Джузеппе Гарибальди. Фердинанд Лассаль. Народные вожди и мыслители

роскошными кальянами, дорогими турецкими чу­буками согромными янтарными мундштуками. Из этой комнаты был выход внебольшой зимний сад, наполненный красивыми растениями. Зала, она же и столовая, была увешана хорошими картинами иредкими гравюрами. Здесь же находилось несколь­ко известных статуй внатуральную величину, между которыми была копия бюста Венеры Милосской, весьма хорошо исполненная. Рядом стоял велико­лепный концертный рояль. Довольно большая, по заграничным размерам, гостиная выходила окнами на улицу ибыла вся устлана дорогими коврами, тяже­лыми бархатными драпировками, наполнена самою роскошною мебелью, множеством громадных зер­кал, бронзы, больших японских икитайских ваз».

пылкую остроумную речь. Кинтимному кругу дру­зей его принадлежали, между прочим, также изна­менитый всвое время литературный критик Варн­гаген фон Энзе, историк Фёрстер, композитор Ганс Бюлов (зять Листа), бывший частым посетителем его дома, — будущий восторженный поклонник Бисмарка, впоследние годы своей жизни нередко посвящавший ему свое вдохновение, вто время ув­лекался страстными речами и агитацией Лассаля, называя его «хозяином будущего». Чувство друж­бы и глубокой симпатии питал к нему Лотар Бу­хер— известный политический деятель иэмигрант 1848 года. Он был горячим адептом Лассаля, хотя далеко не во всех пунктах соглашался сним. Впер­вое время агитации Лассаля в пользу учреждения «Общегерманского рабочего союза» Бухер оказы­вал ему некоторую помощь, но вскоре оставил свое­го преданного друга, как сам письменно объяснил ему,— «страха ради иудейска». Тем не менее Лас­саль, как всегда по гроб верный своим друзьям, впо­следствии назначил Бухера своим литературным на­следником; но Бухер итут не оправдал его доверия: он сделался потом самым главным сотрудником иправой рукой Бисмарка вделах иностранного ве­домства. «Железный» шеф его, зная ум идиплома­тические способности Бухера, не дал, однако, ему выдвинуться, наградив его лишь «чечевичной по­хлебкой» в виде чина «тайного советника». Как бы в«благодарность» за доверие ипривязанность

ния. Этот инцидент наделал много шуму вБерли­не, где общество ибез того особенно любило Лас­саля. За храбрость, с которой Лассаль защищался во время этого уличного сражения, он, взамен сло­манной палки, получил от профессора Фёрстера в подарок «робеспьеровскую» палку, позолочен­ный набалдашник которой представлял собой изо­бражение Бастилии. Сэтой палкой Лассаль не рас­ставался до конца своей жизни.

туда обращаться кнароду,— ион пишет «Франца фон Зиккингена». За исследованием о греческом философе последовала историческая драма, цент­ральной фигурой которой является немецкий ры­царь времен Реформации. Драму эту он начал пи­сать еще во время работ своих над «Гераклитом». В письме кМарксу, в котором Лассаль подробно излагает причины, побудившие его взяться за эту драму, он описывает, как тяжело ему было осознать необходимость заниматься абстрактными теория­ми после 1848–1849 годов, «после того, как было пролито столько крови и столько дел вопиют омщении», вособенности, когда видишь, что «все это теоретизирование никакой непосредственной пользы не приносит, что люди продолжают по­прежнему жить спокойно, как будто лучшие произ­ведения никогда не были написаны, алучшие мыс­ли— высказаны». Ион, «как бы для успокоения совести», уделяет часть своего времени работе, «находящейся втакой близкой связи сактивно-по­литическими интересами Германии...» Эту драму, обработанную для сцены, Лассаль послал еще ле­том 1858 года анонимно вуправление королевско­го драматического театра, которое, однако, отказа­лось от ее постановки. В начале 1859 года она появилась впечати, подписанная его именем.