Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Уинстон Черчилль его эпоха, его преступления
.pdf
К Ч
(который приходился ему двоюродным дедом) иобратил внимание нато, что иони испытывали теже затруднения. Каким
образом? Вой дя в роль старосты цеха официальных историков, Тревельян рассудил, что те«больше преуспелибы всвоем
ремесле как историки, еслибы смогли прослушать академический курс истории, который читался вконце XIXв.— живи они
вэто время,— аневего начале».
Намереваясь создать классификацию ученых- историков, Тревельян затем погрузился еще глубже, вXVIIIв.: «Влице Гиббона
история икак наука, икак искусство достигла своей вершины, и
с тех пор это достижение никому неудалось превзойти». Правда, впериод с пог., когда состоялась первая публикация
его «Истории упадка иразрушения Римской империи» *, среди
читателей преобладали другие мнения. Шеститомник Гиббона
был пронизан духом интеллектуальной свободы, аего бесстрашные нападки нахристианство затуроль, которую оно сыграло
вупадке Рима, умногих вызывали как льстивое одобрение, так
иосуждение. Епископы официальной церкви вышли натропу
вой ны, аоппозиционно настроенный Уильям Блейк ** проклял
автора заиздевательский тон. Судя повсему, в чем-то Гиббон
был прав.
Критически написанной— вдухе Гиббона — истории Британской империи так, увы, инепоявилось. Помимо прочего,
вней фигурировалобы христианство, атакже ислам (Гиббон
без каких-либо предрассудков допускает, что, еслибы последователи Пророка непроиграли одну или две ключевые битвы,
* Первый русский перевод (сокращенный) В. Н. Неведомского был опублико-
ван под этим названием вМоскве в–гг. (тип. В. Ф. Рихтера). Переиз-
дан висправленном идополненном виде в–гг. вСанкт- Петербурге
(изд-во «Наука» РАН совместно с«Ювентой»).— Прим. пер.
** Уильям Блейк (–)— английский поэт, художник игравер; находился
под влиянием идеалов Вой ны занезависимость североамериканских колоний
иФранцузской революции. Его критика распространялась нетолько натруды
Э. Гиббона , ноинаработы других историков эпохи Просвещения. Блейк счи-
тал, что сами человеческие действия являются историей, анетот смысл, кото-
рый вних вкладывают историки.— Прим. науч. ред.

У Ч
Нотр- Дам вполне могбы стать очаровательной мечетью, асладкозвучный арабский язык Корана слышался навечерних церковных службах вОксфорде). Еслибы такая история была написана вконце XIX или вначале XXв., она обязательно вызвалабы
оживленное обсуждение проблем империи изаставилабы позднейших историков (наум приходит Мэри Маргарет Кей *) быть
более осторожными всвоих оценках игипотезах. Она также
повысилабы качество школьного иуниверситетского образования.
Читатель может спросить: какое отношение все это имеет
кУинстону Черчиллю?
Точно также как нам никогда ранее неприходилось сталкиваться справдой обимперии, нам неудавалось как следует
присмотреться икнашим привычным домашним божествам.
Таким образом, честного иоткровенного исторического разбора досих пор так инеполучилось. Тревельян практически проигнорировал фигуру Черчилля всвоей -страничной «Истории Англии» (History of England). Он упоминает его всего втрех
местах: первый раз— как убежденного сторонника «фритредерства» ** вкабинете Бальфура , второй раз— как члена Либеральной партии, «осматривающегося вокруг впоисках своего королевства», и,наконец, врассказе особытиях г., когда Англия,
столкнувшись с«наивысшей опасностью» ивспомнив «былое
мужество», «влице Уинстона Черчилля обрела свой символ».
То,что этот символ напрочь отсутствовал ввыступлении Тревельяна вКонуэй- холле, помогает взглянуть нафакты внекоторой перспективе.
Вместо того чтобы стать предметом тщательного исторического анализа, Черчилль превратился вотполированную икону,
* Мэри Маргарет Кей (–)— британская писательница, ее самый извест-
ный исторический роман— «Далекие шатры». Его главный герой— британ-
ский офицер, которого воспитала индийская няня, ставшая его приемной мате-
рью. Действие разворачивается нафоне Большой игры между Британской
империей иРоссией вЦентральной Азии.— Прим. науч. ред.
** Свободы торговли (англ. free trade).— Прим. науч. ред.

К Ч
культ которой давно вышел из-под какого-либо контроля.
Любопытно, что напротяжении всех пяти стадий его жизни—
заграничных приключений, Первой мировой вой ны, двадцатилетнего перемирия в«европейской гражданской вой не», Второй мировой вой ны изаключительного периода его пребывания вдолжности— это был весьма сдержанный культ. Даже
вразгар немецкого Блица небыло ивпомине ничего подобного
тому, что произошло позднее усилиями политиков-тори ицелой
плеяды консервативных илиберальных историков.
Двум кинофильмам, вышедшим в г., предшествовали многочисленные биографии. Насегодняшний день оЧерчилле написано более книг. Ему посвящено несколько
полок вотделе биографий Библиотеки Лондона, аеще больше— вБританской библиотеке, иэто несчитая обильных плодов его собственного литературного творчества. Среди биографий особое место занимает тяжеловесное надгробие ввосьми
томах, сооружение которого стало делом жизни сэра Мартина Гилберта, аоснование заложено еще сыном Черчилля Рэндольфом. Есть консервативная версия биографии заавторством
Эндрю Робертса, ачуть раньше вышла более краткая биография
отРоберта Блейка. Кроме того, существует написанная ввеликолепном стиле исизумительной ясностью -страничная книга прекрасно эрудированного либерального политика Роя Дженкинса. Помимо перечисленных, есть идругие работы, публиковавшиеся побольшей части в-е гг. или позднее. Самой
объективной является биография, написанная Клайвом Понтингом, но,ксожалению, весь ее тираж распродан. Изпоследних новинок стоит упомянуть книгу («бестселлер номер один»,
нимного нимало) заавторством Бориса Джонсона , нынешнего
премьер- министра Соединенного Королевства *.
Книга Джонсона намногое открывает глаза. Вто время
как некоторые консервативные историки выражают досаду
поповоду той очевидной легкости, скоторой Черчилль пере-
* Борис Джонсон занимал пост премьер- министра c пог.— Прим. науч. ред.

У Ч
ходил изодной политической партии вдругую,— Роберт Родс
Джеймс подчеркивает, что колеблющаяся позиция Черчилля
дог. вызывала заслуженную критику современников,—
Джонсон дает понять, что напротяжении значительного отрезка своей политической карьеры Черчилль вел себя как человек,
непринадлежащий никодному лагерю иожидающий наступления своего звездного часа. Этот час, согласно общепринятому мифу, настал вг. Нодаже здесь историки немогут прийти ксогласию. Черчилль, как утверждают некоторые, был ярым
противником политики умиротворения агрессора ибуквально
спас положение. Вотличие отних, Джон Чармли всвоей вышедшей вг. книге «Конец славы» (The End of Glory) настаивал натом, что карьерный оппортунизм Черчилля стал причиной многочисленных ошибок. Отказавшись вести переговоры
омире сГитлером вг. иобратившись вместо этого запомощью кСША, Черчилль приблизил закат Британской империи.
Всвоей неопубликованной дневниковой записи Чипс Ченнон * вспоминает неудачный клубный обед вкомпании других
сторонников умиротворения изКонсервативной партии втот
день, когда Черчилль вкачестве нового премьер- министра был
допущен кмонаршей руке вБукингемском дворце. Он приводит слова, сказанные Ричардом Батлером **: «Теперь вкачестве премьера у нас полукровка». На следующий день или
чуть позже председатель образованного консерваторамизаднескамеечниками «Комитета г.» *** доложил, что «три
* Генри Чипс Ченнон (–)— британский политик американского происхо-
ждения, поддерживал политику умиротворения Н. Чемберлена . Неоднократно
посещал нацистскую Германию в-е гг., содобрением высказывался опро-
водимой Гитлером политике, всвоих дневниках благожелательно отзывался
осозданных нацистами лагерях, вкоторых содержались противники режи-
ма.— Прим. науч. ред.
** Ричард Остин Батлер (–)— британский политик, член Консерватив-
ной партии, последовательный сторонник политики умиротворения Германии,
в–гг. занимал пост парламентского заместителя министра иностран-
ных дел Великобритании.— Прим. науч. ред.
*** Комитет объединял рядовых парламентариев (так называемых заднескамееч-
ников) Консервативной партии.— Прим. науч. ред.

К Ч
четверти членов комитета готовы дать Черчиллю пинка» ивернуть Невилла Чемберлена, архитектора Мюнхенского соглашения сГитлером. Вкниге «Фактор Черчилля» (The Churchill
Factor) Борис Джонсон яркими красками рисует туненависть,
которая изливалась вадрес Черчилля состороны целого ряда
консервативных членов парламента, и целиком становится
насторону своего героя: «Чтобы руководить страной вусловиях
вой ны, Черчиллю было необходимо обуздать нетолько унылых
героев Мюнхена— Галифакса иЧемберлена,— ноисотни консерваторов, которые привыкли думать онем как обоппортунисте, перебежчике, хвастуне, эгоисте, дряни, пройдохе, невеже
и,если судить понескольким хорошо известным эпизодам, как
оконченом пропойце». Далее он цитирует письмо Нэнси Дагдейл своему мужу Томми, стороннику Чемберлена впарламенте, который втовремя находился навоенной службе. Она описывает настроения, царившие внутри Консервативной партии:
Они относятся кУ. Ч. сабсолютным недоверием, как ты знаешь, иони ненавидят его хвастливые выступления нарадио.
У. Ч. действительно является английской копией Геринга—
жаждущей крови, блицкрига ираздувшейся отсамомнения
ипереедания, авего жилах течет такоеже вероломство вперемешку сгероической риторикой ипустым бахвальством.
Немогу выразить, насколько все это меня угнетает
.
Кем ичем был Черчилль? Былли он всего лишь пухлым карпом, срадостью готовым плавать даже всамом грязном водоеме, если при этом удовлетворялись его собственные карьерные устремления, атакже нужды империи (разницы между первым ивторым для него несуществовало)? Наверное, внем было
иеще что-то, однако едвали слишком много. Чемже втаком
случае объясняется его превознесение— иобретение им статуса культовой фигуры?
Культ встрогом смысле слова, совсеми сопутствующими эксцессами возник далеко несразу после окончания Второй миро-

У Ч
вой вой ны. Энтони Барнетт *, выступая сострой критикой Фолклендской (Мальвинской) вой ны, которую вг. устроило правительство Маргарет Тэтчер, предположил, что зарождение
«черчиллизма» было связано снеобходимостью пропагандистского обеспечения этого конфликта. Его горячо ивесьма неожиданно поддержал Майкл Фут, тогдашний лидер лейбористов.
Вот как пишет Барнетт:
Черчиллизм служит какбы каркасом, который основные течения британской политической культуры оплетают своими разноцветными нитями. Несмотря наточто вего символической
основе находится реальная историческая фигура военного времени, черчиллизм вкорне отличен отличности самого Черчилля. Как известно, настоящего Черчилля лишь против его
воли исбольшим трудом удалось поместить врамки политических практик ипартий, которые он вроде как воплощал собой.
Ноидеология представляет собой нечто гораздо большее, чем
влияние отдельной личности,— икак раз это является секре-
том ее силы иживучести
.
Можно добавить, что эта сфабрикованная любовь кЧерчиллю ито, как используется его образ, стали выражением ностальгии поимперии, которая давно ушла внебытие, нокоторую
всвое время поддерживали все три основные политические партии **, атакже крупные профсоюзы
. «Славные дни» прошлого прочно укоренились висторическом сознании британцев.
Икак только возникала необходимость— как это случилось
вг., когда обществу очень трудно было смириться среальностью, вкоторой Великобритания была всего лишь парой ост-
* Энтони Барнетт (род. ) — британский публицист, журналист иполи-
тический активист левого толка. Сотрудничает сомногими левыми илеволиберальными изданиями Великобритании. Создатель медиаплатформы
openDemocracy.— Прим. науч. ред.
** Имеются ввиду Консервативная, Либеральная иЛейбористская партии Вели-
кобритании.— Прим. науч. ред.

К Ч
ровов насевере Европы,— напомощь призывалось имя Черчилля. Победоносная вой на Тэтчер обеспечила ей еще один срок
пребывания вдолжности премьер- министра исформировала
ее героический образ женщины- лидера. Всвоих выступлениях она даже стала называть Черчилля поимени— Уинстон, как
еслибы была знакома сним лично.
Социальный историк Пол Аддисон соглашается сБарнеттом
втом, что конфликт наФолклендах сыграл важную роль вперезапуске культа Черчилля. Всвоем обзоре четырех новых книг,
вышедших в-е гг., он высказал мнение, что наблюдаемый
культурный иполитический регресс можно объяснить неудачной попыткой модернизации страны, предпринятой Гарольдом
Уилсоном * иЭдвардом Хитом ** в-х и-хгг.: «Как минимум вдуховном смысле Черчилль пережил их всех ивновь занял
свое место вбританской политике вкачестве одного издомашних идолов — хранителей миссис Тэтчер». Далее, однако ж,
Аддисон пишет, что втеже самые десятилетия он почувствовал освежающее дуновение, способное смести старую пыльную паутину: «Патриотический пафос— заисключением фильмов оДжеймсе Бонде, где он демонстрируется как форма упадка исаморазрушения,— был оскорбителен для духа времени.
Старые военно- империалистические сюжеты стали приемлемы
лишь настолько, насколько вних присутствовали антивоенные
настроения исоциальная сатира, как вфильме Тони Ричардсона
«Атака легкой кавалерии» (Charge of the Light Brigade)
.
Когда вг. вНоттингемском театре состоялась премьера пьесы Говарда Брентона «Черчилль» впостановке Ричарда Эйра, она была тепло принята публикой иполучила благоприятные отзывы большинства критиков. Степенный иуважаемый Гарольд Гобсон всвоем отзыве напьесу, опубликованном
* Гарольд Уильсон (–) — британский политик- лейборист, премьер-
министр Великобритании (–, –).— Прим. науч. ред.
** Эдвард Хит (–)— британский политик- консерватор, премьер- министр
Великобритании (–).— Прим. науч. ред.

У Ч
вTheSunday Times, выразил некоторое удивление ее резким
тоном— однако пьеса, как ему показалось, наводила наразмышления: «Навязчивая и тревожная мысль, выраженная
вмощной пьесе мистера Брентона, заключается втом, что человек, которого Англия избрала своим лидером [вг.], был
нетем, кто ей нужен…»
Пьеса начинается сосцены похорон Черчилля. Люди ввоенной форме, несущие гроб, вдруг слышат громыхания, которые доносятся изкатафалка. Они вужасе смотрят друг на
друга:
ВОЕННЫЙ МОРЯК: Сейчас он вылезет! Сейчас он вылезет!
Яверю, что он сможет. Такой, как он, способен навсе.
(Яростно.) Так приструнить рабочих! (Давится кашлем.
Откашливается. Яростно.) Мы вУэльсе ничего ему непростили. Он вой ска против нас посылал, все руки в крови. Против уэльских шахтеров в-м солдат посылал…
Он был нашим врагом. Ненавидели мы его тушу жирную.
Тушу эту жирную английскую аристократическую. Когда
они собирали деньги настатую перед зданием парламента… Ниодин городской или окружной совет вовсем Уэльсе
нестал вэтом участвовать…
РЯДОВОЙ: Дык онж вой ну выиграл. Это уж, как никрути,
его заслуга.
ВОЕННЫЙ МОРЯК: Вой ну выиграл народ. Аон просто бухал
соСталиным…
ЧЕРЧИЛЛЬ (из гроба): Англия! Старая дура! Ты вконец износи-
лась! Недостойная. Неблагодарная. После всего, что ясделал для тебя. Жалкая шлюха!
ЧЕРЧИЛЛЬ: вырывается изгроба, замотанный вбританский флаг.
Актер, играющий Черчилля, должен точно его скопировать.
Его лицо— маска. Впальцах он сжимает незажженную сигару. Военный караул поворачивается ирасступается, держа винтовки наизготовку.

К Ч
ВСоединенных Штатах успехи впродвижении образа Черчилля, которого изображали «янки Мальборо» *, напрямую зависели отменявшихся приоритетов нафронтах науки икультуры.
Всередине -х гг. тэтчеровско- рейгановский экономический консенсус потребовал корректировок вполитической
икультурной сферах, атакже изменений вмассовой психологии,
соответствующих духу начала эпохи нового мирового порядка. Для глобального англоязычного рынка понадобились новые
истории. Как следствие, под этот запрос стали адаптировать
многочисленные британские документальные фильмы, художественные фильмы исериалы. Изфондов британской индустрии
культуры для американской публики подходили экранизации
произведений Джейн Остин, причем каждая последующая
была еще грубее итупее, чем предыдущая. Снеменьшим удовольствием американцы потребляли костюмные мыльные оперы, где прославлялись представители правящих классов эпохи
дог. Черчилль стал исправным источником калорий вэтом
рационе. Британский актер Роберт Харди умудрился сыграть его
ажвтрех фильмах: «Уинстон Черчилль: глухие годы» (Churchill:
The Wilderness Years), «Вой на ипамять» (War and Remembrance)
и«Черчилль: дней, которые спасли Британию» (Churchill:
Days That Saved Britain).
При жизни Черчилль, как иТревельян , хорошо понимал значение истории и— невпоследнюю очередь— значение своей
роли вней. Вего остроумной похвальбе— «Яневсегда бывал
неправ. История оправдает меня, вособенности если ясам возьмусь заее написание»— была лишь доля шутки. Ведь это именно то, чем он занимался сначала своей карьеры, выдавая напротяжении последующих десятилетий все новые самооправдания.
* Среди предков У. Черчилля были Джон Черчилль, -й герцог Мальборо, главно-
командующий английской армией вВой не заиспанское наследство (–),
иЛеонард Джером, американский финансист ипредприниматель. Прозвище
«янки Мальборо» использовалось вкачестве заглавия кбиографии У. Черчилля
американского историка Р. Томпсона, опубликованной вг.— Прим. науч. ред.

У Ч
Сейчас, вначале XXIвека, канонизированный образ Черчилля как главного полководца империи подвергается критике состороны небольшого, ноэффективно действующего меньшинства противников колониализма. Вэтом нет ничего необычного, если оглянуться напрецеденты впрошлом. Как отметила
антиковед Мэри Бирд всвоем регулярно обновляемом блоге АDon’s Life на сайте The Times Literary Supplement *, такова
была судьба многих римских цезарей вэпоху существования
той империи. Традиция сохранялась ивпозднейших империях Европы. Одним изсамых кровавых преступников, которых
когда-либо порождала Европа, был король Бельгии Леопольд.
Его правление вКонго— стране, которой он распоряжался как
своей собственностью,— исовершенные заэто время зверства привели кгибели нескольких миллионов африканцев. Его
статуи вБельгии сносили весной г. вовремя протестов,
вызванных движением Black Lives Matter вСША. Былли снос
статуй всего лишь секундной судорогой, после которой все опять
вернется кпостимперскому благообразию (как это часто бывает), покажет будущее.
Несмотря набесспорный талант Черчилля почасти саморекламы, что всвое время изрядно раздражало его либеральных иконсервативных коллег, ему вконечном итоге непотребовалось «самому браться занаписание истории». Он былбы
ввосторге нетолько отусердия эпигонов, полирующих его
образ, ноиотбеззубой критики тех немногих, кто выступает против. Он всегда внимательно следил закнижным рынком— инесильно переживал из-за отрицательных отзывов,
если они помогали увеличить продажи. Денег постоянно не
хватало.
Вряд ли, однако ж, он отнессябы стольже терпимо квыступлениям против имперской миссии Великобритании— будь это
* The Times Literary Supplement (TLS)— британский журнал, посвященный лите-
ратурной критике. Начал публиковаться с г. как приложение кгазе-
те «Таймс». Блог Мэри Бирд находится поадресу https://www.the-tls.co.uk/
categories/regular- features/mary-beard-a-dons-life/— Прим. пер.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
