Человек. Общество. Право. Выпуск 4. Материалы международной научной конференции курсантов, слушателей и студентов

Несколько по-иному закреплен порядок ограничения неприкосновенности депутатов законодательных органов субъектов РФ. Так, в ст. 13 Федерального закона от 6 октября 1999 г. № 184 ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов власти субъектов Российской Федерации» установлено, что в случае привлечениядепутата к уголовнойилиадминистративной ответственности проведениеОРМ вотношениидепутата, егобагажа, личныхи служебныхтранспортных средств, переписки, используемых имсредствсвязи и принадлежащих ему документов, а также при проведении оперативно-розыскных мероприятий в занимаемом им жилом и служебном помещениях применяется особый порядокпроизводства поуголовным илиадминистративным делам, установленный федеральными законами.

Отмеченноепозволяет сделать вывод, чтоданная норманепосредственно допускает проведение оперативно-розыскных мероприятий в отношении депутатов законодательных органов субъектов РФ, но, несмотря на это, отсылает наск особомупорядку производства по уголовным или административным делам. Особый порядок, который установлен УПК РФ, нерегулирует условий проведения ОРМ. Можно констатировать отсутствие правового механизмаограничения неприкосновенности парламентариев субъектов РФ при наличии оснований для проведения в отношении них ОРМ.

При подготовке ОРМ, требующих санкции суда, следует руководствоваться Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности» и получить разрешение уполномоченного судьи (а не коллегии судей, как это предусматривает УПК РФ) и соответствующей палаты Совета Федерации РФ, если в этом есть необходимость. Это связано с различием в правовом регулировании оперативно-розыскных и уголовно-процессуальных отношений, а также правовых последствий полученных результатов и принимаемых решений. В УПК РФ особый порядок производства рассматривается толькоприменительнок возбуждениюуголовногодела, задержанию, избранию меры пресечения и производству обыска, когда дается предварительная оценка основаниям для принятия соответствующего решения. В опера- тивно-розыскной деятельности такие решения не принимаются, речь идет лишь о добывании информации, поэтому нет необходимости в коллегиальном судебном решении вопроса о проведении ОРМ. Важно отметить, что санкционироватьподобныеоперативно-розыскныемероприятиявправетоль- ко соответствующий судья Верховного Суда РФ, Верховного суда республики, краевого или областного суда. Вто же время для возбуждения уголовного дела, в том числев отношении лиц, к которым применяется особый порядок производства по уголовным делам, необходимы достаточные основания, указывающие на признаки преступления. Такие данные могут быть получены преимущественно оперативно-розыскным путем.

151

В заключение отметим, что современное законодательство не дает ответов на вопросы, какие конкретные оперативно-розыскные мероприятия ограничивают неприкосновенность указанных лиц, поэтому требуется нормативноезакреплениерассматриваемой проблемы. Для совершенствования законодательствавФедеральномзаконе«Об оперативно-розыскнойдеятель- ности» нужно предусмотреть специальную статью, регулирующую особенности производства оперативно-розыскных мероприятий в отношении должностных лиц, обладающих особым правовым статусом. По смыслу она должна быть связана с порядком, предусмотренным в УПК РФ, для создания единогомеханизма привлечения к уголовной ответственности лиц, имеющих особый правовой статус.

Т. Ю. Сазонов

(Омская академия МВД России)

Научный руководитель — канд. юрид. наук А. С. Малахов

ПРОВОКАЦИЯВ ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЙДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Провокация как метод борьбы спреступностью известна очень давнои активно используется не только в современной России, но и в других странахмира.ВРоссиионаприобретаетособоезвучаниенетольков силусубъективных факторов, связанных с правоприменением, но и из-за слабого законодательногорегулированиядеятельности сотрудниковправоохранительных органов при проведении оперативного эксперимента, проверочной закупки и других оперативно-розыскных мероприятий;в связи сотсутствием надлежащейответственности за провокационную деятельность должностных лиц государства и адекватного механизма отношения государства к лицам, которые совершили или покушались на совершение общественно опасного деяния с ведома и (или) под контролем спецслужб.

Актуальной проблемой теории и практики оперативно-розыскной деятельности является определениедопустимыхпределов(справовой точки зрения) процедуры реализации оперативной информации с тем, чтобы действия оперативных сотрудников не превратились в провокацию преступлений1.

Онедостаточнойразработанности названнойпроблемысвидетельствует существующая судебная практика. Содержание связанных с данной темой документов Верховного Суда Российской Федерации понимается судами поразному: в одном деле при отсутствии формальных нарушений закона не усматривается провокации состороны органов, осуществляющих оператив-

1 Гаврилов Б. Я., Боженок С. К вопросу о провокации преступлений (с учетом решений Европейского суда по правам человека) // Рос. юстиция. 2006. № 5. С. 48.

152

но-розыскную деятельность, а другой суд, изучая похожее по фактическим обстоятельствам дело, категорично оценивает действия сотрудников, производивших оперативно-розыскное мероприятие, как провокацию2.

Критерии провокации Европейский Суд по правам человека (далее — ЕСПЧ) обозначил в 2005 г. в делах Ваньяна3, Худобина и Банниковой4, в которых ЕСПЧ дал свое толкование провокации и запретил такой метод, как не соответствующий ст. 6 ЕКПЧ. Но 2 октября2012 г. ЕСПЧ вынес решение по делу «Веселов и другие против Российской Федерации», которое по сути стало обобщением судебной практики ЕСПЧ по делам опровокации и которое стало предметом бурных обсуждений.

ЕСПЧ фактически ставит под сомнение законность оперативно-розыс- кнойдеятельности вРФ, особеннов делах, связанныхс наркотиками. ЕСПЧ проанализировал российское законодательство об оперативно-розыскной деятельности и о недопустимых доказательствах, после чего привел примеры аналогичных законов многихдругих стран-участниц ЕКПЧ. Входеэтого анализа выяснилось, что почти во всех странах оперативно-розыскные мероприятия с привлечением полицейских агентов (осведомителей) строго регламентированыинаходятсяподпревентивнымконтролемсосторонысуда или прокуратуры, т. е. в этих странах проверочная закупка и иные тайные операции должны быть санкционированы независимым от оперативной службы органом, тогда как в России мероприятие организовано с санкции руководителя того органа, который и проводит его, а внешний контроль и надзор на стадии планирования полностью отсутствует.

ЕСПЧ отметил, что подобная практика приводит к злоупотреблениям со стороны полиции и их «тайных агентов», поскольку также отсутствуют процессуальные нормы, устанавливающие правила проведения таких ОРМ с участием осведомителей. Фактически ЕСПЧ констатировал, что в России нет эффективного контроля за органами, осуществляющими ОРМ. Поэтому результаты ОРМ не могут служить доказательствами по делам, связанным с наркотиками, если нет иных доказательств. Также в постановлении ЕСПЧ приводятся многочисленные цитаты и ссылки на другие прецедентные постановления Суда, в том числе по делам Ваньяна, Худобина, Банниковой.

2Назаров А. Д. Провокации в оперативно-розыскной деятельности. М., 2010. C. 4.

3Ваньян против России [Электронный ресурс] : постановление Европейского Суда по правам человека. URL: http://europeancourt.ru/resheniya-evropejskogo-suda- na-russkom-yazyke/vanyan-protiv-rossii-postanovlenie-evropejskogo-suda/ (дата обращения: 10.04.2013).

4Банникова против России [Электронный ресурс] : постановление Европейско-

го Суда по правам человека. URL: http://minjust.ru/ru/node/1799 (дата обращения: 10.04.2013).

153

На данное решение ЕСПЧ отреагировали органы прокуратуры и суда. Реакция выразилась в инструктивных письмах для органов внутренних дел, в которых обозначены критерии того, как должна проводиться проверочная закупка, чтобы в дальнейшем ее не признали провокационной. Однако соблюсти все эти противоречивые критерии в правоприменительной деятельности практически невозможно, в связи с чем оперативные подразделения органов внутренних дел оказались в затруднительном положении.

На наш взгляд, решения ЕСПЧ повопросам оперативно-розыскной деятельности должны оставаться частью правовой системы РФ. Вто жевремя недопустима произвольная трактовка решений ЕСПЧ отдельными должностными лицами правоохранительных органов, пусть и оформленная в виде инструктивных документов. Считаем, что для выработки единого подхода к оценкерезультатовпроверочной закупкивсветерешений ЕСПЧдолжнобыть проведено специальное научное исследование с участием представителей всех заинтересованных ведомств.

И. А. Федорова

(Уральский юридический институт МВД России, г. Екатеринбург)

Научный руководитель — канд. юрид. наук В. В. Половка

ПОНЯТИЕТАКТИЧЕСКОЙ ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЙ

ИНСЦЕНИРОВКИ

Понятие «инсценировка» находится в центре внимания отечественных криминалистов более пятидесяти лет. Но единую точку зрения по этому поводу выработать не удалось до сих пор. Отсюда и существенные различия многочисленных определений инсценировки как объекта криминалистики, оперативно-розыскной и следственной практики.

Первыми к определению данного понятия обратились В. А. Образцов, егоученики и соавторы Ф. Х. Кульмашев, А. А. Протосевич. Они обоснованно указали на то, что понятие инсценировки может употребляться в качестве цели, процесса, средства и результата деятельности субъекта инсценировки. Указанные авторы ввели в употребление понятие уголовно-релевантной инсценировки как объекта научных и практических исследований. При этом отметили, чтооно сочетает в себе, содной стороны, понятиепреступной инсценировки, а с другой — понятие криминалистической инсценировки1.

При реализации данной концепции было предложено несколько вариантов определения криминалистической инсценировки.

1 Образцов В. А., Андреев С. В. Дезинформация как объект права и криминалистики // Сибирские чтения. Иркутск, 2004. Вып. 19. С. 13–20.

154

1.Криминалистическая инсценировкакакпродукт деятельностисубъектов уголовного преследования представляет собой дезинформационную систему, созданную для введения в заблуждение тех лиц, на восприятие которых она рассчитана, способствующуюпроявлениюими активности, используемой в правоприменительных целях2.

2.Криминалистическая инсценировка как вид тактического дезинформирования представляет собой процесс создания и использования на кратковременной основе субъектами уголовного преследования дезоринтирующей системы, рассчитанной на введение в заблуждение подозреваемого и побуждение его к проявлению в той или иной форме саморазоблачающей, контролируемой и документируемой сотрудниками правоохранительных органов преступной активности3.

В литературе существуют и другие варианты определения рассматриваемого понятия. Так, говоря об уголовно-розыскной и следственной инсценировке как результате деятельности субъектов уголовного преследования, В. А. Образцов и А. А. Протасевич понимают под этим объектом произведенную указанными субъектами«дезинформационную систему, играющую роль допустимого средства проверки информации о совершенном преступлении и доказывания причастности или непричастности к нему проверяемого лица»4. Однакопроверкадостоверностиимеющейсяинформации — всего лишь одно из направлений деятельности сотрудников правоохранительных органов, отсюда и необходимость учета при формулировании общих определений только тех признаков и свойств различных видов тактических инсценировок, которые являются общими для всех этих видов.

При изучении оперативно-розыскной и следственной практики формулируем вывод о том, что как и криминальные, уголовно-релевантные, опе- ративно-розыскныеи следственныеинсценировкиотносятсяк одномуклассу идеальных и материальных моделей как систем, замещающих реально существующиеобъекты материальногомира. Особенностьтаких моделей заключается в том, что они содержат не достоверное знание, а отчасти достоверноезнание, так как в основеегопостроения вомногом лежит легендированная информация.

Именно несоответствующая действительности информация, маскирующая подлинные характер и цель провоприменительной деятельности,

2Казакова Т. В., Образцов В. А. Основы криминалистического учения об инсценировке. Иркутск, 2006. С. 23.

3Кульмашев Ф. Х. Проблемы теории и практики криминалистического исследования автотранспортных средств и связанных с ними преступлений : дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2007.

4Образцов В. А., Протасевич А. А. Криминалистическое учение об уголовнорелевантной инсценировке. Иркутск, 2008. С. 145.

155

представляет собой ресурс, который, по мнению разработчиков инсценировок, способен ввести их адресатов в заблуждение, подталкивая их в неадекватной оценке искусственно созданных ситуаций к ошибочным решениям, ожидаемым субъектами инсценировок.

Специфическойчертойтактическойоперативно-розыскнойинсцениров- ки является то, что в качестве ее объекта выступают, во-первых, определенный контингент лиц, ведущих преступный образ жизни, во-вторых, лица, склонные к преступномуповедению, в-третьих, лица, заподозренные в подготовке или совершении конкретных преступлений, подозреваемые и обвиняемые по уголовным делам.

Еще одно отличие тактической инсценировки от других видов и способов тактического дезинформирования связано с более широким спектром задач, решению которых онаспособствует. К числутакихфундаментальных задач относятся: выявление, раскрытие, пресечение подготавливаемых, совершаемых, совершенных преступлений.

Такимобразом, процессинсценирования —этосистемапоследователь- но реализуемых действий, направленных на воплощение в жизнь разработанной на основелегенды имитационной модели в целях собирания необходимой для расследования информации.

На наш взгляд, указанные общие определения могут быть конкретизированы с учетом своеобразия типичных задач, решению которых способствует оперативно-розыскная инсценировка по делам отдельных категорий.

Тактическая инсценировка может быть представлена в виде организуемого, контролируемого и документируемого компетентными субъектами процесса создания видимостиреальной, связаннойс расследуемымпреступлением, но вымышленной ситуации, способствующей введению разрабатываемого лица в заблуждение относительно подлинных целей и характера проверочных действий, проявлению им (в случае причастности его к преступлению) характерной для поведения виновного психофизической активности, изобличающей его в содеянном.

Н. В. Фомина

(Омская академия МВД России)

Научный руководитель — канд. юрид. наук О. Г. Половников

ПРАВОВЫЕПРОБЛЕМЫОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОГО

КОНТРОЛЯЗАЛИЦАМИ, РАНЕЕСОВЕРШАВШИМИ

ПРЕСТУПЛЕНИЯ

Проблемаоперативно-розыскногоконтролязалицами, ранеесовершавшимипреступления, традиционноявляетсяобъектомвнимания ученых, разрабатывающих вопросыоперативно-розыскной деятельности. Насегодняш-

156

ний день доля преступлений, совершенных лицами, ранее привлекавшимися к уголовной ответственности, составила 44,7%1. Общественный резонанс приобретает раскрытие серийных преступлений, субъектами которых являются лица указанной категории (например, убийства несовершеннолетних на сексуальной почве). У общества возникает резонный вопрос: «Нельзя ли было предупредить или пресечь эти преступления, осуществляя надлежащий оперативно-розыскной контроль за лицами, склонными к их совершению?»

Рассмотрим некоторые связанные с этой проблемой моменты.

1. Отсутствие в Федеральном законе «Об оперативно-розыскной деятельности» основания проведения оперативно-розыскных мероприятий в отношении лиц, склонных к совершению преступлений.

Среди оснований проведения оперативно-розыскных мероприятий, предусмотренных ч. 2 ст. 7 названного Закона, для профилактики преступлений применимо лишь такое, как «ставшие известными органам, осуще- ствляющимоперативно-розыскную деятельность, сведенияопризнакахподготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, атакжеолицах,егоподготавливающих, совершающих или совершивших»2. Обращает на себя внимание, что законодатель не указывает источник получения сведений о признаках криминальной деятельности, использует формулировку «ставшие известными… сведения». Это создает неопределенность в вопросах об источниках осведомленности оперативных подразделений и о том, могут ли осуществляться оперативно-розыскные мероприятия для выявления первичных данных, представляющих оперативный интерес.

Отдельные авторы считают допустимым выводить основания проведения оперативно-розыскных мероприятий «как из иных норм Федерального закона “Об оперативно-розыскной деятельности”… так и из предписаний ведомственных нормативных актов»3. Считаем болеепредпочтительной позицию В. Д. Зорькина, отмечающего, что в условиях, когда действия органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, могут быть обжалованы, даже если лицо лишь предполагает возможность нарушения его прав и свобод, осуществление оперативно-розыскных мероприятий допу-

1ОфициальныйсайтМинистерствавнутреннихделРоссийскойФедерации.URL: http://mvd.ru/upload/site1/document_file/vlXMMRlab8 (дата обращения: 14.04.2013).

2Об оперативно-розыскной деятельности : федеральный закон от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ : в ред. Федерального закона от 22 декабря 2008 г. № 272-ФЗ // Рос. газета. 1995. 18 авг. ; 2008. 26 дек.

3Шумилов А. Ю. Юридические основы оперативно-розыскных мероприятий. М., 1999. С. 31.

157

стимолишьпри наличии оснований, указанных в ст. 7Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности»4.

В связи с этим существует принципиальная возможность проведения оперативно-розыскных мероприятий лишь в случае, если предварительно органом, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, были получены сведения, круг которых определен ч. 1 ст. 7 названного нормативного акта. Такогорода сведения могутбыть получены не вовсех случаях. Криминальный опыт лиц рассматриваемой категории, их склонность к маскировке своих антиобщественных взглядов и намерений создают трудности в выявлении их антиобщественныхустановоки преступных стремленийиными путями, кроме осуществления оперативно-розыскных мероприятий.

Представляется справедливой оценка так называемого логического круга В. Ф. Луговиком, который считает, что для проведения оперативно-розыс- кных мероприятий необходимо наличие сведений, способом получения которых, в свою очередь, выступают оперативно-розыскные мероприятия5. Опрос сотрудников уголовного розыска показал, что основным способом решенияназваннойпроблемы(72%)впрактическойдеятельностиявляетсяиспользованиев качествеоснования оперативно-профилактических меррезультатов мероприятий, проведенных в иных целях. Полагаем, что, несмотря на свою обоснованность6, данная мера носит вынужденный характер и потомуне может быть признана приемлемым решением названного противоречия.

2. Регламентация в подзаконных нормативных актах учета ранее судимых лиц по месту жительства.

Осуждение к лишению свободы, в соответствии с п. 13 Административного регламента предоставления Федеральной миграционной службой государственной услуги по регистрационному учету граждан Российской Федерации по месту пребывания и по местужительства в пределах Российской Федерации7, влечет утрату лицом названного вида регистрации. Всвязи сэтим основная их часть послеприбытия из мест лишения свободы

4Комментарий к Федеральному закону «Об оперативно-розыскной деятельности»/ вступ. ст. В. Д. Зорькина. М., 2006. С. 6–7.

5Луговик В. Ф. Оперативно-розыскное обеспечение государственного обвинения. Барнаул, 2007. С. 28.

6Комментарий к Федеральному закону «Об оперативно-розыскной деятельности»/ вступ. ст. В. Д. Зорькина. С. 141.

7Об утверждении Административного регламента предоставления Федеральной миграционной службой государственной услуги по регистрационному учету граждан Российской Федерации по месту пребывания и месту жительства в пределах Российской Федерации : приказ ФМС России от 20 сентября 2007 г. № 208 // Рос. газета. 2008. 23 янв.

158

обращается в органы Федеральной миграционной службы (далее — ФМС) для регистрации по месту жительства. До 2007 г. это позволяло выявлять большинстволиц, освобожденныхизисправительных учреждений, поскольку ведомственные нормативные акты предусматривали обязанность должностныхлиц ФМС припостановкенаучет направлятьсведенияоних ворганы внутренних дел. СпринятиемназванногоАдминистративногорегламента и отменой действовавшей ранее Инструкции о применении Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационногоучета по меступребывания и поместужительства в пределах Российской Федерации8 с Федеральной миграционной службы была снята обязанность сообщать информацию о регистрации этих лиц в органы внутренних дел. Это затрудняет выявлениелиц, освобожденныхиз исправительныхучреждений, посколькутребует от подразделений уголовного розыска проведения дополнительных мероприятий. Негативное влияние данного обстоятельства отметили 82% опрошенных сотрудников названных подразделений.

Наше исследование показало, что ряд работников ФМС, осознавая необходимость подобной меры, продолжают систематически направлять сведения о лицах рассматриваемой категории в органы внутренних дел (34%), однакобольшая часть работников этой службы (66%) не делают этого. Учитывая важность полного выявления лиц, освобожденных из исправительных учреждений, для оперативно-профилактического наблюдения за ними считаем необходимым нормативное закрепление обязанности ФМС сообщать сведения о регистрации этих лиц в органы внутренних дел в Административном регламенте предоставления Федеральной миграционной службой государственной услуги по регистрационному учету граждан Российской Федерации по месту пребывания и месту жительства в пределах Российской Федерации

Таким образом, необходимосовершенствованиеоснований проведения оперативно-розыскных мероприятий, позволяющее проводить их в отношении лиц, склонных к совершению преступлений, например «наличие судимости за преступления против несовершеннолетних», хотя окончательная формулировка дискуссионна.

В Административном регламенте ФМС России следует закрепить обязанность сотрудников данной службы передавать сведения о ранее судимых лицах при их регистрации по месту жительства в органы внутренних дел для постановки на учет.

8 Об утверждении Инструкции о применении Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации : приказ МВД России от 23 октября 1995 г. № 393 // Рос. вести. 1995. 7 дек.

159

А. В. Перминов

(Омская академия МВД России)

Научный руководитель — канд. ист. наук, доцент С. В. Шевченко

МЕЖДУНАРОДНЫЙКОМИТЕТ КРАСНОГОКРЕСТА:

ИСТОРИЯСОЗДАНИЯИ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Вся история человечествасопровождаетсяконфликтами, войнами, кровопролитиями. Война причиняет огромные страдания, поэтомулюди должны прилагать все усилия к тому, чтобы не превращать ее в бойню без правил, где уничтожают всех без разбора.

Международное гуманитарное право, регулирующее международные правоотношения в период вооруженных конфликтов, представляет собой совокупность международных норм для защиты, в первую очередь, жертв вооруженных конфликтов. Эта деятельностьосуществляется разнообразными международными организациями. Одной из таких организаций является Международныйкомитет КрасногоКрестаиКрасногоПолумесяца(далее — МККК и КП), на который ложится большая часть практической деятельности, теоретических изысканий и разработок.

Впервые идея оказания беспристрастной помощи людям, пострадавшим в ходе военных действий, была реализована швейцарским бизнесменом и гуманистом А. Дюнаном, который в 1863 г. вместе со своими сподвижниками создал комитет. Первоначально комитет состоял из пяти швейцарских граждан, проживающих в Женеве.

Для успеха задуманного А. Дюнан рассылал письма всем властелинам Европы с приглашением их на Международную конференцию, чтобы правительства разных стран взяли на себя взаимные обязательства, подписав договор в области международного права. В итоге на конференции приняли беспрецедентный по тем временам документ. Егоположения заключались в организации во всех государствах соответствующих обществ, в обязанности которых входит оказание помощи раненым на полях сражений. Отличительным знаком, демонстрирующим нейтралитет в боевых действиях, стал красный крест на белом фоне (видоизмененный швейцарский флаг). Комитет пяти был преобразован в Международный комитет Красного Креста (МККК) для координации деятельности благотворительных групп.

Основополагающими в работе этой организации стали принципы гуманности, независимости, беспристрастности, нейтральности, единства, добровольности, универсальности. Эти принципы обеспечивают главную цель деятельности МККК — оказание помощь нуждающимся, облегчение страданий людей, оказавшихся в беде.

За короткое время во многих странах были созданы национальные общества Красного Креста, которые в 1919 г. объединились в Лигу обществ

160