кими последствиями; нужна auctoritatis interpositio опекуна; это  формальный акт, составляющий часть сделки подопечного; auctoritatis interpositio должна иметь место непосредственно при заключении сделки, устно, не может сопровождаться никакими ого­ворками и условиями. Напротив, находящийся под попечительством совершает сделку сам, но эту сделку ставят под контроль попечи­теля: он должен дать на нее consensus curatoris, безразлично  когда: при совершении сделки, заранее, впоследствии.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]