Джузеппе Гарибальди. Фердинанд Лассаль. Народные вожди и мыслители

слышать! Теперь я не хочу Вашего ответа. Дома, вРоссии, Вы будете скучать по мне; яне принимаю здесь Вашего отказа...“ Казалось бы, такой категори­ческий ответ должен был наконец раскрыть ему гла­за, но он не переставал надеяться. Вечером того же самого дня пароксизм этот повторился. Лассаль, умоляя отца Софьи принять участие внем, припал кнему на грудь иконвульсивно зарыдал. Наконец наступило время их отъезда вРоссию. Лассаль, ко­нечно, сопровождал их на вокзал. Не проходило ичетверти часа, чтобы он не повторял: „Я жду от­вета из России, но Вы не спешите, хорошенько про­верьте себя!“ Глядя на него, печального, тоскливо­го, я дала ему слово исполнить его желание. На вокзале, пока мы сидели вожидании отхода поезда, Лассаль был в нервном, лихорадочном напряже­нии; сидя возле меня, он не мог ничего говорить, молча глядел мне вглаза, икогда пытался говорить, то слова его обращались вглухие несвязные звуки исдержанные стоны. Яне могла без слез смотреть на него, мое горло нервно сжималось, ябыла всо­стоянии, близком к обмороку, но старалась тща­тельно скрывать его, чтобы не подать ему ложной надежды. Явсе думала, как было бы хорошо, если бы мы прощались по-прежнему, как друзья! Усадив нас ввагон, он, скрестив руки на груди, прислонясь спиной кчугунному столбу, стоял такой грустный, бледный, что этот образ — явидела его впослед­ний раз — навсегда запечатлелся вмоей памяти.