Ответственность продавца в случае изъятия товара у покупателя

Раздел 2

его вины, а возможностью выставить возражения в эвикционном процессе, а также, если эвикция осуществится, «транслировать» свои потери уже на своего отчуждателя1. При таком подходе единственным обстоятельством, освобождающим продавца от ответственности за эвикцию, является, как и указано в п. 1 ст. 461 ГК РФ, доказанный им факт, что покупатель знал или должен был знать о наличии основания для изъятия вещи третьим лицом2.

По крайней мере, даже если занять жесткую позицию и распространить общее правило п. 1 ст. 401 ГК РФ (принцип вины) на обязанность продавца отвечать за убытки покупателя, вызванные эвикцией, то необходимо рассматривать возврат уплаченной за товар цены отдельно от возмещения убытков покупателя. Ведь если вещь забирают по причине, существовавшей тогда, когда она еще не была под контролем покупателя, то не совсем понятно, за что он уплатил продавцу цену. Весь смысл хозяйственной операции, основание двустороннего обязательства оказывается под вопросом3. Поэтому можно

возмещения убытков возникает без учета вины продавца» (Стукалова О.В. Указ. соч.

С.111).

1Существование такой возможности обычно не оспаривается. См., например: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть вторая (постатейный) / Под ред. А. П. Сергеева, Ю. К. Толстого. М., 2006. С. 16 (автор комментария — И. В. Елисеев).

2В классической литературе по французскому гражданскому праву указывается, что продавец отвечает лишь в том случае, когда причиной эвикции были его виновные действия. Однако дальнейшее описание такого виновного поведения показывает, что понятие вины здесь далеко от традиционного. Так, описывая виновность продавца, указывают, что «в принципе продавец отвечает лишь за предшествующие продаже обстоятельства, повлекшие за собой эвикцию» (исключением будет двойная продажа двум разным покупателям, если второй эвинцирует вещь у первого), что скорее похоже на объективное вменение, чем на поиск «субъективной вины». См.: Жюл лио де ла Морандьер Л. Гражданское право Франции. Т. 3. С. 82–83. В современной литературе вина продавца также обсуждается через момент возникновения основания для эвикции и указание на то, что речь идет о правовых притязаниях третьих лиц. См.:

Malaurie Ph., Aynès L., Gautier P. Y. Op. cit. P. 220.

3 Конечно, вопрос об основании обязательства является дискуссионным. Между тем существует весьма распространенный взгляд на то, что неформальное соглашение сторон признается правом постольку, поскольку оно предполагает взаимные предоставления. Исключение делается для дарения, где на первый план выходит мотив: желание одарить. О проблеме основания обязательства см., например: Capitant H. De la cause des obligation. Paris, 1927; Markesinis B.S. Cause and consideration: a study in parallel // Cambrige Law Journal. 37 (I). April 1978, P. 53–75; Пляниоль М. Указ. соч.

91

Глава 2

говорить о необходимости вернуть цену вне зависимости от вины продавца.

Примечательно, что, как было показано в гл. 1, в отношении защиты покупателя при продаже чужого судебная практика прибегала к односторонней реституции в части возврата цены. При этом вину продавца, естественно, доказывать было не нужно, поскольку речь велась о последствиях недействительности сделки.

Учитывая изложенное и принимая во внимание продолжение реформы гражданского законодательства, представляется целесообразным, прямо указав на исключение из общего принципа вины, изменить редакцию п. 1 ст. 461 ГК РФ для того, чтобы устранить возможность его толкования в контексте общего правила п. 1 ст. 401 ГК РФ:

«При изъятии товара у покупателя третьими лицами по основаниям, возникшим до исполнения договора купли-продажи, продавец обязан возместить покупателю понесенные им убытки, даже если

эти основания возникли не по вине продавца. Продавец освобожда

ется от возмещения убытков покупателю только в том случае, если докажет, что покупатель знал или должен был знать о наличии на званных оснований».

§ 2. Осмотрительность покупателя

Согласно п. 1 ст. 461 ГК РФ продавец отвечает за эвикцию, если не докажет, что покупатель знал или должен был знать о наличии основания для эвикции. С одной стороны, продавец к моменту продажи может уведомить покупателя о наличии права третьего лица на продаваемую вещь. Эта ситуация тесным образом связана с ограничением ответственности за эвикцию и будет рассмотрена отдельно. С другой стороны, могут быть случаи, когда покупатель к моменту продажи получил знание об основании эвикции из иного источника или должен был получить, поскольку такое основание считается явным: обычный разумный покупатель имел бы желание и возможность удостовериться в отсутствии такого обременения.

Особый интерес представляет именно последний случай, когда не доказано конкретно, что покупатель знал об основании эвикции, но ему вменяется, что он должен был знать, т. е. речь ведется о стандарте осмотрительности, которому должно соответствовать поведение покупателя. Примером такого случая может быть ситуация, когда по-

92

Раздел 2

купатель недвижимости заявляет, что не знал об обременении, которое между тем было зарегистрировано в реестре прав на недвижимость.

Мыслимо в этом случае приравнять стандарт поведения такого покупателя к требованиям, которые предъявляются к добросовестному приобретателю вещи от несобственника, от которого она не может быть истребована настоящим обладателем права в силу ст. 302 и 223 ГК РФ1.

Судебная практика исходит из того, что приобретатель признается добросовестным, если докажет, что при совершении сделки он не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности принял все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества. Так, приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в ЕГРП было зарегистрировано не за отчуждателем или в ЕГРП имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества. В то же время запись в ЕГРП о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя. Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем. При этом собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества2.

Нельзя не заметить, что если применять единый стандарт осмотрительности, то продавец очень редко будет отвечать за эвикцию, поскольку в большинстве случаев она не будет осуществляться в полной мере в силу защиты покупателя по доброй совести (соотношение приобретения по добросовестности и ответственности за эвикцию будет рассмотрено отдельно).

1О. В. Стукалова идет еще дальше: «применение правил об эвикции требует добросовестность покупателя не только с позиции ст. 302 ГК («…не знал и не мог знать»), но и добросовестности в рамках исполнения своих обязанностей по договору куп- ли-продажи («должен был оплатить и оплатил)» (Стукалова О.В. Указ. соч. С. 10; см. также С. 144–175).

2Пункт 38 Постановления № 10/22.

93

Глава 2

Но думается, что отношение «действительный (прежний) собственник — добросовестный приобретатель» качественно отличается от отношения между покупателем и продавцом, где правомерное поведение последнего подразумевает информирование о правах третьих лиц на продаваемую вещь. По сути это проявление обязанности передать товар в собственность покупателя свободным от прав третьих лиц, кроме случаев, когда покупатель согласится принять товар с обременениями (п. 1 ст. 460 ГК РФ). Помимо общего стандарта поведения, которому должен соответствовать покупатель, в этой ситуации мы имеем еще и конкретную договорную обязанность продавца, которая была им нарушена. Поэтому есть все основания для различения уровней осмотрительности приобретателя для его защиты по добросовестности от иска действительного собственника и покупателя для предъявления иска об убытках к продавцу, нарушившему названную обязанность.

Сходные рассуждения привели к тому, что, например, во французском праве стандарт поведения покупателя в случае эвикции оценивается особым образом, более мягко по сравнению с добросовестным

приобретением.

Во французском праве, так же как и в большинстве правопорядков, чтобы продавец отвечал по гарантии, нужно, чтобы покупатель не знал об угрозе эвикции. Покупатель не имеет иска, если обременение было явным, или если ему было объявлено о таком обременении, или если он имел о нем знание из другого источника. Причем долгое время действовал принцип emptor debet esse curiosus1.

Однако право стремится к расширению гарантии, усиливая права приобретателя, улучшая гарантию и усугубляя обязанности продавца. Поэтому если еще недавно говорили, что покупатель должен быть любопытным (curieux), сегодня говорят, что продавец должен быть лояльным (loyal). Вопрос существенно обостряется в отношении сервитутов2.

Практика Кассационного суда развивалась в три этапа, расширяя гарантию продавца и подчеркивая необходимость его лояльности.

Сначала было решено, что регистрация неявного сервитута в реестре (или узуфрукта) не освобождает продавца от информиро-

1Malaurie Ph., Aynès L., Gautier P. Y. Op. cit. P. 224.

2Ibid. P. 225.

94

Раздел 2

вания о нем покупателя. Указывалось, что закон о регистрации прав на недвижимость имеет целью «защитить приобретателя от действий со стороны продавца, а не защищать продавца от исков покупателя, основанных на гарантии». В случае серьезных обременений, лежащих на вещи, продавец не сможет избежать ответственности, просто сославшись на презумпцию, позволяющую думать, что покупатель был

вкурсе. Он будет от нее освобожден, если прямо докажет, что приобретатель действительно знал об обременениях1.

Второй этап касался законных сервитутов. Практика решила, что покупатель считается знающим о них, если они представляют собой нормальное (обычное) обременение, проистекающее из обстановки:

простой факт того, что сервитут имеет место в силу закона, не освобождает продавца от обязанности информировать о нем покупателя2.

Третий этап относится к явным сервитутам. Хотя по определению их существование очевидно, продавец должен объявить о них, когда

«явность» на самом деле не такая ясная, и покупатель может не отдавать себе отчет о них (Cass. civ. 1 er, 13 janvier 1965)3.

Примером проявления такого подхода будет, например, дело Cass. civ. 3 e, 13 novembre 2003, где продавец гарантировал в сделке продажи, что продаваемая недвижимость свободна от всяких аренд. Кассационный суд указал, что не имеет значения, что приобретатель имел возможность получить знание о существовании сельскохозяйственной аренды, обременяющей продаваемый участок, поскольку

она могла рассматриваться покупателем как простой допуск, не создающий права4.

Надо думать, что подобный подход допустим в какой то части и применительно к российскому праву.

Конечно, скорее всего покупатель будет считаться знающим о наличии обременения недвижимости, если оно зарегистрировано

вреестре прав на недвижимое имущество. Однако если речь пойдет о покупке квартиры малоопытным в таких вопросах физическим лицом, то в каких то случаях разумно предоставить суду возможность

1Malaurie Ph., Aynès L., Gautier P. Y. Op. cit. P. 224.

2Ibid.

3Ibid.

4Ibid. P. 221.

95

Глава 2

дать такому приобретателю защиту по ст. 461 ГК РФ в отношении продавца.

Кроме того, важно понимать, что реестр прав на недвижимое имущество может вопреки ст. 81 ГК РФ не дать сведений о содержании обременения, его объеме. Покупатель, получив соответствующую выписку из реестра, увидит лишь, что имеется обременение (аренда, ипотека, сервитут и т. п.), однако не будет знать всех условий существования такого обременения. В такой ситуации он будет вынужден обратиться к продавцу, который в свою очередь вполне может ввести его в заблуждение, показав недостоверные документы.

Также если продавцом ведется спор о продаваемом объекте с третьим лицом и покупатель не был уведомлен и не знал о нем, вряд ли стоит упрекать последнего в том, что он не проверил электронные базы судов и не отследил, что в отношении покупаемой вещи имеется конфликт.

По крайней мере к сходному решению приходят французские юристы. Когда продавец имел предшествующий продаже спор с третьим лицом о праве собственности на продаваемый земельный участок, Кассационный суд сказал, что «открытие права, признанного в судебном порядке в пользу третьего лица на проданную вещь, существовавшего в момент продажи, не объявленного покупателю, который был в неведении о нем, образует реальное затруднение, от которого продавец гарантирует приобретателя, даже до того, как состоится устанавливающее это право судебное решение» (Cass. сiv. 3 e, 3 décembre 2008, 07-14545 et 07-17516)1.

В любом случае если продавец намеренно скрывал от покупателя информацию о правах третьих лиц на товар, он должен быть лишен возражения о том, что покупатель должен был знать об этом. По крайней мере, это утверждение может быть обосновано тем, что участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 3 и 4 ст. 1 ГК РФ). Иначе мы допустим защиту лица, умышленно пошедшего на обман, лишь тем, что пострадавший не был осмотрительным.

1 Malaurie Ph., Aynès L., Gautier P. Y. Op. cit. P. 221.

96

Раздел 2

Поэтому системное понимание ст. 461 ГК РФ означает, что оценка того, должен ли был покупатель знать о наличии основания для эвикции к моменту продажи, не должна быть формальной. Напротив, в каждом конкретном случае следует учитывать не только действия покупателя по выяснению «чистоты» передаваемого права, но и поведение продавца при этом, а также иные обстоятельства заключения договора купли-продажи. Изучению поведения продавца должно придаваться особое значение, поскольку в нарушение договора товар передан не свободным от прав третьих лиц и по общему правилу продавец отвечает за такое нарушение. В этом смысле стандарт поведения покупателя для целей осуществления гарантии на случай эвикции должен быть мягче стандарта поведения добросовестного приобретателя, который обсуждается в виндикационном процессе с третьим лицом — собственником вещи.

§ 3. Отказ в эвикции по основаниям, не зависящим от продавца: приобретение по добросовестности

и исковая давность по виндикационному иску

А. Приобретение по добросовестности

В ситуации продажи чужой вещи покупатель может возражать против требований третьего лица — собственника, ссылаясь на добросовестное приобретение по правилами ст. 302 и 223 ГК РФ1. При наличии определенных условий в таком иске на этом основании может

1 О приобретении по добросовестности вообще и по современному российскому праву в частности см., например: Черепахин Б.Б. Труды по гражданскому праву. М.: Статут, 2001 («Юридическая природа и обоснование приобретения права собственности от неуправомоченного отчуждателя»); Василевская Л.Ю. Приобретение права собственности от неправомочного лица: германский и российский опыт // Законодательство. 2004. № 7, 8 (СПС «КонсультантПлюс»); Скловский К.И. Замечания на проект закона о возникновении права собственности у добросовестного приобретателя недвижимости // Вестник ВАС РФ. 2003. № 2, С. 88; Он же. Некоторые проблемы владения в судебной практике // Вестник ВАС РФ. 2002. № 4. С. 95–107; Он же. Отношения собственника с незаконным владельцем и приобретательная давность // Хозяйство и право. 2001. № 5 (СПС «КонсультантПлюс»); Тузов Д.О. Приобретение имущества от неуправомоченного отчуждателя: сложный юридический состав или приобретательная давность? // Российская юстиция. 2003. № 6. (СПС «КонсультантПлюс»); Он же. Теория недействительности сделок: опыт российского права в контексте европейской правовой традиции. С. 498–514.

97

Глава 2

быть отказано, поскольку уже приобретатель будет считаться новым собственником вещи по первоначальному основанию1.

Очевидно, что заслуга продавца в том, что покупатель получил вещь в собственность a non domino, невелика. Конечно, сделку, по которой покупатель получил вещь, также рассматривают как реквизит (часть состава) добросовестного приобретения. Однако она сама по себе не является основанием права покупателя. Скорее он получил это право вопреки этой сделке. Такой договор купли-продажи, заключенный с несобственником, видимо, выступает лишь извиняющим обстоятельством для покупателя, который не знал и не должен был знать об этом обстоятельстве и доверился владению (и в отношении недвижимости — регистрации права) продавца.

Получается, что продавец не исполнил свою обязанность «передать вещь (товар) в собственность», поскольку преемства между ним

ипокупателем в отношении права собственности не было. Согласно общепринятому взгляду покупатель стал собственником по первоначальному основанию, что более похоже на действие приобретательной давности, чем на результат исполнения договора купли-продажи.

Вэтой ситуации эвикции удалось избежать отнюдь не благодаря действиям продавца. Покупатель мог понести серьезные убытки, вызванные наличием виндикационного процесса, инициированного прежним собственником (имущество могло быть арестовано

ит. п.). Причем эти потери покупателя не всегда будут покрыты путем компенсации судебных расходов за счет проигравшей стороны, и, вероятно, в непокрытой части покупатель может обратиться с иском к продавцу о соответствующем возмещении. Ведь даже если эвикция сама по себе не была осуществлена, во первых, вещь явно была передана несвободной от прав третьего лица, что дает покупателю

1 Согласно п. 13 Постановления № 10/22 недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю на праве собственности с момента государственной регистрации его права в ЕГРП, за исключением предусмотренных ст. 302 ГК РФ случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя. Оно возникает у добросовестного приобретателя не только в том случае, когда вступило в законную силу решение суда об отказе в удовлетворении иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения, но и тогда, когда прежний собственник в суд не обращался и основания для удовлетворения такого иска отсутствуют.

В силу п. 1 ст. 6 ГК РФ (аналогия закона) правило абз. 2 п. 2 ст. 223 ГК РФ подлежит применению при рассмотрении споров о правах на движимое имущество.

98

Раздел 2

защиту по ст. 460 ГК РФ, а во вторых, продавца можно привлечь к ответственности за убытки по общим правилам гл. 25 ГК РФ.

Поэтому добросовестное приобретение само по себе не может исключать ответственности неисправного продавца. Отношение «добросовестный приобретатель — прежний собственник» лишь косвенно влияет на отношение «продавец — покупатель» в части размера причиненных убытков.

Б. Исковая давность по требованию третьего лица об эвикции

На момент написания этой работы к требованию собственника о возврате имущества из чужого незаконного владения подлежит применению общий трехлетний срок исковой давности. Причем практика исходит из преемства в давности: если срок исковой давности истек в отношении отчуждтеля, то он считается истекшим и в отношении приобретателя1.

Поэтому мыслима ситуация, при которой в иске третьего лица (действительного собственника) об истребовании вещи из владения покупателя будет отказано по причине пропуска срока исковой давности, который, возможно, истек или начал течь еще до исполнения договора купли-продажи.

С одной стороны, в таком случае эвикция не будет осуществлена, но с другой — покупатель не получит сразу право собственности на вещь, если не будет иметь место добросовестное приобретение по ст. 302 и п. 2 ст. 223 ГК РФ. Например, если вещь выбыла из владения действительного собственника помимо его воли, при всей добросовестности покупателя он сможет рассчитывать лишь на ее приобретение по давности владения2.

Следовательно, можно утверждать, что продавец не исполнил свою обязанность «передать вещь (товар) в собственность» покупателя и, поскольку эвикция не была осуществлена, покупатель может

1Согласно п. 13 Обзора судебной практики по некоторым вопросам, связанным

систребованием имущества из чужого незаконного владения, утв. информационным письмом Президиума ВАС РФ от 13 ноября 2008 г. № 126, «исковая давность по иску об истребовании имущества из чужого незаконного владения при смене владельца этого имущества не начинает течь заново». См. также: постановление Президиума ВАС РФ от 24 сентября 2013 г. № 10715/12.

2См. п. 18 Постановления № 10/22.

99

Глава 2

требовать взыскания убытков или вообще расторжения договора на основании ст. 460 ГК РФ и общих положений гл. 25 ГК РФ.

§ 4. Привлечение продавца в процесс

Согласно ст. 462 ГК РФ если третье лицо по основанию, возникшему до исполнения договора купли-продажи, предъявит к покупателю иск об изъятии товара, покупатель обязан привлечь продавца

кучастию в деле, а продавец обязан вступить в это дело на стороне покупателя. Непривлечение покупателем продавца к участию в деле освобождает продавца от ответственности перед покупателем, если продавец докажет, что, приняв участие в деле, он мог бы предотвратить изъятие проданного товара у покупателя. Продавец, привлеченный покупателем к участию в деле, но не принявший в нем участия, лишается права доказывать неправильность ведения дела покупателем.

Сточки зрения процессуального права продавец, исполняющий свою обязанность по защите покупателя и вступивший в процесс, вероятно, будет третьим лицом на стороне ответчика. Как уже отмечалось, может возникнуть ситуация, когда продавец в свою очередь сам получил вещь по договору и основание для эвикции возникло до его исполнения. Тогда можно поставить вопрос о привлечении в дело последовательно всех отчуждателей вплоть до того, ко времени обладания вещью которым относится возникновение основания для эвикции.

В швейцарском и французском праве вопрос участия продавца в деле об изъятии вещи третьим лицом у покупателя специально решается процессуальным законодательством (см., например, отсылку

кпроцессуальному закону в ст. 193 ШОЗ).

Согласно ст. 336 Гражданского процессуального кодекса Франции (Code de procedure civile) покупатель, к которому третьим лицом предъявлен вещный иск об изъятии вещи, имеет выбор двух линий защиты. Он может обязать гаранта (своего продавца), по сути, заместить его в процессе или же остаться стороной спора в качестве ответчика по требованию третьего лица и одновременно истца по требованию из гарантии. Если первоначальный иск будет удовлетворен, то тем же решением продавец будет присужден к возмещению убытков1.

1Guinchard S., Ferrand F., Chainais C. Procédure civile. 2 e éd. Paris: Dalloz, 2011.

Р.454.

100