Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Международное частное право. Том 1. Общая часть. Учебник
.pdf
ственного права» (1928); «Международное радиоправо» (1928);
«Международное хозяйственное право» (1928).
В.М. Корецкий является также автором такого замечательного труда, ставшего классикой отечественной юридической науки,
как «Очерки англо-американской доктрины и практики международного частного права» (1948).
Огромный вклад в развитие отечественной науки международного частного права внес профессор Лазарь Адольфович Лунц
(1892–1979), главным трудом которого является трехтомный «Курс
международного частного права». Эта фундаментальная работа,
изданная первоначально в 1959 (т. 1), 1963 (т. 2) и 1966 (т. 3) гг., явилась результатом многолетней научно-исследовательской и практической деятельности Л.А. Лунца. Следует подчеркнуть, что в 1970 г.
этот труд был удостоен Государственной премии СССР. Впоследствии все тома курса были переизданы (в 1973, 1975 и 1976 гг.). И в
настоящее время «Курс» профессора Л.А. Лунца не утерял своего значения, подтверждением чему является новое переиздание,
посвященное юбилею Л.А. Лунца, предпринятое в 2002 г. издательством «Спарк».
124
125
Современное международное частное право является результатом длительной исторической эволюции, поэтому понять его
содержание можно лишь в контексте его истории.
Истоки МЧП можно обнаружить еще в Древнем мире. В этот
период появление коллизионной проблематики связано с торговыми и семейными отношениями, содержащими иностранный
элемент. Коллизионные проблемы стали возникать по мере того,
как развивались торговые и семейно-брачные связи между представителями различных сообществ (племен, поселений, городовгосударств, областей). Таким образом, главным социально-экономическим фактором возникновения МЧП в Древнем мире стал
международный торговый и частноправовой оборот.
126
127
128
Опираясь на данные антропологии и истории первобытного
общества, можно говорить о дальнем прообразе МЧП в лице междуплеменного права. В рамках междуплеменного права сформировались три таких института, как институт экзогамии1, институт
мены и институт гостеприимства2.
129
При наличии кровного родства браки в пределах большинства
кланов постепенно были признаны недопустимыми, и был установлен принцип внеплеменных браков (экзогамия)3. Поскольку отношения между кланами становились все более сложными, постепенно выкристаллизовалась целая система междуплеменных норм,
которая весьма детально регулировала степень родства кланов.
130
Еще одним институтом, ставшим прообразом международной торговли, была в древнем обществе мена. Вследствие объективной необходимости установления порядка обмена товарами
в древнем обществе постепенно формируются принципы допустимости торгового оборота с чужими племенами и признания безусловной силы за началом правовой защиты как чужого имущества, так и личной неприкосновенности иностранца4.
131
Институт гостеприимства также важный институт междуплеменного права. Несмотря на то, что чужеземец находился вне
племенного правопорядка, гостеприимство имело в примитивной
жизни народов чрезвычайно большое значение. Так, например,
у некоторых племен существовал обычай, позволявший чужеземцу выбрать себе среди членов племени своего покровителя, который был обязан защищать своего гостя.
132
Итак, период междуплеменного права можно рассматривать
как предысторию МЧП.
133
Первый период истории МЧП связан с поиском универсальных принципов частного права, с помощью которых можно было
бы регулировать правоотношения с иностранным элементом. Для
этого периода были характерны следующие моменты: 1) ранние
правовые системы рассматривали коллизионные вопросы, возникавшие между этими системами, как вопросы политического свойства; 2) поскольку интенсивность взаимодействия между древними сообществами была еще относительно невысокой, судьи были
1
Экзогамия – характерный для первобытнообщинного строя запрет браков в пре-
делах одной родственной группы.
2
См.: Циммерман М. История международного права. Прага, 1924. С. 26–37.
3
См. там же. С. 29.
4
См. там же. С. 32.
склонны решать коллизионные вопросы с помощью применения
права суда (lex fori); 3) иногда коллизионные вопросы решались на
основе заключенных международных соглашений.
Еще во времена античности древние законодатели и судьи сталкивались с необходимостью определения пределов действия своего
права по отношению к иностранцам. Несмотря на то, что в античном мире право в целом рассматривалось как имеющее божественное происхождение и не существовало четкого различия между
его религиозной стороной и теми нормами, которые носили сугубо светский характер, древние народы не распространяли действие своего права на всех иностранцев без исключения.
В этой связи некоторые авторы даже полагают, что Библия
содержит в себе ряд норм, которые можно отнести к области МЧП.
Так, в Ветхом Завете содержатся коллизионные нормы, указывающие на то, какая часть Закона Моисея должна применяться к иностранцам, находящимся на территории под контролем Израиля.
В Древнем Египте иностранным купцам позволялось выбирать
местных судей, и даже судей своей национальности, для рассмотрения торговых споров в соответствии с их иностранным правом.
Отдельные авторы даже утверждают, что первые известные в истории человечества коллизионные нормы возникли в Египте эпохи
Птолемеев1. В этой связи особый интерес представляет содержание папируса, затрагивающего вопросы юрисдикции судов Египта
и Греции, найденного внутри мумии крокодила2. Как следует из этого папируса, в котором содержится ряд эдиктов, принятых в 120–
118 гг. до н.э., египтянам разрешалось подавать иски в египетских
судах на греков по поводу договоров, составленных на древнем
египетском языке. На основании анализа данных эдиктов некоторые историки обосновывают наличие в праве Древнего Египта
неких имплицитных коллизионных норм. В соответствии с одной
из таких коллизионных норм выбор языка договора должен рассматриваться в качестве коллизионной привязки, указывающей,
пусть даже опосредованно, на применимое право. Еще одним принципом коллизионного права в Древнем Египте, нашедшим отражение в эдикте, был принцип автономии воли сторон договора.
134
135
136
1
Juenger F. Choice of Law and Multistate Justice. Martinus Nijhoff Publishers, 1993.
P. 7–8.
2
Yntema H. e Historic Bases of Private International Law // American Journal of Com-
parative Law. 1953. Vol. 2. P. 297–300.
137
Вместе с тем другие ученые оспаривают значимость упомя-
нутых эдиктов для коллизионного права, поскольку, по их мнению, эти эдикты представляют собой не более чем «политический
жест», направленный на сохранение минимальной занятости египетских судов.
138
Согласно историку права Павлу Виноградофф (Paul Vinogradoff) МЧП возникло в Древней Греции около IV в. до н.э. Вместе с тем Виноградофф применительно к праву Греции использовал термин «международное частное право» не столько в качестве
коллизионного права, сколько в смысле существования общего
частного права Греции, основывавшегося на общепринятых принципах и торговых обычаях. По мнению Артура Куна, в Древней
Греции была создана особая система юрисдикции для иностранцев, позволяющая нам говорить о существовании полноценного
МЧП1. В соответствии с этой системой иностранцы-резиденты
(мetoikoi) находились под юрисдикцией специальных магистратов
(zenokidai), занимавшихся рассмотрением частноправовых исков
с участием таких иностранцев. Иногда магистраты даже применяли коллизионную норму lex loci contractus, когда речь шла о спорах, связанных с разным домицилием или происхождением сторон спора. В ряде случаев могло применяться право домицилия
ответчика. Часто стороны договора фиксировали в нем вопросы
юрисдикции и применимого права.
139
Кроме того, древнегреческие города-государства заключали
друг с другом множество договоров, с помощью которых создавались материальные нормы, применимые к спорам между гражданами этих городов-государств.
140
Выдающийся российский историк М.И. Ростовцев в своей работе «Международные отношения и международное право в древнем
мире» (1921) высказал мнение, что «древнейшими формами международных отношений были отношения гостеприимства между
отдельными лицами, принадлежащими к разным государствам»,
которые, собственно говоря, и стали базой будущего международного частного права2.
141
По мнению этого ученого, МЧП пышно расцвело в Греции уже
к VI в. до н.э. «Самые широкие межгосударственные деловые отношения, – писал Ростовцев, – поощрялись большинством греческих
1
Kuhn A. Comparative Commentaries on Private International Law or Conflict of Laws.
New York, 1937. P. 1–2.
2
Цит. по: Стародубцев Г.С. Указ. соч. С. 111.
городов… были организованы особые суды, разбиравшие дела неграждан с гражданами. Они руководствовались не столько действующим правом данного города, сколько специальными соглашениями, существовавшими на этот предмет между отдельными
городами, т.е. коммерческими трактатами»1.
М.И. Ростовцев подметил также тот интересный факт, что
в области гражданских отношений эллинистический мир постепенно перешел от стадии «сепаратных законодательств» к «нормам
права, в принципе одинаковым во всех частях эллинистического
мира». Иными словами, Ростовцев обратил внимание на то, что и в
древнем мире имел место тот процесс, который мы теперь называем унификацией. «Если принять во внимание тот факт, что в эпоху
эллинизма взаимный обмен продуктами стал действительно мировым, что в крупных торговых центрах встречались и сожительствовали граждане и подданные почти всех более значительных
государств, что переселение людей из одних центров в другие для
развития более интенсивной деятельности (вспомним еврейское
рассеяние) сделалось обычным явлением, то ясным станет необходимость создания общего международного частного права»2.
Одни историки права иногда связывают появление международного частного права в Древнем Риме с фактом существования
ius gentium (права народов), другие же отрицают существование
древнеримского МЧП.
Поскольку граждане Рима активно взаимодействовали с другими племенами, народами и странами, коллизионные проблемы
должны были возникать регулярно. Однако в источниках римского
права, прежде всего в Кодексе Юстиниана (Corpus Iuris Civilis), мы
почти не находим какой-либо информации о коллизионном праве.
Такое состояние дел объясняется, главным образом, тем, что в случае коллизионных проблем римское право отдавало предпочтение
системе универсального права в виде ius gentium, а не системе кол-
лизионных норм. В то же время в римском праве получила развитие
концепция «личного закона» (персонального статута), относящаяся к коллизионной проблематике. По крайней мере в некоторых
категориях дел статус ответчика в римских судах определялся его
«личным законом», т.е. согласно праву его гражданства (origio) или
домицилия. Так, например, римское цивильное право (ius civile)
применялось к спорам между римскими гражданами, а карфаген-
1
Цит. по: Стародубцев Г.С. Указ. соч. С. 111.
2
Там же. С. 111–112.
142
143
144
ское право – к спорам между гражданами Карфагена. Римское право как бы следовало за гражданином Рима, где бы он ни находился,
что рассматривалось как особо ценная личная привилегия.
145
Как известно, ключевую роль в формировании ius gentium сыг-
рал претор перегринов (praetor peregrinus), который, полагаясь на
юридическое воображение, греческие принципы права и принципы добросовестности и справедливости, создал систему универсальных норм, охватывавших все человечество1. В «Дигестах
Юстиниана», например, говорится, что «право народов – это то,
которым пользуются народы человечества; можно легко понять
его отличие от естественного права: последнее является общим
для всех животных, а первое – лишь для людей (в их отношениях) между собой»2.
146
Вместе с тем ius gentium изначально являлось частью римско-
го права, из которого оно черпало свою обязательную силу.
147
Содержание норм и принципов ius gentium в отличие от ius
civile было менее формальным и ригидным. Эти нормы были созданы специально для решения дел международного характера и были
весьма внимательны по отношению к обычаям различных народов. Ius gentium в целом основывалось на идее общего фундамента различных юридических традиций.
148
Даже после эдикта Каракаллы (212 г. н.э.) ius gentium не утратило своего значения. Став частью ius civile, придав ему динамизм и заметный оттенок космополитизма, именно ius gentium
создало предпосылки для возрождения римского права в период
Cредневековья.
149
Некоторые нормы МЧП могли также содержаться в двусторонних договорах, которые Рим заключал с другими станами. Так,
например, в договоре между Римом и Карфагеном (509 г. до н.э.)
содержалось положение, гарантирующее взаимную защиту коммерческих прав.
150
Пожалуй, главной мыслью, которой обязано МЧП античности,
является мысль об универсальности и общечеловеческой природе частноправового регулирования правоотношений с иностранным элементом.
1
Благоприятные условия для формирования ius gentium сложились после вто-
рой Пунической войны (218–201 гг. до н.э.), когда Рим стал ведущей политической державой, под покровительством которой могла спокойно развиваться международная торговля.
2
Дигесты Юстиниана. М., 2002. С. 83.
Германские племена, разрушившие Римскую империю, принесли с собой свое собственное право, не искоренив при этом
право завоеванных ими народов. Германские племена не мешали
покоренным римлянам жить по нормам римского права, тогда как
каждое германское племя продолжало регулировать свои частноправовые отношения по своему праву (например, в соответствии
с салической, лангобардской или баварской «правдой»). Соответственно завоеватели и завоеванные народы жили совместно на территориях, принадлежавших когда-то Риму, подчиняясь различному праву. Как писал в 817 г. в одном из своих писем архиепископ
Лиона св. Агобард, «часто происходит так, что пять человек, каждый из которых подчиняется различному праву, могут идти или
сидеть вместе за одним столом».
Особенно часто коллизионные проблемы стали возникать
в связи с межплеменными браками. Поскольку каждое лицо считало законом только «правду» своего племени, приходилось учитывать племенное право всех сторон семейно-брачных отношений.
Так, например, для вступления в брак было необходимо, чтобы
жених имел на то право по своему племенному праву; однако размер выкупа невесты из-под власти опекуна определялся по ее племенной «правде»1. Обязательство имело силу тогда, когда оно было
согласовано с племенной «правдой» ответчика. Каждое лицо должно было знать, по какому праву оно живет; и изменить это свое
объективное право было нельзя2.
По мере развития феодализма народы Европы из массы соплеменников превращаются в массу ленников. Поскольку весь общественный строй зиждился на землевладении и прикреплении
человека к земле, на смену порядку, когда каждый жил по своему личному закону, приходит порядок, при котором все живут
по закону территории, на которой они находятся. В МЧП персональный принцип уступает место принципу территориальности.
Во времена Средневековья западные системы права подверглись
процессу фрагментации, который был связан с параллельным
151
152
153
1
См.: Брун М.И. Международное частное право (Курс, читанный в Московском
Коммерческом Институте 1910–1911). М., 1911. С. 45.
2
См. там же. С. 45–46.
процессом политической фрагментации, характерной для феодального общества. Вместо единой системы права сформировалось множество различных правовых систем. По большей части эти правовые системы мирно сосуществовали, а возникавшие
между ними коллизии решались в соответствии с личным статутом и юрисдикцией, определявшей статус данного лица. Применимое право определялось с помощью таких критериев, как
гражданство, место рождения или домицилий. Для отдельных
социальных и профессиональных групп существовали независимые правовые системы. Так, например, члены Римской церкви подлежали каноническому праву и им позволялось ссылаться на привилегию персональной юрисдикции перед церковными
судами. Аналогичным образом купцы создали подобную систему
привилегий для решения торговых споров в виде отдельной системы купеческих судов, применявших купеческое право. В этот
период возникло также особое морское право, независимое от
национальных систем права.
154
Таким образом, в средневековом обществе уживались такие
системы права, как ius commune, в основе которого лежало римское право, феодальное право и городское право, а критерием их
применения являлся территориальный принцип (ius proprium).
155
Особое место в истории МЧП занимает средневековое торго-
вое право (lex mercatoria или ius mercatorum)1.
156
Lex mercatoria (или ius mеrcatorum) сформировалось на рубе-
же ХІ–ХІІ вв., в основном в пределах Европы. Важным элементом
средневекового lex mercatoria было lex maritima (морское право), представлявшее собой совокупность обычаев и обыкновений
в области торгового мореплавания. Lex maritima было постепенно кодифицировано в такие сборники морского права, как Олеронский судебник Rôles d’Oléron (XII в.), Consolato del Mare (XV в.)
и «Правила Висби» (XVI в.).
157
Расцвет lex mercatoria, ставшего своеобразной реакцией купе-
ческого сообщества на неспособность римского права эффективно
регулировать международные коммерческие отношения, пришелся
на XIII–XIV вв. Характерными признаками старого lex mercatoria
были следующие: во-первых, это право регулировало отношения
между средневековыми купцами; во-вторых, оно создавалось не
политической властью, а самими купцами под воздействием суще-
1
Если одни авторы рассматривали lex mercatoria в качестве средневекового МЧП,
то другие считали таковым «право народов».
ствовавшей на тот момент коммерческой практики; в-третьих, его
нормы воплощались в жизнь благодаря сurіаe mercatorum, т.е. спе-
циальными купеческими судами, судьи которых сами имели коммерческий опыт; в-четвертых, нормы этого права отличали чрезвычайная детализация и совершенство, о чем свидетельствует их
применение вплоть до нашего времени; в-пятых, это право было
весьма унифицированным и по-настоящему международным, т.е.
его положения были идентичными в разных странах.
Источниками старого lex mercatoria стали уставы купеческих гильдий, торговые обычаи и прецедентное право купеческих судов. Особенностями существовавшего на тот момент lex
mercatoria было и то, что купеческие суды пытались выносить
свои решения в соответствии с принципом eх аequо et bono (т.е.
по справедливости) и в максимально короткий отрезок времени,
что на тот период было очень важно, учитывая скорость, с которой велась торговля. Наибольшее распространение нормы lex
mercatoria получили в городах-республиках Северной Италии
и «консульских» городах юга Франции, т.е. там, где не было сильной феодальной власти.
Следует также отметить, что современное гражданское право
многих государств обязано lex mercatoria существованием много-
численных институтов и принципов, зародившихся в недрах именно этого права1.
Однако в конце XV в. начинается постепенный и неотвратимый упадок leх mercatoria, который особенно усиливается в связи с возникновением европейской системы суверенных государств
и утверждением абсолютной монархии в большинстве стран Европы. Непосредственным следствием этого процесса стала «национализация» lex mercatoria, т.е. кодификация его норм во внутреннем законодательстве государств. В Великобритании, например,
lex mercatoria трансформировалось в common law (общее право),
а купеческие суды интегрировались в судебную систему общего права.
Таким образом, начиная с XVIII–XIX вв. регулирование международных хозяйственных связей приобрело сугубо национальный характер, а главным методом их правовой регламентации стал
коллизионный метод.
158
159
160
161
1
См.: Берман Г. Западная традиция права: эпоха формирования. М., 1998. С. 320–335.
162
Как известно, XIII в. стал для Северной и Средней Италии
периодом высокого подъема в области материальной и духовной
культуры. В этот период торговля между Западной Европой и странами Востока перешла в руки венецианцев, генуэзцев и пизанцев,
а города Ломбардии и Тосканы превратились в крупные торговопромышленные центры. Северная и Средняя Италия в XIII в. представляла собой цепь самоуправляющихся городов, которые вели
между собой оживленную торговлю и поддерживали интенсивные
взаимоотношения. Поскольку итальянские города были фактически независимы от императора, это позволило им выработать развитую систему своих законов (статутов). Многие из итальянских
городов, представлявших собой автономные политические образования, проявляли свою автономию в сфере законотворчества
и кодификации обычаев. Некоторые города приняли свои статуты
еще в XII в. (например, Генуя в 1145 г., Пиза в 1161 г.). С помощью
кодифицированных обычаев и статутов осуществлялось регулирование вопросов торговли, промышленности, уголовной юстиции,
устройства университетов, а также других вопросов частноправового характера. По мере интенсификации связей между гражданами различных городов перед итальянскими юристами все
чаще стали возникать коллизии частноправового характера между:
1) римским правом и статутным правом; 2) местным и иностранным правом; 3) различными видами статутного права.
163
Аналогичная ситуация сложилась в этот период во Франции,
где наряду с кутюмами (фр. сoutumes – обычаи) областей существовало римское право и хартии городов.
164
В итальянских университетах, в которых изучались источники
римского права, возникает наука МЧП. Именно там зарождается
первая школа МЧП – школа глоссаторов. Появление школы глоссаторов ознаменовало новый этап развития европейского частного права и возникновение науки цивилистики на базе источников
римского частного права. Благодаря глоссаторам было положено
начало возрождению юридической науки и правовой культуры,
оказавшихся в значительной мере утраченными в связи с падением Западной Римской империи.
165
Родоначальником школы юристов, получивших название «глоссаторы» (позднелат. glossator от греч. glossa, т.е. толкование, пере-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]