Методология моделирования и прогнозирования современного мира. Коллективная монография

МЕТОДОЛОГИЯ МОДЕЛИРОВАНИЯ И ПРОГНОЗИРОВАНИЯ СОВРЕМЕННОГО МИРА

рованный и целевой характер. Например, введение зампо- литов-социологов в армии – это сфера социальной работы в армии. Если сейчас их роль выполняют священники, то их действия должны быть пропущены через призму научной дисциплины «Социальная работа». Хорошо, что государство отделено от религии, но ему нужна опора в виде многочисленных социальных работников, стоящих выше конфессиональных различий, но твердо поддерживающих устои государства. Любые выступления по телевидению, демонстрация материалов и комментарии также нуждаются в подобной экспертизе. Ведь речь идет о неосторожном или намеренном сломе социальной машины. Из практики космических полетов известно, что, как только перестали диагностировать коллектив на предмет взаимной совместимости, между некоторыми космонавтами, побывавшими в совместном полете ограниченное время, возникла яростная ненависть, навсегда отрезавшая даже воспоминания о бывшем партнере. Но, помимо работы психологов и смягчения личностных качеств, можно было работать с коллективом и в плане создания определенной системы ценностей, особых этических норм, правил, развить взаимную эмпатию и т. д. Поле деятельности тут огромное. Но в эпоху космонавтики все это было неизвестно. Не говоря о том, что советские деятели не удосужились даже как-то социальноидеологически осмыслить эти великие начинания, придать им грандиозный космополитический характер, открывающий эру новой мировой социальности.

Социальную работу можно определить как приложение практических усилий по изменению (усилению, ослаблению) социальности. Конечно, сфера социальной работы должна быть социологически фундирована. До ее начала многое надо научно проработать – цели, желаемые следствия, побочные результаты, особые условия и специфика конкретного процесса социализации и т. д. Для формирования цели надо уточнить: а) состав целевой аудитории; б) какое поведение целевой аудитории необходимо изменить; в) какими методами это осуществить. Часто целью работы является трансформация системы ценностей. Следует учитывать, что объект может декларировать одну цель, а преследовать совершенно другую и т. д.

К сожалению, положения о социальной работе, идущие от западной социологии, сильно примитивизированы. С ее точки зрения социальная работа заключается в помощи обездоленным, в ухаживании за больными и стариками, уборке их квартир и снабжении продуктами, наблюдении за воспитанием детей и решением семейных проблем. Еще несколько десятков

71

КОЛЛЕКТИВНАЯ МОНОГРАФИЯ

лет мы назвали бы это позором: при живых детях чужие люди ухаживают за пенсионерами. Таким образом, устои народа поколеблены, древнейшая мораль в отношениях между родителями и детьми выброшена на свалку, ушло в прошлое понятие о сыновнем долге. Зачем все это, если существует должность социального работника? Еще немного, и мы скатимся до ситуации в США, где муж и жена имеют каждый своего юриста и живут по пунктам брачного контракта, который определяет, в том числе, кто и сколько раз должен выносить мусор из дома. Поэтому, не отказываясь от социальной работы как таковой, мы вкладываем в нее более приличествующее нам содержание.

Истоки социальной работы уходят в глубокую древность. Хоть они об этом и не подозревали, но все маги, шаманы, представители духовных институтов, советники царей и императоров так или иначе были заняты и социальной работой. Если социологи древности, например, Конфуций, Пифагор, Будда разрабатывали учения и доктрины, то социальные работники в лице монахов, дервишей, священников, мулл и т. д. применяли на практике их положения – социализировали и воспитывали население, причем каждый в своем духе.

Сегодня социологи и социальные работники, выполняющие эти жреческие функции, не обременены неистовым строительством храмов, не требуют себе обширных территорий и раболепного поклонения, не практикуют не совсем понятные ритуальные действия и т. д. Наоборот, предельно рационально (цель – метод – результат – коррекция непредвиденных следствий), ясно и доступно для руководящего слоя они излагают свои соображения и хотят помочь тому обществу, в котором живут. Ведь если их не услышать, то есть опасность стать жертвой сценариев, разрабатываемых социологами с противной стороны, которые были поддержаны собственными руководителями. Ведь не секрет, что все «цветные революции», государственные перевороты, войны и мировые реорганизации задолго до того, как за них примутся спецслужбы, разрабатываются в недрах социологических мозговых центров. Это не та вузовская социология, о которой наслышан каждый студент и от которой с кислой миной отворачивается обыватель. А, быть может, именно такая реакция и планируется этой мощной дисциплиной, стирающей границу между сознательным и манипулируемым поведением. Достаточно сказать, что так широко прокламируемые социологические исследования имеют скрытую цель понизить структуру общества и государства, незаметным образом принудить строить социальные и государственные институты на уровне массового сознания.

72

МЕТОДОЛОГИЯ МОДЕЛИРОВАНИЯ И ПРОГНОЗИРОВАНИЯ СОВРЕМЕННОГО МИРА

Ремонт социальности – это задача социологов и социальных работников, ведь даже врачи иногда лечат больного, даже если он сопротивляется.

Одно из направлений социальной работы – повышение качества личности. Многочисленные проекты изменений внешнего мира почти не затрагивают тот факт, что внешний мир определяется внутренним строем – мышлением, ценностями, мировоззрением – большим и неисчерпаемым ресурсом энергии, идей, созидания в целом. Надежно и надолго изменить что-то в своей жизни к лучшему мы можем только через изменение качества своей личности. Как можно повысить качество своей личности?

Увеличение сложности внешнего пространства увеличивает давление на личность, требует увеличения внутренней сложности. Эффективно изменять окружающую действительность можно при таком одновременном созидании своей личности, чтобы качество ее поступков вызывало благоприятные следствия как для самих себя, так и для окружающих. Это естественно возвращает нас к изучению и внедрению в социальную память множества тех причин- но-следственных цепей, чьи даже дальние последствия не сулят угрозы социальности.

Законы социальной причинности проявляются на невидимом, тонком уровне и порой требуют длительных многовековых наблюдений для выявления своих следствий. Осваивая эти законы, мы постигаем пути формирования своей судьбы, судьбы народов и государств, понимаем причину неудач и несчастий. Приобретаемые нами знания выполняют роль квазипричин, вызывающих изменения в процессах нашего мышления. А события нашей жизни есть следствия наших мыслей. Все пожинаемое нами сегодня есть результат посева в прошлом. Если в будущем мы хотим снять урожай, то должны посеять иные семена сегодня. Будущее не ждут, его готовят.

Выполнение одного и того же действия одним и тем же способом и ожидание при этом различных результатов есть признак безумия. Нужно внутренне стать другим человеком, прежде чем другие результаты появятся внешне.

Качество личности определяется и целями, которые она преследует. Наш характер – это система реагирования на все происходящее внутри и вокруг нас. Наш характер, наша подсознательная концепция формируют причинно-следствен- ную цепь событий нашей жизни. Наш сегодняшний внешний мир – это зеркальное отражение нашего сегодняшнего внутреннего содержания.

73

КОЛЛЕКТИВНАЯ МОНОГРАФИЯ

Незнание фундаментальных социальных законов становится причиной ложного социального и государственного строительства, бессмысленной общественной и политической деятельности. Все в природе развивается по закону резонанса и цепных реакций. Поэтому каждый из нас обладает колоссальными возможностями по трансформации своей действительности, в том числе и на глобальном уровне. Все, о чем мы сосредоточенно размышляем, становится более ясным, более акцентированным для нашего сознания. А если своими мыслями и действиями мы не пользуемся в созидательных целях, то автоматически действуем как разрушители.

Литература

1. Азимов А. Ближний Восток. – М., 2003. – С. 48. 2. Там же. – С. 184.

3. Цит. по статье: Трапезов О. В. Эволюционирующие системы левосторонне-ассиметричны? – Новосибирск: Институт цитологии и генетики. Сибирское отделение РАН.

Кузякова О. Д.

ЗНАЧЕНИЕ ГЛОБАЛЬНОГО ПРОГНОЗИРОВАНИЯ В ИССЛЕДОВАНИИ СОВРЕМЕННОГО МИРА

Теоретическое осмысление процессов глобализации является неизменным объектом динамичных и многоплановых научных дискуссий. Этот поиск не замкнут в себе. Он отражает, с одной стороны, актуальность, более того – насущную необходимость в четкой и всеобъемлющей интерпретации феномена глобализации, его различных аспектов. С другой стороны, его ход и результаты активно влияют и на общественное самосознание, на выработкуновыхсоциальныхориентиров,наэволюциюпрограммных идеологических установок различных политических сил.

Изучение глобализации диверсифицируется и становится постоянным междисциплинарным направлением научных исследований, углубление и развитие которого диктуется общественной потребностью в прогнозировании динамики глобализации, в моделировании ее последствий. При изучении глобализации в междисциплинарных исследованиях повышается роль философского знания, позволяющего выявить методологические принципы изучения глобализационных процессов и более фундаментально раскрыть их социально-исторический контекст и объективную закономерность развития.

74

МЕТОДОЛОГИЯ МОДЕЛИРОВАНИЯ И ПРОГНОЗИРОВАНИЯ СОВРЕМЕННОГО МИРА

Как явление глобализация развивалась постепенно, проходя через определенные исторические этапы. Объективное содержание глобализации складывается из разнородных по своему происхождению, формам проявления и последствиям процессов, что неизбежно предполагает рассмотрение глобализации не только как явления целостного, но одновременно внутренне противоречивого и имеющего сложную структуру [1].

Глобализация дифференцируется на множество глобализационных процессов, или подпроцессов, развивающихся в различных подсистемах общества, а целостность выражается в их единстве и взаимообусловленности.

Глобализация может быть осмыслена как процесс (или совокупность процессов), который воплощает в себе трансформацию пространственной организации социальных отношений и взаимодействий (измеряемую с помощью таких показателей, как протяженность, интенсивность, скорость и воздействие процессов), порождающую межконтинентальные или межрегиональные потоки и структуры активности, взаимодействий и проявлений власти. Объем, масштабы и глубина глобализации определяются протяженностью глобальных структур, интенсивностью глобальных взаимосвязей, скоростью глобальных потоков и направленностью воздействий, оказываемых глобальными взаимосвязями.

Глобализация проявляется в последствиях для распределения власти и богатства внутри той или иной страны, между отдельными странами или их региональными объединениями. Она существенно трансформирует организацию, распределение и реализацию власти.

Наиболее продуктивный путь исследования и моделирования общественных трансформаций, которые выражают динамику глобализации, заключается в ее трактовке как процесса или ряда процессов, а не как некоего уникального сформировавшегося состояния социума. Глобализация не укладывается в логику линейного развития и не может быть прообразом всемирного сообщества. Хотя в возникающие международные структуры и системы взаимодействия и обмена интенсивно вовлекаются экономические, социальные и политические структуры и системы из национальных рамок, никакого целостного и устойчивого глобального объединения не возникает.

Пространственный масштаб и плотность глобальных взаимосвязей образуют сложные системы и структуры отношений между сообществами, государствами, различного рода международными организациями и транснациональными корпорациями. Различные цели и интересы здесь пересекаются.

75

КОЛЛЕКТИВНАЯ МОНОГРАФИЯ

Динамическая глобальная структура для постоянно включаемых в нее участников открывает одновременно новые возможности и налагает определенные ограничения и обязательства. Глобализация связана с нарастанием масштабов властного вмешательства, она увеличивает пространственную протяженность властных структур.

Практически все сферы общественной жизни затронуты процессами глобализации. Она является дифференцированным феноменом, который следует интерпретировать не как некое завершенное состояние, а как динамичную интегрирующую форму, связанную с моделями растущих глобальных взаимосвязей во всех социальных областях.

В контексте такого методологического подхода большой интерес представляет изучение тех изменений, которые проявляются в ценностной структуре, в парадигмах и постулатах основных политических идеологий современности, в трансформации самой идеологии как особого социального института.

Основные идейно-политические течения формировались в течение XIX–ХХ веков. В настоящее время они находятся под воздействием многомерных процессов глобализации. В оценке общего хода изменений основных идейно-политических течений современности и в объяснении новых условий развития идеологии складывается спектр различных мнений, среди которых можно встретить и достаточно резкие, даже намеренно обостренные позиции и оценки.

Одними из первых прозвучали оценки американского политолога Ф. Фукуямы, заявившего еще в 1989 г. о грядущем «конце истории» и «конце идеологий», «торжестве либеральной демократии» (имея в виду исчезновение – или исчерпание – конфликтной движущей силы прогресса– борьбы двух систем).

«Идеологии, которые определяли векторы развития в ХХвеке,практическиполностьюисчерпалисебя,доказавсвою историческую бесперспективность. Сбросив с себя идеологические доспехи, социумы могли <…> заметить обнажившиеся под ними более глубинные основания исторического развития – свою культурную идентичность и веру предков», – считает Э. Азроянц [2]. В таком ракурсе проблемы основанием для новых войн и конфликтов (в том числе и на идеологической почве) могут стать своего рода социальные разломы, которые пройдут по культурным и религиозным границам (вполне в соответствии с известной концепцией С. Хантингтона).

Другие авторы справедливо связывают метаморфозы идеологии с окончанием противостояния двух военно-политиче- ских блоков (что, конечно, также является важной частью и

76

МЕТОДОЛОГИЯ МОДЕЛИРОВАНИЯ И ПРОГНОЗИРОВАНИЯ СОВРЕМЕННОГО МИРА

предпосылкой развертывания глобализации как всемирного процесса). К. Гаджиев подчеркивает, что «развалилась идео- лого-политическая ось двухполюсного мира <…>. Человечество вступило в эпоху неопределенности, безверия, разочарований и потери иллюзий <…>. В идеологическом спектре образовалась огромная черная дыра <…>. Ситуация в данной сфере характеризуется преобладанием фрагментарности, отсутствием сколько-нибудь цельных и последовательных теорий и идеологий» [3].

Э. Киш считает, что в результате падения социализма «неолиберальная политическая и экономическая система заняла господствующее положение», что привело к ошибочному отождествлению неолиберализма и ценностей «чистого», так сказать, либерализма. Он считает, что «структурные и функциональные характеристики глобального мира сейчас формируются именно этой неолиберальной системой» [4].

Во многих обоснованных и развернутых оценках кардинальных изменений, которым подвержены сегодня идеологии, чаще делается акцент на воздействие эпохальных политических событий, на отразившихся в них всемирно-историче- ские разломах.

Методология анализа идеологии как социального института и трансформаций основных идейно-политических течений в условиях глобализации требует специального внимания и ко многим другим важными взаимосвязанным процессам в социуме, культуре и духовной сфере.

Результатом новейших научно-технических достижений, фактором и результатом глобализации стало формирование так называемой информационной экономики, которая наблюдается в наиболее развитых странах и региональных объединениях – в США, Японии, в Европейском Союзе. Кардинально изменились характеристики производственной деятельности людей, их положение на рынке, их положение внутри традиционных социально-экономических схем.

Сокращение расстояний, прогресс в развитии различных «средств доставки» информации и т. п. стали своеобразной «смертью» социального пространства в традиционном понимании. Совершенно иными стали представления о том, где и как люди должны работать и жить. Информационная экономика (или «экономика знаний») кардинально меняет мир трудовых отношений. Появился «телетруд» или так называемое элек- тронное надомничество, когда работник может быть не только независимой самостоятельной единицей, но и трудиться в коллективе предприятия, фирмы, не выходя из дома. Возможны

77

КОЛЛЕКТИВНАЯ МОНОГРАФИЯ

новые формы экономической активности, например электронная торговля, когда все виды работ могут быть осуществлены абсолютно в любом месте и мгновенно переданы туда, где находятся ресурсы и нужная производительная компетенция.

Благодаря Интернету огромное количество людей получают информацию о мире, о жизни других народов. Эта всеобъемлющая информация создает возможность для сравнения и идентификации собственных запросов и потребностей совершенно в ином контексте. В известном смысле Всемирная паутина порождает гомогенность запросов, создает устойчивые образцы потребления и тем самым укрепляет единый мировой рынок.

Сравнение образа жизни в своей стране с условиями жизни в других странах и, прежде всего, в наиболее развитых из них формирует в сознании населения такие стереотипы и поведенческие стимулы, благодаря которым иностранные инвестиции и вторжение ТНК в национальную среду воспринимается как благо, гарантирующее вхождение в семью «цивилизованных» народов. Интернет является мощным двигателем глобализации, причем не только в социально-экономическом плане. Развитие Интернета соответствует самому духу демократизации в идейно-политическом и культурном плане. Человек, использующий современные информационные технологии, в большей мере является свободным субъектом в плане отбора и использования соответствующей информации.

Особо следует отметить, что в этом контексте снижаются возможности для манипулирования сознанием, в том числе и со стороны традиционных идеологических институтов и систем, действующих в национальных государствах.

В частности, Г. Вайнштейн справедливо отмечает, что «Интернет способствует увеличению открытости и транспарентности политических институтов и политики в целом. В Сети появляется все большее количество сайтов различных государственных органов, партийных структур, многочисленных международных неправительственных организаций, содержащих разнообразную информацию, существенно увеличивающую политическую осведомленность широких масс <...>. Возникают новые, весьма эффективные механизмы политической мобилизации граждан. Он (Интернет. – Прим. авто- ра) выступает, в частности, как средство весьма оперативной организации и координации действий политических единомышленников, являющихся сторонниками нетрадиционных социальных движений» [5].

Это в полной мере подтверждают и последние яркие примеры 2011 г. – лавинообразное нарастание массовых революци-

78

МЕТОДОЛОГИЯ МОДЕЛИРОВАНИЯ И ПРОГНОЗИРОВАНИЯ СОВРЕМЕННОГО МИРА

онных выступлений, кардинально изменивших политическую ситуацию в ряде арабских стран, их политико-идеологическую ориентацию (усиление в обществе так называемых партий исламистской ориентации). Именно благодаря современным средствам связи и коммуникации эффект «ураганного» распространения и синхронной организации вступлений был достигнут вначале в США, а затем и во многих других странах Европы и Америки в ходе протестной акции «Захвати Уолл-стрит!».

Интенсификация всемирных социальных связей, развертываясь в экономике, как и в других сферах социума, означает усиление взаимных контактов, взаимозависимостей людей, общностей и государств.

Как отмечалось выше, глобализация является процессом нелинейным: ее активные субъекты (акторы) действуют, преследуя свои собственные цели и интересы. В результате такой деятельности возникает новая реальность, а действия разрозненных индивидуальных и коллективных воплощаются часто в неожиданных, даже непредсказуемых результатах, которые существенно изменяют мир и принуждают самих этих акторов приспосабливаться к новым условиям существования, к новым правилам игры. Причем в данном случае в качестве таких акторов неправильно было бы говорить только о транснациональных корпорациях, государствах, международных экономических организациях и т. п. Речь в данном случае идет и о средних (по масштабам фирмы) мелких предприятиях, о движениях и организациях общественно-политического характера, наконец, о самих потребителях товаров и услуг и т. п.

Во всем многообразии этих «актов» проявления глобального рынка потребления даже идейно и политически враждебные глобализации субъекты фактически проявляют себя как такая же движущая сила развития ее экономического базиса, как и сами ТНК, производящие эти товары и услуги.

При всем разнообразии оценок глобализации, включая диаметрально противоположные, никто не может оспорить два существенных момента: то, что глобализация создает новые возможности для человеческого усовершенствования и что остановить ее уже невозможно. Самое главное, что ни одной серьезной альтернативы пока не выдвинуто – ни в качестве научной концепции, ни в качестве какого-либо национального или международного идеологического или политического проекта.

Вся проблематика глобализации не может быть качественно осмыслена на основе «линейных» методик, по формулам одномерного пространства социума и уж, конечно, по каким-

79

КОЛЛЕКТИВНАЯ МОНОГРАФИЯ

либо универсальным рецептам, «прописанным» на базе той или иной идеологической системы.

М. Чешков подчеркивает в качестве сущностной черты «глобального общества» полисистемность. Он считает, что осмыслять мировой социум сквозь «призму западного исторического опыта и, в частности, марксистского понимания структуры общества» непродуктивно, даже ошибочно. И, по его мнению, еще предстоит «выработать идеологию нового универсализма», которая опиралась бы на представление, в частности, о том, что глобальное «целое» образовано не отдельными частями (компонентами), но их взаимосоотнесенностью; компоненты глобальной общности обладают не только своими субстратно-определенными качествами, но и теми, что порождены их взаимодействиями и целостностью <...>» [6].

Исходя из такой методологии «глобальный социум» формируется не как простое соединение или воспроизведение в «мировом» масштабе структур, которые «произросли» на национальной почве. Это гражданское общество, политические институты, экономические субъекты и т. п. Здесь «национальное» как качественная характеристика уже включена в систему глобального и все глобальные процессы являются не простым «снятием» национального, но включают его в себя как необходимый компонент.

Даже интерпретируя глобализацию как такой полиси- стемный процесс, естественно предполагать, что его результаты, в конечном итоге, должны воплощаться в некие совершенные и логически завершенные социальные формы. И уже в «глобальном сообществе» им должны соответствовать новые идейные ценности и ориентиры.

Глобализацию часто называют триумфом нерегулируемого капитализма. С точки зрения классических либеральных воззрений рынок, базирующийся на свободной конкурентной среде, сам по себе стремится к состоянию устойчивости, равновесия и такое состояние достигается его имманентным развитием. Но основанные на известном постулате классика экономической теории А. Смита представления о «невидимой руке рынка» (то есть о том, что рыночная рациональность как оптимальное соотношение предельных затрат и выгод естественным образом обеспечивает целесообразное размещение ресурсов и максимальную эффективность) уже не «работают».

В принципе модель равновесного или совершенного рынка существует только в теории. Реальный рынок неустойчив, тем более неустойчив рынок в современных условиях глобальной экономики. Недостатки рыночной системы, которые могут

80