История правовой мысли Германии конца XVIII – первой половины XIX века. Учебное пособие

указов, принятых Бундестагом и введенных в государствах Германского союза образца 1815 г. после убийства Карлом Зандом (членом либеральногоинационалистическогостуденческогобратства)консервативного писателя Августа Коцебу. Коцебу являлся русским газетным агентом и проводил прорусскую редакционную политику, так что мотивы Занда можно рассматривать и как националистические. Тем не менее, согласно Карлсбадским постановлениям, студенческие братства должны были быть запрещены, алиберальные профессорауволены.Однакобратствапродолжалидействовать,несмотря на запреты. Даже такие консерваторы, как Шталь, который утверждал, что студенческие организации должны заниматься учебой, а не политикой, продолжали в них участвовать, т.к. воспринимали их как оптимальное средство приобретения связей в высших аристократических кругах. Другими словами, данные организации представляли собой своеобразные социальные лифты, позволявшие получить доступ в элиту немецкого общества после университета, чего, естественно, один только диплом обеспечить не мог. Поэтому, независимо от политических убеждений, студенты продолжали входить (часто в одни и те же) студенческие организации.

После исключения Шталь вернулся в Мюнхен. За время его отсутствия семья так же, как и он, приняла христианство лютеранского толка и покинула еврейский квартал. Шталь занимался самообразованием,подавалмногочисленныепрошенияореабилитации и в 1826 г., наконец, вернулся в университет. В тот же год защитил докторскую диссертацию по праву. После этого его карьера двигалась только вверх. В 1827 г. он прошел хабилитацию в Мюнхене. Затем получил должность приват-доцента подревнеримскому праву и начал интересоваться философией права. После потери значительной части семейного состояния и смерти отца Шталь взял на себя заботу о младших членах семьи.

Уже в 1830 г. Шталь проявил себя в прессе как настоящий консерватор. Он возглавил газету «Друг престола инарода», учрежденную правительством Баварии под эгидой короля Людвига I, чтобы противостоять либеральной «Баварской народной газете» Готфрида Эйзенманна. Газета Шталя не просуществовала и трех месяцев.

27июня1832г.ЛюдвигIутвердилеговдолжностиадъюнкт-про- фессора Эрлангенского университета. В следующем году Шталь был переведен в университет Вюрцбурга и назначен ординарным профессором. Там он не чувствовал себя комфортно, т.к. находился в либеральном и католическом окружении. Поэтому в 1834 г. он

81

срадостью вернулся в Эрлангенский университет, от которого уже в 1837 г. был избран во вторую (нижнюю) палату Баварского ландтага. Там он вел активную политическую деятельность, отстаивая интересыуниверситетскогосообщества,новрезультатеконфликта

справительством в 1840 г. перешел в Берлинский университет.

ВБерлин Шталя призвали как главного и самого яркого консервативного мыслителя-государственника в Германии. Король Пруссии Фридрих Вильгельм IV рассчитывал, что тот в должности профессора конституционного и канонического права будет вести борьбу с засильем рационалистического гегельянства среди профессорского состава и студенчества, которое подрывало интеллектуальныеосновымонархическогостроя.Штальсразувзялсязадело и во вступительной речи заявил онамерении покончить с рационалистическими заблуждениями, за что был освистан студентами. Наэтоонответил:«Господа,яздесь,чтобыобучатьвас,авы–чтобы учиться. Вы можете осуждать меня дома, ноздесь ненарушайте порядка и спокойствия».

Вдолжности профессора конституционного права и ректора университета Шталь проводил консервативную политику. Он выступил против принятия еврейских преподавателей на должности в университет, создавал кружки и сообщества, вокруг которых группировались консервативные студенты и преподаватели. При этомШталявысокоцениликакзнатокагерманскогоправа,поэтому ему поручали готовить экспертизы повопросам конституционного и канонического права для судебной коллегии юридического факультета.

Политическая карьера Шталя стала стремительно развиваться послереволюции1848г.,которуюонвстретилотказомпойтинасобраниепреподавателей,т.к.былпротивникомиреволюции,инового франкфуртского правительства. 20 июля 1848 г. Шталь написал статью «Знамя консерваторов», содержавшую в сокращенном виде его работу «Принцип монархии». В 1849 г. он подготовил проект устава консервативной партии. В 1850–1851 гг. читал лекции о политических партиях Германии, на которые приходило множество государственных служащих, вплоть до министров. Так он сделал себе имя в политических и чиновничьих кругах.

В1850г.Штальигралрольвтакназываемомсекретномкомитете Фридриха Вильгельма IV, хотя формально в него и не входил. Он выражал намерение войти в правительство, но не давил на короля, выжидая удобного случая. В 1854 г. король сделал его депутатом

82

первой (верхней) аристократической палаты Прусского ландтага

– законодательного органа Пруссии. Члены этой палаты назначались королем пожизненно. В верхней палате Шталь стал духовным и идейным лидером политической реакции и «рыцарской партии»

– политического объединения аристократов, выражавших ультрамонархические позиции и полностью лояльных короне. В том же 1854г.онсталсоветникомпрусскогокороляичленомГосударственного совета – совещательного органа при короле Пруссии. В должностидепутатаверхнейпалаты,оставаясьверныммонархическому консерватизму, Шталь скончался в 1861 г.

Задание прусского короля Фридриха ВильгельмагосударствеIV по искоренениюправе. философии Гегеля в универ-

Учениетолько ситетах не являлось трамплином для академической карье-

ры Шталя, но и находило отклик в его душе, т.к. соответствовало мировоззрению мыслителя. К концу 30-х гг. XIX в. он окончательно разочаровался в рационалистической философии Гегеля и нашел методологическую опору в идеях позднего Шеллинга. В них Шталя привлекла синтетическая установка на примирение философии с религией и утверждение универсальной связи между всеми проявлениями человеческого разума, который должен опираться на трансцендентально-религиозное начало.

В учении о природе права и государства философ интеллектуально опирался наисторическую школу права винтерпретации Савиньи. Ему импонировали основные идеи последнего о народном духе и единстве, но Шталю недоставало исторического и интуитивного обоснования национальных правовых начал, истекающих из народного духа. Он полагал, что необходима ясно артикулированная философия права, которая даст твердые этические основания для правовой системы. Новая правовая этика, согласно Шталю, нивкоемслучаенедолжнаосновыватьсянаидеяхэпохиПросвещения, особенно на учении о естественном праве.

Фундаментом правовой системы должна стать традиционная христианская доктрина, имеющая огромный этический потенциал и устраняющая недостатки и пробелы исторической школы права, состоящиевтом,чтобазиснароднойправовойсистемыполучается, с точки зрения Шталя, слишком релятивистским. Эта относительность, по мысли ученого, должна быть преодолена, дабы государство и право Германии могли получить надежное основание, которое остается неизменным на протяжении веков и определяет вектор развития немецкого народа.

83

Право, согласно Шталю, – это наука о справедливости. Критерием того, что является справедливым, а что нет, выступает источник, можно сказать, система аксиоматических начал, к которой восходит любая философская система. Поэтому если источник непригодный, то, несмотря на отличную методологию и эрудицию, философско-правовая система будет в лучшем случае бесполезной, а скорее всего – вредной. Шталь дописывал свой фундаментальный труд «Философия права с исторической точки зрения» уже после Июльской революции 1830 г. во Франции, когда произошло окончательноепадениединастииБурбонов.Этособытиесильнопотрясло ученого иокончательно определило его мировоззрение, атакже укрепило взгляды на критерий отбора источников для национальной правовой системы.

Теперь, согласно Шталю, основным источником революции, а следовательно, упадка и деградации государственного порядка является рационализм в любом его виде: рационализм эпохи Просвещения или гегельянский – разницы никакой. Напротив, источником порядка и основанием для построения пригодной правовой системы могла выступать только христианская доктрина. Путь Шталя к обретению веры был долгим и трудным. Он вышел из иудейской среды, принял лютеранство, затем пережил сложное время, находясь среди католического окружения, пока, наконец, не встал на путь ортодоксального лютеранства. Священное Писание как комплекс знаний, данных Богом человеку, должно быть достаточным основанием для социальной иерархии и государственного устройства. Когда же люди начинают искать основания, построенные собственным разумом, это может привести только к краху и социализму, который для Шталя являлся синонимом социального апокалипсиса, т.к. покушался на право частной собственности. Поэтому любым подобным начинаниям и философским доктринам порядочный христианин должен сопротивляться изо всех сил.

Исходя из таких предпосылок Шталь полагал, что государство

– это некий аналог божественного порядка на земле. В его основе должно лежать Священное Писание, а в основе позитивного права

– божественные заповеди. Государство также понималось как проводник божественного влияния на поведение людей, поэтому оно берет на себя функции по исправлению и наказанию лиц, отступающих от порядка, установленного, как подразумевал Шталь, Всевышним.

84

Ученый понимал Бога не как всеобщий принцип, а как универсальную всеобъемлющую личность. Отсюда вытекает понимание свободной личности монарха как суверена. При этом он отходил от средневековой патерналистской трактовки государства как собственности государя. Для Шталя монарх нестоит над государством, аявляетсяегоособойсамостоятельнойчастью.Диалектическиразвиваясь, монарх и государство должны стремиться к высшей цели и вести за собой народ.

Отдельный человек существует в государстве в трех ипостасях. Как индивид он живет в рамках христианской доктрины, как верующий – в рамках церковной общины, как гражданин – в рамках гражданского общества, над которым стоит государство как венец нравственного порядка. Получается такая иерархия нравственных порядков, которые по принципу матрешки включаются один вдру- гой.Отсюда следует, что государство никак не может быть структурой,основаннойнадоговоре,атолькосистемойвласти,основанной на Божьей воле. Поэтому оно так же стремится к нравственности, как источник его возникновения. Следовательно, в концепции Шталя невозможно разделение государства и общества. Государство понимается как нравственное объединение людей общей для них властью. Центральным звеном всей этой системы выступает монарх, лишенный возможности творить произвол, он ограничен всеобщими законами христианской нравственности и конституцией государства. Шталь считал, что в своей теории он уравновесил личную свободу, прерогативу монарха и волю народа в рамках тотального христианского государства, которое при этом неявляется диктатурой.

Данное утверждение кажется сомнительным, т.к. при описании конкретного функционирования элементов механизма высшей государственнойвластинепонятно,засчетчегобудетобеспечиваться баланс.Так,согласноШталю,корольвосновномосуществляетгосударственную власть. Он наделяется правом исключительной законодательной инициативы, правом определять, кто является гражданиномиизбирателем,актонет,атакжеправомнаиспользование доходовгосударстваисозывзаконодательногооргана.Вслучаеразногласий или конфликтов с органом народного представительства король имеет право абсолютного вето на любые его решения.

При этом Шталь полагал, что без представительного органа, выражающего волю народа, государство не может обойтись. Такой

85

орган нужен как гарант против злоупотреблений власти, которая не может быть совершенной в нашем греховном мире. Основная функцияоргананародногопредставительства–утверждатьналоги и новые законы, получающие одобрение нетолько короля, но и народа, чтобы считаться таковыми. Главная задача подданных состоит в подчинении государственной власти и служении ей. В идеале воля монарха должна быть тождественна воле подданных врамках всеобщей христианской нравственности. Если же король отступает от данного идеала, подданные имеют право на пассивное сопротивление, но и только. Таким образом, хотя Шталь и постулировал баланс между различными частями социальной системы, его идеал

– это интеллектуально-монолитныйитотальный государственный организм, функционирующий на основе потусторонних извечных правил христианской доктрины. Государство рассматривалось им как наивысшая цель индивидуальной жизни, что говорит об этатизме консервативной концепции Шталя.

Право же в данной системе понимается как совокупность норм, установленных верховной властью (надо помнить оединении воли народа и короля) для регулирования поведения людей в соответствии с христианским вероучением.

Цитаты

Для каждой системы важнейшим является не то, какие инсти- туты она объявляет справедливыми, ато, что она считает справедливостью, и источник, откуда она берет свои познания.

Ф. Ю.Шталь.Философияправа

систорическойточкизрения

Не только государство вообще есть божеское повеление, но государственное устройство иопределенные лица, составляющие правительство, имеют божескую санкцию.

Ф. Ю.Шталь.Философияправа

систорическойточкизрения

Впределахзаконавластьего(монарха)должнабытьсвободной; где не закон предписывает, а решают люди, там должен повелевать монарх.

Ф. Ю.Шталь.Философияправа систорическойточкизрения

86

Право – это наука о справедливости.

Ф. Ю.Шталь.Философияправа систорическойточкизрения

Контрольные вопросы

1. Почему, согласно концепции Шталя, право не может выво- диться из разума?

2. Какие виды права выделял Шталь?

3. Место и роль законодательства в правовой системе согласно Шталю.

4. Роль Священного Писания и христианской доктрины в формированииифункционированииправовойсистемысогласно Шталю.

5. Каковы три ипостаси существования индивида согласно Шталю?

6. Какова роль монарха в государстве и правовой системе согласно Шталю?

7. Что такое естественное право, согласно Шталю, и каково его отношение к нему?

8. Что такое право согласно Шталю?

87

2..7.  Христианский либерализм К. фон Роттека

Карл Венцеслав Родекхер фон Роттек родился 18 июля 1775 г. во Фрайбурге в Бадене, который позже получил название Великого герцогства Баден. Он происходил из смешанной франко-немецкой семьи. Его мать, Шарлотта д’Ожерон, была французской аристократкой из лотарингского рода, а отец, Карл Антон Родекхер фон Роттек, – профессором медицины и директором медицинского факультета во Фрайбургском университете. Семья была возведена в германское потомственное дворянство только в 1789 г. Поскольку мать происходила из семьи адвоката, то и здесь Роттек оказался в состоянии раздвоения. Смерть отца позволила юноше выбирать профессию свободно, ион в 1790 г., поступив во Фрайбургский университет, выбрал философию и филологию, но в 1792 г. предпочел им юриспруденцию.

Роттеку во время учебы пришлось преодолевать проблемы со здоровьем. Его нервная система не выдерживала напряженного академическоготруда,чтоприводилоксрывам.Оннашелвыход,занимаясь сельскохозяйственными работами в качестве хобби. Справившись с трудностями, Карл в 1798 г. стал профессором кафедры всеобщей истории. В 1807 г. он выступил одним из основателей читательского общества Фрайбурга, позже переименованного вмузейное.

В 1818 г. оставил пост профессора истории и перешел на юридический факультет, получив должность профессора естественного права и политических наук. Втом же году принял активное участие в разработке и утверждении конституции Великого герцогства Баден, надеясь воплотить в ней принципы либерализма, берущего свое начало еще в философии немецкого и французского Просвещения. Поэтому Роттека можно называть представителем первого поколения немецкого либерализма. Его надежды не были напрасными, т.к. герцогство стало одной из первых конституционных монархий в Германской конфедерации.

В 1819 г. Роттек опубликовал работу «Идеи о государственных чинах», в которой разработал модель народного представительства. С 1829 по 1836 г. он писал и издавал фундаментальный че-

88

тырехтомный учебник по теории права и государства. Это произведение было основано на принципах рационализма, вытекающих из ведущих концепций эпохи Просвещения, которых сознательно

и с энтузиазмом придерживался Роттек.

Одновременнов1818г.егоизбраливверхнюю,ав1831г.внижнюю палату Баденского ландтага, членом которой он оставался вплоть досвоей смерти. Вотличие отШталя, заседая вдепутатском кресле, Роттек боролся против пережитков абсолютизма и за установление государственного строя, основанного на рациональных и гуманных конституционных принципах. Например, среди множествавопросов,решениякоторыхондобивалсянатрибунеландтага, были отмена церковной десятины и свобода печати. Напряженная работа подорвала и без того слабое здоровье ученого. В 1840 г. он скончался после тяжелой болезни. Его последними словами были: «Я умираю умиротворенным».

Роттек взял за основу своих теоретических выкладок рационалистическийиндивидуализмэпохиПросвещения.Используякантианскую методологию, он полагал, что индивидуальные права личности представляют собой не что иное, как априорные требования разума, выступающие критерием оценки действующего законодательства. Роттек постулировал наличие принципиальной разницы междусущимидолжным,атакжемеждурациональнойуниверсальностьюправил,открываемыхчеловеческимсознанием,ислучайностью исторического развития.

Вопреки мнению представителей исторической школы права, онсчитал,чтофактическоесуществованиезаконавконкретномобществе не делает его автоматически справедливым и соответствующим потребностям социума и уж тем более производным от народного духа. Роттек утверждал, что историческое развитие различных народов не всегда порождает нормы, отвечающие особым представлениям о справедливости, сформированным культурой данного народа. Напротив, очень часто такое развитие приводит к созданию правил, в которых закрепляются невежество, мракобесие, привычки и предрассудки, тормозящие движение общества на пути к прогрессу. Такие нормы могут (и часто так и происходит) противоречить разумным и истинным требованиям права, базирующимся на универсальных предпосылках гуманизма.

К тому же, отмечал Роттек, в каждой правовой системе в любую эпоху имеются законы, противоречащие друг другу. В таком случае, если мы ограничиваемся фактом существования закона как

89

мерилом его пригодности и справедливости для общества, как нам узнать, какой из противоречащих друг другу нормативных актов отвечает истинным потребностям общества и его представлениям о справедливости? Поэтому, утверждал Роттек, мы не можем отыскать критерия оценки пригодности и справедливости закона в самомегосуществованиивправовойсистеме.Такойкритерийдолжен выходитьзарамкифактическогосуществованияреальнодействующихправовыхнормиможетсодержатьсялишьвразуме,способном формулировать и отыскивать со временем универсальные чистые априорные правила взаимодействия людей. Именно эти правила и должны стать мерилом реально действующего законодательства любого исторического периода.

Право, с точки зрения Роттека, основано на существовании разумной идеи, а не на фактическом соотношении социальных сил. Например, угнетение и притеснение одних людей другими можно объяснить исторической необходимостью, но такое объяснение всегда будет противно человеческому достоинству и природе. Если где-то принято грабить, то это не делает автоматически данные правила правовыми.

Исходя из изложенного, можно утверждать, что , по Роттеку, – это совокупность правил, регулирующих отношенияправо между людьми и базирующихся на универсальных требованиях разума. Поэтому соблюдения и поддержки достойны только такие правовые системы, а не любые случайные наборы человеческих установлений, возникавших в различные эпохи.

При этом Роттек, опираясь на учение Канта об априорных суждениях и сознании, утверждал, что для решения вопросов оправе вовсе нет необходимости в разрешении фундаментальных метафизических вопросов, например о Боге или устройстве Вселенной. Универсальные начала права прямо вытекают из здравого смысла ипотомудоступныдляпониманиябольшинствулюдей.Тоестьдля обоснования позитивного права необходимо лишь решить вопрос об универсальном рациональном правиле (правилах) взаимодействия индивидов. Таким образом, согласно Роттеку, решение вопроса об априорных основаниях правовой системы носит ограниченный и операциональный характер, т.е. не предполагает предварительного ответа на другие метафизические вопросы.

Существование права, правовой системы и правосознания зиждется только на понятии свободы и ни на чем более. Поясняя свою позицию, Роттек утверждал, что свобода бывает внутренней

90