Приручить дракона. Гнев в семье

Вкаждой семье есть свои нормативные конфликты,

укого-то их больше, у кого-то меньше. Они могут быть яркими или проходить без крика, внутренними или внешними. Нормативные конфликты — это те сложные моменты, о которые мы «спотыкаемся».

Моя личная и профессиональная практика показала, что одно только введение в обиход понятия «нормативный конфликт» и внимательное отслеживание эмоционально сложной ситуации помогают улучшить ее на 20–25%, а в ряде случаев и больше.

Вспомните, был ли у вас удачный опыт использования понятия «нормативный конфликт»?

Примеры нормативных конфликтов

Нормативные конфликты можно сформулировать такими предложениями:

•мывсегдассоримся,когданужноубратьобувь;

•мы ссоримся перед тем, как нарядить елку;

•мы всегда напрягаемся после поездки к бабушке;

•у ребенка всегда истерика после музея или театра. Понимая, что развивается нормативный конфликт,

вы не переходите к самообвинениямвроде «я плохая мама (плохой папа), у меня ничего не получается / у нас какая-то неправильная семья / мы не справляемся». Не тратите энергию на самоосуждение, а используете возможность подготовиться к ситуации.

Таким образом можно снизить риск нормативных конфликтов на 30%.

Шаг второй: составляем план Б

Опознав нормативный конфликт, нужно иметь так называемый «план Б» — план спасения. Что мы, взрослые, делаем, когда видим, что оказались в поле действия нормативного конфликта? Как пошагово разрешить ситуацию?

План спасения от конфликта

Даем конфликту название

Первый шаг мы уже обсуждали: хорошо, если у каждого из нормативных конфликтов есть свое имя — оно может быть дано с юмором, это может быть порядковый номер и т. д. Если название получится смешным — здорово, если получится серьезным — тоже хорошо. Когда росли мои старшие дети, у нас вошла в обиход фраза: «Хор занудочек исполняет песню “Мамочка”». Когда я это произносила, все смеялись. Про имя конфликта можно поговорить в нейтральное время.

С детьми старше 4,5 лет (это также работает и с подростками, и со взрослыми) можно придумать норматив- номуконфликтунетольконазвание,ноикакой-тообраз, мем, смайлик.

Дети в эту игру включаются с удовольствием. И, скажем, ссоры из-за сбора игрушек перестают быть настолько серьезным делом. Получая имя вроде «Сумасшедший пылесос», проблема облекается в образ, про нее можно поговорить, над ней можно немножко посмеяться.

Это экстернализация — вынесение внутренних переживаний,конфликтовисложныхсостоянийвовне,вполе обсуждения.

Практика экстернализации с называнием эпизода, прорисовкой и проговариванием в правильное время, очень эффективна.

Но самое важное — ловить конфликт за хвост. Это одна из возможностей работы с нормативными конфликтами, причем довольно эффективная. Подростки в эти моменты гораздо менее разговорчивы, чем дети других возрастов.

Итак, нормативные конфликты — это те самые «ямы» и «грабли», на которые мы наступаем изо дня в день. Вместо того чтобы заниматься самобичеванием и поисками собственных ошибок, нужно их осознать, по возможности переписать и принять их существование.

Желательно сделать это, не погружаясь целиком в зону каждого нормативного конфликта.

Почему родителям важно не доходить до взрыва

Мы—живыелюди,араздражениеигневсвойственны всем людям. Однако, раздражаясь, попадая в зону своего сложного эмоционального состояния, родитель демонстрирует определенную модель эмоционального поведения.

Нужно хорошо понимать, что это не воспитание, а моделирование для ребенка. Дети считывают с родителей все — не только внешние, хорошо видимые вещи, но и наше представление о воспитании, жизни в семье.

Они понимают больше, чем нам кажется, осознавая, какие мы есть на самом деле, как реагируем на различные ситуации,какжалеемикакругаем.Соответственнонаше раздражение они тоже считывают, примеряя родительскую модель поведения на себя.

Часто мамы и папы, приходящие на консультацию, спрашивают: «Почему же он так кричит?» Такое, как правило, говорят родители, которые сами общаются только криком! То есть ребенок кричит, потому что до подросткового возраста невероятно зависим от эмоционального состояния взрослых. Он от него не защищен, он, как губка, его впитывает — и «присваивает» как верное поведение.

Это повод не обвинять себя в сложившейся ситуации, а понять, что когда вы не в форме, раздражены и гневаетесь, дети, скорее всего, будут вести себя тяжелее, чем в те дни, когда вы спокойны. Поэтому нужно в первую очередь выравнивать собственное эмоциональное состояние.

Шаг третий: Принимаем случившееся

Иногда стоит просто отпустить ситуацию, а не развивать бурную деятельность. Да, дети поругались; да, я не справилась, поэтому мы не успели в кино / пирог подгорел / ребенок опять ушел в школу без формы.

При этом у вас должны быть способы, которые помогают прекратить эмоционировать и вернуться в ровное расположение духа.

Это не обязательно должен быть метод релаксации, иногда здорово помогает шутка.

Дети, кстати, на самом деле прекрасно знают, что по- могаетихродителям.Начинаяс4–4,5летонимогутдаже немножко заботиться о близких взрослых и помогать им.

Особенно если в нейтральное время поговорить о действенных практиках, направленных на борьбу с вашим раздражением.

Очень часто из раздраженного состояния мы выходим благодаря тому, что говорим — да, это бывает, да я несовершенна, это случилось со мной, это мои дети что-то разбили.

Да-да, помогает именно принятие ситуации, а не попытки ее переломить.

Осторожно, лестница

Если раздраженное поведение родителя не переламывается, может начать свою работу лестница агрессии. Помните, мы о ней говорили: когда гнев выплескивается на тех, кто ниже, — детей, младших братьев и сестер. С теми, кто младше, ребенку разбираться всегда проще, чем с ровесниками или родителями.

Иногда бывает, что ребенок сбрасывает агрессию на взрослых, которые слабее психологически. Например, на пожилую бабушку. Не на ту, конечно, которая бодра, активна и занимается гимнастикой, а на тихую, безответную, которая не станет агрессировать в ответ. Или на няню, не имеющую права возражать.

Часто гневаясь, родитель создает эмоциональный образец для ребенка. В этом случае вы не вправе требовать

от него контроля над собственными эмоциями. Нельзя ждать от ребенка уравновешенности, если ему не с кого «снять кальку».

Шаг четвертый: Отдаем себе отчет в важности своих реакций

Впредыдущих главах мы говорили о том, как много

уребенка собственных предпосылок к нестабильному состоянию, раздражению и гневу. Если родитель постоянно воспроизводит гневные эмоциональные образцы, это не может не воспитывать, не формировать детскую эмоциональность.

Успокоить ребенка может только спокойный родитель. Ведь мы учим детей не словами, а собственным поведением.

Не так важно, что мы говорим, как то, как мы реагируем. Кратко и емко это звучит так: «Подобное воспитывает подобное».

Нашиэмоции—сильные,особеннорадостныеислож- ные — гораздо более обучающие, чем наши слова о том, как надо себя вести. Это то, что человек обычно понимает, только став родителем.

Тоестьребенокдо12–13летпохожнародителей.Более того, до 7 лет он хочет быть похож на маму и папу, даже если злится на них. Это потом, в подростковом возрасте, он может сказать себе: «Я не хочу быть похожим на своих родителей», и начать меняться.

Шаг пятый:

Успокаиваем себя и ребенка

Если у вас плохое настроение, вы начали кричать от захлестнувшего негатива, вспомните, что подобное воспитывает подобное. Лучше сказать: «Сынок, сегодня тяжелый день, и мы оба сегодня сердитые. Пойдем-ка лучше попробуем почитать книжку и вместе успокоиться». Признание того факта, что сегодня вы оба неспокойны, само по себе помогает значительно облегчить ситуацию.

Некоторым помогают дыхательные техники, хорошая музыка или даже ничегонеделание. Ребенок, достигший 4 лет, вполне способен понять и оценить подобные методы родительского успокоения. Скажите, что вам нужно немножко подышать, а он в это время может раскрасить картинку или сделать что-нибудь из того, что его успокаивает.

Бывает,чторебенокнастолькосильно«выходитизколеи»принашемвсплеске,чтоемунауспокоениетребуется больше времени.

Шаг шестой:

Выбираем правильную тактику

Это особенно важно сделать тем, кто ходил в садик. В классической детсадовской системе никто не занимал- сявыравниваниемэмоциональногосостояниякакими-то

мягкими и тонкими способами. Обычной практикой были крики и приказной тон: «А ну замолчали / построились / оделись!» Это то, что из нас «выскакивает», когда нам сложно.

Есть маркер, который работает очень точно: когда мы начинаем говорить с ребенком и о нем как о чужом, это означает, что включилась внутренняя воспитательница. А значит, применяются практики, не подходящие в семье.

Раздраженный воспитатель не воспитывает, а раздражает. Потому что в эмоционально сложном состоянии он может передать только свое состояние, а не привить какие-то нормы и человеческие ценности.

Давя на малыша своим раздражением, мы показываем рабочую модель эмоционального пресса. То есть мы как бы учим ребенка: когда у тебя что-то не получается, включи свое раздражение и надави им на ближнего, и все наладится. И конечно, ребенок сначала отрабатывает усвоенный материал на младших братьях и сестрах, на сверстниках.

Сердясь, мы будто включаем встроенный асфальтоукладчик в тот момент, когда ничего не можем поменять в детском поведении. Ребенок принимает эту модель и нашими же методами добивается, чтобы мы включили любимый мультик / дали желаемую игрушку / добавили еще одну ложку сахара в чай. Он привыкает с детства давить эмоциями и непременно перенесет эту эмоциональную привычку во взрослую жизнь.

Согласны ли вы, что родительское поведение, родительское давление раздражением могут моделировать детское эмоциональное давление?

Эмоциональная модель поведения

В вашем арсенале, помимо раздражения, наверняка есть рабочие модели по изменению ситуации. Если подумать, вы обязательно вспомните, что сподвигнуть малыша убрать те же игрушки гораздо легче, когда вы более ресурсны.

Если вы умеете не только гневаться, но и применять мирные схемы, они соответственно будут лучше получаться и у детей. К примеру, иногда полезно присоединиться к игре ребенка, а в других случаях — взять небольшую паузу, чтобы он перестал упорствовать в своем нежелании сделать то, чего вы от него хотите. А иногда возникает и необходимость пересмотреть свои требования.

Не только сами ситуации, но и внутри них все очень быстроменяется.Безвыходныхибеспросветныхпочтине существует. Любую кажущуюся сложность можно сравнить с забором: в нем наверняка найдутся щели или отсутствует пара досок, а с виду монолитную конструкцию можнопреодолеть,сделавподкопилиподставивлестницу.

Если ребенок конституционально предрасположен к гневу, важно научиться не заражаться его эмоциями. Дети со «взрывными» темпераментами очень ярко на все реагируют, и родители нередко попадают в водоворот этих чувств, присоединяясь к ним. Поэтому в некоторых случаях — с детьми определенного возраста и темпера- мента—можносчитатьудачеймоменты,когдамамаили папа не заразились гневом.

Как выравнивать собственное состояние и не присоединяться к чужим эмоциям — всегда индивидуальный вопрос.

Во-первых, у вас должно быть 4–5 способов гармонизации себя. Вспомните, что помогает именно вам не заражаться гневом, когда вы находитесь рядом с ребенком, пребывающим в сложном состоянии? Зная о том, что вы склонныперениматьдетскиеэмоции,чтовастожеможет охватить гнев, как вы ограждаете себя от этого и какую «первую помощь» себе оказываете?

Какие бы приемы самоподдержки вы ни использовали, всегда помогает осознание того, что вы ничего не можете сделать со вспышкой ребенка, вам не под силу выключить ее. Ее возникновение — не ваша ответственность.

Во-вторых, нужно находиться в хорошей физической форме. Не доводить себя до нервного истощения, высыпаться,таккакпринедостаткеснамыхужесдерживаемся и острее реагируем на происходящее. Взрослые, находящиеся вне зоны физиологического комфорта, заражаются эмоциями легче. Это один из законов: если родитель ненаходитсявресурсномсостоянии,втомчислефизически, он быстрее присоединяется к эмоции ребенка.

В-третьих, помогает прерывание контакта. Нужно выйти из комнаты и не находиться рядом с маленьким агрессором. Очень важно сделать это деликатно и предупредить его, почему вы выходите.

В-четвертых, нередко спасает беседа с другим взрослым, находящимся вне возникшей ситуации. Это препятствует вхождению в контакт с эмоцией ребенка, уменьшает собственный уровень стресса и раздражения.

То есть нужно подойти к проблеме следующим образом:

«Мой ребенок иногда сердится. Я склонна заражаться эмоциями. Мне сложно удержаться. Мне нужно