Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Баланс конституционных ценностей. Монография
.pdf
2.1. Связь аксиологического толкования с классическими способами 51
разрешения правового спора
83
. Казуальное толкование, которое прева-
лирует в деятельности Конституционного Суда РФ в последние годы,
по своей юридической природе преследует цель – разрешение конкретного конституционного спора, а не установление универсального
правила последующего правоприменения. В этом смысле уяснение
действительного смысла рассматриваемых норм и ценностей, лежащих
в ее основании, особенно важны для сохранения необходимой
дистанции судебной власти и законодательной. Последующий анализ конституционно-судебной практики в главе 3 настоящего исследования также
проиллюстрирует важность осознания правоприменительной природы
конституционного толкования Конституционным Судом РФ.
Указанная проблема исследования конституционного толкования
тесно связана с определением разных видов и способов конституционного толкования
84
. В настоящем исследовании особый интерес
представляет именно конституционное судебное толкование, поэтому
вопросы доктринального, аутентичного толкования отдельно рассмотрены не будут.
Первый важный вопрос заключается в следующем. Возможно ли
признавать все итоговые решения Конституционного Суда РФ и конституционных (уставных) судов субъектов результатом конституционного (уставного) истолкования? Согласно Конституции РФ и
положениям ФКЗ «О Конституционном Суде РФ» Суд имеет право
официального толкования конституционных норм только в специально
определенной процедуре и по запросу уполномоченных органов государственной власти. Однако, как отмечает Х. Гаджиев, «Толкование
Конституционным Судом Конституции осуществляется при рассмотрении любых вопросов, относящихся к его компетенции. В этом
случае толкование является
правом Конституционного Суда. Вместе с
тем законом прямо закрепляется обязанность толкования Конституции
в случае запроса компетентными должностными лицами или государ-
83
Н.Е. Таева в диссертации, на наш взгляд, весьма последовательно дока-
зывает отсутствие нормативной природы решений Конституционного Суда
РФ, несмотря на весь его «преобразующий» нормы права потенциал. См.:
Толкование конституицонно-парвовых норм в Российской Федерации: автореф. дис. … канд. юрид. наук. – М., 2005. – 32 с.
84
Корнев В.Н., Алешкова И.А. Указ. соч. – С. 6.
52 Глава 2. БАЛАНС КОНСТИТУЦИОННЫХ ЦЕННОСТЕЙ
ственными органами»
85
. Получается, что Конституционный Суд РФ, а
по аналогии с ним и конституционные (уставные) суды субъектов Российской Федерации занимаются толкованием только в случаях,
предусмотренных законом.
Отметим, что официальное толкование как понятие является феноменом отечественной юриспруденции, получившим теоретическое
обоснование в советские годы. Многие разработанные в этой сфере
положения советского юриста
П.О. Недбайло сегодня составляют основу теории толкования правовых норм. При этом важно, что
советская теория толкования права исходила из аутентичного толкования высшим представительным органом власти, а в западно-европейской и американской литературе более разработана теория судебного толкования права. Соответственно при нашем анализе конституционно-судебного толкования
невозможно рассматривать данное
явление вне связи с зарубежными концепциями.
Сегодня важнейший конституционный интерпретатор во многих
государствах, включая Россию, – суд
86
. При этом в России ни Консти-
туция, ни базовый ФКЗ «О Конституционном Суде РФ» не определяют
перечень способов толкования конституционных норм и норм оспариваемых законов. Как показывает анализ практики Конституционного
Суда РФ, он преимущественно использует четыре классических способа конституционного толкования: логический, исторический, системный и телеологический (иногда именуется
ставляется не вполне верным
87
). Эти способы конституционного
систематическим, что пред-
толкования обязаны своей систематизации Ф.К. фон Савиньи, который
85
Гаджиев Х. Пределы толкования норм Конституции Конституционным
Судом // Право и политика. – 2000. – № 12. – С. 31–38.
86
Хотя в ходе Конституционного совещания обсуждалась идея официаль-
ного конституционного толкования Государственной Думой Федерального
Собрания РФ. Так, Е.А. Данилов заявил, что признание за Конституционным
Судом права толкования конституции означает признание за ним права писать конституцию. См. подробнее: Конституционное совещание. Стенограммы. Материалы. Документы. – Т. 19. – С. 284.
87
Например, в статье К.А. Половченко употребляются оба термина: «си-
стематическое» и «системное». См.: Половченко К.А. Научные сообщения.
Толкование конституции (и законов) конституционными судами России и
Украины: теоретические и практические проблемы (сравнительно-правовой
анализ) // Государство и право. – 2002. – № 10. – С. 62 (57–63).
2.1. Связь аксиологического толкования с классическими способами 53
считал, что они могут помочь восстановлению идеи закона. Чтобы
толкование достигло своей цели, эти четыре способа должны использоваться в совокупности.
Проиллюстрируем применение этих четырех способов в практике
Конституционного Суда РФ.
Логическое истолкование, как правило, начинается с грамматического метода исследования буквального или лексического смысла
рассматриваемой правовой нормы. Понятия изучаются
по отдельности
или в контексте предложений, абзацев. Таким образом, выявляются
лежащие в основе правовой нормы идеи (лат. ratio legis – разум закона).
Одним из ярких примеров буквального толкования конституционных норм может служить часть 3 статьи 32 Конституции
Российской Федерации в Постановлении Конституционного Суда
РФ от 19 апреля 2016 года № 12-П: «Формулировка “не имеют права
избирать и быть избранными граждане, содержащиеся в местах
лишения свободы по приговору суда” с лингвистической (грамматической) точки зрения представляет собой императивный запрет,
со всей определенностью означающий, что избирательных прав не
имеют без каких бы то ни было изъятий все осужденные, отбывающие наказание в местах лишения свободы. Попытки истолковать
соответствующее положение статьи 32 (часть 3) Конституции Российской Федерации как позволяющее федеральному законодателю
ограничить избирательные права не всех осужденных, содержащихся в местах лишения свободы, а только приговоренных к лишению
свободы за совершение тяжких преступлений или, исходя из принципа всеобщности избирательного права, вообще отказаться от
этого запрета, не согласуются с указанным
конституционным императивом, безусловно распространяющимся на всех осужденных,
отбывающих наказание в местах лишения свободы по приговору
суда». Данный пример является показательным закрытым или ограничительным толкованием, которое не позволяет находить
несколько этимологических значений для отдельных слов в едином
конституционном запрете. Дальнейшая логика рассуждения в этом
решении Конституционного Суда РФ также
показывает привержен-
ность этому принципу.
На примере этого же решения рассмотрим применение историче-
ского способа толкования. При его использовании конституционные
54 Глава 2. БАЛАНС КОНСТИТУЦИОННЫХ ЦЕННОСТЕЙ
нормы рассматриваются как продукт деятельности конкретного исторического законодателя. Одновременно толкователь может учитывать
необходимость адаптации принятой нормы к новым историческим
условиям и таким образом обновлять историческое первоначальное
значение правовой нормы.
В указанном судебном решении легко увидеть исторические аргументы в мотивировочной части решения. Конституционный Суд РФ
пишет: «При подготовке проекта
Конституции Российской Федерации
обсуждались различные варианты ограничения избирательных прав
лиц, подвергнутых по приговору суда лишению свободы. При этом
принималось во внимание и ранее действовавшее конституционное
регулирование». Далее описаны положения Конституций 1937,
1978 годов в части положений о избирательном праве для лиц, находящихся в местах лишения свободы. Потом Суд обратился к
материалам
Конституционного совещания 1993 года. В итоге Суд подчеркивает, что историческим законодателем «предпочтение было
отдано формуле, нашедшей закрепление в статье 32 (часть 3) Конституции Российской Федерации и исключающей избирательный (персональный) подход к ограничению права голоса в отношении граждан,
содержащихся в местах лишения свободы по приговору суда, – необходимо признать, что конституционный законодатель
в данном случае
вполне ясно и однозначно выразил свою волю, распространив установленное им ограничение на всех осужденных, относящихся к этой
категории».
Третий способ конституционного истолкования – системный. Он
призван гарантировать связь и гармонию законодательства и конституционных норм. Здесь исследуемая норма может истолковываться
судом в связи с иными нормами того
же правового акта или с аналогичными правовыми институтами. Также с помощью системного
способа подтверждается иерархия правовых норм, происходит внутреннее и внешнее согласование правовых предписаний. Известные
принципы lex specialis derogate legi generali, lex posterior derogate legi
priori являются составными элементами применения системного толкования. В изучаемом в качестве примера судебном решении также
ясно прослеживается пример внутреннего системного толкования:
«Статья 32 включена в главу 2 “Права и свободы человека и гражданина” Конституции Российской Федерации; установленный ею запрет
относится к основам правового статуса личности в Российской Феде-
2.1. Связь аксиологического толкования с классическими способами 55
рации и не может быть отменен или изменен иначе как в специальном
порядке, установленном для принятия новой Конституции Российской
Федерации, т. е. Конституционным Собранием или всенародным голосованием (статьи 64, 134 и 135 Конституции Российской Федерации).
Кроме того, по смыслу статьи 16 (часть 2) Конституции Российской
Федерации, согласно которой никакие другие положения Конституции
Российской Федерации
не могут противоречить основам конституционного строя Российской Федерации, все ее положения в целом
составляют непротиворечивое системное единство. Соответственно
предписание статьи 32 (часть 3) Конституции Российской Федерации
никоим образом не может интерпретироваться как нарушающее закрепленные ею принципы свободных выборов и всеобщности избирательного права (статья 3, часть 3; статья 32, части 1 и 2; статья 81,
часть 1), а
также как не отвечающее критериям допустимых ограниче-
ний конституционных прав и свобод (статья 55, часть 3)».
Четвертый из классических способов конституционного толкования – телеологический. Как отмечается в литературе, немецкая
правовая доктрина выделяет субъективный и объективный элементы
использования данного способа
88
. Первый по сути пересекается с ис-
торическим способом – происходит выделение цели, преследуемой
нормоустановителем, субъективная воля которого как раз устанавливается с помощью исторической документации, изучения экономических, политических, социально-культурных особенностей принятия
правового акта. Следование исключительно воле исторического законодателя Дж. Рац именует «радикальным намерением» и призывает к
бережной интерпретации
Объективный элемент, как можем заметить, тесно связан с логическим толкованием – уясняется «истинная цель нормы права»
законов89.
90
, что
позволяет сделать норму права более гибкой. Цели нормы права могут
88
Шмагин А. Основы немецкой методики толкования права // Вестник
гражданского права. – 2012. – № 4. – С. 247–284. (Доступ из СПС «КонсультантПлюс». – 2016. Раздел «Комментарии к законодательству».)
89
См.: Недилько Ю.В. Телеологический и смысловой аспекты толкования
намерений законодателя // Юридическая наука. – 2016. – № 1. – С. 23 (23–28).
90
См.: Дубинин М.Г. Толкование права в романо-германской и англо-
саксонской правовых семьях (на примере ФРГ и Великобритании) // Вестник
Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. – 2015. – № 3. – С. 132
(131–137).
56 Глава 2. БАЛАНС КОНСТИТУЦИОННЫХ ЦЕННОСТЕЙ
быть функциональными (предполагающими изменение поведения людей) и предметными (с конкретным материальным результатом)
91
. Для
конституционного права наибольшую сложность представляет поиск
функциональных целей, явно не отраженных в тексте конституционных норм.
Обратимся к иллюстрации телеологического способа. В практике
Конституционного Суда РФ можно увидеть установление цели закона
на примере выявления «общего смысла» законов, конституционных
норм, под которыми, как правило, скрываются частные элементы целей законов (
конституции). К примеру, в Постановлении Конституционного Суда РФ от 08 июля 2010 года № 13-П указывается, что «забота
о детях, их воспитание как обязанность родителей по смыслу статьи 38
(часть 2) Конституции Российской Федерации предполагают, что
ущемление прав ребенка, создание ему немотивированного жизненного дискомфорта несовместимы с самой природой отношений,
исторически сложившихся и
человека как биологического вида»
обеспечивающих выживание и развитие
92
. Этот пример показателен тем,
что отражает отличие между логическим способом поиска смысла конституционной нормы и телеологическим поиском цели нормы.
Семантическое поле статьи 38 Конституции не позволит определить ее
смысл, описанный Судом. Этот результат возможен только при выявлении общей цели, предназначения статьи 38 Конституции РФ.
Среди классических «канонов толкования» для нашего
исследования существование телеологического способа конституционного
толкования представляется особо значимым. Это связано с тем, что
установление цели законодателя или цели нормы права как таковой,
четко выраженное в мотивировочной части судебного решения, позволяет в интерпретационной деятельности переходить к сравнению
данных целей с конституционно значимыми целями-ценностями, выраженными в части 3 статьи
55 Конституции РФ.
Рассмотренные традиционные методы конституционного толкова-
ния, как верно указывается в современной научной литературе, были
91
Насырова Т.Я. Указ. соч. – С. 9–10.
92
По делу о проверке конституционности пункта 4 статьи 292 Граждан-
ского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки
В.В. Чадаевой: Постановление Конституционного Суда РФ от 08.06.2010
№ 13-П // Российская газета. – 2010. – 17 июня.
2.1. Связь аксиологического толкования с классическими способами 57
приняты конституционным правом путем заимствования общеправовой теории толкования. Вместе с тем с развитием общественных
отношений (в первую очередь политических, экономических) возник
спрос на иную методологию конституционного толкования: «стали
развиваться методы конституицонного толкования, уделяющие большее внимание специфичности и публичному характеру конституционного права, такие как интегративный метод Р. Сменда
альный метод Т. Фивега и Й. Эссера и метод конкретизма, в который
внесли вклад К. Хессе, Ф. Мюллер и П. Хаберле»
93
. Среди известных
или акту-
ученых, развивающих новые каноны толкования конституций, выделяются также Г.Л.А. Харт, Р. Дворкин, Р. Алекси, М. Тропер. Так,
М. Тропер утверждает, что конституционное толкование должно использовать особые приемы не потому, что имеет особый объект
толкования – конституцию. Отличительность конституционного толкования основана на методологических спорах о
конституции и создаваемых нормах «конституции конституции»
смысле (духе)
94
.
Представляется оправданным расширение приемов конституционного толкования, так как действительно современное государство
самостоятельно не в состоянии обеспечить распределение общественных
ресурсов, в том числе конституционных благ. Четыре основных «провала» государства, исследуемых сегодня неоинституционалистами,
включают ограниченность необходимой для принятия решений информации, слабость контроля за бюрократией, дефекты политического
процесса, непредсказуемость ближайших
и отдаленных результатов
93
См.: Карвальу М. Проблемы тезиса о единственно правильном толкова-
нии в области конституционного права (часть II) // Журнал российского
права. – 2015. – № 10. – С. 46–56.
94
Тропер М. Конституционное толкование // Известия высших учебных
заведений. – 2012. – № 4. – C. 91–103. М. Тропер пишет: «Мы будем понимать
под конституцией норму, которая связывает все властные органы, …создал
такую конституцию именно орган толкования. Иерархия норм не является
основой для конституционного контроля законов – такая иерархия выступает
результатом этого контроля» (с. 102). Из этого прослеживается логическая
выстраивания судами конституционно-ценностной иерархии, которая не
связь
задана изначально. Орган конституционного контроля выявляет иерархию
ценностей в конкретных делах и ранжирует нормативные акты по степени
соответствия найденной иерархии (балансу).
58 Глава 2. БАЛАНС КОНСТИТУЦИОННЫХ ЦЕННОСТЕЙ
принятых решений
95
. В этих условиях государству сложно контроли-
ровать выполнение общественного договора, закрепленного конституцией. Новые политические вызовы стимулируют поиск новых оснований разрешений конституционных споров и выяснения значения
конституционных понятий. Среди этих оснований появились отсылки
к морали
ционным ценностям
T. 6. – С. 35.
American Constitution: OUP Oxford, 1999; Feinberg J. Autonomy, sovereignty,
and privacy: Moral ideals in the constitution // Notre Dame L. Rev. – 1982. – T. 58. –
C. 445; The constitution of agency: Essays on practical reason and moral
psychology / Korsgaard C.M.: Oxford University Press, USA, 2008; Rehnquist W.H.
Notion of a Living Constitution // Tex. L. Rev. – 1975. – T. 54. – C. 693;
Бинюкова И. Социальный капитал: новый взгляд на соотношение морали и
права // Научные итоги года: достижения, проекты, гипотезы. – 2011. – № 1–2.
ренбойм П., Гаджиев Г., Лафитский В., Мау В. Конституционная экономика:
учебник. – М.: Юстицинформ, 2006; Бьюкенен Д. Конституция экономической
политики // Вопросы экономики. – 1994. – № 6. – C. 104–113; Нуреев Р.М.
Указ. соч.; Ванберг В. Теория порядка и конституционная экономика // Вопросы экономики. – 1995. – № 12. – С. 86–95; Олсон М.
народов. Экономический рост, стагфляция и социальный склероз. – Новосибирск: ЭКОР, 1998. Стали появляться и исследования о возрастании роли
конституционного права в экономике. См., например: Алебастрова И.А.
Возрастание роли конституционно-правового регулирования в эпохи
экономических кризисов: закономерность или парадокс? // Lex russica. – 2013.
– № 1. – C. 34–46.
лась еще в советское время: Конституция и политика / И.М. Степанов,
Ю.А. Тихомиров. – М.: Наука, 1984. Среди современных исследований отметим работы: Малько А. Конституционная политика как особая разновидность
правовой политики // Конституционное и муниципальное право. – 2010. –
№ 4. – C. 2–5. Медушевский А. Сравнительное конституционное право и
политические
бежные авторы: Grossman J.B., Wells R.S. Constitutional law and judicial policy
making, 1972; Cortner R.C. Strategies and tactics of litigants in constitutional
cases // J. Pub. L. – 1968. – T. 17. – C. 287; Landfried C. Judicial policy‐making in
Germany: The federal constitutional court // West European Politics. – 1992. –
T. 15. – № 3. – C. 50–67.
ценностей органами конституционного правосудия в России описана в главе 3.
96
, экономике97, политическим учениям98 и конечно конститу-
95
См.: Нуреев Р.М. Теория общественного выбора. – М.: ГУ-ВШЭ, 2005. –
96
97
См., в частности: Dworkin R. Freedom's law: the moral reading of the
Отсюда развитие интереса к конституционной экономике. См.: Ба-
99
.
Возвышение и упадок
98
Связь конституции с политическим развитием государства исследова-
институты. – М.: Directmedia, 2015. Наиболее цитируемые зару-
99
Подробная характеристика практики использования конституционных
2.1. Связь аксиологического толкования с классическими способами 59
Примером использования моральных установок при толковании
норм российского законодательства может служить Постановление
Конституционного Суда от 28 июня 2007 года № 8-П о признании
конституционным отказа в выдаче тел и указания мест захоронений
лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено в
связи со смертью при пресечении совершаемого ими террористического акта. В пункте 3.2
данного решения указано, что «минимизация информационного и психологического воздействия, оказанного
на население террористическим актом, в том числе ослабление его
агитационно-пропагандистского эффекта, является одним из необходимых способов защиты общественной безопасности, нравственности, здоровья, прав и законных интересов граждан, т. е. преследует
именно те цели, с которыми Конституция Российской Федерации
и
международно-правовые документы связывают допустимость ограничения соответствующих прав и свобод. Захоронение лица,
принимавшего участие в террористическом акте, в непосредственной
близости от могил жертв его действий, совершение обрядов захоронения и поминовения с отданием почестей как символу, как объекту
поклонения, с одной стороны, служат пропаганде идей террора, а с
другой – оскорбляют чувства родственников жертв этого акта и создают предпосылки для нагнетания межнациональной и религиозной
100
розни»
.
Расширение приемов толкования конституционного права и защищаемых им прав выходит за пределы конституционной юстиции,
активно развиваясь в практике надгосударственных органов правосудия. Так, обращаясь к практике ЕСПЧ, отметим дело К. Маркина
против России, в котором Страсбургский Суд обратил внимание на
возможные лимиты использования социологических и статистических
данных при обосновании
ограничений конвенционных прав: «Европейский Суд отметил, что в настоящее время обеспечение равенства
полов является одной из основных целей в Государствах-членах Совета
100
По делу о проверке конституционности статьи 14.1 Федерального за-
кона «О погребении и похоронном деле» и Положения о погребении лиц,
смерть которых наступила в результате пресечения совершенного ими террористического акта, в связи с жалобой граждан К.И. Гузиева и Е.Х. Кармовой:
Постановление Конституционного Суда РФ от 28 июня 2007 года № 8Российская газета. – 2007. – 04 июля.
П //
60 Глава 2. БАЛАНС КОНСТИТУЦИОННЫХ ЦЕННОСТЕЙ
Европы, и требуется предоставление очень веских причин для того,
чтобы признать соответствующим Конвенции различное отношение к
людям, основанное на половой принадлежности. В частности, ссылки
на традиции, предположения общего характера или преобладающее
общественное мнение в отдельной стране являются недостаточными».
«Европейский Суд также не счел убедительным аргумент Правительства о том, что
наделение мужчин-военнослужащих правом на
получение отпуска по уходу за ребенком негативным образом скажется на боеспособности и операционной эффективности вооруженных
сил. Российские власти не проводили какого-либо экспертного исследования или анализа для установления числа мужчин-военнослужащих, которые могли бы или захотели бы воспользоваться трехлетним отпуском по
уходу за ребенком, для того, чтобы оценить влияние
этого фактора на операционную эффективность. Приведенная властями данная статистическая информация не являлась убедительной. Сам
по себе тот факт, что все мужчины-военнослужащие имеют “детородный возраст”, недостаточен, чтобы оправдать различие в обращении
между военнослужащими разного пола»
101
.
Приведенные доводы о преобразовании стандартной методологии
толкования конституций в российском контексте также подтверждаются и исследованием, проведенным Институтом проблем правоприменения при Европейском Университете (Санкт-Петербург). Оно
наглядно показывает, что большинство вопросов, рассматриваемых
Конституционным Судом России, носит политический характер, а,
значит, конституционное право не может рассматриваться только в
лоне юридической
науки
102
.
В следующем параграфе нами будут рассмотрены особенности аксиологического толкования конституций подробнее.
101
Константин Маркин против России [Konstantin Markin v. Russia]
[Большая Палата] (жалоба № 30078/06): Постановление от 22 марта 2012 г.
[Большая Палата]. URL: http://hudoc.echr.coe.int/sites/eng/pages/search.aspx?i=
001-117034 (дата обращения: 02.05.2016).
102
URL: http://www.enforce.spb.ru/images/Issledovanya/2014/2014.03_Dmitrieva-Arina_Konstitucionniy-Sud_web.pdf (дата обращения: 02.05.2016).
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]