Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Сопротивление в образовании в контексте смены философских парадигм. Монография
.pdf
ориентирование учащихся в классификациях наук и в разнообразии их
систематизаций. Не изучался метод науки. Разрешались только те выводы
и положения, которые нужны были для более-менее правдоподобного
объяснения существующих практик. <…> Беременное мыслью и чреватое изменениями в классной комнате становилось “альтернативной
педагогикой”, то бишь — маргинальной»
142
. Информационное общество
имеет еще слабые позиции в российском обществе, что объясняет доминирование принципов классической педагогики в организации формы
и содержания массового современного российского образования. Переход
индустриального общества к информационному ставит образование перед
необходимостью преодоления внутренней инерции для согласования
собственных задач с тенденциями, способными развиваться за пределами
сегодняшнего дня.
Каждая
эпоха строит свой тип образования: «Средневековье создало
“трудовое образование” — обучение профессиям непосредственно в процессе трудовой деятельности. Эпоха индустриального общества создала
“академическое образование” — обучение профессиям в отрыве от непосредственного производства в специальных учебных заведениях (акаде-
143
миях, институтах, университетах)», — пишет Ю. С. Ценч
. Он описы-
вает модель образования, которую строит постиндустриальная цивилизация, и это, прежде всего, «гражданское» образование, образование «для
жизни», и только во вторую очередь — для получения профессий. Это
образование «креативное», поскольку в постиндустриальном обществе
главным средством развития цивилизации и главной целью образования
становится свободно мыслящая, творческая личность. В противовес
ЗУНам (
знаниям, умениям, навыкам индустриального образования),
в отличие от «обучения» (школярства, начетничества, репродуктивного
натаскивания в индустриальную эпоху) — это «самообразование».
В постепенном смещении «образования» к «самообразованию» суть
кардинальных изменений. «Переход от “материальной” к “интеллектуальной” экономике знаний, к инновационному развитию общества
в начале третьего тысячелетия, — пишет Ю. С. Ценч, — отражает суть
человеческой деятельности
и проявления уникальной способности человека творчески вмешиваться в ход развития общества и в первую очередь
развития самого себя»
144
.
142
Бим-Бад Б. М. «Теоретические основы» нашей школы [Электронный ресурс]. URL: http://
www.bim-bad.ru/biblioteka/article_full.php?aid=1828&binn_rubrik_pl_articles=104
143
Ценч Ю. С. Образование в контексте перехода к постиндустриальному обществу //
Вестник ФГОУ ВПО МГАУ. 2009. № 6. С. 38.
144
Там же.
Таким образом, очень многое из того, что несет в себе новая цивилизация, противоречит ставшей традиционной индустриальной культуре.
Э. Тоффлер пишет: «Разрыв семейных уз, колебания в экономике, паралич
политических систем, разрушение наших ценностей — на все это оказывает свое воздействие Третья волна. Она бросает вызов всем старым
властным отношениям, привилегиям и
прерогативам вымирающих элит
нынешнего общества и создает фон, на котором будет разворачиваться
основная борьба за завтрашнюю власть. <…> Возникающая цивилизация
пишет для нас новые правила поведения и ведет нас за пределы стандартизации, синхронизации и централизации, за пределы стремлений
145
к накоплению энергии, денег или власти»
. «Новая цивилизация» несет
новые отношения, новые способы действия и жизни, новое сознание: «Это
цивилизация со своим собственным представлением о мире, со своими
собственными способами использования времени, пространства, логики
146
и причинности»
.
Но традиционное мировоззрение стремится использовать для решения проблем привычный опыт прошлого. Оно цепляется за умирающие
принципы, бесполезные перспективы, безнадежные идеалы, которые
своей ушедшей крепостью наполняют память и готовы превратить
настоящее в прошлое. Страх расстаться с прошлым небезоснователен.
Каждая волна перемен несет в себе новые жизненные принципы, чуждые
для предшествующего
поколения, и таким образом порождает сопротивление новому, поскольку для массового сознания характерен другой
образ будущего. Большинство людей считают, что привычное для них
мироустройство будет необозримо долговременным. Они замечают, что
происходят перемены, но все-таки надеются на будущее, которое будет
«продолжением настоящего». Такая система взглядов, не желающая
видеть возможность грядущих
трансформаций, принимает самые различные формы противодействия: «Она выражается в непроверенных постулатах, на которых часто основываются решения бизнесменов, учителей,
147
родителей и политиков», — пишет Э. Тоффлер
. Капиталистическая
форма общественного устройства оказывает сопротивление распаду ее
основ консолидацией и активизацией некогда прогрессивных, а ныне
консервативных властных стратегий. Это свойство переходного периода
отмечено А. Г. Зуевым и Л. А. Мясниковой: «Переход к информационному
обществу, естественно, связан с сопротивлением всех институтов капитализма, парадигма которого практически себя изжила. Делаются попытки
145
Тоффлер Э. Третья волна. М., 1999. С. 33–34.
146
Там же. С. 34.
147
Там же.
52 53
создания всевозможных постиндустриальных химер на основе кажущегося консенсуса старого и нового господствующих классов, а также
попытки “перезапустить” проект капитализма на основе либертарианства
через гипериндивидуализм»
148
.
1. Первое из указанных выше направлений сопротивления в обра-
зовании связано с инерцией уходящей формации. Традиционная для
индустриального общества власть дисциплины и контроля доминирует
в современном российском социальном пространстве. В большей степени
она свойственна государственным институтам, в числе которых институты
образовательные. Уходящая формация, пытаясь сохранить свои позиции,
старается быть убедительной в
значимости старых ценностей, с этой
целью совершенствуются способы вычленения из «тела» университета
или школы новых объектов. Целью дифференцирования является создание наилучших условий для осуществления дисциплинарных методов
контроля, координации образовательного процесса. Властные традиции
сопротивляются новым тенденциям и стремятся удерживать социальные
институты (в числе которых и образовательные) в сфере своего влияния.
Очевидно, что реформирование образования в условиях нормирующей
власти сводится к приумножению более детальной и более пристальной
аналитики. «Общество конструирует свой собственный бред, регистрируя
процесс производства», — пишут представители посткультуры Ж. Делез
и Ф. Гваттари
149
.
Увеличивается количество спускаемых (в образовательной сфере —
на преподавателей и учеников) предписаний, директив и резолюций:
«рабочие ситуации» переводятся в разряд «определяющих жизнеспособность организации», а значит, на взгляд бюрократической власти,
требуют подробных номенклатурных предписаний с обязательным
выполнением их бюрократических изысков. Таких примеров множество,
и количество их в современной российской образовательной реальности
непрерывно катастрофически растет, пытаясь выдавать желаемое за действительное, ставить знак равенства межу наукой и наукообразностью,
талантом и линейным алгоритмом, творческой силой и послушным
исполнительством. Приобретающие безусловную значимость такие
личностные способности, как самостановление, самореализация, самоорганизация, упорно возвращаются бюрократическими структурами
к инструментально-рациональному действию посредством развития
и усиления над ними
контроля.
148
Зуев А. Г., Мясникова Л. А. Нетократия: Стратовые противоречия сетевого информаци-
онного общества // Свободная мысль — XXI. 2005. № 9. С. 5.
149
Делез Ж., Гваттари Ф. Анти-Эдип: Капитализм и шизофрения. Екатеринбург, 2008.
С. 26.
Подчеркнем, что эти гипердисциплинарные меры обусловлены
мобилизацией классических форм организации с целью противостояния
трансформирующим их силам, которые производит новая парадигма
общественного развития: «Переход к новой формации, — пишут А. Г. Зуев
и Л. А. Мясникова, — происходит в условиях “когнитивного диссонанса”,
связанного с консерватизмом людей, на фоне вспышек гиперэгоизма,
гиперкапитализма и гипернационализма, среди
нистических проектов-утопий»
150
. Критикуют попытку реанимировать
обломков различных гума-
ценностные ориентиры уходящей эпохи Т. Адорно и М. Хоркхаймер. Они
оценивали как препятствие движению к новым ценностным константам
«авторитарные системы мышления, которые в современных условиях
кажутся куда более наивными, произвольными и менее истинными,
нежели они были прежде»
151
.
Информационное общество нуждается в радикально новых формах
социальной организации. Дисциплинарная власть направлена на развитие коммерциализации общества и не соответствует требованиям
зарождающейся культуры информационного общества. Это относится
и к вопросу содержания образования. «Традиционное содержание современного школьного образования, и в особенности естественнонаучного,
построено по дисциплинарному принципу. Разработанное в рамках технократической парадигмы, оно отражает состояние естественных наук.
При этом предпочтения отдаются достижениям классической науки,
а неклассическая представлена в них первой третью XX в., и практически отсутствуют сведения о природе и механизмах самоорганизации
и эволюции химических, биологических, социальных, планетарных,
космических и других систем, нет объяснений по поводу случайного
и слабых флуктуаций в
этих процессах и их стохастического характера,
за исключением небольшого раздела в физике Х класса. Дух механицизма до сих пор доминирует в содержании современных школьных
учебников», — пишет В. А. Игнатова
152
. Активному внедрению идей
синергетики в образование препятствует, отмечает она, сопротивление
традиционного педагогического мышления как педагогов, так и разработчиков содержания образования
153
.
2. Второе направление вектора сопротивления — сопротивление
прогрессивных тенденций традиционным формам образования. В современный период смены культурных парадигм данный вид сопротивления,
150
Зуев А. Г., Мясникова Л. А. Нетократия: Стратовые противоречия сетевого информаци-
онного общества // Свободная мысль — XXI. 2005. № 9. С. 5.
151
Адорно Т., Хоркхаймер М. Диалектика Просвещения. СПб., 1997. С. 73.
152
Игнатова В. А. Педагогические аспекты синергетики // Педагогика. 2001. № 8. С. 26.
153
Там же. С. 27.
54 55
в частности в российском образовании, становится основой преодоления
инерции в образовании. В структуре современного российского образования доминируют государственные образовательные учреждения с классической формой организации учебного процесса и классическим же содержанием, где могут реализовываться единичные принципы неклассического
образования. Принципы неклассического образования в большей степени
осуществляются в частных школах, но
они представлены в российском
образовании значительно меньшим числом. Формы, способы и содержание образования, которые не согласуются с личностной позицией
субъекта, в современном пространстве переплетения образовательных
идеологий становятся катализатором сопротивления образованию. В отношении традиционного образования, направленного, как и три века назад,
на формирование послушного исполнителя, развивается сопротивление
в учебной
и научной среде. В информационную эпоху не экономический капитал, как в индустриальном обществе, но знание и информация
составляют предельную ценность. Поэтому образование «для получения
профессии» постепенно теряет свою мотивацию — быть основой или фактором приумножения коммерческого капитала. В информационном обществе коммерческий капитал становится декорацией — всегда возможным
следствием «реального»
информационного капитала, как землевладение,
знаковое при феодальном строе, стало естественным следствием экономических возможностей при капитализме. По мере становления новой
парадигмы сетевого информационного общества традиции тотализма,
определяющие человеку роль приоритетную, сменяются «нетократическим мировоззрением», когда: «Вопрос не требует ответа — он вызывает
серию новых вопросов, а ответ — всегда тупик развития мысли. <…>
Мысль
пишут А. Г. Зуев и Л. А. Мясникова
ценна сама по себе и должна быть совершенно свободна», —
154
. «Нетократическое мировоззрение»,
определяя приоритеты сетевого общества, предлагает переосмысление
реальности, в том числе факторов, мотивирующих образование.
Растет значимость личностных способностей и качеств, необходимых
для продуктивного действия в новых условиях. Одним из ценностных
качеств личности, расширяющим возможности ориентации в информационных потоках сетевого взаимодействия, становится внимание, замечают
А. Г. Зуев и Л.
А. Мясникова: «Метаинформация представляется в виде
сведений о том, как наиболее эффективно связать разнородную информацию. Поэтому именно внимание, а не материальная выгода, не капитал
становится главной движущей силой развития общества и основным
154
Зуев А. Г., Мясникова Л. А. Нетократия: Стратовые противоречия сетевого информаци-
онного общества // Свободная мысль — XXI. 2005. № 9. С. 13.
мотивирующим фактором человеческой деятельности»
155
. Утверждается
потребность в развитии коммуникативных способностей к искусству коммуникации. Креативность востребована информационным пространством,
поскольку «информационная значимость» определяется способностью
индивида приносить «информационную пользу», то есть производить
«добавленную информационную стоимость». Другой добавленной стоимости, пишут А. Г. Зуев и Л. А. Мясникова, в информационном обществе
не существует
156
. Академическое знание, искусство коммуникации, вни-
мание, креативность — безусловные, но только начинающие бесконечный
список качества личности, составляющие «информационный» социальный
запрос. Современное образование с классической формой организации
учебного пространства и тестовым способом контроля знаний не соответствует новым требованиям к образованию. Возникает противоречие
между потребностью в образовании и неактуальностью формируемых
в процессе
образования субъектных качеств, таких как послушание,
исполнительность, действие по заданному образцу. Для управления
промышленными предприятиями и офисами компаниям Третьей волны
понадобятся работники, более способные к самостоятельной деятельности, скорее изобретательные, нежели беспрекословно выполняющие указания, пишет Э. Тоффлер. Чтобы подготовить таких работников, школам
придется далеко уйти от современных методов обучения,
не говоря уж
о тех, что были призваны готовить рабочих Второй волны, занимающихся
однообразным трудом. По-видимому, те, кто готов вооружиться новыми
смыслами, будут сложные люди, отмечает Э. Тоффлер, индивидуалисты,
непохожие на других. Но такая индивидуализированная сила востребована
уже сегодня, и все отчетливее она формулирует потребность в соответствующем образовании
157
.
Итак, в периоды смены культурных парадигм обостряются противоречия в образовании между тенденциями, которые приносит с собой новая
эпоха, и теми, что лежат в основании уходящей. Противоречия переходного этапа и растущая экзистенциальная свобода субъекта становятся
катализатором явления сопротивления в образовании. Сопротивление
констатирует и конкретизирует различия, несоответствия между новым
образовательным
запросом и реальным состоянием системы образования.
Подчеркнем, что традиционные для индустриального общества
властные отношения — дисциплина и контроль, «подавление субъективности» — доминируют в современном российском социальном про-
155
Зуев А. Г., Мясникова Л. А. Нетократия: Стратовые противоречия сетевого информаци-
онного общества // Свободная мысль — XXI. 2005. № 9. C. 5.
156
Там же. С. 8.
157
Тоффлер Э. Третья волна. М., 1999. С. 563–564.
56 57
странстве и, прежде всего, характерны для государственных институтов,
в числе которых институты образовательные. Приверженцы традиционных способов организации образования реализуют свое сопротивление
прогрессивным тенденциям через усиление и тотальное распространение
дициплинирующего, нормирующего контроля, характерного для уходящей
индустриальной формации. Это становится препятствием для внедрения
новых форм, способов и содержания образования. Но академическое
образование
вании не столько для получения профессии, в соответствии с ценностями
постиндустриального общества, сколько «для жизни» — образовании
экзистенциальном. Насущная потребность в новом образовании выражается в активизации сопротивления традиционным образовательным
формам и содержанию образования.
В заключение отметим, что в качестве методологического основания
для анализа
дигмальных образовательных приоритетов мы использовали концепцию
Третьей волны Э. Тоффлера. По Э.Тоффлеру, смена культурных парадигм
обусловливает период сосуществования противостоящих друг другу тенденций в образовании, что влечет за собой столкновение образовательных
стратегий и становится катализатором для сопротивления в образовании.
Следует отметить, что этот
в современном российском образовании. Во второй главе рассматриваются формы и особенности сопротивления в образовании в соответствии
с классической, неклассической и постнекласической образовательными
моделями, которые сохраняют или развивают свои позиции в современном
российском образовании.
не удовлетворяет запрос в «новом» образовании — образо-
сопротивления в образовании в период трансформации пара-
процесс приобретает отчетливые очертания
Глава 2
СОПРОТИВЛЕНИЕ В ПАРАДИГМАЛЬНЫХ
ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ ПРОЕКЦИЯХ
2.1. Ресентимент — форма сопротивления в образовании
в аспекте взглядов Ф. Ницше и М. Шелера
Власть дисциплины и контроля индустриального общества наряду
с указанными в первой главе социально активными формами сопротивления формирует условия, провоцирующие ressentiment — особую
форму сопротивления социальному дискомфорту. Такое сопротивление
возникает у человека, который решил, что ему не под силу изменить
негативные обстоятельства своей жизни. Внимание индивидуума направляется на внешний мир, создается иллюзорная конструкция, принижающая
достоинства окружающей реальности, с целью утверждения более высокого статуса себя. Современные философы Чер-унг Пак, А. Н. Малинкин,
А. Г. Апресян, И. В. Абдрашитова и др. подчеркивают важность анализа
феномена ресентимента сегодня в
силу проявления его негативных след-
ствий в социуме. «Ресентимент, — пишет Чер-унг Пак, — со всеми его
эпифеноменами необходимо сделать предметом социального исследования. Для нас очевидна необходимость начать исследование того, что
социология не считала прежде своим предметом и даже рассматривала
как табу. В самом деле, не скрываются ли в ранее запретной
теме или
в проблемной области, которую мало кто воспринимал всерьез, ответы
на вопросы, казавшиеся неразрешимыми?»
158
На феномен ресентимента в пространстве образования указывает
Н. В. Назаров: «Наряду с общими условиями формирования ресентимента (данными человеческой природы и социальной структуры общества) существуют определенные социальные и профессиональные роли
и ситуации, располагающие к появлению ресентиментальных реакций
и даже порождающие ресентиментальные типы личности. Это обстоятельство имеет самое непосредственное отношение
прикладной или профессиональной морали»
к тем или иным видам
159
. Он отмечает наиболее
предрасположенные к ресентименту сферы социальной жизни и межличностных отношений, в числе которых «конфликт поколений». Н. Н. Иса-
158
Пак Чер-унг. Ресентимент, оценка, знание и социальное действие в учении Макса Шелера: Опыт исследования социологии чувств. К историографии творчества Макса Шелера.
[Электронный ресурс]. URL: http://www.nir.ru/Socio/scipubl/sj/4cherun.htm.
159
Назаров Н. В. Моральный ресентимент как симптом современной квазитолерантно-
сти // Научные ведомости. 2011. № 8 (103). Выпуск 16. С. 318.
58 59
ченко, исследуя ресентимент в системе образования, подчеркивает, что
последствия ресентимента выступают фактором сокрушительным для
формирующейся личности: «Ресентимент, как “отравляющий личность
яд”, нарушает акт, в котором личность постигает сущностные формы
160
мира»
. Важность анализа явления ресентимента для российского обра-
зования подчеркивает и Е. Ф. Быковская: «Западный тип классической
школы, утвержденный в России Петром Первым, сохранил свои основные
161
черты вплоть до настоящего времени»
. Она пишет, что именно прин-
ципы классической школы создают базу и питательную среду для роста
ресентимента в образовании.
Как указывалось выше, период парадигмальных трансформаций
активизирует сопротивление в образовании, что стимулирует проявление
соответствующих реакций: критики, оценки, анализа его проявлений.
Ресентимент в образовании становится объектом критического осмысления, когда появляется запрос на
самостоятельность, творчество, креативность, т. е. тогда, когда начинается переход от технократической педагогики к гуманистической. Исследователи ресентимента в образовании
указывают на важность анализа его причин и следствий в современной
образовательной структуре, поиск возможностей исключения из образования факторов, его провоцирующих.
В данном параграфе ставится задача, опираясь на учения Ф. Ницше
и М. Шелера, проанализировать причины и следствия ресентимента как
формы сопротивления, характерной для социальной структуры индустриального общества и классического образования.
Подробный анализ ресентимента проводит Ф. Ницше в «Генеалогии
морали», где показывает основания этого явления, которые содержит
форма власти, доминирующая в индустриальном обществе. Метод исследования, который использует Ф. Ницше, —
это изучение «смещений,
диссонансов и вариаций» процессов. Он выделяет лишь необходимые
элементы для построения генеалогической картины события. В таком
историческом и философском контексте в философии Ф. Ницше встречаются христианство и ресентимент.
Для определения ресентимента Ф. Ницше использует знаковые образы:
«мораль рабов», которая противостоит «морали господ»: «В “Генеалогии
морали” я
впервые психологически представил противоположность двух
понятий — аристократической морали и морали ressentiment’a, последняя
160
Исаченко Н. Н. Ресентимент в системе образования // Вестник КемГУ. 2013. № 4 (56).
Т. 1. С. 188.
161
Быковская Е. Ф. Ресентимент в образовании: предварительные констатации // Сибир-
ский педагогический журнал. 2009. № 1. С. 146.
возникла как Нет, произнесенное первому понятию»
162
. Такое противопо-
ставление носит в учении Ф. Ницше преимущественно типологический
смысл и только в иллюстративном плане — исторический, отмечает
Р. Г. Апресян
163
. Концептуальным в учении о ресентименте Ф. Ницше
он считает следующее положение: «Перебирая многочисленные, более
утонченные и более грубые виды морали, господствовавшие до сих пор
на земле и продолжающие еще господствовать, я набрел на некоторые
черты, регулярно повторяющиеся и связанные между собою: передо мною
предстали два основных типа и одно основное
различие. Существует
мораль господ и мораль рабов; замечу при этом, что на более высших
и сложных культурах появляются попытки примирения их, еще чаще —
смешение их, ведущие к взаимному непониманию, порою существование
обеих бок о бок — даже в одном и том же человеке, в одной и той же
164
душе»
.
Для осмысления различия типологических основ «морали господ»
и «морали рабов» Ф. Ницше рассматривает их способы взаимодействия
с миром и акцентирует внимание на том, что ресентимент предваряет
взаимодействие или действие созданием «иллюзорной философии».
В «Антихристианине» он прослеживает ветхозаветную историю Израиля
и описывает, как в один из переломных моментов этой истории «жрецыагитаторы» фальсифицируют понятие Бога. Мораль перестает быть
«выражением условий» народной жизни, а становится абстракцией —
противоположностью жизни. Жрецы, пишет Ф. Ницше, «сотворили чудо
фальсификации», создав иллюзорную конструкцию, которая поддерживает
только им понятный и им необходимый порядок.
Условием возникновения ресентимента в социальном пространстве
Ф. Ницше считает функционирование такой формы власти, которую он
назвал «властью жрецов». Цели «пастырской власти» (М. Фуко) и «власти
жрецов» (Ф. Ницше) можно рассматривать как сопоставимые: 1) прогрессистское устремление в будущее Царство; 2) забота о том, чтобы сообщество в целом и каждый в отдельности человек двигались к указанной цели;
3) необходимость получения наиболее полной информации о человеке
для коррекции направления
такого движения. Ф. Ницше анализирует природу «власти жрецов» и выявляет (как и М. Фуко в отношении «власти
пастырей») продолжение ее функций в социальном пространстве: «Мы,
наверное, куда болезненнее бы воспринимали этот позорный акт фальсификации истории, если бы церковная ее интерпретация не притупила
162
Ницше Ф. Антихристианин / Сумерки богов. М., 1989. С. 39.
163
Апресян Р. Г. Ресентимент и историческая динамика морали / Этическая мысль. Вып. 2.
М., 2001. С. 28.
164
Ницше Ф. По ту сторону добра и зла / Малое собрание сочинений. СПб., 2013. С. 701.
60 61
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]