Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Баланс конституционных ценностей. Монография
.pdf
2.2. Аксиологическое толкование конституций: основные особенности 81
толкования (логического, исторического, системного, телеологического) нетрадиционными приемами правового анализа, включая
аксиологический анализ. Анализ конституционных ценностей тесно
связан с телеологическим приемом толкования. Вместе с тем аксиологический подход представляет самостоятельный подход к анализу
конституционного текста и оспариваемой законодательной нормы.
Для поиска справедливого судебного решения с использованием
конституционно-аксиологического подхода важно
обеспечить максимальную защиту и оптимизацию конституционных ценностей. Цель
максимальной защиты каждой из конституционных ценностей включает запрет ущемления одной из равнозначных конституционных
ценностей в пользу другой, а также недопустимость ограничений конституционных ценностей, создающих полную невозможность их
реализации.
Основной потенциал критики конституционного аксиологического
толкования связан с развитием судебного активизма. Однако
, учитывая
особую природу конституционных ценностей, их неразрывную связь с
базовыми конституционными принципами и целями, считаем, что поступательный конституционно-судебный анализ ценностей с учетом
интересов всех задействованных сторон скорее усилит конституционную легитимность как самих органов конституционного правосудия,
так и принимаемых ими решений.
ГЛАВА 3
БАЛАНС КОНСТИТУЦИОННЫХ ЦЕННОСТЕЙ
В ПРАКТИКЕ ОРГАНОВ
КОНСТИТУЦИОННОЙ ЮСТИЦИИ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
3.1. БАЛАНСИРОВАНИЕ
КОНСТИТУЦИОННЫХ ЦЕННОСТЕЙ
В ПРАКТИКЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
настоящем параграфе рассмотрим основные тенденции использования категорий «ценность» и «баланс ценностей» в
Â
практике Конституционного Суда Российской Федерации в последние
годы.
Для достижения данной задачи нами были изучены решения (постановления и определения) Конституционного Суда РФ в период с
2010 года.
Охарактеризуем общие характеристики обращения Конституционного Суда РФ к конституционным
Первое. Конституционное закрепление высшей ценности человека,
его прав и свобод находит наиболее частые отклики в мотивировочной
части судебных решений. В качестве своеобразной традиции Конституционный Суд РФ обычно отсылает к статье 2 Конституции РФ в
части 2 мотивировки. Подобная отсылка становится своего рода клише, используемым Судом как при принятии определений
рассмотрении жалоб граждан и иных лиц, так и при вынесении постановлений при рассмотрении дел по существу. Представляется, что в
данном случае Суд стремится напомнить законодателю и правоприменителю (в том числе субъекту, обратившемуся с жалобой или
ценностям.
об отказе в
3.1. Балансирование конституционных ценностей в практике Конституционного Суда РФ 83
запросом) об особом значении статьи 2 в общей иерархии конституционных ценностей. При этом в дальнейшей части своих решений Суд
зачастую не возвращается к ценностным аспектам Конституции РФ.
В подобных случаях, как правило, отсутствует и вопрос о балансировании конституционных ценностей. Так, в 2014 – 2015 годах Конституционный Суд более 50 раз в своих
статьи 2 Конституции РФ
132
.
решениях процитировал положения
С одной стороны, стоит позитивно оценить эту тенденцию, так как
права и свободы человека представляют способ ограничения государственной власти. Они способствуют напоминанию всем субъектам
права в России, что Конституция РФ как особый по природе общественный договор закрепила особое положение человека и его прав в
системе иных публичных и
частных интересов. С другой стороны, не
вполне понятно, какую смысловую нагрузку несет постоянное повторение статьи 2 практически в каждом постановлении Суда, если в
итоге Суд может не встать на сторону защиты того или иного конституционного права. Получается, что вначале Суд утверждает об
абсолютном характере прав человека, а затем своим решением
опровергает данную абсолютность. Вероятно, внутренняя антиномия
Конституции РФ приводит к такому результату.
Не зря ученые задаются вопросом: «зачем же тогда российский
конституционализм взращивает идеологему «естественных прав человека» и даже закрепляет ее в статье 2 Конституции? Скорее всего для
того, чтобы доказать «правовую» сущность Российского государства,
ибо согласно легистским принципам
своей правовой, а значит, с принятием Конституции 1993 года в России возникло правовое государство»
любая власть является по природе
133
.
Из сказанного следует, что в российской конституционной практике имеется разрыв между позитивным правом, закрепляющим ценность прав человека, и реальным восприятием этих прав как населением, так и органами власти. От постоянного напоминания о
существовании статьи 2 в судебных решениях последние не станут
132
См., например, Определения № 223-О, 291-О, 373-О, 518-О (2014), По-
становления № 1-П, 24-П, 29-П, 32-П, 33-П (2014).
133
Кочетков В.В. Особенности заимствования и развития конституцион-
ных ценностей в российской юриспруденции // Российский юридический
журнал. – 2016. – № 1.– С. 14.
84 Глава 3. БАЛАНС КОНСТИТУЦИОННЫХ ЦЕННОСТЕЙ
более обоснованными и аргументированными. Скорее наоборот – возможно размывание изначального предназначения статьи 2 Конституции. Она превращается в банальный элемент аргументации, не имеющий сущностного развития.
Второе. Конституционный Суд РФ в своей практике верно отмеча-
ет, что конституционные ценности, будучи закрепленными в
Основном законе, находятся под защитой не только акта высшей
юридической силы, но и отраслевого законодательства. Так, в
Постановлении Конституционного Суда РФ от 17 октября 2011 года
№ 22-П
134
отмечается, что федеральный законодатель для обеспечения
«эффективной защиты прав и свобод человека как высшей ценности»
при принятии уголовно-процессуального законодательства должен исходить из конституционных целей и ценностей. В Определении
Конституционного Суда от 23 декабря 2014 года № 2941-О напрямую
написано: «Оспариваемые положения федеральных законов “Об информации, информационных технологиях и о
защите информации” и
“О персональных данных”, послужившие основанием для мотивиро-
ванного отказа заявителю в фотографировании материалов служебных
проверок, содержащих персональные данные сотрудников ФСБ России, направлены на обеспечение разумного баланса конституционно
защищаемых ценностей (…)»
135
.
Помимо отраслевого федерального законодательства на защите
конституционных ценностей и в целях поддержания их адекватного
баланса принимается и региональное законодательство в рамках полномочий законодателей субъектов РФ. Так, в Постановлении
Конституционного Суда РФ от 13 июля 2010 года № 16-П указывается:
134
По делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи
133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жа-
лобами граждан В.А. Тихомировой, И.И. Тихомировой и И.Н. Сардыко:
Постановление Конституционного Суда РФ от 17.10.2011 № 22-П // Российская газета. – 2011. – 26 октября.
135
Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Солобуты
Сергея Геннадьевича на нарушение его конституционных прав частью 2 статьи 9 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и
о защите информации», статьей 7 и частью 1 статьи 19 Федерального закона
«О персональных данных»: Определение Конституционного Суда от
23.12.2014 № 2941-О // Документ опубликован не был. СПС «
Плюс». – Раздел «Судебная практика». – 2016.
Консультант
3.1. Балансирование конституционных ценностей в практике Конституционного Суда РФ 85
«Учитывая необходимость соблюдения баланса таких ценностей, как
безопасность дорожного движения при оказании услуг населению автомобильным транспортом, в частности безопасность пассажирских
таксомоторных перевозок, и свобода предпринимательской деятельности, законодатель Краснодарского края был вправе – не нарушая
федеральное законодательство – установить в сфере перевозок пассажиров таксомоторами индивидуального пользования в Краснодарском
крае правовой
обеспечивал бы безопасность этих перевозок»
режим предпринимательской деятельности, который
136
.
Таким образом, судебная практика Конституционного Суда РФ
ориентирует на широкий подход в понимании механизмов обеспечения реализации и балансирования конституционных ценностей,
которые не ограничены собственно конституционной сферой, а распространяются на всю правовую систему.
Представляется, что и муниципально-правовой уровень правового
регулирования также должен быть включен в систему нормативного
блока,
обеспечивающего баланс конституционных ценностей и их
полноценную реализацию. Основной аргумент в пользу данного
утверждения основан на конституционном закреплении местного самоуправления. Как верно отмечает Е.С. Шугрина, местное самоуправление как конституционная ценность может быть рассмотрена одновременно в разных аспектах: как конституционное право, как форма
народовластия, как деятельность граждан, как
ционного строя, как институт организации и предоставления
муниципальных услуг
137
. А.Н. Кокотов утверждает, что «местное са-
моуправление в его конституционном измерении – это своеобразный
«третий уровень российского конституционализма»
одна из основ конститу-
138
. А.А. Джагарян,
136
По делу о проверке конституционности положений статей 6 и 7 Закона
Краснодарского края «Об организации транспортного обслуживания населения таксомоторами индивидуального пользования в Краснодарском крае» в
связи с жалобой граждан В.А. Береснева, В.А. Дудко и других: Постановление Конституционного Суда РФ от 13.07.2010 № 16-П // Российская газета. –
2010. – 28 июля.
137
См. Шугрина Е.С. Понятие местного самоуправления как конституци-
онной ценности: доклад о состоянии местного самоуправления в Российской
Федерации / под ред. Е. С. Шугриной. – М.: Проспект, 2015. – С. 4–11.
138
См. Особое мнение судьи А.Н. Кокотова к Постановлению Конститу-
ционного Суда РФ от 01.12.2015 № 30-П «По делу о проверке конституцион-
86 Глава 3. БАЛАНС КОНСТИТУЦИОННЫХ ЦЕННОСТЕЙ
подчеркивая особую социальную роль местного самоуправления в
России, верно указывает, что «оно призвано в единстве с органами
государственной власти и институтами гражданского общества обеспечивать достойные условия жизни и свободное развитие человека»
139
Согласимся, что местное самоуправление действительно непосредственно влияет на качество жизни человека, опосредует реализацию
многих конституционных прав и свобод. Исходя из этого, должное
развитие конституционная ценность местного самоуправления и иные,
связанные с ней конституционные ценности будут находить на уровне
муниципальной нормативной базы.
Третье. Анализ соблюдения законодателем конституционных пре-
делов его
усмотрения в ограничении конституционных прав и свобод.
В подобных случаях Конституционный Суд РФ обращается к части 3 статьи 55, которая устанавливает критерии допустимости
ограничений конституционных прав и свобод. Как отмечает Суд,
«обеспечивая при осуществлении соответствующего правового регулирования баланс частных и публичных интересов в сфере народовластия, федеральный законодатель, как неоднократно
подчеркивал
Конституционный Суд Российской Федерации, обязан учитывать, что
цели ограничения прав и свобод должны быть не только юридически,
но и социально оправданны, а сами ограничения – адекватными этим
целям и отвечающими требованиям справедливости; при допустимости ограничения федеральным законом того или иного права в
соответствии с конституционно одобряемыми целями государство
должно использовать
не чрезмерные, а только необходимые и строго
обусловленные этими целями меры; публичные интересы, перечисленные в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, могут
оправдывать правовые ограничения прав и свобод, только если такие
.
ности частей 4, 5 и 5.1 статьи 35, частей 2 и 3.1 статьи 36 Федерального закона
«Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской
Федерации» и части 1.1 статьи 3 Закона Иркутской области “Об отдельных
вопросах формирования органов местного самоуправления муниципальных
образований Иркутской области” в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы» // Особое мнение не было опубликовано. – СПС
КонсультантПлюс. – Раздел «Судебная практика». – 2016.
139
Джагарян А.А. Местное самоуправление в системе социальной госу-
дарственности Российской Федерации: автореф. дис. … д-ра юрид. наук. –
Ростов-на-Дону: Южный федеральный университет, 2012. – С. 4.
3.1. Балансирование конституционных ценностей в практике Конституционного Суда РФ 87
ограничения адекватны социально необходимому результату; недопустимо искажение в ходе правового регулирования самого существа
конституционного права или свободы; цели одной только рациональной организации деятельности органов власти не могут служить
основанием для ограничения прав и свобод»
140
.
В приведенной цитате Конституционный Суд РФ называет публичные интересы, указанные в части 3 статьи 55 «конституционно
одобряемыми целями». В другом решении он именует их «конституционные ценности»: «…федеральный законодатель, исходя из
конституционно значимых целей и с учетом конституционно защищаемых ценностей (статья 55, часть 3 Конституции Российской Федерации), основой которых является право
на охрану государством здоровья граждан, может ограничить федеральным законом право на
временное проживание в Российской Федерации иностранных граждан, инфицированных ВИЧ-инфекцией»
141
. Очевидно, что в подобных
случаях речь идет о конституционно значимых целях, одновременно
выступающих ценностями.
Из приведенных положений также следуют важные выводы об
иерархии конституционных ценностей, закрепляемых Конституцией
России. Во-первых, очевидны приоритет и особое значение прав и свобод человека в ряду иных ценностей. Во-вторых, закрепление в части 3
статьи 55
Конституции РФ значимых публичных ценностей не означа-
ет возможность автоматического ограничения прав и свобод человека
140
По делу о проверке конституционности подпункта «а» пункта 1 и под-
пункта «а» пункта 8 статьи 29 Федерального закона «Об основных гарантиях
избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской
Федерации» в связи с жалобой гражданина А.М. Малицкого: Постановление
Конституционного Суда РФ № 14-П от 22.06.2010 // Российская газета. –
2010. – 07 июля.
141
Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы Барышевой Татьяны Ва-
сильевны, Леонтьевой Ирины Александровны, Малетиной Раисы
Владимировны и Мельника Игоря Николаевича на нарушение их конституционных прав положениями пункта 1 статьи 7 и пункта 1 статьи 9 Федерального
закона «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», а также Указа Президента Российской Федерации «
мерах социальной поддержки лиц, осуществляющих уход за нетрудоспособными гражданами: Определение Конституционного Суд РФ № 1244-О-О от
30.09.2010 // СПС КонсультантПлюс. – Раздел «Судебная практика». – 2016.
О дополнительных
88 Глава 3. БАЛАНС КОНСТИТУЦИОННЫХ ЦЕННОСТЕЙ
и гражданина. Не только потому, что имеется ряд не подлежащих
ограничению прав (часть 3 статьи 56), но постольку, поскольку Конституционным Судом РФ выработаны дополнительные критерии:
необходимость ограничений; адекватность ограничений; минимальность (недопустимость чрезмерности) ограничений; соответствие
ограничений конституционной цели-ценности, ради которой происходит ограничение, т. е. указанной в части 3 статьи 55. Частично
данные
критерии перекрываются принципом пропорциональности (соразмерности) ограничений, который уже рассматривался в главе 2 настоящей
работы.
Получается, что без анализа конкретного закона, ограничивающего
конституционные права, невозможно будет понять, какая из конституционных ценностей возымела приоритет при балансировании. Отсюда
необходимость осознания относительности самой идеи иерархии конституционных ценностей, которая зависит как от замысла
законодателя, так и от последующей оценки Конституционного Суда
РФ. Вместе с тем нельзя признать такое положение адекватным целям
построения демократического и правового государства в России.
Представляется, что теория конституционного права должна разрабатывать специальные критерии и параметры взвешивания
конституционных ценностей как в качестве руководства для правотворца, так и для
толкователей конституционных норм.
Отметим, что именно при анализе соблюдения законодателем (как
правило, федеральным) требований части 3 статьи 55 и указанных дополнительных критериев допустимости ограничений прав человека
Конституционный Суд РФ переходит к балансированию конституционных ценностей. Рассмотрим некоторые наиболее знаковые для
иллюстрации метода балансирования решения Суда подробнее.
19 апреля 2010 года Конституционный Суд РФ
рассмотрел жалобы
пятерых граждан на нарушение их прав положениями Уголовнопроцессуального кодекса РФ в части исключения из числа уголовных
дел, по которым могут быть поданы ходатайства об использовании
коллегии присяжных заседателей, ряда преступлений, предусмотренных в Уголовном кодексе РФ, включая террористические акты,
массовые беспорядки, шпионаж и другие. В данном деле Конституци
онный Суд РФ определил в пункте 2.1, что ограничиваемыми
конституционными правами в деле выступают право граждан участвовать в осуществлении правосудия (часть 5 статьи 32) и право
-
3.1. Балансирование конституционных ценностей в практике Конституционного Суда РФ 89
обвиняемого в совершении преступления на рассмотрение его дела
с участием присяжных заседателей (часть 2 статьи 47, часть 4
статьи 123). При этом последнее право не является частью ядра конституционного права на судебную защиту, а выступает только одной
из его гарантий, которая зависит от дискреционных полномочий федерального законодателя. Установив, что формально законодатель мог
ограничить указанное конституционного право, Суд переходит к анализу необходимости подобного ограничения и проверке баланса с
иными конституционными ценностями.
В качестве конкурирующих ценностей представлены реальная
угроза для жизни и здоровья как населения, так и участников уголовного судопроизводства, и серьезное негативное психологическое
воздействие подсудимых на способность входящих в состав суда лиц
к принятию адекватных решений.
Сложно исключить отрицательное воздействие такой информации
на кандидатов в присяжные заседатели и формирование у них предвзятой – обвинительной либо оправдательной психологической установки
(равно как и устранить давление на них посредством угрозы жизни и
физической неприкосновенности), что в конечном счете не позволяет
обеспечить требование беспристрастного суда как
с субъективной, так
и с объективной точки зрения.
Описывая третью особенность, обратим внимание, что Конституционный Суд РФ не определяет для законодателя единственно
возможный вариант правового регулирования, балансирующий конституционные ценности, но создает рамки, ориентиры для реализации
законодателем свободы усмотрения (дискреции) в установлении норм
права. В этом подходе, как отмечает
являются конституционные начала «самоограничения, взвешенности и
обоснованности»
142
решений Суда. Представляется, что таким образом
Конституционный Суд РФ, про-
Конституционный Суд России способствует гибкому «вживлению»
конституционно-правовых ценностей в материю текущего законодательства, реализуя регулятивный потенциал конституционных норм.
142
См., например: По делу о проверке конституционности положений
статьи 117, части 4 статьи 292, статей 295, 296, 299 и части 2 статьи 310
Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой закрытого акционерного общества «Довод»: Постановление Конституционного Суда РФ от 17.03.2010 № 6-П // Российская газета. – 2010. –
02 апреля.
90 Глава 3. БАЛАНС КОНСТИТУЦИОННЫХ ЦЕННОСТЕЙ
Есть и существенный недостаток подобного расплывчатого формулирования судом своих позиций. С точки зрения законодателя и судей,
которые будут работать с «выявленным конституционно-правовым
смыслом» законов, отсутствие ясности в нем явно будет создавать новые конфликты и недопонимания. Получается противоречие: судьи не
могут взять на себя роль законодателя, так как
лишены мандата народа, а с другой стороны, правоприменитель и сам законодатель ожидают от органа конституционного контроля конкретного варианта разрешения спора и балансирования конституционных ценностей, а
значит – заполнения образующегося правового вакуума, пробела. Как
отмечают С.А. Дробышевский, Е.Ю. Тихонравов, судья, работая с правовыми пробелами, скрывает свои правовосполнительные
ния под видом простого применения права, но при этом «он должен
принять во внимание политические цели легислатуры»
постановле-
143
. Получается,
что политическая конъюнктура будет способна определять финальное
решение судей. Такой подход представляется вполне оправданным с
той точки зрения, что законодатель в демократическом обществе концентрирует доминирующие публичные интересы, а значит, его цели в
большей степени легитимны. Другой вопрос – имеются ли у отечественных судей Конституционного Суда РФ ресурсы и
методология
анализа «политических целей легистратуры». В этом направлении
наука конституционного права могла бы содействовать обеспечению
регулярного аналитического сопровождения деятельности аппарата
Конституционного Суда РФ. Сам Суд при принятии решений мог бы
последовать примеру немецких судов и «открыто называть действительные причины»
144
, лежащие в основе его постановлений, что будет
содействовать их дальнейшей оценке и критике.
Четвертое. Обеспечение баланса конституционных ценностей
связано не только с нормативным установлением, развитием конституционно-правовых положений, но и с практикой правоприменения,
которая способна нарушить данный баланс. Действительно, без анализа правоприменения нельзя утверждать, что баланс конституционных
ценностей
достигается. Нужно выстраивать своеобразный аналитиче-
143
Цит. по: Лундмарк Т. Рецензия. С.А. Дробышевский, Е.Ю. Тихонравов.
Способы восполнения пробелов в праве // Государство и право. – 2016. –
№ 3. – С. 127.
144
Там же.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]