История путешествий и туризма. Учебное пособие

В журналах Гаворский публиковался сам: писал статьи об истории кальвинизма на территории Беларуси, об униатстве, при этом отдельно описывал деятельность известного униатского де­ятеля Иосафата Кунцевича, писал про историю полоцких мона­стырей, о полоцких епископах и митрополитах и др. При этом все свои работы он посвящал исключительно борьбе с полонизмом и католичеством и защите западнорусской народности и право­славия. Гаворский отличался крайней нетерпимостью ко всему польскому и крайним же консерватизмом. Вся история Западно­го края рассматривалась К.А. Гаворским только с точки зрения польской интриги и католического засилья. Ксенофонт считал себя выразителем русской мысли по отношению к польскому во­просу и даже инициатором этого вопроса в России и был сторон­ником системы управления, проводимой М. Н. Муравьевым.

Вокруг «Вестника Западной России» собралось общество ученых, писателей и журналистов, относящихся по своим взгля­дам к общественно-политическому и историко-идеологическому течению «западнорусизм». Это было достаточно популярное в дореволюционной России течение, которое утверждало, что бе­лорусский народ является частью, этнографической группой об­щерусского народа.

Игнатий Домейко активно включился в новую жизнь. Он участвовал в работе «Общества литовских русских земель», в центре внимания которого стояла Беларусь. Действенный и не­угомонный по натуре, Игнатий Ипполитович поддерживал свое­го друга-литвина Адама Мицкевича, помогал в издании его про­изведений. Он стал незаменимым помощником и консультантом при создании самой крупной и значительной поэмы «Пан Таде­уш», более того, сам переписывал и готовил этот труд к печати.

Поворотным в жизни И.И. Домейко стало письмо Адама Мицкевича, где он сообщал о возможности работать по контрак­ту в Чили. Игнатий сразу же согласился на путешествие в дале­кую страну на условиях контракта на 6 лет, с оплатой по 3 тыся­чи долларов в месяц. Не знал молодой ученый, когда отправлялся за океан в 1838 г., что срок этот растянется на 46 лет, что Чили станет для него второй родиной, не предвидел, какую роль ему начертано сыграть в развитии этой страны.

Добраться до Республики Чили оказалось не так уж просто: сойдя с корабля в Рио-де-Жанейро, Игнатию пришлось нанять в порту лошадей и мулов. Путь его лежал через Амазонские леса, засушливые пустыни, заснеженные горы... Многое пришлось пе­режить путешественнику на южноамериканском континенте, но, возможно, именно тогда в нем проснулась любовь к этой дикой, суровой земле и тяга к путешествиям. Позже он не раз вместе со своими учениками отправлялся в горы, каждый раз открывая эту страну с новой стороны.

Сложилась у него и личная жизнь – в 1850 г. 48-летний И. Домейко женился на местной жительнице Энрикете Сотомай­ор. Несмотря на активную научную и общественную деятель­ность, счастливую семейную жизнь (в браке у него родилось трое детей), уважение и почет со стороны чилийцев, Игнатий Иппо­литович всю жизнь мечтал вернуться на родину. Но пока этого сделать было нельзя – в царской России иммигранта ждала бы ссылка, да и трудовой контакт не позволял надолго покинуть Чили. Поэтому до поры до времени он довольствовался лишь столь любимыми им путешествиями вглубь страны.

Лишь после окончания ректорства ему в 82 года удалось осуществить сокровенную мечту – съездить на родину. С со­бой Игнатий Ипполитович взял коллекцию минералов в пода­рок университетам Европы. С Домейко поехали и его сыновья. В Париже он встретился с друзьями юности Владиславом Ла­сковичем и Юзефом Богданом Залеским, навестил семью Вла­дислава Мицкевича, сына поэта. В Кракове был с энтузиазмом принят научной общественностью. В Варшаве также встретился с знакомыми. Побывал в Вильно, Мире, Новогрудке, а в августе 1884 г. прибыл в родную Медвядку. Посетил могилы родителей, дом своего детства, все памятные места родной земли22.

На родине Домейко писал книгу «Мои путешествия», где подводил итоги своей жизни. А летом 1888 г. принял решение вернуться в Чили. Тем более его сыновья успели получить евро­пейское образование. К сожалению, по дороге Игнатий Иппо­литович тяжело заболел и по приезде в Сантьяго, в 1889 г., умер. Игнатий Домейко погребен в Сантьяго-де-Чили.

тывала деньги своей профессией. Не раз она теряла все свое иму­щество, но начинала заново на новом месте и добивалась успеха. Саломея родилась около 1718 г. в Новогрудском районе. В 13-лет­нем возрасте вышла замуж за немца-протестанта Якуба Гальпира. Якуб был врачом, занимался в основном лечением глазных болез­ней. Обладавшая живым умом и способностями, Саломея Регина вскоре стала помогать мужу в операциях и приобрела неплохие медицинские знания от разных наставников.

В 1735 г. Саломея тяжело заболела «чумой и наложенными за­клятиями». Ее лечили разные врачи, но болезнь затянулась. Из-за дороговизны лечения, самой болезни и отказа от дальнейшего про­живания в Стамбуле отношения в семье испортились. Якуб забрал все имущество и деньги и уехал в Боснию. Это стало поворотной точкой в жизни женщины, ведь она начала жить самостоятельно, улучшила свои медицинские знания и стала зарабатывать деньги, леча людей.

Во время комфортной жизни во дворце Русецкая не забывала о цели своего визита в Россию. Она нашла и увезла знакомых ту­рок. Обратный путь проходил по маршруту: Санкт-Петербург – Нарва – Рига – Биржи – Вильно – Кареличи – Новогрудок – Не­свиж. Князь Михаил Радзивилл был очень удивлен и впечатлен возвращением Русецкой, не позволил ей дальше сопровождать освобожденных турок и приказал отправить их домой.

Сама Саломея была вынуждена уехать на Полесье к мужу, который успел растратить все ее имущество. Уже беременной она отправилась в новое путешествие – к родственникам мужа в надежде получить деньги за выкуп Юзефа из плена. «Я быстро добралась до империи и проехала через Вроцлав, Алаву, Нису, Брин, Николсбург в Вену, и из Вены в Шмеймарк, Грац, Ниж­нюю Корниолию, Верхнюю Корниолию, в Лейбах и расспросила о достойных родителях моего мужа, которые жили в четырех ми­лях от Лайбаха в горах, в городке Пильштын».

Оставшуюся без денег Саломею выручил случай – приезд в Вену турецкого посольства. Женщину наняли лечить членов по­сольства, платили ей жалованье и давали пропитание. В Вене она родила сына Франциска Ксаверия и вскоре переехала во Львов.

Во Львове она узнала, что Пильштын потратил все деньги и находится под арестом. С этого момента в семье начался боль­шой разлад. Саломея делает несколько попыток жить отдельно от мужа, но Юзеф каждый раз добивается ее возвращения. Од­нако совместная жизнь не складывалась настолько, что однажды Юзеф Пильштын даже пытался отравить жену, после чего Сало­мея болела 12 недель.

Несмотря на то, что путешественница снова, в третий раз, ждала ребенка, она решила бросить мужа и уехать в Болгарию, в Рущук, надеясь найти деньги у освобожденных ею турок. Оста­вив дочь, сына и все имущество хорошему знакомому, она отпра­вилась в новое путешествие. Как всегда, во время путешествий