Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Учителя и дети блокадного города. Учебно-методическое пособие
.pdf
4.
Булина И. Г. Блокадная зима моего детства. — Москва: СовЛит,
2015.
5.
Вассоевич Т. Т. Военный дневник и блокадные письма. 22 июня 1941 —
1 июня 1945 / сост., отв. ред., авт. вступ. ст. А. Л. Вассоевич. — СанктПетербург: Аврора, 2021. — 344 с.: ил.
Газиева Л. Л. Борьба за спасение детей в блокадном Ленинграде в 1941–
6.
1943 годах: дис. … канд. пед. наук. — Санкт-Петербург, 2011.
7.
Градусова Л. Л. Школа в бомбоубежище // Как мы пережили войну:
Народные истории. — Москва, 2016. — С. 58–61.
8.
Даев В. В. Педагоги блокадной поры: По архивам ленинградских учреждений. — Санкт-Петербург: Сударыня, 1998.
9.
Зимницкая Г. Г. Блокадные будни (Дневник ленинградской школьницы) //
Блокада глазами очевидцев. — URL: https://www.molodguard.ru/herors
2022.htm
10.
Зотова А. А. Исторический опыт школьной реформы в Ленинграде
в 1944 г. и его современное значение // Образование и наука в современных условиях. 2015. № 3. С. 21–22.
11. Каретникова Л. И. Я вспоминаю: две семьи. — Москва: Тренд принт,
2018. — 176 c.
12.
Кропачева М. М. Ленинградские школьники в годы Великой Отечественной войны // Материалы научной сессии, посвященной 250-летию
Ленинграда. — Москва: АПН РСФСР, 1959. — С. 51–66.
13. Кутыев Н. Ш. Великая Отечественная война в жизни ленинградского
школьника. — Санкт-Петербург: Институт инноватики; СПб. гос. политех. ун-т, 2003. — 54 с.
14.
Любова В. Ф. Одной семьей: Записки директора школы / лит. запись
Ю. Бородицкой. — Ленинград: Лениздат, 1952.
15.
Михайлов Б. М. На дне блокады и войны. — Санкт-Петербург: ВСЕГЕИ,
2000.
16.
Молчанов А. В. Мы из блокады: стихи, воспоминания. — 2-е изд., испр.
и доп. — Санкт-Петербург: Logos, 2005. — 222 с.
17.
Мухина Е. В. «Сохрани мою печальную историю…»: блокадный дневник Лены Мухиной. — Санкт-Петербург: Азбука: Азбука-Аттикус,
2011.
18. Мягкова Е. М., Репников А. В., Захарченко М. А. Ленинградская битва
и блокада Ленинграда в публикациях архивных документов 1991–2022 годов. Ч. 2: Документы личного происхождения, интернет-проекты //
Вестник ВНИИДАД. 2022. № 3. С. 69–89.
19.
Новиков В. С. Блокада снится мне ночами. — Санкт-Петербург: Детское
время, 2018. — 208 с.
61
20. ОР РНБ. Ф. 1397 (Н. Б. Банк). Д. 26. Л. 3.
21. ПМ СПб АППО. Ф. 3. Оп. 2. Д. 1.
22. Плахов В. В. Война. Блокада. Школа // Universum: Вестник Герценовского университета, 2010. № 5 (79). С. 26–36.
23. Пожедаева Л. В. Война, блокада, я и другие… Мемуары ребенка войны. — Санкт-Петербург: Каро, 2013. — 120 c.
Ползикова-Рубец К. В. Дневник учителя блокадной школы (1941–
24.
1946). — Санкт-Петербург: Тема, 2000. — 245 с.
25. Ползикова-Рубец К. В. Они учились в Ленинграде: Дневник учительницы. — Москва; Ленинград, 1948. —168 с.
26. Разумовский Лев. Дети блокады // Звезда. 2014. № 12.
27. Раскин Л. Е. Героические будни школ Ленинграда // Начальная школа.
1965. № 5. C. 13–21.
28.
Раскин Л. Е. Советская учительница Александра Николаевна Миронова. — Ленинград: Лениздат, 1943. — 29 с.
29.
Рогова Н. Н. Вкус 15 г хлеба (они учили и учились в блокадном Ленинграде) // Женщины Ленинграда в годы блокады: научная конференция 10–11 марта 2005 г.: тезисы докладов / редкол.: А. Р. Дзенискевич (отв. ред.) и др. — Санкт-Петербург: Изд-во СПбГУ, 2005. —
С. 105–108.
30. Серебряков В. В. Школа в двойном блокадном кольце. — Санкт-Петербург, 2015.
31.
Стенограммы заседаний исполкома Ленинградского городского Cовета:
январь — декабрь 1943 г. Записи докладов, обсуждений, замечаний
к проектам, решения: сборник документов. — Санкт-Петербург: ЦГА
СПб.; Арт-Экспресс, 2018. — 640 с.
32.
Тихомиров М. М. Дневник Миши Тихомирова: Ленинград, 1941–1942 гг. —
Санкт-Петербург: Вести, 2010.
33.
Федюшина З. И. Моя блокада (воспоминания). — Санкт-Петербург,
2014. — URL: https://20vek.rucom/oabb.pdf
34. ЦГАИПД СПб. Ф. Р-4000. Оп. 7. Д. 2231.
35. Чикунов Г. Я был там. История мальчика, пережившего блокаду. Воспоминания простого человека о непростом времени. — Москва: ЭКСМО,
2020. — 352 с.
36. Чухман А. А. История школы № 321 // Блокадная педагогика / И. А. Колесникова, Н. В. Груздева, Л. В. Дербилова; под науч. ред. И. А. Колесниковой. — Санкт-Петербург: Росток, 2022. — С. 250–253.
37.
Шмелев О. О. Память блокадного мальчишки. — Санкт-Петербург:
Изд-во СПб. гос. политех. ун-та, 2008.
3.2. Школа во время блокады Ленинграда
(1943–1944годы)
На 1 января 1943 года в Ленинграде действовало 86 школ: 8 на-
чальных, 53 неполных средних (семилеток) и 25 средних полных
(десятилеток), и еще 2 школы для больных детей временного пребывания, — всего 25 803 учащихся. После прорыва блокады 18 января 1943 года деятельность школ активизировалась: возросло количество старшеклассников, увеличилось число успевающих. Так,
по итогам 1942–1943 учебного года 98,1% учащихся были переведены в следующие классы, 0,9% оставлены на осень и 1% (290 учащихся) оставлены на второй год [1, с. 178].
Составлялись планы ремонта и восстановления школьных зданий.
Вместе с повышением качества образования уделялось внимание
творческому развитию детей. Так, в марте–мае 1943 года Дворец
пионеров провел городскую олимпиаду детского художественного творчества, в которой приняли участие более 9000 школьников
[1, с. 122].
В документах отмечается разнообразие форм внеклассной обще-
ственно полезной деятельности пионерской и комсомольской организаций. Все школы имели пришкольные участки, где проводили
опытническую работу и выращивали овощи для школьных столовых.
Дневная норма в 77 сельскохозяйственных лагерях (6603 учащихся)
составляла для учащихся 4-х классов — 5 часов, 5–6-х классов —
6 часов, 7–8-х классов — 8 часов. Таким образом, школьники составили 35% рабочей силы совхозов и подсобных хозяйств. Сельхозработы велись утром и вечером, между ними проводилась культмассовая, кружковая работа, звеньевые занятия, военно-физкультурная
подготовка [1, с. 181–182].
В рассматриваемый период в жизни блокадных школ важно от-
метить два события. Во-первых, 2 августа 1943 года постановлением СНК РСФСР были введены «Правила для учащихся». Требования к поведению были общими и простыми, но практически не
отражали специфики военного времени. Однако их характер был
достаточно крут: за нарушение правил следовало наказание вплоть
до исключения из школы. Под гул артиллерийского обстрела эти
правила обсуждались осенью 1943 года на городской учительской
63
конференции, а затем в мае 1944 года были конкретизированы для
Ленинграда решением исполкома по школьным вопросам [1, с. 186].
Вместе с тем введение этих правил можно рассматривать как попытку унификации поведения учащихся в масштабах всей страны,
что и проявилось в послевоенное время. Надо отметить, что кафедра педагогики ЛГПИ им. А. И. Герцена, находясь в эвакуации на
Урале в г. Кыштыме, откликаясь на вызовы времени, ряд заседаний
посвятила вопросам дисциплины и поведения учащихся. Разработанные ею рекомендации были опубликованы в методическом
пособии.
Второе событие — 16 июля 1943 года постановлением СНК СССР
вводилось раздельное обучение. Указывались основные причины:
учет особенностей физического развития девочек и мальчиков,
специ фика подготовки к труду, практической деятельности и военному делу, затруднения в учебно-воспитательной работе и поддержании дисциплины. Особое внимание уделялось дисциплине. Какие
результаты дало это нововведение? Раздельное обучение привело
к расширению школьной сети и ряду проблем. По воспоминаниям
учителей, в женской школе было тихо и скучно, девочки не проявляли такого познавательного интереса, как при смешанном обучении.
Придя из разных школ, им так и не удалось слиться в единый коллектив. В мужской же школе мальчики устраивали сплошное хулиганство с применением военных средств [1, с. 124].
Вместе с тем, несмотря на трудности нововведений, на заседа-
нии Ленинградского исполкома были отмечены наградами более
100 работников школ и учащихся. Статистический отчет за первое
полугодие 1943–1944 учебного года показал, что лучшие результаты
были получены по военному делу и русскому устному, худшие результаты — по алгебре, геометрии, русскому письменному. Меньше
всего плохих оценок отмечалось по военному делу, Конституции
СССР и тригонометрии [1, с. 124].
Несмотря на тяжелейшую ситуацию блокады города, бомбежки
и обстрелы, находилось место и праздникам. Так, в школах и Дворце пионеров прошли новогодние елки: с фильмом, подарками, приехали шефы из воинских частей, союзники — американцы и англичане, даже были костюмированные выступления ребят. Важным
событием патриотического воспитания стал новый гимн СССР, который был исполнен впервые в новогоднюю ночь 1944 года. Учите-
64
ля истории, литературы и пения на межпредметной основе учили
выразительному исполнению, музыке, построчному толкованию
текста.
27 января 1944 года город был полностью освобожден от блока-
ды. Героическая оборона, в которой принимали участие в том числе
учителя и школьники, длилась 872 дня. Число учащихся в школах
стало резко увеличиваться за счет возвращения ленинградцев из
эвакуации. В связи с этим третья четверть ознаменовалась очередными нововведениями, затронувшими внеурочную деятельность:
возобновление работы отдела науки и техники во Дворце пионеров,
Городской станции юных натуралистов и опытников сельского хозяйства [1, с. 125].
В январе 1944 года вновь перешли на цифровую пятибалльную
систему (впервые принята в 1841 году) оценки успеваемости и поведения учащихся начальной, семилетней и средней школы. До этого оценки были «отлично», «хорошо», «удовлетворительно», «плохо». Для учащихся, оканчивающих начальную, семилетнюю школы, вводилась обязательная сдача выпускных экзаменов, а для
оканчивающих 10 классов — экзамены на аттестат зрелости. С мая
1945 года впервые с дореволюционных времен были введены золотая и серебряная медали за отличные успехи и примерное поведение.
Были подведены итоги 1943–1944 учебного года: из 120 148 уча-
щихся города на Неве 90 840 перешли в следующий класс либо
окончили школу; 15 526 учащихся оставлены на второй год; 13 536
оставлены на осень; 246 — не аттестованы [1, с. 182–186]. Указывались имеющиеся проблемы: так, летняя оздоровительно-трудовая
кампания прошла хуже, чем в предыдущие годы. Помещения ряда
детских лагерей не были должным образом подготовлены.
Новый 1944–1945 учебный год, начавшийся уже в освобожденном
городе, ставил новые задачи восстановления школ, решения проблемы всеобщего обязательного 7-летнего обучения, повышения
общей культуры и правил поведения. В ряде школ была введена
2-я смена в связи с большим наплывом учащихся, возвращающихся
из эвакуации. Но это уже другая история, которая решала задачи
последствий блокады в системе образования Ленинграда.
За сухими цифрами статистических отчетов гороно, постановле-
ний правительства, исполкома Ленгорсовета и других документов
65
мы не ощущаем состояния субъектов образования той эпохи. И здесь
нам на помощь приходят документы личного характера: эпистолярного жанра, дневники, воспоминания, фотографии, документальные
фильмы, плоды творчества (картины, стихи, рассказы).
Говоря об учителе, в дипломе которого стояла гордая запись:
«удостоен звания учителя средней школы», трудно подобрать слова,
которые бы в полной мере характеризовали его труд. Пожалуй, беззаветное служение и жертвенность. Основной состав учителей того
времени — это женщины, немолодые, некоторые с дореволюционным
стажем. Перед ними стояла задача — сохранить подрастающее поколение ленинградцев в физическом, интеллектуальном и духовном
смысле на фоне психологической трансформации людей, переживших голод и ужасы блокады. Состояние страха, неуверенности и растерянности подталкивало к реализации потребности что-то делать,
находить новые формы работы в экстремальных условиях. В воспоминаниях находим такие строки: «В несколько дней, как в сказке,
создали школу». Ученические строки стихотворений передают
эмоции: «И, как на битву, в школу шли» [1, с. 131]. Вспоминается
суворовская педагогика В. Н. Сороки-Росинского, ленинградского
учителя, преломившего принципы военного искусства А. В. Суворова в образовании и перевоспитании беспризорников 1920-х годов.
Уроки воспринимались как битва за знания, за хорошую успеваемость,
как наступление всем фронтом, «пятерка» — как снайперский выстрел по врагу. В рукописных заметках Н. И. Высоковской находим
использование такого понятия, как «учительская рота», политруком
которой она была назначена [1, с. 132].
Метафорично звучит задача педагога того времени — «поддер-
живать дыхание школы» силой своей железной воли на фоне постоянного ощущения голода и холода. И это учителям удавалось.
Не только учебная, но прежде всего воспитательная работа с учащимися велась постоянно и вопреки всем лишениям. Одной из
главнейших задач учителя было воспитать в детях чувство заботы
о близких, друзьях, учителях, незнакомых людях. Приведем фрагмент из воспоминаний учениц 239-й школы Ленинграда о создании
тимуровского отряда: «У нас не было тимуровского отряда. Но мы
узнали, что неподалеку живет немощная старушка, болеющая водянкой. Пришли к ней, напилили и накололи дров, истопили печь,
вымыли пол. Затем узнали, что она не получила пенсию. Сходили,
66
похлопотали, чтоб ей пенсию выдали. Узнали, что 24 января у нее
день рождения. Сделали генеральную уборку, наносили воды
и помыли бабушку. Затем дарили подарки и устроили танцы под
патефон. У бабушки на глазах были слезы. Она сказала, что не забудет этого дня никогда. Между тем бабушка продолжала болеть. Однажды приехала машина и увезла нашу бабушку в больницу. Теперь мы навещаем ее там и приносим ей сухари» (сохранилась благодарность пожилой женщины с фамилиями тимуровцев)
[1, с. 279–280].
И еще один характерный документ — выдержки из письма уче-
ников 5-го класса генералу Л. А. Говорову. «Услышанная нами
вчера по радио весть о блестящей победе войск Ленинградского
фронта наполнила наши сердца большой благодарностью доблестным
защитникам города», — так начинается письмо. И далее: «Мы видели, как гибли родные и близкие <…>. Среди жертв Ленинграда
было много учащихся, но мы не прекращали занятий во время бомбежек, а спускались в бомбоубежище, <…> но уже сегодня наш
5-й класс в честь ваших побед дал слово написать работу по арифметике на “5” и “4”, и весь класс слово сдержал, кроме одной ученицы, <…> по мере сил мы помогаем фронту, <…> многие из нас
имеют медаль “За оборону Ленинграда” <…>, мы были бы очень
счастливы, если бы Вы могли побывать в нашей школе» [1, с. 282].
В этом источнике того времени — гордость за страну, город, встречные обязательства, ответственность, умение держать слово повзрослому.
Задания к теме 3.2
Задание 1. Составьте список особенностей, характеризующих
жизнь школ блокадного города.
Задание 2. Опираясь на материалы пособия и сети Интернет,
представьте в виде кластера содержание внешкольной деятельности
детей в блокадном городе.
Задание 3. Составьте двухчастный дневник о раздельном обуче-
нии в школах блокадного города. Подберите по пять аргументов «за»
и «против».
67
Раздельное обучение в блокадных школах
за против
11
22
33
44
55
Задание 4. Напишите эссе на тему «Значение новогодних празд-
ников в школе во время блокады».
Задание 5. Составьте три тестовых вопроса по теме «Особен-
ности содержания деятельности пионеров во время блокады».
Используйте разные типы вопросов: закрытые, на соотнесение и т. п.
Задание 6. Сделайте презентацию на тему «Воспитательная ра-
бота в школах Ленинграда во время блокады».
Литература
1. Блокадная педагогика / И. А. Колесникова, Н. В. Груздева, Л. В. Дербилова; под науч. ред. И. А. Колесниковой. — Санкт-Петербург: Росток,
2022. — 556 с.
ТЕМА 4
4.1. Подвиг блокадного учителя
При обращении сегодня к историческим материалам блокадно-
го времени открывается страшная картина жизни ленинградцев.
На долю жителей города выпали тяжелейшие испытания, связанные
с голодом, холодом, различными лишениями, постоянными артобстрелами и бомбежками вражеской авиации. Даже просто выживать
в суровых условиях блокады было крайне сложно. А работа, которая
велась учителями в блокадном Ленинграде, являлась по сути своей
настоящим подвижничеством.
С первых военных дней ленинградским учителям пришлось
срочно решать: где, чему и как учить детей в принципиально новых,
чрезвычайных условиях. Эта задача была не из легких. Дети, измученные голодом и страхом, теряли мотивацию к обучению. Да и сами
учителя порой находились в полной растерянности, страхе, неуверенности в своих силах, хотя с самого начала войны Ленинградский
обком ВКП(б), районные комитеты партии и методисты образования
вели работу по созданию условий для функционирования системы
образования. Сложности и растерянность первых дней блокады
удалось постепенно преодолеть путем осознания неизбежности
борьбы за человеческое выживание в сочетании с любовью к своему
делу, желанием во что бы то ни стало добиться нужных результатов.
В Ленинграде учителями была проведена колоссальная общественная работа по мобилизации жизненных сил, которая в конечном
счете увенчалась успехом.
Сотрудники школ были поставлены в жесткие условия выполне-
ния задач с конкретными сжатыми сроками по оборудованию специальных учебных пространств на территории школ, бомбоубежищ
и различных домохозяйств. Были потрачены огромные силы на обустройство новых помещений. Результаты не заставили себя долго
ждать, учителя потом сами с удивлением вспоминали, как создали
школу буквально за несколько дней [1, с. 139].
69
Учитывая постоянные налеты вражеской авиации и вследствие
этого необходимость под гул сирен постоянно спускаться с детьми
в бомбоубежища, педагогам теперь приходилось иметь два плана
урока: один — для работы в нормальных условиях, другой — на случай бомбежки или артобстрела. Начиная первый урок в новой школе, учитель обычно сообщал детям, как нужно вести себя во время
воздушной тревоги и как быстро спускаться в бомбоубежище. На обложках своих тетрадей дети записывали номер бомбоубежища, в котором будут проходить занятия.
Уроки шли по сокращенному плану: дети просто физически не
могли выдержать больше 20–25 минут. Домашних заданий практически не было. В образовательную программу включались только
основные предметы. Писали мало, порой из-за отсутствия отопления
и дикого холода чернила замерзали, поэтому в основном работали
устно. Повторение пройденного было ключевым моментом образовательной программы. Позднее, после прорыва блокады Ленин града и возвращения некоторых детей в город, перед педагогическими работниками встала новая нелегкая в решении задача — выравнивание знаний учеников.
Ориентируясь на военные условия, учителям пришлось искать
новые формы и средства работы с учениками на занятиях. Педагоги
старались как можно больше поддерживать интерес ребят к обучению. Из дневника блокадной учительницы К. В. Ползиковой-Рубец
(осень 1941 года): «К урокам готовлюсь по-новому. Ничего лишнего, скупой ясный рассказ. Детям трудно готовить уроки дома; значит,
нужно помочь выучить их в классе. Не ведем никаких записей
в тетрадях: это тяжело. Но рассказывать надо интересно. Ох, как это
надо! У детей столько тяжелого на душе, столько тревог, что слушать
тусклую речь они не будут. И показать им, как тебе трудно, тоже
нельзя» [6, с. 27].
Вся педагогическая деятельность учителя в это время была ориен-
тирована «на преодоление». Преодоление страшной действительности, своей внутренней слабости и физической немощи. Только
глубокий жизнеутверждающий смысл этой деятельности помогал
педагогу спасаться от безысходности своего положения. Огромная
сила воли, которая явилась движущим рычагом блокадного учителя,
была направлена на необходимость постоянно «поддерживать дыхание школы» в борьбе за жизнь своих детей. Некоторые из педагогов
70
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]