Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Социология науки после Роберта Мертона
.pdf
Глава 1. Метафора «конструирование» в социологии научного знания
власти, науки. Наука как институт – это, прежде всего, социальный конструкт, социальная реальность. Исследования Р.
Мертона, Х. Цукерман, Г. Коллинза показывают, что в науке
как социальном институте важную роль часто играют «ненаучные» критерии принятия/непринятия результатов научного
эксперимента: репутация, история успеха и неудач, престиж
университета, связи с научными сообществами и др. [50].
«Отображение социальных процессов, ведущих к институтам, эпистемологии и знаниям, помогло «стереть» позитивистскую картину науки как чисто рациональную деятельность» [97, p. 526].
1.2. Конструирование теорий
В качестве примера интерпретации метафоры конструирования как конструирование теорий и исследовательских
отчетов посредством наблюдений С. Сисмондо предлагает
рассмотреть труды К. Кнорр-Цетины. Так как ни он, ни
К. Кнорр-Цетина не ставили в своих работах четкого разграничения между конструктивизмом и социальным конструктивизмом, С. Сисмондо проводит параллели между
конструктивистской программой и социальным конструктивизмом П. Бергера и Т. Лукмана. Несмотря на то что можно
обнаружить преемственность концепций, например в стремлении объяснить макросоциологическое через микросоциологическое исследование, К. Кнорр-Цетина отмечает, что
после П. Бергера и Т. Лукмана современные конструктиви-
11
Николина Н.В. Социология науки после Роберта Мертона
сты заново открыли конструктивизм [67]. Основная идея
заключается в применении двух подходов: конгруэнтного и
антропологического. Понятие конгруэнтности берется в
геометрическом смысле, т.е. теория – это «кокон», который
создается для достижения успеха эксперимента, теории
должны быть соизмеримы (адекватны) явлениям [66]. Антропологический подход – непосредственное наблюдение за
местом научной работы (лабораторией) в целях исследовать,
как объекты знания (теории) конструируются на местах [8;
63]. Другая ее работа была обращена к тому, как более
крупные социальные группы, которые она назвала «эпистемическими культурами», конструируют программу исследования и ее результаты [11; 32; 66]. Анализ деятельности таких макросоциальных единиц позволил сделать заявление о
том, что научное знание конструируется не только в
лаборатории, но и в более крупных коллективах, что ставит вопрос
о существовании единой науки. Работы К. Кнорр-Цетины
оказали значительное влияние на развитие конструктивистской метафоры, однако работа Б. Латура и С. Вулгара «Лабораторная жизнь» стала самым читаемым трудом из лабораторных этнографий и конструктивистских программ.
В ней можно
обнаружить все обозначенные варианты метафоры конструирования. Б. Латур и С. Вулгар вводят термин
«модальность» – модификатор высказываний, и показывают, как ученые используют модальности для того, чтобы
продвинуть свои идеи и публикации [10]. Более подробно
разбор различных операций, которые можно проделать с
научной статьей, представлен в работе Б. Латура «Наука в
12
Глава 1. Метафора «конструирование» в социологии научного знания
действии» [9]. Конструирование теорий не является основной идеей лабораторной жизни, однако для авторов значимым становятся записывающие устройства и возможность
использовать диаграммы и записи. «Важное следствие такого записывающего устройства состоит в том, что записи
рассматриваются как то, что имеет прямое отношение к
“исходному веществу”. Конечная диаграмма или кривая
задает направление дискуссий о свойствах вещества» [10,
с. 186].
1.3. Конструирование артефактов в лаборатории
В работах К. Кнорр-Цетины можно выделить еще один аспект, который формирует третью интерпретацию метафоры
конструирования – искусственность самой лаборатории [63].
Лаборатория представляется как место действия ученых, из
которого «природа», «реальность», исключена. Разоблачение
сконструированной в лабораторных условиях реальности показывает, что ученые живут в мире, который не только социально сконструирован,
но и материально. Таким образом, получается круг, в котором исчезает претензия на описание
природы: социальная реальность имитирует материальную, а
материальная реальность конструируется посредством социальной. Б. Латур и С. Вулгар в своей работе делают акцент на
искусственности явлений, а не на искусственности самой лаборатории, при этом особое внимание уделяется явлениям,
созданным записывающим устройством. Если К. Кнорр-
13
Николина Н.В. Социология науки после Роберта Мертона
Цетина интересуется технологиями, которые используются в
лабораторных условиях, то Б. Латур и С. Вулгар особое внимание уделяют технологиям представления, что стало основой для формирования четвертой интерпретации метафоры
конструирования.
В. Бейкер, Т. Хьюз и Т. Пинч предприняли попытку запустить новую конструктивистскую программу, связанную с
конструированием технологических систем [87]. Ключевыми
понятиями при разработке и производстве технологических
артефактов в рамках этого подхода являются «гибкость интерпретации» и «социальные группы». Технологические артефакты открыты для социологического исследования не
только в использовании, но и в отношении дизайна и содержания. «SCOT приносит в STS один из наиболее известных
сегодня аргументов этого поля. Успех того или иного
инженерного артефакта зависит от силы и размера групп, которые
продвигают его» [2, с. 14].
1.4. Конструирование представлений
С. Сисмондо пытается объяснить суть концепции Б. Латура и С. Вулгара через противопоставление реализму и
эмпиризму или через сравнение с неокантианством. Однако Б. Латур и С. Вулгар не относят себя ни к релятивистам,
ни к реалистам/антиреалистам, ни к идеалистам. Б. Латур и
С. Вулгар предлагают «перевернутую» систему субъектобъектных отношений: объект – субъект – объект. Пере-
14
Глава 1. Метафора «конструирование» в социологии научного знания
вернуть стрелку воздействия – значит предположить, что
представления конструируют объекты. Наиболее подробно
эту идею стал разрабатывать С. Вулгар. Он указывает на
два основополагающих принципа своего исследования:
принцип инверсии и принцип обратной связи. «Наша первая политика – критическое отношение к воздействиям,
которые создают однонаправленную связь между двумя
элементами пары представлений. Нам необходимо принять
во внимание как идею о том, что элементы пары различны,
так и идею о том, что объект является предшествующим
представлению. Инверсия требует, чтобы мы рассматривали представление как предшествующее представляемому
объекту» [112, p. 36].
Цель обратной связи состоит в том, чтобы противостоять
постоянному толкованию науки как отдельной темы для изучения объекта «вне
», вне нас как наблюдателей и, по существу, отличного от наших собственных методов представления. С. Вулгар пишет, что вопросы о том, кто сделал открытие или когда оно было сделано, незаконно подразумевают
предшествующее существование постоянного объекта, ожидающего его открытия [112]. Объект является временно
устойчивым результатом сложного социального процесса.
Более
того, этот процесс продолжается еще долго после первоначальной заявки на обнаружение; «объект» меняется и
будет продолжать меняться [112, p. 60]. Учитывая закрепление этих институциональных механизмов, неудивительно,
что альтернативное инверсионное постобоснование представляется абсурдным. Однако, замечает С. Вулгар, построе-
15
Николина Н.В. Социология науки после Роберта Мертона
ние предшествующего объекта влечет за собой представление наблюдателя как пассивного, а не активного. Как только
объект истолковывается как предопределенный, фиксированный и предшествующий, привлечение субъекта становится
просто второстепенным и преходящим. В соответствии с
принципом инверсии ученые не занимаются пассивным описанием ранее существовавших в мире фактов, а активно занимаются формулированием или конструированием характера этого мира.
* * *
Таким образом, К. Кнорр-Цетина делает обзор вызовов,
которые конструктивизм и социология научного знания
поставили перед традиционными философскими концепциями [67]:
1. Конструктивизм заменил представление о том, что
наблюдение и эксперимент играют доминирующую роль в
спецификации научных фактов, на представление о том,
что принятие научного факта включает коллективные переговоры, интересы и
смешение экспериментальных ре-
зультатов со случайными особенностями ситуаций.
2. Конструктивизм указывает на то, что социальное является частью производства инноваций: конструктивизм рассматривает социальные процессы отдельно от методологических и индивидуальных процессов, с которыми были связаны
общепринятые научные взгляды.
16
Глава 1. Метафора «конструирование» в социологии научного знания
3. Конструктивизм подчеркивает особенности, которые
можно связать с понятием социальной практики, – черты, которые связаны с социальными ситуациями, гибкостью правил.
4. Конструктивизм поставил вопрос о том, какую роль в
теории познания следует отводить переменам, которые вызывает практика.
5. Наука может быть основана на круговых рассуждениях:
выводы формируют экспериментальное действие, так же как
результат этого действия формирует вывод.
6. Для конструктивистских исследований важен не просто
вопрос, а сдвиг. Конструктивисты сместили вопрос рассмотрения взаимосвязи между миром и научным представлением,
которое рассматривалось реалистами, скептицистами, инструменталистами и другими доктринами, к исследованию
конструктивного процесса создания мира.
7. Конструктивизм не следует сравнивать, противопоставлять или
находить его общие черты с реализмом, антиреализмом, релятивизмом, идеализмом, эмпиризмом, неокантианством и другими эпистемологическими или онтологическими доктринами.
8. Конструктивизм может быть переменной характеристикой исторических событий. «Если посмотреть на такие области, как искусственный интеллект, экономика, экспериментальная физика, генная инженерия, то можно утверждать, что
сама наука стала
более конструктивной» [67, p. 561].
Конструктивизм стал полезным инструментом в дополне-
ние к философским представлениям о науке и об анализе
17
Николина Н.В. Социология науки после Роберта Мертона
научной практики. Преобладание тематических исследований
в целом соответствует конструктивизму. Историки и философы науки до SSK «учили» нас тому, что наблюдение основано на теории; SSK и STS (социальные исследования науки
и технологий) в более общем плане постулируют, что развитие науки зависит от интереса, культуры, практики и контекста [31]. Существует много потенциальных устойчивых
научных практик, которые мы можем создать, и они поразному связаны с миром. Речь идет о том, чтобы признать
метафору «конструирование» как метафору, но отнестись к
ней серьезно [98].
18
Глава 2. Эмпирическая релятивистская программа
Глава 2. Эмпирическая
релятивистская программа
2.1. Релятивистские исследования науки
в специальном выпуске «Знание и противоречие:
исследования современного естествознания»
Современная философия науки, по мнению Г. Коллинза,
ввела дополнительное измерение в описание природы научного знания (приложение 1). Этим измерением стало время,
которое необходимо для достижения консенсуса между учеными. По сути, речь идет о роли конвенционализма в принятии той или иной теории. Теории рассматриваются как связанные друг с
гикой и соответствием. Теории связаны сетью, каждое звено
которой требует времени, чтобы быть установленным по мере возникновения консенсуса, и каждое звено которой потенциально может быть пересмотрено – «дайте только время»
[44, p. 3]. Многие авторы этой новой модели намерены сделать философию науки совместимой с историей, сохраняя
при этом эпистемологическую демаркацию между наукой и
другими интеллектуальными институтами. Однако одна школа, вдохновленная, в частности, Л. Витгенштейном, а позднее
феноменологами и этнометодологами, придерживается явно-
другом и с наблюдениями, но не связанные ло-
19
Николина Н.В. Социология науки после Роберта Мертона
го релятивизма, согласно которому естественный мир играет
незначительную или вовсе несуществующую роль в построении научного знания. Релятивистская программа как новая
философия оставляет место для исторического и социологического анализа процессов, которые ведут к принятию или
непринятию нового научного знания.
В 1981 году Г. Коллинз выступил идейным вдохновителем
и редактором специального выпуска «Знание и противоречие:
исследования современного естествознания» журнала «Социальные исследования науки», посвященного релятивистской
эмпирической программе в социологии науки [102]. Идея
возникла, во-первых, в связи с противоречивым статусом релятивистской программы. Исследования современной науки
в этом жанре были представлены с 1975 года, но они были
либо не опубликованы, либо не представлены в
едином программном поле. Это привело к тому, что автор в каждом новом докладе должен был заново отстаивать релятивистскую
позицию. К релятивистским программам в социологии науки
как на западе, так и в России относятся с осторожностью.
Однако есть авторы, которые выступают в защиту релятивистской программы. Например, К. Кнорр-Цетина пишет, что
эпистемический релятивизм обычно ошибочно принимается
за субъективный релятивизм. «Эпистемический релятивизм –
это очень осторожная эпистемологическая перспектива,
направленная, прежде всего, против более смелых доктрин
эпистемического реализма» [65, p. 321].
Во-вторых, Г. Коллинз видит существенный вклад данного
специального выпуска в том, что развивается эмпирическая
20
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]