Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:История путешествий и туризма. Учебное пособие
.pdf
1.6. Путешест венники XV III в.: С. Русецкая (Пи льшт ынова), И.П. Козыревский
Однако, кроме ссылки за участие в восстаниях, в Сибирь
попадали и пленные солдаты вражеских армий. Именно так в
Сибирь попал дед одного из видных исследователей Курильских
островов, Ивана Петровича Козыревского – Федор Козыревский.
Федор Козыревский был взят в плен под Смоленском в 1654 г.
Пленные солдаты поступали на службу к захватившему их монарху, но их старались отправить воевать в места отдаленные,
чтобы не было искушения вредить неприятелю, сбегать в родную
армию и т. д. Так Федор Козыревский оказался в Якутске. Он
служил в различных сибирских острожках, а завершил жизнь в
монастыре.
Сын Федора, Петр, в 1695 г. убил жену и вместе с детьми
скрывался от наказания. Спустя 5 лет Петр Козыревский повинился в преступлении, был бит кнутом, а после попросился в пешую казачью службу «на новую Камчатку реку». В 1697 г. отряд
Владимира Атласова достиг Камчатского полуострова и теперь
для освоения пушных богатств Камчатки требовались люди.
Вместе с детьми, старшему из которых было 10 лет, Петр
пробирался в Верхоянск, далее на восток, через остроги на Индигирке, Колыме, Анадыре, а потом на юго-запад, на Камчатку,
несколько тысяч верст по суровой тундре, через хребты и болота
налегке, без средств, рассчитывая только на милосердие спутников. Петр Козыревский погиб во время службы, на одном из
островков у побережья Камчатки. Его именем был назван левый
приток реки Камчатки. В результате всех этих испытаний закалился будущий исследователь Курил – Иван Козыревский.
В год прибытия на Камчатку семьи Козыревских В. Атласов
обнаружил среди жителей полуострова японца Дэнбэя, заброшенного туда во время кораблекрушения в 1695 г. Этот случай
был настолько важен, что Дэнбэя доставили к Петру I и тот поручил изучить вопрос о пути в Японию. Такой ажиотаж был связан
с тем, что с середины XVII в. в Японию въезд иностранцам был
запрещен, правительство уничтожило все суда, пригодные к заморским рейсам... Так что Дэнбэй попал на Камчатку случайно.
Стремясь завязать торговлю с Японией, правительство Российской империи предписало Якутской воеводской канцелярии
направить «охочих людей» разведывать торговый путь в эту страну. А он неминуемо проходил через Курильские острова. В одном
из указов подчеркивали, что путешественникам следовало выяснять, будут ли японцы «с российскими людьми дружбу иметь и
торги водить, как у китайцев, и что им из Сибири годно...».
71
Раздел 1. Путешествия и путешест венники из Беларуси в XVI–XIX вв.
Иван Козыревский проходил службу рядовым казаком «во
многих походах в Камчадальской и в других землях». В 1711 г. казаки взбунтовались против своих начальников и убили их (в том
числе В. Атласова). Мятежники выбрали своим атманом Д. Анциферова, а его помощником – И. Козыревского. В том же году
Д. Анциферову и И. Козыревскому власти поручили возглавить
отряд казаков и камчадалов, который был направлен на Курильские острова для поиска путей в Японию.
На весельных лодках отряд проследовал морем вдоль побережья Камчатки до южной ее оконечности, высадился на о. Шумшу, а после вернулся в Большерецк – острог, заложенный И. Козыревским на реке Большой еще до плавания. Казаки написали
отчет о походе и остались до следующего года на месте.
В 1713 г. построив несколько легких судов, Иван с командой
в 55 служилых и промысловых людей и 11 камчадалов отправился на Шумшу. С острова Шумшу корабли добрались до второго
курильского острова Парамушир. Дальше Козыревский идти не
рискнул.
И. Козыревский собрал ценные сведения о Курильских
островах. Он указал расстояния между островами и метеорологические условия в проливах, составил чертеж Курильской гряды, установил, что курильцы независимы, а японцы севернее
Хоккайдо не заплывают. Это дало возможность другим русским
мореплавателям привести курильцев в русское подданство.
И. Козыревский два года управлял Камчаткой, затем постригся в монахи, взял себе имя Игнатий (как в свое время сделал
его дед Федор). Но это не спасло И. Козыревского от мирских невзгод. В 1720 г. по наговору родного брата его отослали в Якутск,
где проводилось долгое пристрастное следствие о бунте 1711 г.
Ивану удалось оправдаться.
В это время Афанасий Шестаков прибыл в Петербург и попросил разрешения организовать экспедицию для «сыскания в
подданство новых земель и островов» и обследования Курил. Он
хотел также наладить плавание от мыса Лопатки до Анадыря и
до берегов лежащей напротив Чукотки «Большой земли». Теперь
мы знаем, что под «Большой землей» имели в виду Аляску – самую западную часть американского континента, которая находится за проливом к востоку от Чукотки, тогда же ни о ее точном
местоположении, ни о том, что это часть американского континента, не знали. Но слухи о пушных богатствах «Большой земли»
доходили и до Петербурга.
72
1.6. Путешест венники XV III в.: С. Русецкая (Пи льшт ынова), И.П. Козыревский
Проект был поддержан. Летом 1727 г. Шестаков двинулся к
Тихому океану. К нему присоединился и Козыревский, он просился на Камчатку, чтобы там показать острова, «в которых он
сведом». Ивану дали задание – изучать острова напротив устья
реки Лены. Козыревский совершил плавание по морю (позже оно
получило название моря Лаптевых).
В 1730 г. исследователь поехал в Москву по делам освоения
Камчатки. В «Санкт-петербургских ведомостях» напечатали сообщение о путешествиях И. Козыревского, все шло хорошо, однако кто-то вспомнил о мятеже 1711 г. и И. Козыревского арестовали. Только через 3 года пришли документы из Сибири, которые
подтвердили показания И. Козыревского, но к тому времени –
2 декабря 1734 г. узник умер в тюрьме.
Именем Козыревского названы мыс и город на Курильских
островах, поселок городского типа в Усть-Камчатском районе.
И.М. Евреинов, Ф.Ф. Лужин
Продолжить маршруты Козыревского вдоль Курильской гряды было поручено геодезистам Ивану Михайловичу Евреинову и
Федору Федоровичу Лужину.
Сведений о происхождении Ивана Евреинова и Федора Лужина немного. Известно, что родились они в 1694 и 1695 гг. соответственно. Люди с фамилией Евреинов во второй половине
XVII в., как правило, происходили из белорусских городов, поэтому можно сделать п редположен ие, что Ив ан Ми хай лович Евреинов наш земляк. Место рождения Ф. Лужина неизвестно, однако род Лужиных дворянский, получивший свое родовое поместье
в 1665 г. Оба молодых человека учились в математико-навигацкой
(морской) школе в Москве, после в геодезическом классе Морской академии в Санкт-Петербурге до 1718 г.
В 1719 г. Петр I, заинтересовавшись сообщениями И. Козыревского о Курилах, послал молодых людей в секретную экспедицию для определения есть ли пролив между Азией и Северной
Америкой. Царь не случайно дал такое поручение геодезистам:
карты, составляемые служилыми людьми, в том числе и И. Козыревским, были выполнены старательно, однако не отвечали
требованиям эпохи: в них не было математической основы, масштаба. Картографию необходимо было поставить на научную основу, вот почему экспедицию на Тихий океан возглавили молодые умелые геодезисты.
73
Раздел 1. Путешествия и путешест венники из Беларуси в XVI–XIX вв.
Из Петербурга И. Евреинов и Ф. Лужин выехали в январе
1720 г., к лету 1721 г. прибыли в Охотский острог. За 4 года до
этого русские мореходы проложили водный путь на Камчатку23.
Всю зиму геодезисты собирали сведения о камчатских реках
и озерах. Определили широту, на которой находился Нижний
острог, а по весне вернулись на западное побережье Камчатки и
отправились к югу, на Курильскую гряду к о. Шококи (Райкоки)
для составления карт и проверки сведений о мифическом серебристом песке, который будто бы растворялся в воде. И. Евреинов и
Ф. Лужин опровергли и домыслы нидерландских мореплавателей,
и ошибочные сведения Козыревского об острове Райкоке.
У девятого по счету от Камчатки о. Шимушир лодка встала
на якорь. В результате шторма был порван парус, лопнул якорный канат и судно понесло в открытое море. Целую неделю лодку
носило по бушующим волнам, отнеся исследователей ко второму
острову гряды – Парамуширу. Здесь удалось пополнить съестные
запасы и починить парус, однако был утерян якорь. В итоге команда добралась до устья Большой реки на Камчатке.
В июле 1721 г. корабль отправился из Камчатки в Охотск.
Геодезисты доехали до Якутска, отсюда через всю Сибирь – до
Тобольска, там остался Ф. Лужин, а И. Евреинов двинулся в Казань, где в то время находился Петр I. Император выслушал отчет И. Евреинова и рассмотрел карту его походов.
Геодезисты впервые определили координаты важных мест
этого региона. Данные навигаторов опровергли представления
европейских географов о мнимой близости Америки к Курильским островам. Карта и отчет геодезистов знаменовали собой
переход от примитивной в математическом отношении картографии к новой, более точной.
Вскоре после этого Иван Евреинов умирает в возрасте 30 лет,
а Федор Лужин продолжает исследования. В 1725–1727 гг. он
принимал участие в 1-й Камчатской экспедиции Витуса Беринга.
Д.И. Павлуцкий
Благодаря экспедициям И. Козыревского, И. Евреинова и
Ф. Лужина за Россией были закреплены Курильские острова.
Дело путешественников на северо-востоке страны продолжил
Дмитрий Павлуцкий.
23
Раньше на Камчатку можно было попасть только через тундры
северной Сибири и Чукотки.
74
1.6. Путешест венники XV III в.: С. Русецкая (Пи льшт ынова), И.П. Козыревский
Дмитрий Иванович Павлуцкий был потомком Яна Павлуцкого, уроженца ВКЛ. Ян Павлуцкий поступил на службу в России в начале XVII в., был направлен в Тобольск, где в 1622 г. провел первую перепись населения. Его семья так и осталась жить в
Тобольске.
В 1727 г. в город приехал Афанасий Шестаков, который вручил тобольскому губернатору императорский указ, предписывающий «для изыскания новых землиц и призыву в подданство
немирных иноземцев послать кого из обер-офицеров искусного
человека по рассмотрению губернаторскому, и с ним казачья голову Шестакова». Выбор тобольского губернатора пал на «искусного человека» Д. Павлуцкого.
Из Тобольска экспедиция Д. Павлуцкого и А. Шестакова
направилась по долгим сибирским дорогам и рекам в Якутск.
Здесь отряд разделился. Павлуцкий следовал через Нижне-Колымск в дальний Анадырский острог на Чукотку тем же путем,
каким в свое время направлялись туда Козыревские. Шестаков
шел со своими людьми через Охотск, чтобы затем направиться к
«Носу» – мысу Дежнева. Здесь предполагалась встреча двух отрядов. Но казачий голова А. Шестаков не добрался до Анадыря: он
погиб в пути, и руководство всей экспедицией перешло к Павлуцкому.
На Чукотке Д. Павлуцкий собирал вести о «Большой земле». Например, побывавший на «Носу» Афанасий Мельников
видел, как к тамошним чукчам приходили «зубатые люди» с
острова, удаленного от мыса на день пути. Это были эскимосы
с о. Диомида. «Зубатыми» их называли потому, что они делали
прорези в губах и щеках и вставляли в них украшения из клыков моржа. От их острова до Аляски тоже было расстояние на
день ходу.
На самой Чукотке жили представители различных народностей. Юкагиры и коряки жили по первобытнообщинным устоям,
а у их соседей чукчей формировалась военная демократия с выделением вождей на время походов. Чукчи постоянно отбивали у
соседей оленей, желая увеличить свои стада. В конфликты между
племенами были вовлечены и первые русские поселенцы. Особенно сильно конфликты с чукчами обострились после строительства Анадырского острога.
Чтобы нормализовать обстановк у на Чукотке, Павлуцкий решился на крайние меры. Он присоединил к своим казакам ко-
75
Раздел 1. Путешествия и путешест венники из Беларуси в XVI–XIX вв.
ряков и юкагиров и двинулся вглубь полуострова. Через перевал
отряд вышел к побережью Ледовитого океана, а оттуда берегом
прошел на восток, вдоль побережья Берингова моря – на юг и
вернулся в Анадырский острог. Этот поход показал силу «пришельцев» и часть чукчей стала вносить в казну налог.
Вскоре Д. Павлуцкий увидел первого «зубатого человека» –
союзника чукчей в борьбе с пришельцами. Павлуцкий отправил
сообщение с описанием этого человека в сенат. Было решено искать как острова по пути к Америке, так и саму Америку.
Летом 1732 г. мореплаватели М. Гвоздев, И. Федоров и
К. Мошков, по распоряжению Д. Павлуцкого, на судне «Святой
Гавриил» направились к островам Диомида, у которых за 4 года
до этого побывал В. Беринг. Они пересекли с запада на восток
пролив (В. Беринг прошел его с юга на север), и 21 августа 1732 г.
борт «Святой Гавриил» первым из русских судов подошел к берегам Северной Америки. М. Гвоздев, И. Федоров и К. Мошков
первыми из европейцев побывали у мыса Аляски, который позже
получил название мыса принца Уэльского.
После возвращения экспедиции Д. Павлуцкого отозвали в
Якутск. Затем он несколько лет служил на Камчатке, расследовал
дело о восстании камчадалов против притеснений приказчиков и
казаков. В 1742 г. Павлуцкого снова послали на Чукотку, так как
на юкагиров и коряков возобновили набеги воинственные чукчи.
Два похода Д. Павлуцкий совершил удачно, в третьем, 21 марта
1747 г. майор Д. Павлуцкий погиб в сражении с чукчами.
Если говорить о научных результатах походов, то Д. Павлуцкий описал географические особенности Чукотки, привел
данные, подтверждающие близость к Чукотке берегов Америки.
Он посылал в сенат чертеж и карту Чукотки, где впервые была
нанесена река Чаун и ее притоки. Объективно охарактеризовал
чукчей, чем пользовались многие исследователи Северо-Восточной Азии.
Контрольные вопросы и задания
1. Расскажите о том, как Соломея Русецкая (Пильштынова)
зарабатывала деньги во время своих путешествий.
2. Легко ли было работать врачом женщине в XVIII в.?
3. Опишите историю семьи И. Козыревского.
76
1.7. Путешествия по Беларуси и краеведческа я деятельность Владислава Сыроком ли
4. Чем отличались И.М. Евреинов и Ф.Ф. Лужин от других
исследователей Курильских островов и Камчатки? Были ли их
умения полезны?
5. Где служил Д.И. Павлуцкий, в чем заключались сложности службы? Как бы вы предложили уладить конфликты чукчей
и юкагиров?
1.7. ПУТЕШЕСТВИЯ ПО БЕЛАРУСИ
И КРАЕВЕДЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ
ВЛАДИСЛАВА СЫРОКОМЛИ В СЕРЕДИНЕ XIX В.
Владислав Сырокомля – псевдоним поэта, краеведа, переводчика и историка литературы Людвика Владислава Кондратовича.
Такой псевдоним он взял себе не случайно. Сырокомля – название фамильного герба рода Кондратовичей. Владимир Мархель,
исследователь жизни и творчества Сырокомли, приводит следующие факты: «в конце XVII – начале XVIII вв. Кондратовичам
принадлежало село Куликовка Новогрудского района. Дед поэта
Иосиф был командиром роты в Лиде, а его отец, Александр Каэтан, родился в 1783 г. в селе Левкишки и крестился в Начанском
костеле Лидского уезда. Его мать Виктория Златковская происходила из Слуцка, из небогатой дворянской семьи».
Родился Людвик Кондратович 29 сентября 1823 г. в фольварке Смольгов Бобруйского уезда Минской губернии (сегодня – д. Смольгово Любанского района Минской области). По
принятому в те времена у католиков обычаю, мальчика назвали
тройным именем: Людвик Францишак Владислав. В своем дневнике поэт писал: «я родился у отца Александра и матери Виктории (из Златковских) Кондратовичей ... Я из бедной, но старой
респектабельной знати. Среди моих предков был Константин
Кондратович, новогрудский подвоевода Яна III. Остальные мои
предки были слугами и друзьями дома Радзивиллов в Несвиже, и один из них (тот же Константин) принадлежит к спонсорам несвижской коллегии иезуитов Святого Михаила. Со стороны бабушки я родственник Александра Турского ... Со стороны
деда – родственник Тадеуша Матушевича, прославленного министра скарба. Моим дядей был Гиляр Кондратович, профессор математики из Вильно, автор известной статьи в «Уличных
новостях» под названием «Про фанафаронаметр». Это все, чем я
77
Раздел 1. Путешествия и путешест венники из Беларуси в XVI–XIX вв.
могу похвастаться в своих предках. Однако (и этот остаток является самым важным) я из семьи безупречно почтительной, чем
не каждый лорд, граф и князь может похвастаться – пусть бы эта
почтительность предков навсегда поселилась бы в моей груди и
перешла к моим потомкам...».
Его отец, Александр Кондратович, был землемером, но найти государственную службу было очень тяжело, поэтому он зарабатывал на жизнь арендуя фольварки и работая на них. Человек
широкой эрудиции, Александр Кондратович часто рассказывал
сыну о прошлом родного края, давал читать лучшие произведения отечественной и зарубежной литературы.
Когда мальчику было меньше двух лет, Кондратовичи покинули Смольгов и взяли в аренду фольварк Ясковичи в Слуцком
повете на берегу реки Морочь. Местная природа привлекала своей красотой. Быстрая река Морочь, высокие камыши, в которых
гнездились разные птицы, заливные луга, которые летом радовали разноцветным ковром – эти образы запали в душу впечатлительному мальчику. Позже поэт вспоминал: «первое место, которое я запомнил, – это Ясковичи, фольварк на Полесье, который
тогда держал мой отец – его трудно было не вспомнить, потому
что пейзажи Полесья такие характерные ... я могу представить,
как мы когда-то плыли на лодке между камышами и лозой, под
нами был золотой песок, а рядом летали смелые ярко-зеленые
стрекозы».
Весной 1831 г. семья переехала в деревню Кудиновичи, не
менее красивые места. На это время приходятся систематические
занятия Людвика с домашними учителями. Они готовили мальчика к поступлению в поветовую школу при доминиканском монастыре в Несвиже.
Людвик настолько успешно сдал вступительные экзамены,
что в конце лета 1833 г. сразу был принят во второй класс. О его
учебе и жизни в Несвиже можно узнать из стихотворного разговора «Школьные времена, новый рассказ Яна Дембарога» (1858).
Однако Людвик не окончил эту школу: после восстания
1830–1831 гг. она была закрыта. Учебу пришлось продолжить в
Новогрудке, в той доминиканской школе, где когда-то учились
Адам Мицкевич и Ян Чечот. Но учеба тут ничем особо не запомнилась. Людвик признавался: «мне нечего сказать об этой школе,
я не получил от нее ни впечатлений, ни научной пользы».
В 1837 г., окончив школу в Новогрудке, он вернулся к родителям, проживавшим в фольварке Мархачевщина.
78
1.7. Путешествия по Беларуси и краеведческа я деятельность Владислава Сыроком ли
Смольгов в Любанском районе, Ясковичи в Слуцком районе, Кудиновичи между Копылем и Несвижем, Мархачевщина под
Новым Сверженем, Туленка в Столбцовском районе и Залучье, а
также Несвиж и Новогрудок – это места в Беларуси, с которыми
Сырокомля сроднился за годы до своего первого появления в
печати в 1844 г.
Молодой человек старательно помогал родителям по хозяйству, хотя к этому не сильно лежала его душа: «Моя жизнь была
рабочей и трудной. Меня привели в хозяйство, хотя природные
наклонности звали меня к книге и ручке. Проклятье! Чего я не
натерпелся, когда посланный наблюдать за работниками, брал
с собой книгу; когда внезапно забегал в комнату и садился писать...»
Родители видели, что сын занимается не тем, что его привлекает. Но не могли найти приемлемого выхода. Они были не
против дальнейшего обучения Людвика. Вот только где? Виленский университет был закрыт. Оставалось поискать достойную
работу в городе.
В 1840 г. семья переехала в Залучье, и отец нашел 18-летнему сыну место в канцелярии имения Радзивиллов. В то время
Несвиж был глухим провинциальным городком, который жил
только воспоминаниями и легендами о былой славе, богатстве,
жестокости и чудачествах всемогущих князей Радзивиллов. Эти
легенды впечатлили будущего поэта, он начал исследовать пожелтевшие акты Копыльского замка, перевезенные в Несвиж и,
опираясь на них, написал статью о прошлом города для фундаментального издания «Древней Польши» М. Балинского.
Переезд в Несвиж принес свои плоды. Глава канцелярии
А доль ф Добровол ь ский имел богат у ю личную библиотек у и увлекался литературой. Другой большой любитель книги, Ян Рихтер,
стал другом Сырокомли. Они втроем проводили импровизированные творческие конкурсы, во время которых каждый пытался
написать на заранее оговоренную тему как можно более остроумное стихотворение. Победителями становились по очереди.
Слышанное и увиденное в Несвиже осталось в памяти на
всю жизнь, ведь Людвик получил возможность познакомиться с
классической литературой, периодикой, архивами Радзивиллов,
с местными эрудитами – выпускниками Виленского университета, пользовался их книгосборами, посещал литературные вечера.
Кроме этого, он заносил в дневники местные легенды, рассказы
79
Раздел 1. Путешествия и путешест венники из Беларуси в XVI–XIX вв.
о прошлом Несвижа и его аристократических хозяев. Все это помогло Сырокомле сформировать свое мировосприятие и отношение к историческим событиям и настоящему.
До свадьбы Сырокомля жил в Несвиже, а после они с женой
уехали в Залучье.
О том, каким было Залучье, сохранились сведения самого
хозяина. Убедительный образ получился в стихотворении «Про
мой старый дом»:
Загароюзавысокай
Леваручдубыстарыя.
ТутiНёманцешыцьвока,
Ёнзялёныберагмые.
Аправей–якшляк,балота,
Вербалозынаддрыгвою.
Анадiмiiнадслотай
Напяскугамонiцьхвоя...
(пераклад Уладзiмiра Дубо¢кi).
В Залучье поэт провел 8 лет, пожалуй, самых плодотворных
и счастливых в его жизни. Здесь он испытал первые радости,
которые приносит литературная слава. Уже в 40-е гг. имя Сырокомли было хорошо известно в самых широких кругах Беларуси
и Литвы. Его беседы, опубликованные в «Атенеуме» и отдельных
сборниках, переписывали от руки и заучивали.
По воскресеньям молодой Людвик Кондратович посещал ярмарки, которые регулярно проводились в Мире. Это была возможность познакомиться с новыми людьми, поговорить с ними,
да купить что-нибудь. Поездка весной 1844 г. имела неожиданное продолжение. Уладив неотложные дела, Кондратович зашел
в трактир, где услышал впечатляющую историю.
В молодые годы мужчина служил кучером на почте. Ему
часто приходилось выполнять срочные заказы. Так случилось
и одной зимней ночью. Его разбудил писарь, вручил какие-то
бумаги и приказал быстро ехать в Новогрудок. Мужчина вывел
лошадь и поехал, а ночь была ужасная: выла метель, было легко заблудиться, одна надежда на лошадь, которая знает дорогу.
И тут мужчина услышал какой-то плач или крик, он остановился, прислушался, но сам себя уверил в том, что ему кажется, ведь
кто в такое время и такую погоду может быть в поле? И поехал
дальше. Однако, возвращаясь домой утром, любопытство взяло
80
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]