Теоретические основы формирования отрасли полицейского права. Монография

прикосновенности этих граждан, свободы их действий, передвижения или распоряжения какими-либо предметами, а также в повреждении или временном изъятии принадлежащего кому-либо имущества 24.

Федеральный закон «О полиции» предусматривает две формы применения физической силы: боевые приемы борьбы и иное мускульное воздействие на человека либо предметы. Об этом говорит формулировка ст. 20: «Сотрудник полиции имеет право… применять физическую силу, в том числе боевые приемы борьбы… в следующих случаях». Примечательно, что сотрудники Федеральной службы охраны России и органов Федеральной фельдъегерской связи при возникновении указанных в законе обстоятельств имеют право на применение боевых приемов рукопашного боя25. Считаем, что существенных отличий в содержании терминов «боевые приемы борьбы» и «боевые приемы рукопашного боя» нет, однако налицо некоторые проблемы системности законодательства.

Всоответствии с ч. 1 ст. 20 ФЗ «О полиции» сотрудники могут применять физическую силу, в том числе боевые приемы борьбы в целях:

1)  пресечения преступлений;

2)  доставления в служебное помещение территориального органа или подразделения полиции лиц, совершивших преступление (подозреваемых в совершении преступления), и задержания этих лиц;

3)  преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции. Такое противодействие вполне возможно со стороны третьих лиц, причастных к совершению преступлений или административных правонарушений (например, близких и родственников подозреваемого в совершении преступления), пытающихся оказать помощь задерживаемым лицам.

Всоответствии с ч. 2 ст. 20 Федерального закона «О полиции» сотрудник полиции имеет право применять физическую силу во всех случаях, когда законом разрешено применение специальных средств или огнестрельного оружия.

Анализируя законодательство, регулирующее полномочия должностных лиц различных правоохранительных органов по применению физической силы, можно заметить, что каких-либо существенных от-

24  Соловей Ю. П. Правовое регулирование применения сотрудниками полиции физической силы // Административное право и процесс. 2012. № 7. С. 2–9.

25  См., напр.: ст. 11.2 Федерального закона от 17 декабря 1994 г. № 67-ФЗ «О Федеральной фельдъегерской связи», ст. 25 Федерального закона от 27 мая 1996 г. № 57-ФЗ «О государственной охране».

81

личий в основаниях ее применения нет, за исключением особенностей, связанных с правовым статусом должностных лиц либо спецификой решения задач. Например, сотрудники уголовно-исполнительной системы имеют право применять физическую силу для пресечения неповиновения или противодействия законным требованиям сотрудника уголовно-исполнительной системы. Лица начальствующего состава органов федеральной фельдъегерской связи имеют право применять физическую силу для пресечения попыток завладения доставляемыми корреспонденцией, технической документацией и образцами промышленных изделий и т. д. Обязательным условием применения физической силы во всех трех случаях является невозможность выполнения возложенных на полицию обязанностей несиловыми способами. Иных каких-либо запретов и ограничений, в том числе по кругу лиц, нет. Основным условием является отсутствие превышения пределов необходимой обороны, крайней необходимости и причинения вреда при задержании преступника. В связи с этим непонятно требование ч. 2 ст. 11.2 Федерального закона «О федеральной фельдъегерской связи», запрещающей применять «боевые приемы рукопашного боя в отношении женщин с видимыми признаками беременности, лиц с явными признаками инвалидности и малолетних, за исключением случаев оказания указанными лицами вооруженного сопротивления, совершения ими группового или вооруженного нападения, угрожающего сохранности доставляемых корреспонденции, технической документации и образцов промышленных изделий, а также жизни и здоровью сотрудников органов федеральной фельдъегерской связи».

Определения термина «специальные средства» Федеральный закон «О полиции», как и другие законы, предусматривающие основания и порядок применения таких средств, состоящих на вооружении правоохранительных органов, не дает. Для целей данного закона специальные средства можно понимать как состоящие на вооружении полиции и применяемые ею в случаях и порядке, предусмотренных законодательством Российской Федерации, технические средства, вещества и служебные животные, назначением которых является оказание прямого либо косвенного принудительного физического воздействия на человека без нанесения существенного ущерба его здоровью, а также для физического воздействия на объекты материального мира и окружающей среды.

Виды специальных средств, состоящих на вооружении полиции, закреплены в ч. 2 ст. 21 Федерального закона «О полиции». Конкрет-

82

ный их перечень определен действующим распоряжением Правительства Российской Федерации от 5 мая 2012 г. № 737-р «Об утверждении перечня видов огнестрельного оружия, патронов к нему, боеприпасов

испециальных средств, состоящих на вооружении органов внутренних дел Российской Федерации». В условиях реформирования системы МВД России и создания войск национальной гвардии Российской Федерации данный перечень видится весьма избыточным. Технические устройства, предметы и спецтехника, необходимые для проведения различных специальных операций, не отвечают современным задачам полиции и должны быть переданы, по нашему мнению, для выполнения боевых и специальных задач подразделениям Росгвардии, что влечет, соответственно, внесение изменений в Федеральный закон «О полиции» и принятие нового распоряжения Правительства Российской Федерации.

Набор необходимых специальных средств, используемый должностными лицами иных полицейских органов, обусловлен спецификой выполняемых задач. Анализ законодательства Российской Федерации показывает, что весь арсенал существующих специальных средств используют, помимо сотрудников полиции, военнослужащие Рогсвардии

исотрудники уголовно-исполнительной системы. Некоторые государственные органы правоохранительной направленности обладают гораздо меньшим арсеналом. Так, в соответствии со ст. 36 Федерального закона «О Государственной охране» на вооружении пограничных органов находятся 5 видов специальных средств: наручники или подручные средства для связывания, резиновые палки, слезоточивые вещества, светозвуковые устройства отвлекающего воздействия, устройства для принудительной остановки транспорта. В основном же законодатель ограничивается ссылкой на указанное распоряжение Правительства Российской Федерации, утверждающее Перечень специальных средств, вооружения и боеприпасов, состоящих на вооружении конкретного государственного органа.

Основания применения специальных средств (11 пунктов) предусмотрены ч. 1 ст. 23 Федерального закона «О полиции». Все виды специальных средств могут применяться во всех случаях, когда возможно применение огнестрельного оружия в соответствии со ст. 23 данного закона.

Основания применения специальных средств должностными лицами иных органов государственной власти, осуществляющих полицейские функции, зависят от объема и специфики решаемых задач. Наиболее ши-

83

рокий объем полномочий по применению специальных средств возложен на военнослужащих и сотрудников полиции Рогсвардии и сотрудников Федеральной службы безопасности. В иных случаях, как правило, акценты делаются на защите жизни и здоровья сотрудников, обороне зданий и сооружений, принадлежащих данному органу, пресечении преступлений и административных правонарушений.

Огнестрельное оружие представляет собой достаточно эффективное средство борьбы с преступностью, позволяющее обеспечить защиту прав личности, интересов общества и государства.

Под применением огнестрельного оружия, по смыслу Федерального закона «О полиции», нужно понимать производство сотрудником полиции, находящимся в состоянии необходимой обороны или крайней необходимости, а также при задержании лица, совершившего преступление, прицельного выстрела из огнестрельного оружия либо на поражение посягающего (задерживаемого) в случаях, перечисленных в ч. 1 ст. 23, либо выстрела из огнестрельного оружия в случаях, перечисленных в ч. 3 ст. 23 Федерального закона «О полиции», без намерения причинить вред человеку и не причинившего такого вреда 26.

Федеральный закон «О полиции» ограничивает использование огнестрельного оружия сотрудниками полиции исчерпывающим перечнем случаев, которые выступают в качестве непосредственных правовых оснований применения оружия.

Основания применения огнестрельного оружия — это исключительные по своему характеру условия, с возникновением которых Федеральный закон связывает возможность применения или использования сотрудниками полиции огнестрельного оружия. Эти основания предусмотрены ст. 23 Федерального закона «О полиции». В каждом из перечисленных в законе случаев применения огнестрельного оружия имеют место либо состояние необходимой обороны или крайней необходимости, либо ситуация задержания лица, совершившего преступление 27.

Основания для применения сотрудниками полиции оружия неоднократно анализировались учеными как в период действия Закона Российской Федерации «О милиции», так и с начала действия Федерального закона «О полиции», однако недостаточно изученными остаются положения, которые явились новеллами правового регулирования.

26  Административная деятельность полиции. Часть Общая : учеб. пособие / под ред. проф. О. И. Бекетова. С. 187.

27  Там же.

84

В соответствии с ч. 2 ст. 23 Федерального закона «О полиции» сотрудники полиции имеют право применять огнестрельное оружие для пресечения попытки завладения огнестрельным оружием, транспортным средством полиции, специальной и боевой техникой, состоящей на вооружении (обеспечении) полиции. Применение полицией данной меры для пресечения попытки завладения оружием сотрудника полиции ранее было закреплено в ч. 2 ст. 15 действовавшего Закона Российской Федерации «О милиции», применение же полицией огнестрельного оружия для пресечения попытки завладения транспортными средствами, состоящими на обеспечении полиции, могут вызывать у сотрудников определенные трудности.

Под попыткой завладения оружием сотрудника полиции, транспортным средством полиции, специальной и боевой техникой, по мнению авторов комментария к рассматриваемому закону, следует понимать незаконные действия какого-либо лица (группы лиц), осуществляемые против воли сотрудника полиции и направленные на тайное или открытое изъятие имеющегося при нем огнестрельного оружия и боеприпасов к нему, находящихся в ведении полиции транспортных средств и техники 28.

Соглашаясь с данным мнением, отметим некоторые вопросы, ответы на которые не нашли отражения в представленном определении.

1.  Необходимо ли сотруднику полиции учитывать цель завладения транспортным средством, если она ему известна либо очевидна?

2.  Какие действия виновных будут считаться направленными на завладение транспортным средством полиции, специальной и боевой техникой, состоящей на вооружении (обеспечении) полиции?

Цели завладения транспортным средством полиции могут быть разными: угон, хищение транспортного средства или его части, попытка скрыться от преследования, использование в преступных целях и т. п. При этом эта цель может быть известна сотруднику полиции либо очевидна, исходя из предшествующих действий лица либо характеристики личности. По нашему мнению, объектом посягательства на транспортные средства полиции выступают, в первую очередь, отношения, возникающие в связи с обеспечением общественной безопасности, защитой жизни и здоровья граждан, а значит, действия сотрудника полиции должны быть направлены на недопущение использования транспортного средства, другой перечисленной в законе техники, в преступных

28  Комментарий к Федеральному закону «О полиции» (постатейный) / Ю. Е. Аврутин, С. П. Булавин, Ю. П. Соловей [и др.]. С. 408.

85

целях. В связи с этим у сотрудника полиции могут возникнуть сомнения в правомерности применения оружия в случае, когда ему стало известно, что виновный, пытаясь завладеть транспортным средством, не имеет намерений использовать его в преступных целях. Считаем, что применение оружия по рассматриваемому основанию может иметь место лишь тогда, когда противоправное завладение транспортным средством полиции, специальной и боевой техникой в сложившейся ситуации сопряжено с реальной угрозой жизни и здоровью граждан и (или) сотрудников полиции29. Однако при решении вопроса о применении оружия сотрудник полиции в подобной ситуации может и должен предполагать, что в ходе дальнейших действий виновного возможно изменение целей и мотивов совершения противоправного деяния, даже если первоначальная обстановка не предполагает использования транспортного средства полиции в целях посягательства на общественную безопасность, жизнь и здоровье граждан.

Таким образом, полагаем, что на первоначальном этапе развития событий у сотрудника полиции отсутствует обязанность четко осознавать цели и мотивы лица, посягающего на транспортное средство. Однако в любом случае необходимо, чтобы сотрудник полиции, решаясь применить оружие, был уверен, что действия такого лица направлены именно на завладение транспортным средством.

Пытаясь ответить на второй вопрос, отметим, что законом не определены конкретные действия виновного лица, направленные на изъятие находящихся в ведении полиции транспортных средств и техники, позволяющие сотруднику применить огнестрельное оружие. Кроме того, отсутствует легальное определение попытки совершения каких-либо действий. Вместе с тем в уголовном законодательстве существует близкое по содержанию понятие — «покушение на преступление», под которым понимаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам (ч. 3 ст. 30). Применительно к рассматриваемой ситуации ориентирующее значение, как представляется, может иметь разъяснение Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», п. 22 которого гласит, что покушением на угон транспортного средства без цели хищения следует считать действия

29  Там же. С. 231.

86

лица, пытавшегося взломать замки и системы охранной сигнализации, завести двигатель либо с целью угона начать движение 30.

Данное решение высшего судебного органа хотя и имеет ориентирующее значение, но на возникающие вопросы в полном объеме не отвечает. Как видно, понятие покушения на угон транспортного средства в судебной практике сформулировано достаточно широко, противоправное деяние включает различные действия виновного, достаточные для квалификации преступления, причем данные действия разделены во времени: попытка взломать замки и системы охранной сигнализации, попытка завести двигатель, приведение в движение автомобиля.

Применение сотрудником полиции огнестрельного оружия для пресечения попытки завладения транспортным средством полиции, специальной и боевой техникой, состоящей на вооружении (обеспечении) полиции, возможно, по нашему мнению, в случае проникновения постороннего лица в салон и только после начала движения транспортного средства. Однако следует учитывать, что на ранних этапах развития ситуации сотрудники полиции обязаны принять меры по недопущению завладения транспортными средствами полиции с использованием иных методов, включая применение физической силы и специальных средств.

На практике встречаются случаи, когда задерживаемое лицо имеет при себе оружие и отказывается выполнить законное требование сотрудника полиции о его сдаче. В соответствии с ч. 4 ст. 23 Федерального закона «О полиции» указанное обстоятельство является основанием для применения огнестрельного оружия в отношении данного лица. При этом закон не оговаривает форму требования сотрудника о сдаче находящегося у лица оружия, боеприпасов, иных предусмотренных нормой предметов (требование голосом или жестами, неоднократность требования и т. д.). Полагаем, что конкретная форма требования в данном случае значения не имеет, главным условием является достижение цели — обезоруживание лица, лишение возможности использовать предметы, указанные в статье. Если цель достигнута, и лицо уже не представляет опасности, даже при формальном неисполнении требований, сотрудникам полиции применять оружие нельзя (например, лицо

30  О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения : постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2008 г. № 25 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2009. № 2.

87

выполнило требование о сдаче оружия, но оставило при себе боеприпасы либо отказывается выполнить требование отойти от брошенного оружия; лицо оружие не сдало и пытается скрыться с ним, при этом оружие не заряжено и т. д.).

Применение сотрудником полиции огнестрельного оружия для задержания лица, отказывающегося выполнить законное требование о сдаче находящегося при нем оружия, правомерно, по нашему мнению,

вслучае, когда лицо не выполняет законное требование сдать, выдать, бросить либо иным способом лишиться возможности использовать любой вид оружия, оборот которого урегулирован нормами Федерального закона от 13 декабря 1996 г. № 150-ФЗ «Об оружии» и представляет потенциальную угрозу жизни и здоровью сотрудника полиции или граждан. Как правило, такие ситуации возникают, когда вооруженное лицо находится вне видимости, его действия не контролируются сотрудниками полиции.

Право применять оружие для разрушения запирающих устройств, элементов и конструкций, препятствующих проникновению в жилые и иные помещения, также является новеллой Федерального закона «О полиции». В некоторых случаях, действительно, необходимо оперативно проникнуть в жилище или иное помещение для пресечения преступления. Пункт 14 ч. 2 ст. 21 Федерального закона «О полиции»

втаких случаях разрешает применять специальные средства — средства разрушения преград (п. 14 ч. 2 ст. 21). При этом важно, что согласно ч. 6 ст. 18 Федерального закона «О полиции» применять такие средства может только сотрудник, имеющий на это соответствующий допуск. Такой допуск, как правило, имеют сотрудники подразделений специального назначения Росгвардии, которые участвуют в проведении операций по задержанию особо опасных преступников. Вместе с тем необходимость разрушить запирающие устройства может возникнуть и в повседневной деятельности полиции. Поэтому введение указанного основания вполне обоснованно. Применять оружие

вданном случае сотрудники полиции вправе при наличии основания, предусмотренного ст. 15 Федерального закона «О полиции», т. е. при наличии перечисленных в данной норме причин для вхождения (проникновение) в жилище или иное помещение.

При видимой легкости применения оружия по данному основанию на практике попытки разрушить замок выстрелом в него могут привести к травмам. Здесь достаточно высок риск тяжелых последствий, поэтому сотрудникам полиции следует это учитывать.

88

Как и закрепленное в п. 1 ч. 3 ст. 23 Федерального закона «О полиции» право сотрудников применять оружие для остановки транспортного средства путем его повреждения, рассматриваемое положение Закона ставит сотрудника полиции в довольно жесткие рамки, ограничивая пределы допустимого причинения вреда условиями правомерности крайней необходимости. Поэтому сотрудник обязан принять все зависящие от него меры, чтобы не пострадали окружающие.

Наличие указанных проблем требует, на наш взгляд, незамедлительного судебного толкования двусмысленных и неоднозначно понимаемых положений на уровне решения Пленума Верховного Суда Российской Федерации. К сожалению, такая деятельность высшего судебного органа основывается на результатах негативной судебной практики по рассмотрению конкретных дел, связанных с применением сотрудниками полиции огнестрельного оружия, повлекшим причинение вреда жизни и здоровью лиц, в отношении которых применялось оружие, сотрудников полиции либо граждан, пострадавших из-за преступного бездействия полиции. Считаем, что в данном случае разрешение названных проблем должно носить упреждающий характер в целях недопущения нарушения законности, неправомерного причинения вреда и эффективной защиты жизни и здоровья граждан.

Анализируя основания и порядок применения оружия сотрудниками иных правоохранительных органов, отметим ряд особенностей.

Сотрудники федеральной фельдъегерской службы, помимо известных случаев, связанных с попыткой завладения оружием, нападения на сотрудников, если их жизнь или здоровье подвергаются опасности, а также группового или вооруженного нападения на транспортные средства, принадлежащие органам, и на объекты, расположенные на охраняемой территории, имеют право применять боевое ручное стрелковое и холодное оружие для отражения группового или вооруженного нападения, совершаемого в целях завладения доставляемыми корреспонденцией, технической документацией и образцами промышленных изделий 31. Кроме того, имеют право использовать боевое ручное стрелковое оружие для предупреждения о намерении применить оружие, подачи сигнала тревоги или вызова помощи.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 14.3 Федерального закона «О Федеральной службе безопасности» должностные лица имеют право применять огнестрельное оружие не только для освобождения заложников, но и пресечения террористических и иных преступных посягательств,

31  Статья 11.4. Федерального закона «О Федеральной фельдъегерской связи».

89

причем формулировка «иных преступных посягательств» формально позволяет рассматривать возможность применения огнестрельного оружия во всех случаях, когда в действиях правонарушителя усматриваются признаки уголовно наказуемого деяния любой степени тяжести. И это положение существенно, но, по нашему мнению, необоснованно расширяет возможности применения огнестрельного оружия, сковывая их лишь ранее упоминавшимся принципом соразмерности и минимизации причиняемого правонарушителю вреда. Такими же широкими полномочиями обладают и сотрудники Федеральной службы охраны Российской Федерации 32.

Анализ законодательства о полиции и войсках национальной гвардии России показывает, что все случаи, когда сотрудник полиции вправе прибегнуть к огнестрельному оружию, разделены на две группы в зависимости от того, на какой объект они направлены (ч. 1 ст. 23 и ч. 3 ст. 23 Федерального закона «О полиции»), вместе с тем Федеральный закон «О войсках национальной гвардии Российской Федерации» закрепляет общий перечень оснований для применения оружия безотносительно к объектам такого применения.

Детально анализируя основания применения огнестрельного оружия, можно увидеть следующее.

Пункт 1 ч. 1 Федерального закона «О войсках национальной гвардии Российской Федерации» содержит основания, сходные с основаниями, предусмотренными в п. 1 ч. 1 Федерального закона «О полиции». Отличие состоит в том, что для применения оружия сотрудниками (военно­ служащими) Росгвардии нет обязательного условия наличия посягательства с насилием, опасным для жизни и здоровья, как предусмотрено для применяющих оружие сотрудников полиции, что существенно расширяет возможности применения оружия сотрудниками Росгвардии. Можно сделать вывод, что они могут применять огнестрельное оружие для защиты от любого нападения, руководствуясь лишь оценочным принципом соразмерности и минимизации причиняемого правонарушителю вреда.

Пункт 3 ч. 1 ст. 21 Федерального закона «О войсках национальной гвардии Российской Федерации» также дает право применять огнестрельное оружие для освобождения заложников, пресечения террористических и иных преступных посягательств.

Пункт 4 ч. 1 ст. 21 Федерального закона «О войсках национальной гвардии Российской Федерации» практически полностью соответствует

32  Часть1 ст. 27 Федерального закона «О государственной охране».

90