Петр Первый и его время. Учебное пособие

востью ума. Все обнаруживало в нем чрезвычайную обширность по­знаний и что-то постоянно последовательное. Он удивительно умел совмещать в себе величие самое высокое, самое гордое, самое утон­ченное, самое выдержанное, и в то же время нимало не стеснитель­ное… В его обращении была какая-то непринужденная фамильяр­ность, но с явным отпечатком старинной грубости его страны… Предположив видеть или сделать что-нибудь, он не любил зависеть от средств: они должны были подчиняться его воле и его слову.

нажды был удивлен, увидев его выезжающим из своих ворот в бога­том костюме, в прекрасном фаэтоне, запряженном шестью лошадь­ми, и с отрядом гвардии. Он отправлялся навстречу князю Долгору­кову и графу Головкину, старшему сыну великого канцлера, ото­званным от их посольств для поступления в Сенат. Император вы­ехал к ним навстречу за несколько верст… от города, посадил их к себе в фаэтон, возвратился в свою резиденцию и провез их по всем главным улицам до своего дворца, где назначил большое собрание. «Не справедливо ли было с моей стороны, — сказал он, входя туда с ними, — поехать и привезти к себе с почетом сокровища знаний и добрых нравов, для приобретения которых эти благородные русские отправились к другим народам и которые ныне они приносят к нам?» (Записки о России при Петре Великом, извлеченные из бумаг

усердную хвалу сему бессмертному государю — и личным его дос­тоинствам и славным подвигам. Он имел великодушие, проницание, волю непоколебимую, деятельность, неутомимость редкую: испра­вил, умножил войско, одержал блестящую победу над врагами ис­кусными и мужественными; завоевал Ливонию, сотворил флот, ос­новал гавани, издал многие законы мудрые, привел в лучшее состоя­ние торговлю, рудокопни, завел мануфактуры, училища, академию, наконец, поставил Россию на знаменитую степень в политической системе Европы. Говоря о превосходных его дарованиях, забудем ли почти важнейшее для самодержцев дарование: употреблять людей по их способностям? Полководцы, министры, законодатели не ро­дятся в такое или такое царствование, но единственно избираются… Чтобы избрать, надобно угадать; угадывают же людей только вели­кие люди — и слуги Петровы удивительным образом помогали ему на ратном поле, в сенате, в кабинете. И, славя славное в сем монар­хе, оставим ли без замечания вредную сторону его блестящего цар­ствования?

…Петр явился вовремя. Потребность преобразования сильно об­наружилась еще в царствование Алексея Михайловича, и уничтоже­ние местничества при царе Федоре Алексеевиче было также следст­вием этой потребности. Но все дело ограничивалось полумерами, не

имевшими важных последствий. Нужна была полная, коренная ре­форма — «от оконечностей тела до последнего убежища человечес­кой мысли»; а для произведения такой реформы нужен был испо­линский гений, каким явился Петр. Полтавская битва не могла не иметь сильного нравственного влияния на народ: многие из самых ожесточенных приверженцев старины должны были увидеть в этой битве оправдание реформы. Правосудие и справедливость царя, сво­бодный доступ к нему всех и каждого, эта готовность прощать лич­ных врагов и злодеев, видя их раскаяние, эта готовность даже воз­вышать их, если при раскаянии видел в них и способности, это бо­жественное самоотречение от своей личности в пользу вечной прав­ды, это высокое самоуничтожение в идее своего народа и своего Отечества — все это покорило Петру сердца и души подданных еще задолго до его кончины (Белинский В. Г. Рецензия на «Деяния Петра

тийские провинции являются естественным дополнением для той на­ции, которая владеет страной, расположенной за ними; что, одним словом, Петр — по крайней мере, в данном случае — захватил лишь то, что было абсолютно необходимо для естественного развития его страны. С этой точки зрения Петр Великий намеревался в результате своей войны со Швецией лишь создать русский Ливерпуль и обеспечить его необходимой полосой побережья (Маркс К. Разоблачения диплома-

ланные отпускать за границу. «Наше Российское государство, — го­ворил Петр, — пред многими иными землями преизобилует, и по­требными металлами и минералами благословенно есть, которые до нынешнего времени без всякого прилежания исканы; причина этому была, что наши подданные не разумели рудокопного дела, частию же иждивения и трудов не хотели к оному приложить». Чтоб заста­вить употреблять иждивение и труд, Петр в декабре 1719 года объя­вил, что все в собственных и чужих землях имеют право искать, пла­вить, варить и чистить всякие металлы и минералы. Помещики, в чьих землях откроется руда, могли прежде всех других просить о дозволении построить здесь заводы; но если они не могут или не за­хотят того, то право на построение заводов предоставляется другим с уплатою землевладельцу 32-й доли прибыли «дабы божие благо­словение под землею втуне не оставалось». Кто утаит руду или бу­дет препятствовать другим в устроении заводов, тот подвергается те­лесному наказанию и смертной казни. Берг-коллегии велено было призывать иностранных охотников до рудокопных дел. …В Нерчин­ске упоминаются серебряные заводы, в Тобольске — два железных, в Верхотурье — два железных, в Кунгуре — медные. Еще в 1702 го­ду верхотурские железные заводы отданы были Никите Демидову; заводы эти были построены государевою денежною казною и горо­довыми и уездными людьми, и на строение их вышло из казны 1541 рубль, да, сверх того, с крестьян на наем работников взято 10347 рублей. По жалованной грамоте Демидову, он должен был уплатить те деньги, которые вышли из казны на постройку заводов, также за готовые припасы, в них им найденные, с зачетом железа, которое вышло из заводов до отдачи их ему; все это он должен был уплатить с разверсткою на пять лет. Кроме того, у Демидовых были железные заводы в Алексинском уезде с 1703 года. В Тульском и Ка­ширском уездах находились железные заводы Александра Львовича Нарышкина; в Малоярославском — иноземцев Меллеров. … На ка­зенных тульских оружейных заводах (с 1715 года) велено было вы­делывать в год ружей 15 000, пистолетов 1000 пар, пикинерных ко­пий 1209, и на все это издерживалось по 30 000 рублей в год. В 1717 го­ду заведена была игольная фабрика Томилиным и Рюминым с при­вилегиею на 30 лет при запрещении вывоза игл из-за границы (Соло-

При наборе рекрут происходили злоупотребления. Рекрут приво­дили в города скованными и держали, как преступников, долгое вре­мя по тюрьмам и острогам. Изнуряли их и теснотою помещения и плохою пищею. По донесению фискалов, при отправке …рекрут… в губерниях удерживали следуемые на их продовольствие кормовые