Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Прародительский труд как ресурс российской демографической политики оценки, прогнозы, возможности реализации. Монография
.pdf
продолжительности жизни могут не воплотиться в реальность. Это
предопределяет способ использования прогнозных данных и принятия на их
основе управленческих решений: как справедливо замечал Дж. М. Алхо,
пересмотр управленческих решений, принятых на основании демографических
прогнозов, должен проводиться в соответствии с самым последним точечным
прогнозом, а не тогда, когда приходит понимание, что реальные
демографические данные не соответствуют спрогнозированным
146
.
Еще одно ограничение нашего исследования связано с тем, что
полученные результаты отражают только потенциал вовлечения прародителей в
реальное межпоколенное взаимодействие и заботу о внуках, а также возможную
конкуренцию между различными социальными ролями в жизнедеятельности
людей, имеющих внуков. Реальный же уровень активности прародителей
зависит от целого ряда объективных и субъективных факторов
147
; в отдельных
странах существуют исследования, которые показывают, что уровень
вовлеченности прародителей в жизнедеятельность внуков в хронологической
динамике увеличивается
148
. Отметим, что это – еще более важный показатель,
требующий своей оценки и прогнозирования, поскольку он может быть
напрямую связан с социальной политикой поддержки молодых семей, семей с
детьми – например, с планированием объемов государственных услуг по уходу
за детьми
149
, особенно при разработке новых инструментов поддержки
(например, институт государственных нянь, школы прародителей и т.д.). В связи
с этим развитие нашего исследования мы видим в изучении социального
контекста продолжительности прародительства.
146
Alho J. M. Forecasting demographic forecasts // International Journal of Forecasting. – 2014. – Vol. 30(4). – P. 1128-
1135. – DOI: 10.1016/j.ijforecast.2014.02.005
147
Булыгина М. В., Комарова С. В. Прародители и внуки (обзор зарубежных исследований) // Современная
зарубежная психология. – 2019. – Т. 8. – № 4. – С. 97-105. – DOI: 10.17759/jmfp.2019080410
148
Geurts T., Van Tilburg Th. G., Poortman A.-R., Dykstra P. A. Child care by grandparents: changes between 1992 and
2006 // Ageing and Society. – 2015. – Vol. 35. - Issue 6. – P. 1318-1334. – DOI: 10.1017/S0144686X1400052X
149
Hank K., Buber I. Grandparents Caring for Their Grandchildren: Findings from the 2004 Survey of Health, Ageing,
and Retirement in Europe // Journal of Family Issues. – 2009. – Vol. 30. – Issue 1. – P. 53-73. – DOI:
10.1177/0192513X08322627
91
Еще одно ограничение нашего исследования связано с коротким периодом
прогнозирования. Несмотря на то, что полученные модели позволяют делать
прогноз н длительный период, мы показали возможность применения этих
методических подходов только в краткосрочном периоде. Это связано, прежде
всего, с особенностями имеющихся в российской статистике данных,
необходимых для процесса прогнозирования. Оценки на длительный период
времени требуют устойчивых и длинных временных рядов тех индикаторов,
которые задействованы в процессе прогнозирования. В нашем же случае
временные ряды были достаточно короткими. Например, как мы указывали
ранее, имеющиеся статистические данные позволили рассчитать средний
возраст вступления в прародительство мужчин только в период с 2007 г. по
2016 г. Кроме того, сложившиеся демографические тренды в России могут в
ближайшие годы измениться, поскольку, как отмечалось ранее, государство
активно внедряет различные меры, направленные на улучшение
демографической ситуации, потенциальную эффективность которых нельзя
недооценивать.
* * *
Основные выводы по исследованиям, представленным в третьей главе,
таковы:
1. В процессе исследования была разработана методика оценки
продолжительности прародительства в России. Она базируется на ряде
методических подходов, позволяющих в первом приближении оценить возраст
вступления в прародительство, а также его продолжительность отдельно для
мужчин и женщин.
2. Апробация разработанной методики позволила сделать вывод об
изменении возраста вступления в прародительство – с течением времени этот
показатель растет, с каждым годом российские бабушки и дедушки становятся
старше. Вместе с тем результаты анализа показали и увеличение периода
92
прародительства у женщин и мужчин. Причем у последних такой рост
происходит гораздо более заметно, что приводит к некоторому сближению
исследуемых показателей.
3. Разработанная методика может совершенствоваться по мере появления
новых доступных источников данных о старшем поколении в России.
Организация специальных выборочных обследований прародительства, а также
увеличение числа показателей текущего статистического учета этой группы
населения могут способствовать более эффективному решению
демографических проблем страны, реализации поставленных в национальных
проектах стратегических целей и задач.
4. В ходе исследования были предложены методические подходы к
прогнозированию одного из ключевых показателей демографии
прародительства – его продолжительности. Они предполагают формирование
прогноза: 1) на основе моделей тренда показателя продолжительности
прародительства; 2) на основе прогноза отдельных компонентов данного
показателя (среднего возраста вступления в прародительство и ожидаемой
продолжительности жизни при рождении).
5. Как показывают прогнозы, продолжительность прародительства в России
в период с 2021 по 2025 гг. вырастет. Прогнозируемый темп роста
продолжительности прародительства у мужчин превышает аналогичный
показатель для женщин.
6. Полученные результаты развивают методологию демографического
прогнозирования, вносят вклад в развитие демографии прародительства. Кроме
того, учитывая те преимущества, которые получают семьи от межпоколенного
взаимодействия, прогнозы продолжительности прародительства представляются
полезными для понимания перспектив получения обществом тех социальных,
экономических, демографических эффектов, с которыми напрямую связано
активное внутрисемейное взаимодействие между прародителями и внуками. Для
России такие оценки имеют высокую практическую значимость, поскольку они
93
усиливают информационное сопровождение реализации важнейшей для страны
государственной программы – национального проекта «Демография».
94
ГЛАВА 4. АКТИВНОСТЬ РОССИЙСКИХ ПРАРОДИТЕЛЕЙ:
ТЕНДЕНЦИИ И МОДЕЛИ
4.1. Модели активных в прародительском труде бабушек и дедушек
В главе 1 была обоснована актуальность построения моделей так называемых
«активных» прародителей и выявления типичных особенностей российских
бабушек и дедушек, активно включенных в процессы заботы и ухода за внуками.
Целью представленного в данном параграфе исследования является
формирование демографо-статистических моделей российских прародителей,
активно вовлеченных в эти процессы, т.е. активно включенных в
прародительский труд.
Для того, чтобы смоделировать специфические особенности «активных»
российских бабушек и дедушек, нам потребовалось решить две методические
задачи.
Во-первых, необходимо было идентифицировать социальнодемографическую группу бабушек и дедушек как лиц, имеющих внуков. Как
отмечалось ранее, несмотря на повышенное внимание государства к проблемам
пожилых людей, на сегодняшний день в России не проводится
полномасштабных национальных исследований прародительства. В силу этого в
российской статистике нет данных о численности этой группы населения, а
также тех критериях, на основе которых эту группу можно идентифицировать.
Исходя из имеющихся в российской статистике данных, мы сочли возможным
идентифицировать эту группу на основе возрастного критерия (более подробно
используемые для этой цели методические подходы представлены в главе 2). Для
этого были задействованы следующие источники статистических данных:
средний возраст рождения женщиной первого ребенка;
средний возраст регистрации брака у женщин;
средний возраст регистрации брака у мужчин.
95
В качестве источников информации использовались база статистических
150
данных «The Human Fertility Database»
демографического доклада «Население России»
, а также данные ежегодного
151
. Оценки, представленные в
данном докладе, базируются на официальных данных российской и зарубежной
статистики.
Во-вторых, важно отметить, что ориентация исключительно на возрастной
критерий позволяет идентифицировать только социально-демографическую
группу потенциальных прародителей. Однако, не все российские мужчины и
женщины, которые вступили в возраст прародительства, по факту являются
бабушками и дедушками и активно включены в процессы заботы и ухода за
внуками. Поэтому возникла необходимость идентификации социальнодемографической группы действительно активных в этой деятельности
прародителей. Единственный источник валидных и надежных данных, на основе
которого оказалось возможным представить демографо-статистическую модель
российских бабушки и дедушки, активно включенных в прародительский труд, это уже упоминавшееся ранее обследование условий жизни населения,
проводимое Росстатом
152
. На момент проведения нашего исследования и
построения моделей «активных» прародителей наиболее актуальные данные
отражали ситуацию по состоянию на 2018 г. На основе отдельных вопросов этого
обследования нам удалось сформировать модели российских бабушки и
дедушки, активно включенных в прародительский труд.
В качестве показателя, который позволял идентифицировать таких
прародителей, мы использовали вопрос «Входит ли в круг ваших ежедневных
занятий уход за детьми, своими собственными или чужими (без оплаты)?»
Бабушки и дедушки, утвердительно ответившие на данный вопрос, были
150
The Human Fertility Database. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://www.humanfertility.org/cgi-
bin/main.php (дата обращения: 17.10.2020).
151
Коллекция показателей из Ежегодного демографического доклада «Население России». [Электронный
ресурс]. – Режим доступа: http://www.demoscope.ru/weekly/edd/edd_tab.php (дата обращения: 17.10.2020).
152
Итоги комплексного наблюдения условий жизни населения // Федеральная служба государственной
статистики (Росстат). [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://rosstat.gov.ru/itog_inspect (дата обращения:
10.03.2022).
96
идентифицированы нами в качестве активно включенных в прародительский
труд («активные» прародители)
В процессе демографо-статистического моделирования мы использовали
следующие переменные:
1) возраст (в годах);
2) уровень образования (число лет, потраченных на обучение);
3) семейное положение;
4) место жительства (городская или сельская местность);
5) переменные, характеризующие состояние здоровья – объективные
показатели и субъективные оценки:
частота обращения за амбулаторно-поликлинической помощью в
медицинскую организацию;
частота вызовов скорой помощи;
самооценка здоровья (от 1 – «очень плохое» до 5 – «очень хорошее»);
самооценка возможности вести активную жизнь;
6) переменные, характеризующие социальную активность (факт посещения
за последний год театра, кино, спортивных, религиозных мероприятий, кафе и
ресторанов, состоявшихся путешествий по стране и за ее границы).
В процессе моделирования на основе последней группы тестируемых
переменных была создана новая, отражающая итоговое число активностей
респондентов за последний год.
Выбор этих переменных был обоснован гипотезами исследования,
состоящими во влиянии совокупности объективных и субъективных
характеристик на вовлеченность прародителей в заботу о внуках. К
субъективным характеристикам, в частности, были отнесены личностная
активность в разных сферах (чем она выше – тем, предположительно, будет
выше желание и возможность реализации функций родительского труда по
отношению к внукам) и самооценка состояния здоровья (предполагалась
97
аналогичная взаимосвязь: с ростом самооценки состояния здоровья растет и
вовлеченность в процессы заботы о внуках).
Для выявления специфических особенностей «активных» российских
бабушек и дедушек мы оценивали статистические различия этих групп
населения от групп тех бабушек и дедушек, которые не являются активными в
этой сфере (в круг их занятий не входит ежедневный уход и забота о внуках). В
процессе анализа применялись следующие статистические тесты, оценивающие
существенность различий: t-тест, U-критерий Манна-Уитни; медианный тест.
Для анализа взаимосвязи отдельных переменных мы применяли и другие методы
– анализ таблиц сопряженности с расчетом коэффициентов Фи и Крамера.
Проведенное исследование, прежде всего, показало, что численность
«активных» прародителей в России очень невелика. Так, доля бабушек, активно
включенных в прародительский труд, в 2018 г. составляла 16% от общей
численности потенциальных бабушек. Аналогичный показатель для дедушек
составил лишь 9%.
Тесты на существенность различий
153
показали, что «активные» прародители
отличаются от «неактивных» по следующим параметрам:
возраст («активные» бабушки и дедушки являются более молодыми);
образование («активные» бабушки и дедушки имеют более высокий
уровень образования);
социальная активность в различных сферах жизни («активные» бабушки и
дедушки несколько чаще проявляют такую активность – чаще бывают в кино,
театрах, кафе/ресторанах, на спортивных мероприятиях);
самооценка здоровья («активные» бабушки и дедушки более высоко
оценивают свое здоровье).
Незначимыми оказались отличия по следующим параметрам:
153
Более подробно о результатах исследования можно прочитать в: Shubat O., Bagirova A. Russian Grandparenting:
Demographic and Statistical Modelling Experience // Communications of the ECMS. – 2020. – Issue. 34(1). – P. 78-83;
Shubat O., Shubat M. Demographic and statistical modelling of grandfatherhood in Russia // Communications of the
ECMS. – 2021. – Vol. 35. – Issue 1. – P. 57-62.
98
средний возраст, лет – 63,8
среднее число лет образования – 12,3 лет
самооценка здоровья (по пятибалльной шкале) – 2,92
среднее число социальных активностей за год – 1,64
средний возраст – 62.9
среднее число лет образования – 12,2 лет
самооценка здоровья (по пятибалльной шкале) – 3,03
среднее число социальных активностей за год – 0,83
место жительства (вовлеченность в ежедневный уход за детьми не
различалась у прародителей, проживающих в городской и сельской местности);
семейное положение (доля активно включенных в прародительский труд
не различалась у тех, кто состоит в браке (зарегистрированном или нет), никогда
не состоял в браке, вдовых или разведенных);
состояние здоровья, оцениваемое через ряд объективных параметров
(частота вызовов скорой помощи и частота обращения за амбулаторнополиклинической помощью в медицинскую организацию не различались у
«активных» и «неактивных» прародителей; субъективные оценки здоровья, как
отмечалось выше, оказались значимым фактором, дифференцирующим две
сравниваемые группы прародителей).
Таким образом, результаты проведенных тестов позволили создать модель
типичных российских бабушки и дедушки, активно вовлеченных в
прародительский труд (рисунки 21 и 22).
Рис. 21. Демографо-статистическая модель типичной российской бабушки,
активно вовлеченной в процесс прародительского труда
Рис. 22. Демографо-статистическая модель типичного дедушки, активно
вовлеченного в процесс прародительского труда
99
Отметим, что сформированные модели, безусловно, имеют резервы
улучшения. Комплексное наблюдение условий жизни населения, на основе
которого были сформированы эти модели, проводится с периодичностью раз в
два года и на момент проведения нашего исследования было представлено для
четырех временных периодов. В ходе дальнейших исследований
целесообразным будет проведение сравнительного анализа демографостатистических моделей «активных» российских бабушек и дедушек,
полученных на данных за разные годы. Такой анализ позволит усилить
надежность, устойчивость сформированных моделей, а также проследить их
изменение с течением времени.
Кроме того, как известно, в России исторически наблюдается высокий
уровень региональной дифференциации по многим социальнодемографическим, экономических показателям. Это означает потенциальную
возможность существования специфических региональных моделей
прародительства. Их формирование – задача отдельных исследований, которые
могут быть реализованы в будущем. Имеющиеся на сегодняшний день
информационные ресурсы в стране позволяют проводить исследования в
региональном разрезе.
Важным является и следующий факт. Результаты нашего исследования
показали, что совокупности бабушек и дедушек, активно вовлеченных в
прародительский труд, довольно малочисленны. Вместе с тем, значимость
данных социально-демографических групп довольно высока. Это означает, что
для эффективного решения демографических (и не только) проблем страны
нужны механизмы активизации участия прародителей в процессах ухода, заботы
и воспитания внуков. Возможности такой активизации будут представлены в
шестой главе, они связаны прежде всего с материальным стимулированием, т.е.
выплатами за время, которое проводят прародители со своими внуками, замещая
тем самым родителей.
100
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]