Прекращение обязательств по гражданскому законодательству России. Монография

Глава 2. Исполнение обязательства как способ прекращения обязательства

В связи с этим нелогично закрепление в ст. 1 ГК РФ в качестве одного из основных начал гражданского законодательства требования к участникам гражданских правоотношений действовать добросовестно при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей. Согласно пояснительной записке «К проекту Федерального закона «О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации» закрепление правил о добросовестности в качестве основного начала гражданского законодательства служит естественным противовесом правилам, утверждающим свободу договора и автономию воли сторон. Нормативное закрепление принципа добросовестности позволит не только установить важнейшие ориентиры поведения субъектов права, но и более широко применять меры гражданско-правовой защиты в случаях недобросовестных действий участников оборота. Однако, по сути, требование действовать добросовестно сформулировано как правовая норма, но с весьма неопределенным содержанием. На самом деле согласно норме п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность выступает как презумпция, чего вполне достаточно. Одновременное представление добросовестности как основного начала гражданского законодательства и презумпции неверно. Содержание гл. 1 ГК РФ (о формах гражданского права) не позволяет квалифицировать поведение участников гражданских правоотношений как некое абстрактное правонарушение правила п. 3 ст. 1 ГК РФ. Такое поведение должно быть признано противоправным исключительно по правилам иных глав ГК РФ (например, ст. 10, 169 и др.), но не по ст. 1 ГК РФ. Отрадно, что в недавно принятом постановлении от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» Пленум Верховного Суда РФ придерживается похожей логики. В пункте 1 указанного постановления разъясняется: «если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов до-

41

Прекращение обязательств по гражданскому праву России

бросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона, соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ). В пункте 7 предусмотрено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ)».

Вместе с тем, принципы гражданского права должны применяться не только законодателем, но и органами исполнительной власти

исудами.

Впункте 3, 4, 7 ст. 3 ГК РФ называются три вида федеральных подзаконных актов, регулирующих гражданские отношения, которые располагаются по юридической силе следующим образом: а) указы Президента РФ; б) постановления Правительства РФ; в) акты министерств и иных федеральных органов исполнительной власти, охватываемые в тексте ГК РФ родовым понятием «правовой акт».

Указы Президента РФ принимаются в целях конкретизации норм ГК РФ и иных федеральных законов или для восполнения отсутствующего на уровне закона правового регулирования (п. 2 ст. 90 Конституции РФ). Они подлежат применению судами при разрешении конкретных судебных дел, если они не противоречат Конституции РФ и федеральным законам (ч. 3 ст. 90 Конституции РФ) (п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 г. № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия»).

Вотличие от Президента РФ Правительство РФ не обладает столь высокой степенью инициативы, не имея права произвольно принимать постановления, содержащие гражданско-правовые нормы. Как следует из п. 1 ст. 115 Конституции РФ и п. 4 ст. 3 ГК РФ, указанные постановления принимаются только на основании и во исполнение ГК РФ и иных законов, а также указов Президента РФ.

Министерства и иные федеральные органы исполнительной власти могут издавать акты, содержащие нормы гражданского

42

Глава 2. Исполнение обязательства как способ прекращения обязательства

права, только в случаях, предусмотренных ГК РФ, иными федеральными законами и правовыми актами. Вопросы определения системы и структуры федеральных органов исполнительной власти и их компетенции находится в ведении Президента РФ (см.: Указ Президента РФ от 9 марта 2004 г. № 314 «О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти»).

Кроме федеральных органов исполнительной власти нормативные правовые акты, содержащие нормы гражданского права, может принимать Центральный банк РФ, не упоминаемый в ст. 3 ГК РФ, хотя федеральным органом власти он не является. Банк России может принимать нормативные правовые акты только по вопросам, отнесенным к его компетенции (ст. 7 Федерального закона от 10 июня 2002 г. № 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)»). Согласно абз. 2 ст. 2 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» только нормативными актами Банка России на подзаконном уровне осуществляется правовое регулирование банковской деятельности, которая представляет собой совершение банковских операций, исчерпывающим образом перечисленных в п. 1 ст. 5 данного Закона. Ни Президент РФ, ни Правительство РФ, ни иные органы исполнительной власти не вправе принимать нормативные правовые акты в сфере расчетов и ведения банковских счетов, кредитования, деятельности по привлечению вкладов, купли-продажи иностранной валюты и др. В ГК РФ акты Банка России охватываются термином «банковские правила». Полагаю, что норма п. 7 ст. 3 ГК РФ должна применяться к актам Банка России по аналогии.

Из сказанного становится очевидным, что только Президент РФ обладает инициативой в принятии непредусмотренных законом нормативных правовых актов (кроме регулирования банковской деятельности), соответственно, он должен учитывать в процессе своей правотворческой деятельности основополагающие принципы гражданского права.

Так как многие из перечисленных в ст. 1 ГК РФ основных начал гражданского законодательства развивают положения Конституции РФ (например, ст. 35, 45), они обладают приоритетом перед другими правовыми нормами. Конституционный Суд РФ в рамках предоставленной ему компетенции праве оценить соответствие за-

43

Прекращение обязательств по гражданскому праву России

конодательных актов Конституции РФ, а, следовательно, и конституционным принципам гражданского законодательства.

На необходимость применения основных начал гражданского законодательства иными судами законодатель указывает лишь в случаях разрешения ситуаций в гражданском обороте, оказавшихся не урегулированными действующим законодательством (п. 2 ст. 6 ГК РФ). Вместе с тем, в практике нередки случаи, когда суды основывают свои решения на принципах гражданского права не только при применении аналогии права. Так, в судебной практике обращается внимание на необходимость применения принципов разумности и добросовестности как основополагающих частноправовых принципов (п. 6 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13 сентября 2011 г. № 147). Потребность в применении принципов судами вызвана тем, что многие гражданско-правовые нормы носят оценочный характер и требуют в той или иной степени судейского усмотрения.

Итак, основополагающие принципы гражданского права — особая его форма, но в связи с этим у любого юриста, воспитанного на легистском понимании права, непременно возникает вопрос: где искать принципы права? Могут ли быть принципы гражданского права, не указанные в ст. 1 ГК РФ? Эта проблема, пожалуй, самая сложная и требует общетеоретических исследований. Пока же не только в науке, но и в законодательстве и судебной практике происходит смешение принципов права с иными формами права. Наиболее отчетливо это проявляется в ч. 4 ст. 15 Конституции РФ (вслед за ней и в ст. 7 ГК РФ), где в одном ряду перечисляются: 1) общепризнанные принципы, 2) нормы международного права

и3) международные договоры.

Впункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» была сделана попытка разделить общепризнанные принципы и нормы международного права. Под общепризнанными принципами международного права предложено понимать основополагающие императивные нормы международного права, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств в целом, отклонение от которых

44

Глава 2. Исполнение обязательства как способ прекращения обязательства

недопустимо (в частности, принцип всеобщего уважения прав человека и принцип добросовестного выполнения международных обязательств). Общепризнанная норма международного права —

это правило поведения, принимаемое и признаваемое международным сообществом государств в целом в качестве юридически обязательного.

Как видим, общепризнанные принципы международного права определяются через нормы международного права, что приводит к фактическому отождествлению этих понятий. В. Н. Корнев справедливо замечает, что с позиций теории права нормы права являются правилами поведения и не могут перечисляться в одном ряду с формами международного права1. Полагаем, что содержание ст. 7 ГК РФ на самом деле предполагает наличие двух форм международного права: общепризнанных принципов и международных договоров. При этом основополагающие принципы гражданского права имеют интернациональное значение, поэтому сказанное выше относительно форм международного права вполне применимо и к праву внутреннему.

Принципы права могут найти отражение не только в международных договорах, но и в иных писаных актах, в частности, в документах ООН и ее специализированных учреждений (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 г. № 5), а также во Всеобщей декларации прав человека, Международном пакте о гражданских и политических правах, Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах (постановление Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 г. № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия»).

Нормы международного права могут и не иметь письменного закрепления. В статье 7 ГК РФ не упоминается такая форма международного права, как обычаи, вместе с тем, согласно Статуту Международного Суда, принятому 26 июня 1945 г., упомянут «международный обычай как доказательство всеобщей практики, признанной в качестве правовой нормы» (пп. b п. 1 ст. 38). Преам-

1 См.: Корнев В. Н. Международное трудовое право, реализуемое в Российской Федерации // Российское правосудие. 2012. № 7. С. 74

45

Прекращение обязательств по гражданскому праву России

була Венской конвенции о праве международных договоров, принятой 23 мая 1969 г. гласит: «…нормы международного обычного права будут по-прежнему регулировать вопросы, которые не нашли решения в положениях настоящей Конвенции».

В случае возникновения затруднений при толковании общепризнанных принципов и норм международного права, международных договоров Российской Федерации Пленум Верховного Суда РФ рекомендовал судам использовать акты и решения международных организаций, в том числе органов ООН и ее специализированных учреждений, а также обращаться в Правовой департамент Министерства иностранных дел РФ, в Министерство юстиции РФ (например, для уяснения вопросов, связанных с продолжительностью действия международного договора, составом государств, участвующих в договоре, международной практикой его применения) (п. 16 вышеназванного постановления Пленума № 5).

Таким образом, основополагающие принципы гражданского права следует понимать как особую форму гражданского права, обладающую по сравнению с иными формами права наивысшей степенью обобщения. Основные принципы гражданского права адресованы государству, в первую очередь законодателю, но должны учитываться не только в правотворческой, но и правоприменительной деятельности государственных органов. Нельзя понимать основополагающие принципы права как требования к поведению участников гражданских правоотношений.

Возвратившись к проблеме определения принципов обязательственного права, отметим небольшое количество работ, специально посвященных данной теме. Одна из последних — кандидатская диссертация А. А. Волоса, в которой автор предлагает под принципами обязательственного права понимать фундаментальные положения, прямо закрепленные в нормах права, а также основополагающие идеи, применяемые в судебной практике на основе системного толкования законодательства, которые являются системообразующими для всей подотрасли обязательственного права и в которых находят своё отражение признаки обязательственного правоотношения1.

1 См.: Волос А. А. Принципы обязательственного права: Дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2015. С. 9.

46

Глава 2. Исполнение обязательства как способ прекращения обязательства

Данный вывод требует уточнения. Во-первых, очевидно, что проблема определения принципов обязательственного права является частным случаем проблемы определения принципов гражданского права, да и права вообще. Как отмечалось, существует множество подходов к пониманию их сущности. Имеется подход, согласно которому правовые принципы гражданского права понимаются как некие основополагающие идеи. Во-вторых, если понимать принципы обязательственного права как фундаментальные положения, прямо закрепленные в норме права, то возникает вопрос, можно ли такие принципы отождествлять с нормой, или они являются самостоятельными регуляторами общественных отношений? Еще раз акцентируем внимание на самостоятельном значении принципов права. Кроме того, А. А. Волос принципы обязательственного права представляет в виде собственно принципов обязательственного права и принципов исполнения обязательств. Полагаю, что в данном случае имеет место смешение понятий.

Принципы обязательственного права, а вернее, принципы гражданского права, относимые к обязательственным отношениям, являются самостоятельной формой права, а принципы исполнения обязательства — это правила исполнения обязательств, которые могут быть закреплены в разных формах права, в том числе и в принципах. А. А. Волос предлагает перечень принципов обязательственного права (свободы договора, защиты слабой стороны, стабильности, защиты прав кредитора, защиты должника, эквивалентности, надлежащего исполнения и т.д.). Между тем, большая часть из перечисленных начал находит свое отражение лишь в договорном праве. Так, сложно говорить о свободе договора в деликтных обязательствах. В связи с этим можно ли говорить, что категории, перечисленные ученым, являются принципами обязательственного права или они характеризуют лишь его часть — договорное право? В свою очередь, полагаю, что внедоговорные обязательства, направленные на восстановление нарушенных прав потерпевших, не включают в свой состав встречное предоставление, поэтому имеют отличную от договорных обязательств правовую природу.

Таким образом, говоря о принципах исполнения обязательства, подчеркнем условность данного термина, полагая, что речь идет

47

Прекращение обязательств по гражданскому праву России

о правилах исполнения обязательств, которые заключаются в требованиях к действиям не только должника, но и кредитора.

Выделяется несколько основных принципов (правил) исполнения обязательств:

•надлежащего исполнения;

•реального исполнения;

•невозможности одностороннего отказа от обязательства;

•сотрудничества сторон и добросовестности. Рассмотрим их подробнее.

2.3.Надлежащее исполнение обязательства

Встатье 309 ГК РФ устанавливается общее требование — обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии

сусловиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований — в соответствии с обычаями делового оборота и иными обычно предъявляемыми требованиями.

Обязательство считается исполненным надлежаще при соблюдении пяти условий. Обязательство должно быть исполнено:

• надлежащим должником надлежащему кредитору;

• надлежащим предметом;

• надлежащим способом;

• в надлежащий срок;

• в надлежащем месте.

Субъекты исполнения обязательств. По общему правилу обязательство должно быть исполнено надлежащим должником надлежащему кредитору.

Всилу относительности обязательственного правоотношения в нем могут участвовать лишь две стороны: кредитор и должник. При этом возможно участие на той или другой стороне нескольких лиц (множественность), поэтому к употреблению любых терминов относительно субъектного состава обязательства стоит относиться аккуратно. Не может быть трехсторонним обязательство, хотя существуют трехсторонние сделки. Из такого договора либо возникнет несколько обязательств, либо будет иметь место множественность лиц.

48

Глава 2. Исполнение обязательства как способ прекращения обязательства

Например, в работе ООО «Межрегионгаз» (дочерняя компания ОАО «Газпром» — поставщик газа на территории Российской Федерации) существовала следующая практика заключения трехсторонних договоров: между поставщиком природного газа, покупателем и газораспределительной организацией (ГРО). Заключение такого договора оптимизирует работу по организации газоснабжения, так как в нем урегулированы вопросы и куплипродажи, и транспортировки газа по сетям, не принадлежащим поставщику. Но возникает из этого трехстороннего договора не одно, а два разных обязательства — одно по поставке, а другое по транспортировке газа. В первом сторонами будут покупатель и поставщик, а ГРО третьим лицом, а во втором — ГРО и покупатель сторонами (исполнитель и заказчик услуги), а поставщик третьим лицом.

Заметим, что из многостороннего договора может возникать и одно, но сложное обязательство, например, при заключении договора продажи дома несколькими сособственниками.

В связи с тем, что обязательство называют относительным, считается, что его субъекты должны быть четко определены. Однако существуют ситуации, когда одна из сторон или полный ее состав (при множественности лиц) на определенный момент не ясен. Причем такая неопределенность может быть как на стороне кредитора, так и должника. Примером неопределенности субъектного состава на управомоченной стороне может быть обязательство на предъявителя. Оно вытекает, как правило, из соответствующих ценных бумаг, хотя и необязательно только из них.

Так, в информационном письме от 15 января 1998 г. № 27 Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ указал, что отсутствие в банковской гарантии указания бенефициара, которому она выдана, не является основанием для признания ее недействительной. «Из статьи 368 Кодекса не следует, что банковская гарантия должна содержать наименование конкретного бенефициара. При отсутствии такого указания обязательство по гарантии должно исполняться в пользу кредитора (бенефициара), предъявившего гаранту подлинник банковской гарантии» (п. 8 Обзора практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии).

49

Прекращение обязательств по гражданскому праву России

Такая гарантия очень напоминает ценную бумагу на предъявителя. Если законодатель предусмотрит обязательные реквизиты для нее и назовет ценной бумагой, никаких теоретических препятствий для этого не будет.

По этому поводу Г. Ф. Шершеневич указывал, что «в отношении, создаваемом бумагами на предъявителя, определенному с самого начала, должнику не соответствует, по-видимому, определенность кредитора: должник не знает при установлении отношения, в пользу кого он обязан исполнить то действие, которое составляет содержание обязательства»1.

Подобная ситуация наблюдается и в тех случаях, когда в обязательстве неизвестен должник. Примером может быть случай обязательства, возникающего из деликта, или виндикации, когда должник не определен. Так, известно, что закон в отличие негаторных требований не включает виндикацию в перечень требований, на которые не распространяется исковая давность (ст. 208 ГК РФ). В жизни бывают ситуации, когда лицо лишается своего имущества (например, в результате хищения), но не знает в силу неизвестности, кому предъявить иск, из которого в случае его удовлетворения возникнет обязательство по возврату имущества. Так вот, исковая давность будет исчисляться в данном случае не с момента, когда лицо узнало о похищении вещи, а с момента, когда узнало о фактическом ее владельце.

Сказанное доказывает, что неизвестность кредитора или должника на момент возникновения обязательства не означает их неопределенности. Известность эта должна быть на момент исполнения обязательства, поскольку в случае нарушения обязательства при предъявлении искового заявления нужно знать ответчика. Для того чтобы наступила определенность, должны быть определенные юридические факты. Например, факт приобретения конкретным лицом и предъявления должнику ценной бумаги на предъявителя или факт получения сведений о фактическом владельце утраченной вещи. Как писал Г. Ф. Шершеневич: «Договор в данном случае заключается вовсе не с неизвестным лицом. Неизвестно только имя

1Шершеневич Г. Ф. Учебник русского гражданского права. М., 2005. Т. 2.

С.18, 19.

50