Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Основы лингвокультурологических исследований языка, литературы и фольклора (на материале русского и чеченского языков и литератур)
.pdf
101
4. Привести различные классификации концептов.
5. Перечислить и охарактеризовать «ключевые» («базовые»), по мнению
исследователей, концепты русской языковой картины мира.
Задания:
1. Выучить наизусть стихотворение в прозе И.С. Тургенева «Русский
язык».
2. Подготовить презентацию о специфике русской языковой картины
мира на материале изученного раздела.
3. Прочитать стихотворения в прозе Баны Гайтукаевой и выявить
этнические маркеры ее творчества.
4. Подготовить презентацию о специфике чеченской языковой картины
мира.
Проектно-исследовательская деятельность:
1. Провести лингвокультурологический эксперимент, используя слова-
стимулы:
1) Россия 2) чеченец
Америка дагестанец
Япония кабардинец
Китай ингуш
Индия осетин
2. Провести ассоциативный эксперимент, используя слова-стимулы:
Мать
Родина
Сила
Добро
Ум
3. Определить лексико-семантическое поле концепта «любовь» на
материале лирики А. Ахматовой
4. Определить лексико-семантическое поле концепта «друг» на материале
лирики А.С. Пушкина.
5. Проанализировать использование диалектной лексики в произведениях
М. Шолохова (на выбор).
6. Определить лексико-семантическое поле концептов «труд», «семья»,
«дом» на материале фразеологизмов русского, английского, чеченского и
других языков (на выбор).
7. Охарактеризовать ЛСП концепта «дружба» на материале романа С.
Арсанова «Когда познается дружба».
102
ЛАКУНЫ И БЕЗЭКВИВАЛЕНТНЫЕ ЕДИНИЦЫ
В ЛЕКСИЧЕСКОЙ СИСТЕМЕ РУССКОГО И ЧЕЧЕНСКОГО
ЯЗЫКОВ - ИСТОЧНИК ЭТНОКУЛЬТУРНЫХ ЗНАНИЙ
Понятия «безэквивалентная лексика» и «лексические лакуны»
Наибольшую возможность для анализа специфики национального
мышления предоставляют так называемые «безэквивалентные единицы» и
«лакуны». В этом разделе мы стремимся описать безэквивалентную лексику и
лакуны с точки зрения их культурологической значимости, смысловой
наполненности и установления своеобразия национальной картины мира,
которая отражается на всех уровнях языковой системы и, в первую очередь, в
лексике. Безэквивалентные лексемы содержат уникальные сведения о
ментальных кодах и смыслах.
Помимо анализа и обобщения имеющихся теоретических источников,
мы, применяя методику контрастивной лингвистики, сопоставили данные
чеченско-русского словаря, выявив лакуны русского языка на фоне лексики
чеченского языка. Далее мы также продемонстрировали возможности
ментальной декодировки безэквивалентной лексемы на материале литературнохудожественного и фольклорного творчества.
Лакуны и безэквивалентные единицы являются языковым свидетельством
своеобразия национального мышления и позволяют получить лингвистам и
культурологам наиболее достоверную, объективную информацию о специфике
языковой картины мира того или иного этноса.
В современной лингвистике изучению данной проблематики
посвящены труды следующих отечественных и зарубежных лингвистов:
известная книга С. Влахова и С. Флорина «Непереводимое в переводе» [38];
работа Л.С. Бархударова, который понимал под безэквивалентной лексикой
(далее – БЭЛ) единицы языка оригинала, отсутствующие в языке перевода, то
есть не имеющие аналогов [19]; труды В.Н. Комиссарова [88]; «Язык и
культура» Е.М. Верещагина и В.Г. Костомарова, последние полагали, что БЭЛ
не поддается семантизации переводом, поскольку план содержания этих лексем
не сопоставим с языком перевода [35]; Я.И. Рецкера, который обозначил БЭЛ
как «наименование реалий, характерных для страны иностранного языка и
чуждых другому языку и иной действительности» [155].
Понятие «безэквивалентная (эндемичная) лексема» означает лексическую
единицу, которая имеется в данном языке или в группе языков, но отсутствует в
других языках, для которых она является лакуной. О специфике языковой
картины мира того или иного этноса судят во многом, проводя анализ
безэквивалентных единиц или лакун. Термин тесно связан с понятием
«концепт», рассмотренный нами ранее и обозначающий некую мыслительную
сущность или представление народа о тех или иных фрагментах окружающей
действительности, которое сформировано в некий мыслительный образ.
Большинство ученых придерживается мнения о том, что отсутствие
вербализованного концепта ни в коем случае не стоит рассматривать как
103
отсутствие у народа определенных представлений о реальности. То есть
представление может быть, но оно не выражается лексически, так как не
является актуальным, важным, необходимым. Если же концепт содержит
ментально значимые характеристики, обусловленные традициями, обычаями,
этикетом, нормами поведения, культурой, религией, то он получает словесное
выражение. Таким образом, по отсутствию или присутствию в концептосфере
того или иного вербализованного знака можно судить о своеобразии
национального мышления, о том, какой сеткой координат этот народ
выстраивает мир, свой космос, свою вселенную. С этим и связаны понятия
безэквивалентность и лакунарность. Очень продуктивным в подобных
исследованиях нам видится анализ терминов родства, названий природных
объектов и т.д. Сравним, к примеру, концепт «двоюродный-троюродный брат
(сестра)» в русском, чеченском и французском языках. Представления о такой
степени родства есть у всех трех народов, но у русских нет специального слова
для номинации этого явления, что свидетельствует о неактуальности подобных
родственных связей в русском языковом сознании. У французов происходит
вербализация, которая заимствуется русскими аристократами в XIX в.: кузенкузина (для обозначения двоюродного родства, но не троюродного), то есть для
французов это важно, и мы можем подтвердить это их культурой и обычаями,
позволяющими кузенам и кузинам заключать браки. В чеченском языке есть
наименования для двоюродных – щича и для троюродных родственников –
маьхча, которые далее дифференцируется по линии отца и матери: дещича,
ненащича, демаьхча, ненамаьхча. Будучи носителями чеченской ментальности,
мы можем объяснить, почему произошла вербализация концепта в чеченском
языке и почему эти слова являются безэквивалентными единицами на фоне
русской лексики, где они выступают в качестве лакун. Двоюродная и
троюродная родня у чеченцев участвует в жизни твоей семьи очень активно,
крепкие узы родства поддерживаются и за счет института «дика-гIо»,
лакунарного для французского и русского языков. Имеется в виду обычай
участвовать в жизни твоей семьи, материально и морально поддерживая в дни
горя и радости (на похоронах, во время болезни, ссор с другими семьями или
законом, свадеб, рождения детей и т.д.). Отсюда выражение: «дикане-гIоне
вахара» (поехать, пойти на горестное или радостное событие, принять участие)
и «дикане-гIоне ахч дIадиллира» (отложить деньги на горестное или радостное
событие). В русском языке есть выражение «отложить на черный день»,
которое частично отражает идею чеченского «дика-гIо», есть и
общехристианская формула клятвы венчающихся у алтаря в церкви: будущие
супруги обещают друг другу быть вместе и в горести, и в радости. Однако
чеченский концепт «дика-гIо» не имеет к этому отношения и является,
соответственно, лакунарным для других языков, в том числе и для русского.
Двоюродные и троюродные родственники не считаются в чеченском сознании
дальними, поэтому концепт актуализируется в языке и получает свои
номинации в виде видовых БЭЛ.
104
Или, к примеру, в русской традиции важное место занимает, как известно,
обряд крещения. При крещении ребенку нарекаются крестные папа и мама, или
просто крестные, которые являются духовными родителями, заботятся,
помогают, поддерживают, не являясь при этом кровными родственниками. По
отношению к родителям ребенка они являются кумом и кумой. А ребенок, если
это мальчик, нарекается крестником, девочка – крестницей. Крестными
братьями и сестрами называют тех, кто обменялся крестиками. Есть еще и
термин «посаженый отец» и «посаженая мать». В их роли выступают те люди,
которые во время венчания молодых заменяют родителей. Для неславянских
языков эти лексемы являются лакунарными, а для русского –
безэквивалентными.
Еще один пример: чеченское слово «эмгар» – это вторая жена мужа по
отношению к первой и наоборот. Естественно, что в традиции народов, не
практикующих многоженство, нет эквивалента данной лексеме. Несмотря на
то, что в чеченском институте брака многоженство не сильно распространено,
как на арабском Востоке, тем не менее, концепт получил вербализацию: какой
мужчина не мечтает о второй жене? И уж слишком сложными и
неоднозначными бывают взаимоотношения двух «эмгар», чтобы это осталось
неотмеченным в языке.
В русском языке слова «тетя» и «дядя», «бабушка» и «дедушка»,
словосочетания «двоюродный брат» и «троюродный» не связаны с линиями
матери и отца, а в чеченском для них нет таких обобщающих названий, они
четко дифференцируются по линии отца и матери: денана, денда (бабушка по
отцу, дедушка по отцу), ненанана, ненада (бабушка по матери, дедушка по
матери), деваша, ненаваша, дейиша, ненайиша (дядя по отцу, тетя по отцу, дядя
по матери, тетя по матери), дещича, демаьхча, ненащича, ненамаьхча
(двоюродный брат отца, троюродный брат отца, двоюродный брат матери,
троюродный брат матери) и т.д. Все эти слова являются лакунарными для
русского языка и безэквивалентными для чеченского. К чему такое строгое
деление? Оно объясняется культурой взаимоотношений между родами и,
главное, позволяет разделить сферы ответственности за ребенка и влияния на
него.
Считается, что ребенок принадлежит семье отца, поэтому родственники
по этой линии отвечают за него, за его поведение, воспитание, поступки. По
чеченским адатам (обычному праву), ребенок должен остаться после развода
родителей с отцом. Данный адат вступает в противоречие с шариатом и
светским законодательством, но очень прочно укоренен в сознании чеченцев,
которые отразили этот факт во фразеологизме: «Де даьхни де каьртахь хила
деза», который переводится следующим образом: «Отцова живность должна
быть во дворе отца». Родственники по отцу строже, так как на них возлагается
ответственность за формирование члена общества.
Родственники по матери такого груза ответственности не несут, поэтому
они могут быть мягче, ласковее с ребенком. Это отражено и в таких
устойчивых выражениях: «Ненахой мерза бу» – «Родственники по матери
105
слаще». Или: «Ненайиша – мезан Iайга бу, дейиша – дера ча». – «Тетя по
матери – ложка меда, тетя по отцу – разъяренная медведица». Кстати, для
наименования теть существуют, помимо названных, еще и лексемы «деца» и
«неца», образованные путем сложения усеченных основ словосочетаний: дом
отца (денцIа) и дом матери (ненацIа). Родовые концепты «ненахой» и «дехой»
(родственники по матери и родственники по отцу) также лакунарны для
русской и многих других лексических систем, как и рассмотренные выше
единицы речи.
Как видим, лакунарность и безэквивалентность лексических единиц,
прежде всего, обусловлена культурными, традиционными и религиозными
факторами. Мы также можем отметить, что лакуны вполне возможно
компенсировать, то есть восполнить, например, как мы это сделали, с помощью
описательных оборотов, объяснений и т.д., правда, для этого может
потребоваться развернутое коммуникативное высказывание, а то и целый текст.
Возможность такой компенсации свидетельствует о невербальности мышления.
В том случае если речь идет о художественном переводе, то, конечно, это
может вызвать определенные затруднения, так как неудобно читать текст со
многими социокультурными комментариями. По мнению испанского ученого
Ортеги-и-Гассета, «каждый народ умалчивает одно, чтобы суметь сказать
другое, так как все сказать невозможно» [133]. Но в художественном тексте
подобные «умолчания» приводят к оскудению содержания для иноязычного
читателя, который просто не владеет фоновыми знаниями и не сможет
правильно интерпретировать тот или иной концепт. К примеру, «мотт
бастар» – обычай «развязывать язык» невесте, «кара хIума йалар» – обычай
девушки давать парню в знак своего согласия стать его женой некий предмет,
который как бы является залогом данного слова: платочек, колечко и т.д. В
этом случае, действительно, потребуется сноска и комментарий.
У разных народов есть близкие концепты, а есть и национально
специфические. Близкие концепты не всегда совпадают по содержанию.
Например, в большинстве языков есть концепт «Родина», он
общечеловеческий, но смысловая матрица может быть несколько отличной, что
отражается в словообразовательных формантах. Так, русское «Родина»
образовано от глагола «родить», рожает женщина, и слово «Родина» женского
рода, отсюда устойчивые выражения «мать сыра земля», «Родина – мать». В
русском языковом сознании доминирует женское начало, земля родная
вскормит, напоит, как мать, главная русская река Волга – тоже женского рода,
Вога-матушка, Волга-кормилица ассоциируется с матерью. В чеченском языке
для обозначения Родины используется лексема «Даймохк», образованная
слиянием словосочетания «земля отцов», здесь культивируется мужское начало
и отражается значимость связи человека с предками, предшествующими
поколениями отцов, похороненных в этой земле, поэтому чеченцы везут своих
мертвецов хоронить на родную землю даже из самых удаленных от Чечни
уголков земного шара. Главная река – Терек, в чеченском языке нет категории
рода, но если рассматривать этот гидроним в русском грамматическом срезе, то
106
Терек – мужского рода. Даймохк, поется в известной песне на слова классика
М. Дикаева, воспитал и сделал из тебя мужчину. В немецком языке
аналогичное чеченскому наименование Родины – das Faterland (земля отцов) и
главная река тоже мужского рода – Рейн.
Солнце для русского человека – символ добра, благодати, света. Для
узбека «куёш» может быть враждебным, так как оно палящее, знойное,
препятствующее плодоношению. Зато луна в восточной традиции
умиротворяет, все красивое в национальной метафорике связано с этим ночным
светилом: луноликая, луноподобная [220: 155].
Итак, концепты могут быть, но их семантика может не совпадать, в этом
случае следует говорить о семантической безэквивалентности или
лакунарности, о национально обусловленной специфике лексемы. Наиболее
выразительно эта специфика проявляется в том случае, если концепт
наличествует или отсутствует, для этого необходимо сравнить лексический
фонд языков, как мы это сделали с терминами родства.
Таким образом, безэквивалентной называют единицу, наличествующую в
одном языке и отсутствующую в другом. Также используется заимствованный
из биологии термин – эндемичная единица, в биологии под эндемичным
растением понимают то, которое произрастает только в одной местности и
отсутствует в других. Лакуна, следовательно, – единица, отсутствующая в
одном языке, но наличествующая в другом.
Каким образом можно обнаружить лакуны? Очень эффективный метод –
анализ двуязычных переводных словарей. Если слово объясняется развернуто, а
не одним словом-эквивалентом, то это должно сигнализировать о
лакунарности.
Есть и другие методы: сопоставление лексических полей, антонимичных
и синонимичных отношений, анализ фразеологии, сопоставление
литературного языка с диалектным, жаргонизмами и профессионализмами. В
последнем случае речь идет о внутриязыковых лакунах. Кстати, за счет
ограниченной в употреблении лексики возможно расширение словарного
состава литературного языка, его обогащение. В первой главе мы приводили
пример с глаголом «шуршать», который изначально относился к курскоорловской диалектной лексике, впервые в литературном языке его употребил
И.С. Тургенев в рассказе «Бежин луг», причем с оговоркой «Камыши
зашуршали, как у нас говорят», имея в виду Орловскую губернию. Повтор
звука [ш] в данном случае помогает воссоздать необходимую для слухового
восприятия пейзажную зарисовку (прием аллитерации, который позволяет
воссоздать сему слова через звук). Данное слово вошло в общелитературный
словарь, так как было там лакунарным. Во многих странах осознают тот факт,
что диалектная лексика обогащает язык, разнообразит его за счет внутренних
резервов, поэтому проводятся научные семинары, конференции по различным
диалектам, пишутся монографии, устраиваются конкурсы на знание специфики
того или иного диалекта. Нам известен случай, о котором сообщалось в
чеченских СМИ, как в Германии несколько лет назад на одном из конкурсов на
107
знание базельского диалекта среди учащихся школ победил этнический
чеченец, являющийся беженцем. Дети, действительно, быстро и легко
улавливают своеобразие и особенности звучащей речи.
Еще один вариант выявления лакун – детская речь, так как дети склонны
к образованию слов, не существующих в языке, например, садист – ребенок,
который ходит в детский сад, главничать – командовать, выступая в роли
главного, асфальтильщик – рабочий, укладывающий асфальт, включатель –
прибор включения электричества, магазинист - продавец и др.
Приведем примеры русских лакун на фоне лексической системы
английского языка:
weekend – вечер пятницы, а также суббота и воскресенье, то есть это
видовая лакуна, которая обозначает время выходных дней, начиная с вечера
пятницы;
fortnight – временной промежуток в две недели;
accost – подойти и заговорить с кем-то.
Конечно, данные явления есть и в русской культуре, но народ их просто
не замечает, не акцентирует на них внимание, они несущественны для русского
языкового сознания, но по каким-то причинам важны для английского.
А вот интересная русская лакуна на фоне японской лексики, которая
очень сильно рисует японскую ментальность, а именно такое качество как
созерцательность, прислушивание к миру, сосредоточенность, характерные для
йоги и философии восточных единоборств: sabi – это состояния человека,
уединившегося на лоне природы и вслушивающегося в один звук.
В то же время есть и русские безэквивалентные лексемы и
фразеологизмы, такие как интеллигенция, непротивление, духовность, сутки,
разговор по душам, которые отсутствуют в европейских языках не только
словесно, но и концептуально на уровне только мыслительных образов.
Как мы отметили выше, лакуны компенсируются описаниями и
комментариями, в случае частого употребления в языке последних они
становятся устойчивыми сочетаниями, например, несчастный случай – англ.
Accident или лосьон после бритья – aftershave.
Трактуются понятия «безэквивалентная лексика» и «лакуны» в научной
литературе довольно широко, однако объединяет все формулировки то, что эти
термины употребляются в том случае, если соответствующая единица имеется
в одном языке и отсутствует в другом, то есть в языке перевода у данной
единицы нет эквивалента. Однако это не означает ее полную непереводимость,
любое понятие можно выразить в другом языке, но необязательно с помощью
слова или устойчивого словосочетания, есть, как мы не раз подчеркнем, и
другие средства языка: описание, комментарий и т.д.
Источники и причины возникновения безэквивалентной лексики в языке
Рассмотрим причины появления БЭЛ в языке и их источники. Прежде
всего, это так называемые «культурные концепты», то есть слова,
108
обозначающие реалии, отсутствующие в другом языке в силу обычаев,
традиций, исторических причин, религиозного фактора, национальной пищи и
одежды: Масленица, Баба-Яга, Дед Мороз, самовар, лапти, крестник, кум,
окрошка, борщ, колхозник, бригадир, пятилетка, перестройка, нэп, квас,
кадриль. Во-вторых, концепт в языке перевода присутствует, но не получил
вербализации: сутки – 24 часа, подобная лексема отсутствует, например, в
английском языке, квартал – период в 4 месяца, месячник – месяц, который
нацелен на уборку и другие запланированные мероприятия. Третья причина: в
языке перевода отсутствует гипероним, то есть родовое, обобщающее понятие
или гипоним – слово с видовым, более конкретным значением (выше мы
приводили примеры видовых и родовых БЭЛ и лакун). Четвертой причиной
может быть присутствие в языке перевода денотата (наименования), но
отсутствие коннотата (экспрессивного содержательного звена семы).
Источником безэквивалентной лексики являются также термины,
которые обозначают новые понятия, и потому еще не появились в других
языках. Заимствуя терминологические лексемы, языки таким образом
компенсируют имеющуюся терминологическую лакунарность. Происходит это
в основном с помощью калькирования, то есть на язык перевода
воспроизводится сема исходного слова. Например: cardiovascular в русском
языке звучит как сердечно-сосудистый. Лакунарность в терминологии связана с
тем, что в науке какого-то народа появилось понятие, предмет, научное
явление, о котором пока ничего неизвестно научному сообществу в других
странах, то есть речь идет об опережении в научном развитии.
Другой не менее значимый источник БЭЛ – неологизмы, особенно
авторские, потому что они создаются в конкретном художественном тексте,
когда писатель стремится образно, выразительно передать нечто, чему в языке
нет соответствующего обозначения: например, у Корнея Чуковского - Муха
Цокотуха, у В. Маяковского - любеночек, миноносица, красавка, громадьё.
Чаще всего к БЭЛ относят так называемые семантические лакуны, когда в
языке перевода нет смыслового эквивалента. К примеру, в английском языке:
glimpse (взгляд, брошенный мельком).
Сложные слова, слова-фразы, аббревиатуры тоже становятся источником
БЭЛ. Так, ассоциация бойскаутов в США именуется BSA.
Слова с уменьшительно-ласкательными суффиксами или с
увеличительными суффиксами, вносящими оттенок субъективной оценки,
широко представлены в русском языке. И они тоже являются источником
безэквивалентной лексики: Танюша, бабулечка, крохотулечка, Петруха,
домина, домище, детина, мелюзга, судилище, хохотушка и многие-многие
другие.
Фразеологизмы, крылатые выражения, пословицы, поговорки в силу того,
что они отражают специфику культуры, быта и национальной психологии,
также зачастую являют собой безэквивалентные единицы того или иного языка.
Например, китайская пословица: «Не зайдя в логово, не поймаешь тигренка». В
этом случае возможно подобрать семантический эквивалент: «Волков бояться –
109
в лес не ходить». Но есть и такие выражения, которые полностью
безэквивалентны. Знаменитое «Я вам покажу Кузькину мать» в выступлении Н.
Хрущева, которое повергло, по легенде, в шок, западное сообщество, так как
было неясно, кто этот Кузька и чем страшна или примечательна его мать.
Причина безэквивалентности может быть психологической в том случае,
когда в языке перевода нет эквивалента временно, потому что он еще не
найден, а может быть лингвистической, когда в языке перевода эквивалента
нет, остается только калькировать слово.
Далее анализируя лакуны, мы будем использовать следующую
типологию: предметные и абстрактные. Первые свидетельствуют об отсутствии
чувственно воспринимаемого предмета (натурфакта) в русской
действительности, абстрактные, соответственно, информируют об отсутствии
отвлеченного понятия – ментофакта.
Родовые и видовые лакуны основаны на явлении гиперонимии и
гипонимии. Гиперонимы – обобщающие понятия, типа дерево, гриб, фрукт,
мебель. Гипонимы – видовые: осина, береза, ясень, подберезовик, мухомор,
рыжик, стул, кресло, диван-кровать.
Мы уже приводили выше пример видовых и родовых лакун родства по
отцу и матери в русском языке на фоне чеченского. Можно привести также
пример из английского и немецкого языков: Grandparents (англ.), Grosseltern
(нем.) – общее наименование дедушки и бабушки. В русском языке есть общее
наименование «родители», а для чеченского языка оно является лакуной.
Следующий тип лакун – межъ- и внутриязыковые. Первые
обнаруживаются, когда происходит сопоставление разных языков, а вторые
внутри одного языка, к примеру, когда отсутствует слово-антоним.
Если в какой-то национальной среде отсутствует определенная реалия,
присутствующая в другой, – этот тип лакуны относят к мотивированной, то
есть «пустота» мотивируется тем, что нечего называть, это явление не
свойственно жизни этноса, его просто нет. Противоположны им
немотивированные лакуны, то есть предмет или явление имеются, но не
номинированы в языке: сутки, именинник, однофамилец, тезка, аврал – эти
слова имеются в словарном составе русского языка, но не присутствуют во
многих других языках.
Выделяют также номинативные и экспрессивно-стилистические лакуны.
В первом случае отсутствует номинация явления, во втором – определенная
стилистическая окраска.
К частеречным относят «пустоты», связанные с отсутствием слов той или
иной части речи. Например, в русском языке – овация – это существительное, а
в английском языке есть глагол со значением бурно и одобрительно
аплодировать – acclaim.
110
Классификация безэквивалентной и лакунарной лексики
Существуют различные классификации БЭЛ. Нам кажется наиболее
удачной классификация, предложенная Л.С. Бархударовым [19]. Ее мы и
представим в данном разделе.
1. Имена собственные, географические и административные названия.
Котлас, Ветлуга, Верхняя Пышма, Великие Луки, Великий Усюг, Братск,
Воркута, Солнечногорск, Армавир, Ессентуки, Степан, Ирсана, Индира,
Петимат, Самира, Демиург, Государственная Дума, Совет Федерации,
Мосгорсуд, Шали, Аргун.
2. Реалии (лат.) – это предмет (явление), который (-ое) реально
существует или существовал.
Реалии могут быть связаны с климатом, природными условиями,
ландшафтом. Такие реалии принято называть географическими. Так, русские
слова «тайга» и «болото» относятся именно к географическим реалиям. Для
большей территории России характерна снежная зима, поэтому в русском языке
так много обозначений различных проявлений этого природного явления,
которые лакунарны для других языков: буря, метель, пурга, поземка, снегопад,
буран, снежок. В английском языке нет необходимости дифференцировать
данные явления, поэтому для обозначения снежной бури используется одна
единственная лексема: snowstorm.
Второй разновидностью реалий являются этнографизмы. Они связаны с
культурной спецификой, образом жизни народа, его бытом, обычаями,
традициями, религиозными обрядами, необычными для другой культуры
предметами: гусли, масленица, кум, кума, Святки, окрошка, квас, борщ, щи,
рубль, копейка, крестины, Вербное воскресенье, блинница, самовар.
Общественно-политические реалии: бояре, буденновец, продразверстка,
перестройка, гласность, дума, коммунарка, край, контрреволюционер,
большевик, меньшевик, нэп, красноармеец, росгвардия, росгвардеец, путинец,
ампиловец, контра, белые, красные.
Устойчивые слова и выражения (фразеологизмы, афоризмы): заварить
кашу, собаку съел, кот наплакал, с гулькин нос, во всю Ивановскую, звезд с
неба не хватает, бить баклуши, поймать быка за рога и др.
К реалиям также относят слова из фольклора: Красна девица, Снегурочка,
Баба-Яга, Кощей Бессмертный, домовой, Кикимора болотная, Елена
Прекрасная, Словей-разбойник, Змей Горыныч, добрый молодец, суженыйряженый…
Следующая группа реалий – топонимы: Нева, Вологда, Самара, Енисей.
Еще одна группа – антропонимы: Лев Николаевич Толстой, Ярослав
Мудрый.
Ученый также выделяет так называемые «случайные лакуны». Это
происходит тогда, когда предмет или явление имеет место в опыте того или
иного этноса, но почему-то не получил своего номинативного закрепления.
Иногда это связано с неизвестными причинами, иногда с образом жизни, в
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]