Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Социально-психологические аспекты помощи родителям детей с особенностями развития. Учебное пособие
.pdf
фрустрирующей психику проблемы у данной категории родителей переведен во
внутренний план переживаний (у первых двух категорий родителей он
проявляется во внешнем плане: у невротичных — слезы, истерики; у
авторитарных — скандалы, агрессия, окрик). Подобное отреагирование
оказывается причиной возникающих нарушений в их психосоматической сфере,
что и обусловило название этой категории родителей.
Для этих родителей очень характерно стремление «положить собственное
здоровье на алтарь жизни своего ребёнка». Все усилия направляются на
оказание ему помощи. Порой такие матери работают со своими детьми,
максимально напрягая и изнуряя себя. Они практически не отдыхают, однако не
жалуются, как невротичные, на потребность в этом. Порой кажется, что
желание отдыхать у них отсутствует даже при большой нагрузке и возникшей
усталости (особенно в первые годы жизни ребенка). Этим родителям, так же
как и невротичным, свойственно пожалеть ребенка, оказать ему помощь, услугу,
а иногда и сделать за него то, что он не может еще сам. Они склонны
гиперопекать своих детей.
Психосоматичные родители, так же как и авторитарные, стремятся найти
лучших специалистов. В некоторых случаях они сами становятся таковыми для
собственного ребенка, активно включаясь в его жизнь: участвуют в
деятельности детских образовательных учреждений, повышают свой
образовательный уровень, меняют профессию в соответствии с нуждами и
проблемами больного ребенка.
Некоторые матери данного типа, приобретая дефектологическое
образование, становятся высокопрофессиональными специалистами и
оказывают помощь не только своим детям, но и чужим [Ткачева, 2007].
И.Р. Граматкина, проведя с помощью ряда проективных методик
исследование, в котором приняли участие родители детей, посещающих
инклюзивный детский сад, определила такие личностные особенности
респондентов: снижение удовлетворённости от работы, возрастание сомнений в
целесообразности и эффективности действий; стресс от неудовлетворённости
эмоциональными отношениями со значимыми людьми; компульсивность в
31
смысле энергичной защиты своих позиций; демонстрация оптимизма;
инициативность и упорство в достижении цели в состоянии перевозбуждения;
выраженное проявление различных компенсаций, таких, как неучастие,
социальная отгороженность; дискомфорт общесоматического плана;
повышенная чувствительность к социальным критериям и оценкам
[Граматкина, 2011].
Е.В. Хорошева на основе анализа исследований личностных
особенностей родителей детей с особенностями развития, указывает, что к
общим характеристикам относятся сенситивность и гиперсоциализация
[Хорошева, 2009].
Вместе с тем в исследованиях выявляется и то, что разный характер и
степень нарушений в развитии ребёнка в определённой мере влияет на
личностные проявления родителей. Например, в исследовании
М.А. Жиронкиной сравнивались три родительские группы: родители детей с
речевыми нарушениями, родители детей с задержкой психического развития и
родители детей с нормативным развитием.
Были получены следующие результаты. По сравнению с родителями
нормативных детей у родителей детей с нарушениями речи выше показатели
влияния факторов окружающей среды, нейротизма, эмоциональной
лабильности, предрасположенности к соматическим заболеваниям. Иными
словами, они чаще испытывали напряжение в социальных ситуациях и
трудности социальной адаптации, для них характерны сильные эмоциональные
реакции и общая психическая неустойчивость, склонность реагировать на
стресс соматически, и при этом они довольно активны и импульсивны. У них
также высокие показатели чрезмерной заботы.
У родителей детей с ЗПР ситуация ещё более выраженная. В 90 процентов
случаев у них большая, чем у родителей нормативных детей выраженность
негативных черт характера и особенностей личности, таких, как:
эмоциональная лабильность, предрасположенность к соматическим
нарушениям, ощущение самопожертвования, исключение несемейных влияний,
безучастность мужа, подавленная сексуальность, доминирование матери
32
[Жиронкина, 2008]. Результаты исследования М.А. Жиронкиной
свидетельствуют о том, что многие характеристики родителей являются
производной особенностей дефицитов развития ребёнка.
М.Н Гуслова, Т.К. Стуре обнаружили, что считающаяся практически
априори характерной для родителей детей с особенностями развития
тревожность является не устойчивой чертой в структуре личности, а реакцией
на переживаемые трудности [Психология семьи и больной ребенок 2007]. Как
показано Л.М. Шипицыной, матери ребёнка, имеющего сниженный интеллект,
обладают высокой личностной тревожностью. Но вместе с тем у матерей детей
более старшего возраста личностная тревожность ниже, чем у матерей детей
более младшего возраста. Факт того, что по мере взросления ребёнка
тревожность матери уменьшается, можно объяснить повышением уровня её
адаптационных возможностей и нахождения оптимальных стратегий
совладания со стрессом [Психология семьи и больной ребенок, 2007].
В связи с проблемой стрессоустойчивости, актуальной для всех семей с
детьми, имеющими особенности развития, большой интерес представляют
данные о жизнестойкости родителей. Жизнестойкость — это обнаруженная
американскими психологами С. Кобейса и С. Мадди ключевая личностная
переменная, которая помогает успешно противостоять стрессовым факторам.
Она включает в себя: установки, механизмы совладания, жизнестойкие
практики здоровья, навыки социальной поддержки [Мадди, 2002].
Е.В. Хорошева исследовала жизнестойкие установки родителей нетипичного
ребёнка: позитивное эмоциональное вовлечение в жизнь (включённость),
умение человека решать проблемы с учётом осознания имеющихся
способностей или развитие новых, субъективный контроль, а также принятие
позитивных и негативных сторон жизни, открытость новому опыту, дающему
возможности для личностного развития (принятие риска). Эти установки
определяют общую жизнестойкость, так как стрессовые события
трансформируются в наименее травмирующие, если человек признаёт ценности
жизни, готов действовать, уверен в возможности оказывать влияние на
происходящее. И это способствует его успешной адаптации.
33
Исследование показало, что общий показатель жизнестойкости у
родителей нетипичного ребёнка увеличивается в основном за счёт компонента
«принятие риска». Данный компонент жизнестойкости отражает жизненную
позицию родителя, ориентированную на приобретение и накопление опыта. В
противоположность этому значения компонентов «вовлечённость» и
«контроль» значительно снижены.
Е.В. Хорошева также проанализировала в связи с жизнестойкостью
состояние семейных отношений в показателях, которые рассматриваются
системной семейной психологией. Это показатели сплочённости и гибкости.
Благоприятными для системы семейных отношений являются средние
значения. Они характеризуют систему семейных отношений как
сбалансированную в противовес крайним значениям, характерным для
семейных отношений с выраженной психологической симптоматикой. В
исследовании Е.В. Хорошевой вся выборка родителей была поделена на две
группы: 67%, которые имеют жизнестойкость выше нормы и остальные 33%,
имеющие жизнестойкость ниже нормы.
В группе с уровнем жизнестойкости выше нормы оценили свою семью
как сбалансированную: по параметру сплочённости — 43% и по параметру
гибкости — 47 % респондентов, по параметру гибкости — 12 %.
Таким образом, по мнению Е.В. Хорошевой, можно говорить о том, что
высокие уровни жизнестойкости родителей детей с особенностями развития
поддерживаются в большей мере за счёт психологической стороны совладания
со стрессом, а не деятельной. Наличие нетипичного ребёнка в семье
способствует развитию у его родителей более глубокого понимания жизни, её
осмысления, анализа жизненного опыта. И значимым предиктором
жизнестойкости выступает качество семейных отношений [Хорошева, 2011].
Важным результатом исследования Е.В. Хорошевой является то, что более
половины принявших участие в исследовании продемонстрировали достаточно
высокий уровень жизнестойкости.
Внимание исследователей к позитивным аспектам родительства в семьях
с детьми с особенностями развития становится всё более выраженным. Так, в
34
исследовании Е.Ю. Шебанец рассматривались факторы субъективного
благополучия матерей, имеющих детей-инвалидов с диагнозом ДЦП.
Исследовательница говорит о том, что материнство — важная и необходимая
для функционирования личности женщины сфера, и констатация негативных
переживаний женщины, её неблагополучия не дает представления о
позитивных сторонах и условиях материнства. Вместе с тем, несмотря на
болезнь ребенка, женщине важно испытывать позитивные переживания, это
необходимо не только ей самой, но и является важным условием нормального
развития ребенка. Поэтому необходимо обнаруживать факторы, которые
помогли бы женщине, находящейся в тяжелой ситуации, испытывать
субъективное благополучие.
В исследовании зафиксировано отсутствие высшего уровня
субъективного благополучия у матерей, имеющих ребенка-инвалида (что можно
объяснить многочисленными стрессами), но при этом выявилось, что
субъективное благополучие таких матерей — вариабельный феномен,
обусловленный определенными объективными и личностными факторами,
отражающими их субъектную позицию. Основным методом исследования
выступил сравнительный анализ данных респонденток с разными уровнями
субъективного благополучия. Выявились существенные различия по
показателям локуса контроля и объективных проявлений субъектной позиции.
Женщины с низким уровнем субъективного благополучия характеризуются в
целом более низкими показателями субъективного контроля. Они отличаются
экстернальностью в области межличностных отношений и меньшей
интернальностью в семейных отношениях, чем в других группах. В отличие от
женщин с высоким уровнем субъективного благополучия, они также
характеризуются неумением адекватно реагировать на жизненные проблемы.
Женщины со средним уровнем субъективного благополучия обладают
большим количеством интернальных качеств, чем в группе с низким уровнем
субъективного благополучия. Для них характерна интернальность в семейных и
межличностных отношениях. Меньше выражены у них и негативные реакции
на сложные жизненные ситуации.
35
Группа женщин со средневысоким уровнем субъективного благо-получия
характеризуется более высоким общим показателем интер-нальности. Значения
интернальности в этой группе выражены в области достижений, семейных
отношений и в области здоровья. Они значимо отличаются более высокой
интернальностью в области семейных отношений по сравнению с другими
группами. Женщины с таким уровнем субъективного благополучия значительно
меньше расстраиваются, у них меньше проявляются эмоциональные срывы при
возникновении проблем.
Фактор трудовой занятости женщин, имеющих ребенка-инвалида,
позитивно сказывается на субъективном благополучии. В группе работающих
женщин уровень субъективного благополучия выше, чем в группе
неработающих. Существует связь фактора трудовой занятости с другими
показателями благополучия женщин. Достоверно значимые различия в группах
работающих и неработающих женщин получены по следующим показателям. У
работающих женщин выше уровень образования по сравнению с
неработающими, они чаще имеют полную семью, а отношения в семье более
благополучны (отец ребенка помогает в уходе за ребенком, у супругов
складываются отношения поддержки и взаимопонимания); меньшее число
матерей отказывается от чего-либо ради ребенка, продолжая вести
полноценную жизнь, у них чаще, чем в семьях неработающих женщин, есть
еще дети, и это желанные дети.
Наличие профессионального образования позитивно влияет на
субъективное благополучие женщин, имеющих ребенка-инвалида. Женщины,
имеющие профессию, чаще трудоустроены, у них более позитивные взгляды на
будущее ребенка, меньшему числу матерей приходится отказываться от чеголибо ради ребенка, более благополучны они и в семейных отношениях.
Фактор полноты семьи также связан с позитивными тенденциями влияния
на субъективное благополучие женщин, имеющих ребенка-инвалида. Женщины
из полных семей чаще имеют профессиональное образование, все дети из таких
семей желанные. Меньшему числу матерей из полных семей приходится
36
отказываться от чего-либо ради ребенка. У большинства женщин хорошие
отношения с мужем. Отец ребёнка оказывает помощь в его воспитании гораздо
чаще, чем в неполных семьях. Матери из полных семей уделяют семье
достаточно внимания. Члены семьи часто проводит время совместно.
В исследовании Е.Ю. Шебанец также определялись корреляционные
связи показателей локуса контроля матерей, имеющих ребенка-инвалида, с
особенностями их субъективного благополучия. Выявились взаимосвязи
субъективного благополучия с общим показателем интернальности и
показателями интернальности в области неудач и в области семейных
отношений. Иными словами, чем в большей мере женщина ощущает личную
ответственность (а, значит, способность влиять) за свои достижения и за
характер отношений в семье, тем больше удовлетворенность своей
повседневной жизнью. Выявилось также, что настроение женщины как
показатель ее субъективного благополучия зависит от выраженности
субъективного контроля в области здоровья и от способности находить выход в
трудных ситуациях [Шебанец, 2012].
Таким образом, в исследованиях родителей детей с особенностями
развития выявлены личностные нарушения и разного плана неадекватность по
отношению к собственным детям, но вместе с тем показано, что эти нарушения
проявляются дифференцированно в зависимости от ситуации, в которой
находятся родители, и их установок, нося характер относительно устойчивых
состояний. В ряде исследований рассматривается, как влияет на
психоэмоциональное состояние родителей фактор времени.
Рассматривая вопрос о динамике психоэмоционального состояния
родителей как субъективного феномена, первоначально следует сказать об
изменении объективных временных траекторий жизни семьи в целом и всех её
членов.
А.Н. Луковкина пишет, что семьи детей с ограниченными возможностями
имеют жизненную перспективу, отличную от семей с нормативными детьми
[Луковкина, 2011]. Они по-другому проходят стадии жизненного цикла семьи —
37
некоторые стадии могут быть удлинены, сокращены или никогда не наступят.
Вследствие этого происходит трансформация ожиданий на будущее. При
определённых диагнозах родители уже не могут позволить ожидания того, что
ребёнок когда-нибудь сможет научиться читать или будет способен к созданию
собственной семьи. Подобные изменения жизненных планов не могут не
сказаться на эмоциональном состоянии родителей [Силяева, 2005];
[De Marle, 2001].
В субъективном пространстве жизнедеятельности семьи временной
аспект в первую очередь связан с логикой проживания кризиса, начало которого
определяется фактом установления нарушений развития у ребёнка.
На основе анализа работ зарубежных специалистов Е.В. Бурмистрова
описывает основные фазы кризиса, который практически с неизбежностью
переживает семья, имеющая ребёнка с особыми нуждами:
1-я фаза — неизвестность, неопределённость. В этой фазе кризиса для
родителей характерно состояние панического ужаса перед неизвестным,
переживание шока, ощущение того, что рушится «нормальная» жизнь.
2-я фаза — известность, определённость. Эта фаза характеризуется
противоречивостью между «да» на уровне рационального понимания
(формальное согласие с фактом нарушения развития ребёнка) и «нет» на уровне
чувств (имплицитное отрицание).
3-я фаза — агрессия. В этой фазе кризиса у родителей происходит прорыв
негативных эмоций наружу в виде вспышки, возникает агрессия, направленная
на весь окружающий мир.
4-я фаза — активная хаотичная деятельность. В это время родители
пытаются исправить сложившуюся ситуацию всеми возможными средствами. В
зависимости от экономического положения и ценностных ориентаций семьи
можно выделить (по мнению Карла Шукхардта) две стратегии такого
поведения: «врачебный супермаркет» и «волшебное исцеление». «Врачебный
супермаркет» характеризуется бесконечным количеством консультаций с
различными специалистами. «Поиск чудесного исцеления» — это обращение
родителей к Богу с просьбой об исцелении.
38
5-я фаза — депрессия. Осознав бессмысленность предпринятых усилий в
предыдущей фазе, родители впадают в отчаяние, переживают чувство
безысходности и апатии.
6-я фаза — принятие факта нарушения развития. Эта фаза примечательна
тем, что родители вновь обретают смысл жизни вместе с особенным ребёнком.
7-я фаза — активизация. У родителей высвобождаются силы для
активного построения и осуществления жизненных планов, в недавнем
прошлом расходовавшиеся на отрицание факта нарушения развития.
8-я фаза — солидарность. Родители направляют свои усилия на
общественно значимые проблемы, объединяются с другими родителями,
имеющими аналогичные трудности [Бурмистрова, 2009].
Такая картина проживания кризиса может быть охарактеризована как
весьма позитивная. Но, по мнению некоторых авторов, семья проживает не
один кризис, а множество, так как сам характер проблем, с которыми она
сталкивается, меняется по мере прохождения этапов жизненного пути.
Так, В.Ю. Паксеваткина считает вышеописанный кризис переживания
факта особенности ребёнка только первым в череде жизненных кризисов.
Второй кризисный период может быть связан с достижением ребёнкоминвалидом школьного возраста. Бывает, что до этого момента родители «не
замечают» явных отставаний в развитии ребёнка, успокаивая себя тем, что «всё
обойдётся», «подрастёт-поумнеет». И вот — приговор: что ребёнок не сможет
учиться в общеобразовательной школе, а иногда и во вспомогательной.
Третий кризис совпадает с подростковым возрастом ребёнка с
особенностями развития. В подростковом периоде переживается
психофизиологический и психосоциальный возрастной кризис. В этот сложный
для него период ребёнок постепенно осознаёт, что он — инвалид. К семейному
кризису, связанному с подростковым возрастом ребёнка, добавляется и «кризис
середины жизни» родителей, кризис сорокалетнего возраста супругов.
39
Четвёртый кризисный период — период юношества, когда остро встаёт
проблема планирования дальнейшей жизни юноши или девушки с
инвалидностью и связанные с этим вопросы получения профессии,
трудоустройства, обзаведения семьёй. Этот кризис семья переживает наиболее
остро.
Пятый переломный период развития семейных отношений — взрослая
жизнь члена семьи с ограниченными возможностями здоровья. Родители всё
чаще задумываются, что будет с их ребёнком, когда их не станет [Паксеваткина,
2011].
Динамика психологического характера может быть спровоцирована
изменением объективных обстоятельств жизнедеятельности. Так, например,
И.Р. Граматкина отмечает тенденцию в изменении отношения к особым детям
при поступлении в детский сад и через полгода после его посещения ребёнком.
Эта тенденция выражается в снижении требований и контроля со стороны
родителей к ребёнку, увеличении межличностной дистанции во
взаимодействии, преувеличении детских успехов и возможностей при оценке их
реальных качеств. Родители, использующие стратегию дистантных отношений
с ребёнком, сознательно отгораживаются от него, предоставляя ему
возможность быть самостоятельным, при этом происходит недооценка
родителями возможностей и перспектив особых детей [Граматкина, 2011].
Таким образом, можно говорить как о некоторых общих особенностях
динамики психоэмоционального состояния родителей детей с особенностями
развития, так и определённых различиях характеристиках. Наличие общих
характеристик объясняется типичностью ситуации, общими факторами
социальной ситуации семей с детьми, имеющими особенности развития,
оказывающими на родителей серьёзное влияние.
40
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]