Книга Иуды

Свт. Иннокентий Херсонский

Последние дни земной жизни Господа нашего Иисуса Христа1

Глава XI

ПРЕДАНИЕ ИИСУСА ХРИСТА ИУДОЙ

Перемена мыслей в синедрионе насчет времени умерщ! вления Иисуса Христа. — Предательство Иуды и его причины. — Замечание о местопребывании и деяниях Иисуса Христа в продолжение того дня.

Мы видели, что на земле, в совете человеческом поло) жено не лишать Пророка Галилейского жизни до оконча) ния праздника Пасхи; иначе положено было на небе, в сове) те Всевышнего! Агнцу Божьему, вземлющему грехи мира,

1 Свт. Иннокентий Херсонский. Последние дни земной жизни Госпо) да нашего Иисуса Христа. М., 1991 (репринтное издание).

Иннокентий Херсонский (в миру Иван Алексеевич Борисов) (1800– 1857), русский православный богослов и церковный оратор. Профессор Санкт)Петербургской (с 1824 г.) и ректор (с 1830 г.) Киевской Духовных академий, содействовал перестройке духовно)учебных заведений. С 1836 г. — епископ, с 1848 г. — архиепископ Херсонский и Таврический. Новаторство в его богословии многими было встречено враждебно. Одно время он слыл «неологом». Было даже возбуждено «секретное дознание» о его образе мыс) лей, окончившееся полным его оправданием. Церковно)исторические сочине) ния его положили начало его ученой известности. Книга «Последние дни зем) ной жизни Господа нашего Иисуса Христа» была признана чересчур «либераль) ной» и в течение тридцати лет не могла быть переиздана. После коронации императора Александра II архиепископ Иннокентий был назначен членом Святейшего Синода. Архиепископ Херсонский и Таврический канонизирован Русской Православной Церковью в 1997 г. решением Синода УПЦ.

надлежало быть принесенным в жертву в одно время с агнцем пасхальным, который столько веков служил Его прообразом (1 Кор. 5:7), и никакое могущество земное, ни) какая злоба и хитрость не могли замедлить этого жертво) приношения, разлучить прообразуемое с прообразующим. Промысл Божий расположил, напротив, течение обстоя) тельств так, что те же люди, которые, сами не зная, пошли было вопреки вечных судеб Его, сами же не зная, обра) тились внезапно к исполнению их, решившись действовать немедленно, захватить и умертвить Иисуса Христа при первом удобном случае. Причиной такой неожиданной пе) ремены был один человек, который, явившись к первосвя) щенникам, объявил, что он, издавна принадлежа к числу учеников и постоянных сопутников Иисуса и зная поэтому все тайные места пребывания Его, легко может содейство) вать давнему желанию их — захватить Его в свои руки тайно от народа (Лк. 22:6) — и готов употребить для того все свои средства и силы, если только верховное правитель) ство заблагорассудит обратить благосклонное внимание на столь важную услугу, на которую немногие способны, хотя всякий был обязан, вследствие недавно изданного синедри) оном повеления (Ин. 11:57). Жалкий человек этот действи) тельно принадлежал к ближайшему окружению Иисусову и был тот самый ученик, который на вечери в Вифании при) творно сожалел о мире и о нищих и от сребролюбия которого давно предостерегал нас дальновидный Иоанн (Ин. 12:6); это был Иуда Искариотский. После увидим, что побудило его к ужасной измене своему Учителю и Господу; здесь при) метим только, что, по должности хранителя денег в малом обществе Иисусовом, Искариот мог благовидно оставлять

Свт. Иннокентий Херсонский. Последние дни земной жизни... 153

это общество и отлучаться за покупками в город и потому имел возможность вести постыдные переговоры с врагами своего Учителя и торговаться за Его жизнь, не будучи ни) кем подозреваем в измене.

Появление человека с таким предложением, по замеча) нию евангелистов (Лк. 22:5), было крайне приятно для Каиафы. Хитрый саддукей мгновенно рассчитал в уме сво) ем, что при помощи такого человека, каким представлялся предатель, можно будет захватить Иисуса Христа без вся) кого шума, даже без присутствия народного. Немедленным же осуждением Его на смерть и преданием в руки римско) го правительства предполагалось оградить себя и от по) следней опасности. Народ, думали, не осмелится предпри) нять что)либо против римлян, которые на время Пасхи особенно усиливали военные посты свои в Иерусалиме; а если бы и покусился на что)либо, то синедрион не будет за то в ответе. То, что Иисус Христос будет предан Своим учеником, имело особенную цену в глазах личных врагов Его: потому что перед народом, не знающим истинных причин предания, обстоятельство это могло быть обраще) но в большой минус Иисусу, так мало, по)видимому, цени) мому собственными учениками. В жару и ослеплении фа) натизма предатель для некоторых из слепо почивающих на законе мог казаться человеком праведным по закону. Что он сдержит свое слово и не обманет синедрион, как обма) нывал Учителя, за это, кроме других обстоятельств (Иуда, без сомнения, позаботился о снискании себе доверия), ру) чалась уже чрезвычайная алчность его к деньгам, обличав) шая в нем низость и черноту души, готовой на все из)за прибытка.

Немедленно назначается цена предательства — та са) мая, которую Моисей велел взыскивать за раба, когда он будет убит кем)либо ненамеренно (Исх. 21:32), то есть тридцать сребреников, или сиклей, на наши деньги это около 60 рублей. Остроумие какого)либо книжника, вероятно, хо) тело отличить себя, оценив жизнь Иисуса Христа ценой ра) ба, которая, без сомнения, невысока была и во время Мои) сея, а теперь, спустя 2000 лет, еще ниже. Тем удивительнее алчность предателя, которая могла удовлетвориться такой малостью при таком случае, когда враги Иисуса Христа, по всей вероятности, не поскупились бы никакими сребрени) ками. Но едва ли, в случае успешного совершения дела, не обещана была боґльшая сумма, как позволяют предпола) гать выражения евангелистов — Марка и Луки. С другой стороны, предателю стыдно было с упорством настаивать на большей плате, если он хотел (как и должно предполагать) придать измене своей в глазах первосвященников вид закон) ного патриотического поступка и не показаться явно пре) зренным предателем, торгующимся за свою совесть. Впро) чем, действовать безрассудно, нередко вопреки своих выгод, есть удел одержимых страстью сребролюбия: малое кажет) ся им иногда великим, великое малым, и они, имея во всем и всегда в виду одни деньги, несмотря на это, сами не зная того, являют в своих поступках иногда вид бескорыстия. Времени и образа предания не могли определить с точностью ни предатель, ни первосвященники, хотя, без сомнения, это было бы приятно для тех и для другого и об этом, кажется, думали немало (Мк. 14:11). Предатель взялся только вос) пользоваться первым удобным случаем, то есть когда мож) но будет сделать это тайно от народа (Лк. 22:6); а перво)

Свт. Иннокентий Херсонский. Последние дни земной жизни... 155

священники обещали по первому требованию Иуды при) слать ему для совершения своего дела достаточное число слуг и стражи церковной. Пасхальная ночь, как время самое глухое и потому удобное, без сомнения, приходила на мысль тому и другим; и если теперь не была она избрана решитель) но для исполнения замысла, то, должно быть, потому, что Иуда не знал еще, где будет проведена Учителем эта ночь, а может быть, не ведал еще наверно и того, станет ли Он те) перь праздновать Пасху в одно время с другими, то есть по причине великой, со всех сторон окружавшей Его опасности не отложит ли это празднование (как то позволялось самим законом) до следующего месяца.

Воображая, как несчастный ученик тайными путями воз) вращается из дворца Каиафы в святое общество Иисусово, чтобы до времени играть в нем роль апостола, и представляя,

сдругой стороны, как трудно было, находясь так долго в не) посредственной близости к Сыну Божьему, не сделаться до) брым, не занять от Него Духа Божьего, — невольно при) ходишь в изумление и вопрошаешь с Церковью: «Кий тя образ, Иудо, предателя Спасу содела? Еда от лика тя апостольска разлучи? Еда дарования исцелений лиши? Еда со онема вечеряв тебе от трапезы отрину? О, коли! ких благ не памятлив был еси!»

Евангелисты единогласно изъясняют предательство Иуды внушением сатаны (Лк. 22:3). В самом деле, только сатана мог сделать из апостола предателя и сына погибе) ли. Но что за польза была ему, подумает кто)либо, научать Иуду к преданию Учителя, когда смертью Господа, затем последовавшей, до конца разрушены дела диавола вместе

сего царством? Не значит ли это ковать на самого себя

оружие, искать собственной погибели?.. Так! Но доґлжно помнить, что тайна искупления рода человеческого смертью Сына Божьего была неведома духу тьмы. Под кровом этой тайны Премудрость Божья, посмевающаяся козням врага исконного, соделала то, что он в этом случае сам устроил свою погибель. Ему хотелось только положить конец не) стерпимому для него действию проповеди и чудес Иисуса Христа, подобно тому как он доводил до мученической кон) чины пророков и недавно еще руками нечестивого Ирода запечатлел уста Иоанну Крестителю; но в этом случае вы) шло совершенно противное: смертью Сына Божьего, кото) рая стоила стольких усилий врагу рода человеческого, нане) сено ему решительное поражение, раз и навсегда ниспро) вергнута его держава греха и смерти.

Впрочем, евангелисты, указывая на сатану как на перво) го виновника предательства Иудина, не забывают и так на) зываемых вторых причин, или естественных. Именно, св. Иоанн указывает, так сказать, на то отверстие (Ин. 12:6), сквозь которое этот древний змий вполз в душу несчаст) ного апостола и неприметно опутал собой его ум и сердце. Это страсть к сребреникам, которая, издавна зародившись

вдуше, тлела во все время пребывания его с Иисусом, пи) таясь татьбой денег общественных, а теперь разгорелась

впламень совершенно адский, где, как в своем чертоге, сидел и царствовал сатана. Наконец, свв. Матфей и Марк (Мф. 26:1–16; Мк. 14:3–11), с намерением сблизив меж) ду собой два разновременных обстоятельства: вифанскую вечерю, на которой Иуда жалел о мире, и предательство по) следнего — дают проницательному читателю видеть, как диавол наложил последнюю петлю на душу сребролюбца,

Свт. Иннокентий Херсонский. Последние дни земной жизни... 157

чтобы увлечь его за собой во ад. Сильно тронутый потерей прибытка, который можно было — татьбой — получить из денег за продажу мира, и, может быть, огорченный упреком, который сделан по тому случаю Иисусом, сребролюбец в припадке страсти решился вознаградить мнимую потерю свою продажей Самого Учителя, Который бескорыстием и нищетой Своей становился ему со дня на день все в боґль) шую тягость. «Лют, — восклицает при этом случае св. Зла) тоуст, — лют зверь есть сребролюбие; отсюду гробокопа! тели, отсюду мужеубийцы, отсюду рати и брани, и еже аще речеши всяко зло, отсюду есть».

Более евангелисты ничего не говорят в объяснение по) ступка Иудина, хотя некоторые стороны его остаются неяс) ными; и мы не должны удивляться такому молчанию, вспом) нив, как вообще евангелисты кратки в описаниях самых мрач) ных предметов и как тяжело им было говорить о таком тяжком и невозвратном падении своего собрата. Удивитель) нее, по замечанию Златоуста, самоотвержение их, что они «ничтоже сокрывают от мнящихся быти поносных. Мощно бы им рещи просто, яко предатель от учеников Его бе некто; ныне же прилагают, яко от дванадесяти бе, якобы глагола) ли, — первого лика, от изрядно избранных, с Петром и Иоан) ном бывших. Виждь, яко о едином им было тщание, о единой истине, да не сокрыют бываемых» (Бесед. 80 на Мф.).

Стороны же предательства Иудина, не совсем ясные, суть следующие: во)первых, как Иуда, говоря словами Зла) тоуста же, «чаяше удержати Иисуса, многажды видевый Его сквозе прошедша и не удержана бывша, и Божества Его и силы многа подавшаго указания?» Во)вторых, пре) давая Учителя, почитал ли Иуда Его за Мессию, по крайней

мере за великого пророка и праведника, или не почитал? Если почитал, то как предал? Если не почитал, то откуда в нем такое великое раскаяние после? Поскольку осуждение на смерть Иисуса так сильно поразило Иуду, то явно, что он не ожидал этого осуждения. Чего же ожидал? Доброволь) ного признания Его синедрионом за Мессию? Но этого предполагать было невозможно. Чудесной победы Иисуса над первосвященниками? Но в таком случае с каким лицом явился бы предатель к Преданному?

Подобные соображения еще в древности привели неко) торых учителей Церкви к мнению, что Иуда не желал и не ожидал смерти своего Учителя, предполагая, что Он найдет средство, естественное или сверхъестественное, избавиться от рук врагов Своих невредимо. В новейшие времена мнение это дополнено, развито и приложено ко всем подробностям события следующим образом.

Все ученики Иисуса Христа ожидали увидеть в Нем Ца) ря над Израилем и быть первыми слугами в этом царстве; но Иуда, говорят, по своему своекорыстному нраву, более всех заботился об успехе дела своего Учителя и для того по) стоянно, со всем вниманием наблюдал за обстоятельствами, мнениями о Нем народа, поступками и замыслами Его вра) гов и проч. Теперь он ясно видел, что спор Учителя с синедри) оном дошел до решительного перелома, и полагал, что пере) лом этот должен окончиться непременно в пользу его Учите) ля, если только последует во время праздника, при стечении многочисленного народа, так сильно расположенного к Иису) су Христу. С другой стороны, несчастный с горечью видел, что Учитель совершенно не собирается воспользоваться на) стоящим, крайне благоприятным стечением обстоятельств.

Свт. Иннокентий Херсонский. Последние дни земной жизни... 159

К большему огорчению, узнает он потом, что первосвящен) ники единодушно составили хитрый план, чтобы окончатель) но погубить Иисуса после праздника. «Что делать? — думал хитрый корыстолюбец. — Если оставить идти дела так, как они идут, то нам всем не избежать погибели: последний бла) гоприятный случай для нас будет упущен; и Искариоту, как последнему преступнику, достанется, может быть, висеть на каком)либо кресте». — «Нет, — шептал диавол, — этому не бывать: доколе в обществе этих людей есть Иуда, перво) священникам не взять над нами верха. Они отложили поги) бель нашу до праздника; надо сделать именно противное то) му: синедрион издал повеление, чтобы всякий, кто узнает, где Иисус, давал ему знать о том (Ин. 11:57). На что благовид) нее предлога? Явлюсь к Каиафе с вызовом предать Иисуса при первом удобном случае: таким образом, слепая злоба их еще заплатит мне за собственную свою погибель. Точно по) гибель: я продам им — собственную их смерть! В какое вол) нение придет народ, узнав, что Мессия в узах! Чего не сде) лает он для ниспровержения нелюбимого синедриона и нена) вистной претории! Учитель волей)неволей сделается царем Израиля, а Искариоту будет принадлежать честь быть пер) вым виновником такого счастливого переворота. Итак — со) творим злая, да приидут благая (Рим. 3:8). Примем на себя на время мрачное лицо предателя, чтоб после быть в царстве Мессии первым из апостолов. Подобного плана не выдумать ни Петру, ни Иоанну. Учитель, умеющий так хорошо ценить поступки, не замедлит отдать справедливость соображению столь глубокому и столь благоуспешному».

Так, говорят, следует думать о предательстве Иуды, по) тому что при этом только предположении становится понят)

ным, как предатель мог удовольствоваться такой малой на) градой; сребреники не были главной целью предательства; он бы согласился и на меньшее. При этом понимаем, говорят, и то, как Иуда вызвался сам предводительствовать стражей для взятия Иисуса, приветствовать Его дружеским привет) ствием и даже облобызать Его: поступок, который в против) ном случае мог быть только следствием самой отвратитель) ной какой)либо личной злобы против Учителя, следов чего, однако же, в Иуде не видно. Понятно наконец, говорят, по) чему на Искариота так сильно и в такую сторону подейство) вала весть об осуждении Учителя на смерть: он должен был скорбеть в этом случае сугубо — и за Учителя, и за себя са) мого, обманувшись так ужасно в своих расчетах. Люди с сильным характером в таких обстоятельствах обыкновен) но обращаются к одному отчаянному средству: patet exitus (исход найден). При исполнении злохитрого и несчастного плана своего, — прибавляют, —предатель мог для успоко) ения себя опираться даже на великодушное снисхождение своего Учителя, по которому последний не обнаруживал его перед прочими учениками и не изгонял из Своего общества. Наконец слова: еже творити, твори скоро (Ин. 13:27), го) ворят, могли быть приняты Иудой за решительное одобре) ние его плана Учителем.

Что должна сказать о таких предположениях бесприст) растная история? То, что это догадки, идущие, как мы заме) тили, еще из древности, приближающиеся некоторыми сто) ронами своими к правдоподобию, но не имеющие прочного исторического основания и в то же время сами собой сильно сокрушающиеся о некоторые прямые указания истории на противоположное тому, что предполагается. В самом деле,