Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Сорок библейских портретов
.pdf
Ироды, цари Иудеи
361
римлянами, в которой будет разрушен Иерусалим и
Храм, построенный Иродом Великим, а еврейский народ утратит всякую возможность распоряжаться на
земле Ханаана вплоть до середины XX века, когда будет создано новое государство Израиль. В этой войне
Агриппа со своим отрядом участвовал на стороне римлян, после ее окончания он жил в Риме вместе с той же
Вереникой и умер около 100 года.
Почти полтора века правили представители династии Иродов в Иудее, постепенно утрачивая все, что
приобрел такой кровавой ценой ее основатель Ирод
Великий, и упорно не замечая того главного, что возникло в ней за это время. «Оставляется вам дом ваш
пуст», — пророчески говорил Иисус о Храме, перестроенном Иродом Великим, но можно отнести те же
слова и к государству, которое Ироды стремились
всеми силами сохранить, о величии которого они так
сильно заботились и которое так быстро разрушилось до основания, в том числе и их усилиями.
На протяжении всей новозаветной истории
Палестина (она же Земля Израиля, или Ханаан)
входила в состав Римской империи. Сначала,
при Ироде Великом, подвластные ему земли
составляли зависимое от Рима государство. Во
внешней политике и многих других вопросах
Ирод следовал их воле, но своей страной правил сам. После его смерти Иудея с Иерусалимом были напрямую подчинены Риму и управлялись наместниками, а часть окрестных
областей превратилась в маленькие государства-сателлиты, чьи правители, по сути, от наместников мало отличались, хотя и были потомками Ирода.
362
Римляне как завоеватели вели себя совсем
иначе, чем ассирийцы и вавилоняне, — видимо,
потому их империя и простояла намного дольше. Они оставляли за покоренными народами
право жить, как им угодно, а сами лишь назначали верховных правителей, собирали подати и
строго следили за лояльностью и соблюдением
порядка. Мятежи подавлялись с максимальной
жестокостью, но послушным обывателям жилось вполне сносно, к тому же римляне строили
отличные дороги и общественные здания, приносили новые технические и культурные достижения, обеспечивали мир и порядок.
Но все-таки это были иноземные захватчики, и среди иудеев всегда хватало желающих
изгнать их со своей земли. Многие связывали
эти ожидания и с Иисусом, а когда он после
торжественного входа в Иерусалим не провозгласил себя царем, не объявил римлянам войны, отвернулись от Него. Видимо, отчасти поэтому люди и кричали Пилату «распни Его!»
вскоре после того, как приветствовали Иисуса.
В 66 году их сыновья поднимут восстание против Рима, которое окончится катастрофой.
Римские власти сначала считали споры об
Иисусе внутренним делом иудеев и даже могли
взять христиан под свое покровительство, если
им грозила опасность. Однако скоро они решили, что новая вера угрожает стабильности, а это
им было совсем ни к чему. К тому же христиане
отказывались почитать императора богом (впрочем, не делали этого и иудеи, но они пользовались некоторыми привилегиями традиционной
религии). В середине I века император Нерон
начал жестокие гонения против христиан, именно тогда были убиты апостолы Петр и Павел.
А. Десницкий. Сорок библейских портретов
36. КАИАФА И АННА:
СВЯЩЕННИКИ ПРИ ХРАМЕ
Храм и священники
Царь Ирод Великий, как мы уже говорили, перестроил Храм. Иудейский историк Иосиф Флавий так
описывал его: «Внешний вид храма представлял все,
что только могло восхищать глаз и душу. Покрытый
со всех сторон тяжелыми золотыми листами, он блистал на утреннем солнце ярким огненным блеском,
ослепительным для глаз, как солнечные лучи. Чужим, прибывавшим на поклонение в Иерусалим, он
издали казался покрытым снегом, ибо там, где он не
был позолочен, он был ослепительно бел».
Но внешняя красота, конечно, лишь косвенно отражала ту роль, которую Храм играл в жизни иудейского народа. Именно туда приходили на главные
праздники, прежде всего на Пасху, сотни тысяч паломников не только из Палестины, но и из других
стран. Мы читаем в Евангелиях, что Иисус с самого
детства участвовал в этих паломничествах. В Храме
Он мальчиком беседовал с учителями Закона, а потом
в Храме учил народ до самых последних дней Своей
жизни. И на суде над Ним припомнили Его слова:
«Разрушьте храм сей, и Я в три дня воздвигну его»
(так передает их Иоанн). Речь шла о тридневном воскресении, но тогда еще никто не понимал этого. Но,
конечно же, такие слова о главной святыне звучали не
просто непривычно, но и совершенно скандально.
364
А. Десницкий. Сорок библейских портретов
Более того, даже после Его воскресения и вознесения ученики «всякий день в храме и по домам не
переставали учить и благовествовать об Иисусе Христе» — то есть Храм по-прежнему оставался местом
для их собраний и проповеди.
Главным в храмовом богослужении было жертвоприношение: животное убивали, затем часть или целую тушу сжигали на жертвеннике, а остаток, если он
был, шел в пищу священникам или жертвователю вместе с его родными и друзьями (для разных видов жертвоприношения действовали разные правила). Одни
жертвоприношения были символической совместной
трапезой Бога и людей из Его народа, а в других случаях жертва была своего рода заменой грешнику, который сам был достоин смерти, но вместо своей жизни
отдавал жизнь жертвенного животного.
Приносить жертвы могли все израильтяне, но совершать обряд жертвоприношения дозволено было
только священникам. Священническое служение
было наследственным, его нельзя было приобрести
иначе как по праву рождения. Священникам помогали в служении левиты, но они не имели права совершать обряды самостоятельно. Их служение тоже
передавалось по наследству: как и священники, они
были потомками Левия, сына Иакова. Священники и
левиты считались особенно набожными людьми и
пользовались большим уважением.
Не случайно в притче о милосердном самарянине
Иисус рассказывал, как мимо израненного человека
прошли священник и левит, не оказав тому никакой
помощи. Кстати, причиной может быть не только их
душевная черствость: если бы они коснулись незнакомца, валяющегося на дороге, а он оказался бы
мертвым, то прикосновение к трупу, пусть и невольное, стало бы для них осквернением и они не смогли
Каиафа и Анна: священники при Храме
365
бы некоторое время исполнять своих обязанностей в
Храме. Они прошли мимо полуживого человека, видимо, по той причине, что спешили исполнить свои
обязанности перед Богом, как они это понимали.
Руководил священниками самый главный из них,
он назывался первосвященник. Он был главным духовным авторитетом для всех иудеев, хотя многие
вопросы он должен был обсуждать с собиравшимся в
Храме Синедрионом — советом, состоявшим из самых уважаемых и образованных людей. Наиболее
важные решения Синедриона, такие, как смертные
приговоры, должен был утверждать римский наместник, им в то время был Понтий Пилат.
Анна, вершитель судеб
Должность первосвященника в теории была пожизненной, но на практике так выходило не всегда.
В 6 году н.э. первосвященником стал человек по имени Анна. На древнееврейском его имя означает «милость», но это имя, судя по всему, никак ему не подходило, управлял паствой он достаточно круто и
самоуверенно, и уже через девять лет римляне отстранили его от должности за то, что он без согласования с ними выносил смертные приговоры. Впрочем, должность он передавал по очереди сыновьям и
даже зятю Каиафе, а сам от дел не отошел и даже
сохранил за собой звание первосвященника, руководя действиями младших родственников.
Видимо, поэтому и говорится в Евангелии о «первосвященниках» во множественном числе — это был
уже не один человек, а верхушка священнического
сословия, связанная прежде всего лично с Анной. Решения принимались, скорее всего, коллегиально, но
его голос явно значил больше остальных. И этот
366
А. Десницкий. Сорок библейских портретов
голос сыграл решающую роль в судьбе Иисуса, хотя,
как мы увидим дальше, все самое главное сказал о
нем Каиафа.
Но за что эта семья так не любила Иисуса? Вот
Иисус рассказывает притчу о богаче и Лазаре. Безымянный богач каждый день роскошно пирует, а у входа в его дворец лежит нищий по имени Лазарь (имя
означает «Бог помог»), но никто ему не помогает, никому он не нужен, он голодает, ему и крошек со стола
господина не достается. Потом оба умирают, и на лоно
праотца Авраама попадает… не богач, а Лазарь! Более
того, Авраам отказывает богачу в малейшем снисхождении, ведь все хорошее он получил уже при жизни.
И тогда богач, терпящий адские муки, просит Авраама отправить Лазаря в дом его отца, ведь там у него
пять братьев, им надо срочно изменить свое поведение, чтобы потом не оказаться в месте этих мучений.
И тут между ними происходит такой диалог: «Авраам
сказал ему: “у них есть Моисей и пророки; пусть слушают их”. Он же сказал: “нет, отче Аврааме, но если
кто из мертвых придет к ним, покаются”. Тогда Авраам сказал ему: “если Моисея и пророков не слушают,
то если бы кто и из мертвых воскрес, не поверят”».
Причем же здесь первосвященник со своим семейством? Да как же! Вся притча звучит откровенной насмешкой над ними! Во-первых, они, как и вся священническая верхушка, относятся к религиозной группе
саддукеев, которые не верят в жизнь после смерти.
Для них все происходит только здесь, на земле, и они
торопятся взять от жизни все, что можно, конечно, не
нарушая прямо закона. Закон они чтут и пророков в
некоторой степени тоже… это только Лазаря они не
замечают. Нищий у дверей — какое отношение он
имеет к их высокому священническому служению?
Да, конечно, там написано что-то о помощи беднякам,
Каиафа и Анна: священники при Храме
367
особенно у пророков, ну так можно эти части Писания
пропускать, пророков саддукеи и вовсе не читали, а
уж чтобы к себе их призывы применять… Еще не хватало! Достаточно указаний закона по поводу ритуалов, их они выполняли — но и только.
И вот, как нарочно, у Анны ровно пять сыновей. И
пять братьев в доме отца у того безымянного богача…
Да разве это не прямой намек? Да разве не косится в
его сторону каждый второй в толпе, которая, затаив
дыхание, слушает Иисуса? Это же подрыв авторитета!
Ладно бы Он открыто восставал — а Он над ними насмехается! Нет, такого не прощают. И если бы только
одна эта притча, так ведь едва ли не все, что Он только
говорит, подрывает основы, нарушает сложившуюся
стабильность, ставит под сомнение авторитеты и традиции… Нет, тут ничего не поделаешь. Высшие интересы
требуют радикально решить этот вопрос.
Когда Иисус был схвачен, его, как сообщает
Иоанн, сначала отвели к Анне. Да и в самом деле,
кому высказываться первым, как не самому авторитетному из священников? И уж затем он был отправлен на суд в дом Каиафы, впрочем, судом это трудно
назвать — скорее, для оформления давно уже вынесенного приговора на спешном ночном заседании,
проходившем в нарушение правил и обычаев того
времени в частном доме и в неурочный час.
Все же и Ирод, и Пилат, и даже Каиафа о чем-то
спрашивали Иисуса. Ирод хотел развлечений, Пилата интересовала истина (но он понимал ее как некое
логическое построение), Каиафе требовался формальный повод, и только Анна ни о чем Его не спрашивал. Ему и так все было ясно, план действий был
продуман, и оставалось только привести его в исполнение. Иисус был отправлен на казнь, и приговор
вроде как вынес не Анна, и уж точно не он его
368
А. Десницкий. Сорок библейских портретов
исполнил… а все равно эта история уже не отделима
от его личности.
Сколько еще прожил и как закончил свою жизнь
Анна, мы не знаем. Но мы знаем, что его сын, носивший то же самое имя и тоже бывший первосвященником, был убит иудеями в 66 году в самом начале восстания против римлян как раз за то, что призывал
примириться с ними. Всю свою жизнь Анна стремился
самыми жесткими мерами удержать народ от прямого
восстания против римлян — и в тот момент все его
расчеты потерпели крах. Сначала был убит его сын,
затем разрушен его Храм и рассеян по лицу земли его
народ. Спокойствие, купленное ценой крови Праведника, не оказалось прочным и счастья не принесло.
Каиафа, зять Анны
Каиафа официально исполнял должность первосвященника с 18 по 37 год. Казалось бы, имея такого
тестя, Каиафа уже ни о чем не должен был думать сам
и мог просто исполнять его указания. Но делать это
тоже можно по-разному: нехотя или с особым рвением. Можно даже подводить обоснование под то, что
думал, но, возможно, так и не высказал старший.
Именно Каиафа, как сообщает Иоанн, рассуждал
об Иисусе так: «Лучше нам, чтобы один человек умер
за людей, нежели чтобы весь народ погиб». И тут же
Иоанн комментирует: «Сие же он сказал не от себя,
но, будучи на тот год первосвященником, предсказал,
что Иисус умрет за народ, и не только за народ, но
чтобы и рассеянных чад Божиих собрать воедино».
Что это за логика такая странная: один человек за
многих людей? По расчетам Каиафы, проповедь и чудеса Иисуса могли привести к смуте, и тогда обязательно прольется кровь. Так лучше убить Одного. Ну,
Каиафа и Анна: священники при Храме
заодно и тех, кто служит слишком ярким напоминанием о Его чудесах, — так, Иоанн сообщает, что и Лазаря, которого Иисус воскресил за неделю до Собственной смерти, первосвященники тоже решили убить,
чтобы мертвый, против законов природы ставший живым, так и оставался мертвым. Только все, что произошло затем с Иисусом, заставило забыть о Лазаре.
А с другой стороны, должность первосвященника
что-то да значит, даже если исполняет ее такой негодный человек. Он все равно может оказаться пророком, пусть и против собственного желания. Так
вышло и с Каиафой: смерть Иисуса стала искупительной жертвой для всех людей, и Каиафа, сам не
понимая того, сказал именно об этом.
Что ж, сказано — сделано. Иисус был схвачен и
доставлен в дом первосвященника, куда срочно, чтобы успеть с казнью до наступления Пасхи, собрали,
кого сумели, членов Синедриона. Матфей описывает
вынесение приговора Иисусу: «Первосвященник сказал Ему: “Заклинаю Тебя Богом живым, скажи нам,
Ты ли Христос, Сын Божий?” Иисус говорит ему: “ты
сказал; даже сказываю вам: отныне узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на
облаках небесных”. Тогда первосвященник разодрал
одежды свои и сказал: “Он богохульствует! на что
еще нам свидетелей? Вот, теперь вы слышали богохульство Его! Как вам кажется?” Они же сказали в
ответ: “Повинен смерти”». Этим первосвященником
был именно Каиафа. Непривычные слова о Боге — это
богохульство, а богохульство — это казнь.
Дальше следовало утвердить приговор у римского наместника Пилата, но за этим дело не стало. Об
этом — в следующей главе.
Книга Деяний рассказывает и о том, как Синедрион во главе с Каиафой пытался запретить апостолам
˴
369
˴
370
А. Десницкий. Сорок библейских портретов
проповедь об Иисусе, но не помогли даже репрессии.
Вскоре после всех этих событий Каиафа уступил
пост первосвященника одному из сыновей Анны. Их,
напомню, было пятеро, и все по очереди побывали на
этой должности. О дальнейшей судьбе Каиафы мы
толком ничего не знаем.
В 1990 году в Иерусалиме было обнаружено
захоронение некоего Каиафы вместе с его семейством — и скорее всего, это был тот самый первосвященник. Во рту у него была монетка: по греческому
обычаю ее вкладывали в рот умершему, чтобы он заплатил паромщику Харону за перевоз души через
реку, отделявшую мир мертвых от мира живых.
«Умер богач, и похоронили его», — совершенно как в
притче. Причем тот, кто должен был хранить в неприкосновенности веру Израиля, оказывается, был погребен с соблюдением языческих суеверных обычаев.
Во времена Нового Завета среди религиозных иудеев существовали разные школы и направления. Чаще всего на страницах Евангелия
мы встречаем фарисеев — название этой группы, по-видимому, происходит от слова «отделенный». Они считали себя строгими исполнителями Моисеева Закона, «отделенными» от
простого народа. К ясным требованиям Моисеева Закона фарисеи добавляли свои толкования и правила, так что их требования нередко оказывались чрезвычайно строгими и
мелочными. В результате получалось, что многие из них следили лишь за тщательным исполнением внешней стороны религиозных
предписаний, а к другим людям относились
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]