Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Прародительский труд как ресурс российской демографической политики оценки, прогнозы, возможности реализации. Монография
.pdf
Важно отметить, что реальные масштабы включенности прародителей в
процессы заботы и ухода за внуками, очевидно, больше. Действительно,
прародители могут быть задействованы в этих процессах на эпизодической
основе или даже регулярно, но не каждый день. К сожалению, без
специализированных исследований судить о масштабах такой включенности
невозможно. Имеющиеся на сегодняшний день статистические,
демографические ресурсы не позволяют получать надежные оценки.
Выявленные специфические особенности «активных» российских бабушек и
дедушек поднимают ряд дискуссионных вопросов. Их более высокие социальная
активность, самооценка здоровья могут быть как причиной, так и следствием
активного участия в жизни внуков. Для выяснения этого, безусловно, требуется
проведение специализированного исследования. Тем не менее, сам факт такой
взаимосвязи (вне зависимости от ее направленности) подтверждает результаты
исследований прародительства в других странах и свидетельствует о наличии
позитивных социально-психологических эффектов, возникающих в ходе
активного взаимодействия внуков и прародителей. Это еще раз подтверждает
необходимость стимулирования со стороны государства более активной
включенности прародителей в процессы заботы, ухода и воспитания внуков.
4.2. Динамика активности прародителей в России: региональные
модели
Как было показано ранее (см. главу 2), активность российских прародителей
может иметь региональную специфику. Вместе с тем, такая активность может
по-разному проявляться в различные периоды времени. В регионах России
может наблюдаться очень разноплановая и, возможно, разнонаправленная
динамика активности прародителей – их численности, степени вовлеченности в
прародительский труд, специфических видов проявляемой активности. Целью
представленного в данном параграфе исследования является выявление
101
региональных моделей (кластеров регионов), характеризующихся схожими
тенденциями в динамике численности активных прародителей.
В качестве источника информации использовались итоги комплексного
наблюдения условий жизни населения
154
. Это общенациональное обследование,
результаты которого считаются репрезентативными в региональном разрезе. На
момент проведения нашего исследования были доступны данные за 2011, 2014,
2016 и 2018 гг. В качестве идентификатора активной включенности бабушек и
дедушек в прародительский труд использовался вопрос: «Входит ли в круг
Ваших ежедневных занятий уход за детьми, своими собственными или чужими
(без оплаты)?». Положительный ответ на этот вопрос позволял относить
потенциального, т.е. по возрасту, прародителя к группе активных прародителей
(методические вопросы оценки возраста вступления в прародительсво, а также
оценки численности потенциальных прародителей представлены в главе 2).
Принимая во внимание выявленные ранее отличия в особенностях
прародительской активности бабушек и дедушек, мы полагаем целесообразным
проведение исследования отдельно для этих двух групп прародителей. В данном
параграфе представлены результаты исследования на основе изучения
активности бабушек.
На основе первичных данных были рассчитаны следующие три переменные:
П 1: коэффициент роста удельного веса активных бабушек в общей
численности потенциальных бабушек в период 2011-2014 гг.;
П 2: коэффициент роста удельного веса активных бабушек в общей
численности потенциальных бабушек в период 2014-2016 гг.;
П 3: коэффициент роста удельного веса активных бабушек в общей
численности потенциальных бабушек в период 2016-2018 гг.
Для выявления региональных моделей динамики активного прародительства
применялся иерархический кластерный анализ. При этом тестировались
154
Итоги комплексного наблюдения условий жизни населения. Федеральная служба государственной
статистики. URL: https://rosstat.gov.ru/itog_inspect# (дата обращения: 11.06.2020)
102
Статистический показатель
П 1
П 2
П 3
минимум
0,262
0,000
0,213
максимум
4,423
2,032
1,661
отношение максимального
значения к минимальному
различные меры расстояний и способы объединения в кластеры. Выбирались те
меры, которые обладали наилучшей дифференцирующей способностью и
позволяли получить наиболее четкое распределение регионов по кластерам.
Профилирование кластеров осуществлялось через исследование кластерных
центроидов – в каждой группе регионов рассчитывались средние и медианные
значения переменных кластеризации. Медианы, как известно, являются
непараметрической мерой центральной тенденции и, в отличие от средних, не
чувствительны к наличию нетипичных, резко отличающихся значений в
исследуемой совокупности.
Проведенный анализ показал, что переменные, характеризующие динамику
численности активных бабушек, существенно различаются в регионах России –
отношение их минимаксных значений варьируется в диапазоне от 7,8 до 16,8 раз
(таблица 21). Такая неоднородность является предпосылкой для проведения
кластерного анализа с возможностью выявления типичных групп регионов, т.е.
региональных моделей динамики прародительской активности.
Таблица 21
Минимальные и максимальные значения переменных кластеризации
Иерархический кластерный анализ на основе метода Варда и квадрата
расстояния Евклида позволил выделить 4 кластера российских регионов,
которые значимо различаются по уровням исследуемых показателей. Таким
образом, мы выделили 4 модели динамики прародительской активности
(относительно бабушек) в регионах России. Средние и медианные значения
исследуемых переменных представлены в таблице 22.
16,882
103
- 7,798
Модель
(кластер)
Статистика
Среднее
0,76
1,21
0,75
Медиана
0,76
1,16
0,76
Среднее
0,98
0,81
1,01
Медиана
1,06
0,82
0,91
Среднее
1,95
1,12
0,95
Медиана
1,91
1,11
0,98
Среднее
3,45
0,89
0,57
Медиана
3,23
0,79
0,58
Таблица 22
Средние и медианные значения исследуемых переменных в кластерах
П 1 П 2 П 3
1
2
3
4
Исследование кластерных центроидов на основе медианных значений
показало нелинейность в динамике численности активных бабушек в регионах
России. Ни в одной выявленной модели не наблюдался непрерывный рост. При
этом важной особенностью всех моделей является то, что в последние годы
происходило снижение численности активных бабушек – от 9% во второй
модели до 42% в четвертой модели.
Вместе с тем, прослеживаются и явные отличия в выявленных моделях. Так,
первая модель характеризуется тем, что численность активных бабушек здесь
изменялась нелинейно: сначала снизилась, затем наблюдался рост и затем опять
снижение. И это единственная региональная модель, в которой в период с 2011
по 2014 гг. численность активных бабушек снизилась.
Четвертая модель характеризуется наибольшей волатильностью. При самом
большом росте числа активных бабушек в период с 2011 по 2014 гг. (более, чем
на 220%), здесь оказалось и самое значительное снижение в последующие
периоды – на 21% и 42%.
Наиболее устойчивой и позитивной моделью является третья. Здесь
наблюдался рост численности активных бабушек с 2011 по 2016 гг. и самое
незначительное среди других моделей снижение в период с 2016 по 2018 гг.
В качестве дополнительной переменной для профилирования выделенных
кластеров мы рассмотрели переменную, представляющую собой коэффициент
роста удельного веса активных бабушек в общей численности потенциальных
104
Модель (кластер)
Статистика
Значение
Среднее
0,69
Медиана
0,67
Среднее
0,80
Медиана
0,79
Среднее
2,07
Медиана
2,08
Среднее
1,75
Медиана
1,48
бабушек в период 2011-2018 гг. Отметим, что ее использование в качестве
переменной кластеризации представляется нам нецелесообразным, поскольку
это нарушает нашу изначальную идею выявления моделей активности
российских прародителей в зависимости от особенностей динамики в отдельные
промежутки времени. Учет изменений, произошедших за более длительный
период, очевидно, скроет важную специфику изменений, происходивших внутри
этого периода. Вместе с тем, анализ такой переменной, безусловно, может
выявить важные особенности моделей активного прародительства. В таблице 23
показаны средние и медианные значения этой дополнительной переменной.
Дополнительное профилирование в определенной степени подтвердило
полученные нами результаты. Третья модель, действительно, оказалась наиболее
позитивной. Доля активных бабушек здесь в 2011-2018 гг. выросла более, чем в
2 раза. Итоговый за период прирост доли активных бабушек в модели 4, тем не
менее, не должен рассматриваться как позитивный. Он стал возможен за счет
чрезвычайно высокого прироста в 2011-2014 гг., который не смог
нивелироваться даже существенным снижением доли активных бабушек в
последующие годы. В моделях 2 и 3 в целом за период с 2011 по 2018 гг.
наблюдалось снижение численности активных бабушек. Однако динамика этого
показатели внутри рассматриваемого периода в двух моделях различалась, что и
позволило нам говорить о двух разных моделях активности российских бабушек.
Таблица 23
Изменение численности активных бабушек в выявленных кластерах в период с
2011 по 2018 гг. (коэффициент роста)
1
2
3
4
105
Полученные в ходе исследования результаты поднимают ряд дискуссионных
вопросов. Прежде всего, отметим тот факт, что во всех выявленных моделях в
период с 2016 по 2018 гг. наблюдалось снижение численности активных
прародителей. В то же самое время, с 2016 г. в России начал снижаться и
суммарный коэффициент рождаемости. Безусловно, для подтверждения факта
влияния прародительства на рождаемость в России необходимы
специализированные исследования. Однако поученные нами результаты уже
позволяют выдвинуть такую гипотезу и предположить, что она будет
подтверждена. Возможность выдвижения такой гипотезы базируется и на
результатах многочисленных исследований, показывающих позитивное влияние
активного прародительства на рост рождаемости в разных странах. Выявление
аналогичных позитивных эффектов в России – цель отдельного исследования,
которое на настоящий момент невозможно реализовать в силу отсутствия
необходимой информационной и статистической базы.
Отметим, что выявленные нами модели активного прародительства создают
основу для разработки специфических, учитывающих региональную
неоднородность мер государственной политики, ориентированных на
поддержку и стимулирование рождаемости с учетом возможного позитивного
влияния на нее активного прародительства. Потенциал активного
прародительства нуждается в поддержке со стороны государства. Такая
поддержка может быть представлена, например, в виде компенсационных
выплат прародителям за время, которое они проводят со своими внуками,
замещая тем самым родителей. Также необходима поддержка активного
прародительства в средствах массовой информации. Некоторые возможности
поддержки и стимулирования потенциала активного прародительства
показывались нами ранее
155
. При этом наиболее активные меры такой
поддержки, очевидно, востребованы в регионах, составляющих четвертую,
наиболее драматичную модель.
155
Shubat O., Bagirova A. Russian Grandparenting: Demographic and Statistical Modelling Experience //
Communications of the ECMS. – 2020. – Issue. 34(1). – P. 78-83. – DOI: http://doi.org/10.7148/2020
106
Безусловно, нужны дальнейшие исследования, нацеленные на выявление
причин специфической динамики численности активных прародителей в разных
региональных моделях. Наше исследование можно рассматривать как пилотное
и, одновременно, мотивирующее, обосновывающее необходимость дальнейших,
более глубоких исследований в этом направлении. Кроме того, необходимы
исследования, нацеленные на выявление региональных особенностей
прародительской активности дедушек. Учитывая современные тренды
феминизации и развития активного отцовства, мы не исключаем возможности
выявления принципиально разных моделей активности бабушек и дедушек.
4.3. Модели активного прародительского труда в пространстве
российских регионов
В условиях высокой степени российской региональной дифференциации по
широкому кругу социально-экономических и демографических показателей (в
том числе, и показателей демографии прародительства) выявление и
исследование специфических региональных ситуаций в сфере прародительского
труда, безусловно, является востребованным и отвечающим тем стратегически
важным задачам, которые сегодня ставятся перед российским государством и
обществом. Здесь, прежде всего, необходимо отметить национальный проект
«Демография», в рамках которого разработан отдельный федеральный проект
«Старшее поколение», а также Стратегию пространственного развития
Российской Федерации на период до 2025 года. Последняя ориентирована на
обеспечение устойчивого и сбалансированного пространственного развития,
направленного на сокращение межрегиональных различий, что, безусловно,
невозможно без соответствующего информационно-аналитического
сопровождения.
Цель представленного в данном параграфе исследования состоит в
выявлении специфических региональных ситуаций – моделей прародительского
107
труда в социально-экономическом пространстве страны. При этом такие модели,
построенные с учетом активности бабушек и дедушек, безусловно, могут
отличаться. В настоящем исследовании представлены региональные модели,
построенные на основе показателей активного прародительства бабушек.
Однако используемый методический инструментарий в полной мере может быть
применен и для построения региональных моделей активного прародительства
дедушек. Представим основные методические вопросы исследования.
В качестве источника информации мы использовали уже упоминавшиеся
ранее данные обследования Росстата 2018 г. «Комплексное наблюдение условий
жизни населения
156
». В качестве статистического инструментария,
позволяющего оценить региональную неоднородность и специфичность
прародительсткого труда, мы применяли кластерный анализ. Он был реализован
на основе следующих переменных:
доля бабушек, вовлеченных на ежедневной основе в процесс
прародительского труда (от общего числа бабушек);
затраты времени бабушек на выполнение ими функций прародительского
труда (часов в неделю);
уровень образования бабушек (суммарное количество лет, затраченных на
обучение);
самооценка состояния здоровья (от 1 – «очень плохое» до 5 – «очень
хорошее»);
социальная активность бабушек (расчетный показатель, представляющий
собой сумму различных видов социальных активностей, которые проявляли
бабушки за последний год: посещение театра, кино, спортивных, религиозных
мероприятий, кафе и ресторанов, совершение путешествий по стране и за ее
границы).
156
Комплексное наблюдение условий жизни населения 2018 // Федеральная служба государственной статистики.
[Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://gks.ru/free_doc/new_site/KOUZ18/index.html (дата обращения:
11.06.2020).
108
Следует дать некоторые комментарии относительно переменных
кластеризации.
1) Выбор показателей уровня образования, самооценки здоровья и
социальной активности в качестве переменных кластеризации не был
случайным. Результаты нашего более раннего исследования, представленного в
параграфе 4.1, показали, что именно по уровню этих показателей бабушки,
активно вовлеченные в прародительский труд, статистически значимо
отличались от тех, кто не активен в этом виде труда
157
.
2) В обследовании условий жизни населения единицами наблюдения
являются отдельные индивиды, в нем не содержатся агрегированные
обобщающие данные по регионам. Поэтому для выявления типологических
групп российских регионов на основе кластерного анализа мы рассчитали такие
обобщающие региональные оценки для используемых в анализе переменных.
Рассчитывались либо средние, либо медианные значения показателей.
Последние применялись в случае, когда среднее значение не являлось типичной
характеристикой в силу высокой вариативности внутрирегиональных значений.
Для каждой переменной был выбран только один показатель – либо средний,
либо медианный.
3) Кластерный анализ относится к эвристическим статистическим методам и
его результаты в значительной степени зависят от выбора мер расстояний между
объединяемыми объектами и способов объединения. Учитывая это
обстоятельство, мы проводили кластеризацию на основе различных мер,
выполняли иерархическую и неиерархическую ее разновидности. Это было
необходимо для того, чтобы сопоставить результаты распределения регионов по
однородным сегментам и подтвердить надежность такого распределения.
При этом в процессе исследования мы обнаружили, что изменение метода
кластеризации приводит к тому, что заметная часть регионов меняет свою
кластерную принадлежность. Поэтому для выявления действительно типичных
157
Shubat O., Bagirova A. Russian Grandparenting: Demographic and Statistical Modelling Experience //
Communications of the ECMS. – 2020. – Issue. 34(1). – P. 78-83. – DOI: http://doi.org/10.7148/2020
109
Количество устойчиво-
связанных регионов
вовлеченных на
ежедневной основе в
прародительского труда
Затраты времени на
выполнение функций
прародительского труда
Уровень образования
Самооценка здоровья
Социальная активность
1 6 20,4
20,5
11,92
3,14
1,40
2 4 19,7
14,4
12,69
3,13
1,95
3 6 19,8
13,6
11,60
3,19
1,31 4 17
14,0
20,1
11,71
3,28
1,03 5 13
13,2
13,3
11,19
3,24
0,99 6 9
12,6
13,7
11,99
3,19
1,19
региональных моделей, сложившихся в сфере прародительского труда, мы
находили группы регионов, устойчиво-связанных в различных вариантах
кластеризации (регионы-ядра каждой модели). Сопоставлялись результаты
сегментирования, полученные на основе:
неиерархического кластерного анализа (метод k-средних);
иерархического кластерного анализа на основе метода Варда и квадрата
евклидова расстояния;
иерархического кластерного анализа на основе метода Варда и евклидова
расстояния.
Эти методы дали наиболее четкое разделение исследуемой совокупности на
однородные сегменты.
Проведенное на основе представленного инструментария исследование
позволило выявить 6 групп устойчиво-связанных регионов, которые, на наш
взгляд, можно рассматривать в качестве своего рода моделей прародительского
труда в российском социально-экономическом пространстве. Обобщающие
характеристики этих моделей представлены в таблице 24.
Таблица 24
Модели прародительского труда в российском социально-экономическом
пространстве
Модель
процесс
Доля бабушек,
110
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]