Взаимодействие власти, бизнеса и общества в сохранении и укреплении общественного здоровья. Коллективная монография

Стратегии борьбы с пандемией COVID-19 и доверие граждан власти

Устав (Конституция) Всемирной организации здравоохранения был принят Международной конференцией здравоохранения, проходившей в Нью-Йорке с 19 июня по 22 июля, 1946 года, и подписан 22 июля 1946 года представителями 61 страны (off. Rec. Wld Hlth Org. 2, 100). Принятые XII сессией Всемирной ассамблеи здравоохранения поправки (резолюция WHA12.43) вступили в силу 25 октября 1960 года // Электронный фонд правовых и нормативно-техниче- ских документов. URL: https://docs.cntd.ru/document/901977493# (дата обращения: 02.09.2023).

Факультет психолого-педагогического и специального образования СГУ: [сайт]. URL: https://www.sgu.ru/structure/fppiso/courses/masterdiagnostika- i- korrekciya-psihicheskogo-razvitiya (дата обращения: 10.10.2023).

Федеральная служба государственной статистики. URL: https://rosstat.gov.ru/ folder/313/document/212114 (дата обращения: 00.10.2023).

Федеральный координационный центр по обеспечению психологической службы в системе образования Российской Федерации [Сайт Московского государственного психолого-педагогического университета]. URL: https://mgppu.ru/ project/473 (дата обращения: 10.10.2023).

Хабриева Т. Я., Клишас А. А. Тематический комментарий к Закону Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации от 14 марта 2020 г. № 1-ФКЗ «О совершенствовании регулирования отдельных вопросов организации и функционирования публичной власти». М. : НОРМА ; ИНФРА- М, 2020. 240 c.

Цомартова Ф. В., Путило Н. В. Общественное здоровье: от принципа управления здравоохранением до конституционно-правовой ценности // Журнал российского права. 2023. Т. 27, № 1. С. 93–109.

Стратегии борьбы с пандемией COVID-19 и доверие граждан власти

Масштабный кризис, вызванный пандемией COVID-19 продемонстрировал симптомы неработоспособности либеральной модели государственного управления, одним из которых стала рассогласованность действий как между властью, обществом и научным сообществом, так и между самими представителями власти. Показано, что пандемия вывела на новый уровень претензии СМИ на роль четвёртой власти, а успех стратегии управления, избранной властью, находится в зависимости от того, насколько успешно она может выстроить диалог с обществом и обеспечить взаимодействие с ним.

Пандемия COVID-19 оказала заметное влияние на различные стороны жизни общества во многих государствах. Власти в условиях неопределенности в начале пандемии оказались перед выбором механизмов управления в условиях пандемии и дилеммой поддержания экономики

121

Взаимодействие власти, бизнеса и общества

или сохранения жизней своего населения. Так, в России прежде всего был поставлен вопрос о том, нужно ли государству брать на себя управление ситуацией, его ли это дело и будет ли выгода. При этом сначала функцию главного «защитника» делегировали не Президенту или Председателю Правительства, а мэру Москвы. Последствия пандемии

иэффективность государственных мер по защите населения оценивают по уровню смертности от ковида и экономическому ущербу для соответствующих стран. Тем не менее важными показателями выступают уровень доверия населения к предпринимаемым мерам и стабильность политической системы, которые свидетельствуют о верности стратегии, выбранной руководствами стран. В связи с этим следует обратиться к вопросу о том, какая стратегия показала себя наиболее оптимально

иможет быть использована как рабочая модель в случае повторения кризисной ситуации, сходной с той, которая была при пандемии.

Выделяется несколько основных стратегий по борьбе с распространением болезни. Одна из них – введение ограничительных мер, призванных уменьшить контакты граждан и распространение таким образом заболевания. Наиболее жесткие ограничительные меры были избраны Китаем, Австралией, Новой Зеландией. Достаточно жесткие карантинные методы применялись во Франции и Германии. Особый путь был у Швеции и Беларуси, предполагавший минимальные ограничения и рассчитанный на выработку коллективного иммунитета. Для США и России отмечается непоследовательность в организационных мероприятиях. Кроме этого, если в некоторых странах, например в России, регионы получили право самостоятельной выработки решений в определении сроков ограничительных мер в зависимости от эпидемиологической ситуации, то в других, например, в Китае, власть жестко контролировала

икоординировала борьбу с распространением заболевания1.

Рейтинги стран стали появляться уже после первой волны пандемии, однако в зависимости от того, кто проводил и какие критерии оценивались, результаты были разными. Так, согласно рейтингу, составленному консорциумом Deep Knowledge Group по результатам первой волны коронавируса, наиболее безопасной страной во время пандемии оказалась Швейцария. При формировании рейтинга учитывались 130 количественных и качественных параметров по шести основным критериям: эффективность карантина, управление, мониторинг и выявление случаев,

1См.: CGTN: Как иерархическая система управления Китая помогла остановить пан-

демию COVID-19? Интерфакс. 11.06.2020. URL: https://www.interfax.ru/pressreleases/712812 (дата обращения: 01.06.2023).

122

Стратегии борьбы с пандемией COVID-19 и доверие граждан власти

готовность системы здравоохранения, способность к восстановлению

истепень готовности к чрезвычайным ситуациям2. В первую десятку рейтинга вошли также Германия, Израиль, Сингапур, Япония, Австрия, Китай, Австралия, Новая Зеландия и Южная Корея. При этом США, Россия, Швеция, Беларусь расположились в диапазоне 58–65-х мест. Показательно, что в данном рейтинге позиция России (61), вводившей карантинные меры, почти не отличается от позиций Швеции (65) и Беларуси (63)3, не вводивших ограничительных мер и доверившихся ответственности граждан. Однако по рейтингу Высшей школы экономики, в котором были изучены медицинский, социальный и экономический аспекты противостояния пандемии, Россия заняла 7-е место, а лидером стала Австралия4.

Кроме проблем, непосредственно связанных с заболеванием, граждане всех стран столкнулись с комплексом социальных и психологических проблем, вызванных ограничительными мерами, трудностями с работой, угрозой заболеть и потерять близких. В зависимости от того, как ограничительные меры соотносились с государственной поддержкой

икакую позицию занимали СМИ, происходило формирование отношения граждан к власти.

По данным доклада Департамента международного и регионального сотрудничества Счётной палаты РФ на 20 августа 2020 г., поддержка граждан со стороны правительств в условиях пандемии стала повсеместным явлением5. В европейских странах государство стремилось оказывать поддержку гражданам в сохранении занятости, а также оказании помощи уязвимым слоям населения6. В России также были представлены различные формы поддержки граждан, малого бизнеса и НКО7.

2См.: COVID-19: какие страны лучше всех справились с эпидемией? 9.06.2020. URL: https://nashagazeta.ch/news/sante/covid-19-kakie-strany-luchshe-vseh-spravilis-s-epidemiey (дата обращения: 01.06.2023).

3Там же.

4См.: Россия оказалась в лидерах рейтинга стран по эффективности противодействия пандемии COVID-19. 20.06.2020. URL: https://www.hse.ru/news/expertise/381045220.html (дата обращения: 01.06.2023).

5См.: Опыт государств в борьбе с пандемией COVID-19. Сборник страновых кейсов. 2020. Доклад Департамента международного и регионального сотрудничества Счётной палаты РФ. 20 августа. 271 с. URL: https://ach.gov.ru/upload/pdf/casebook_COVID-19.pdf (дата обращения: 01.06.2023).

6См.: Говорова Н. COVID-19: помощь уязвимым группам населения // Европейский союз: факты и комментарии. 2020. Март – май. Вып. 100. С. 76–80; Говорова Н. COVID-19: поддержка занятости // Там же. С. 73–76.

7См.: Путин поручил кабмину координировать меры с регионами в случае ограничений из-за ковида. ТАСС. 9 августа 2021 г. URL: https://tass.ru/obschestvo/12091817 (дата обращения: 01.06.2023).

123

Взаимодействие власти, бизнеса и общества

Тем не менее, мнение граждан в отношении ограничительных мер разделилось практически во всех странах. Часть населения с одобрением относилась к предпринимаемым государствами мерам, часть выступала решительно против. Также мнение граждан решительно разделилось относительно обязательности проведения вакцинации.

Первые месяцы пандемии сопровождались общественной мобилизацией и сплочением вокруг действующих властей. В европейских странах на этапе первой волны распространения пандемии население в целом осталось довольно тем, как власти решали проблему распространения пандемии коронавируса, хотя и отмечалось снижение показателей доверия лидерам Германии, Франции и Дании. Исключением стала Великобритания, где доверие правительству быстро и значительно упало8. В России в первые недели доверие президенту выросло, действия власти в начале кризисной ситуации обеспечили консолидацию общества и власти9. Однако уже к концу мая 2020 г. уровень доверия государству заметно снизился10. По мнению некоторых исследователей, снижение доверия к власти в период пандемии было вызвано низкой эффективностью предпринимаемых государством мер, направленных на противодействие распространению массовой инфекции11. По результатам социологических исследований в декабре 2020 г. в г. Санкт-Петербурге уровень недоверия федеральной власти у женщин увеличился гораздо серьезнее, чем у мужчин, что объясняется повышенной на них нагрузкой в условиях ограничительных мер12. Хотя может быть и другое объяснение: женщины привыкли, что в отношении них всегда все правила и законы полицией и чиновниками соблюдаются мягче, чем по отношению к мужчинам,

ав данной ситуации всех уравняли в репрессиях.

Вцелом ожидания от строгих ограничений не оправдались ни чиновников, ни у граждан, их поддерживавших, пандемия не отступала.

8См.: Как в европейских странах оценивают действия властей в период пандемии. 08.06.2020. URL: https://rg.ru/2020/06/08/kak- v- evropejskihstranahocenivaiutdejstviia- vlastej-v-period-pandemii.html (дата обращения: 01.06.2023).

9См.: Рейтинги на уровне защиты. Доверие к власти выросло в условиях пандемии. URL: https://www.kommersant.ru/doc/5988241 (дата обращения: 01.06.2023).

10См.: За время пандемии уровень доверия к государству упал у 61% россиян. 26.05.2020. URL: https://www.rbc.ru/society/26/05/2020/5eccff7b9a794728f8f0f327 (дата обращения: 01.06.2023).

11См.: Zhade Z. A., Samygin P. S. Trust in government as the basis for interaction between society and the state in the context of the COVID-19 pandemic // Modern Science and Innovations. 2021. № 4 (36). P. 183–187.

12См.: Лазукина А. О. Доверие к органам власти в период пандемии: гендерный аспект // Наука. Культура. Общество. 2021. Т. 27, № 1. С. 33–44.

124

Стратегии борьбы с пандемией COVID-19 и доверие граждан власти

На смену первоначальной мобилизации стала приходить усталость, а также понимание того, что жесткие меры не всегда коррелируют с уровнем заболеваемости (Германия, Франция, Италия, Греция)13. К тому же вакцинация, проводившаяся с 2021 г., не смогла предотвратить очередную волну заболеваний. По мнению руководителя экспертного совета Экспертного института социальных исследований (ЭИСИ) Г. Кузнецова, ковидная политика в 2021 г. и в целом кампании по вакцинации подрывали доверие к правительствам14. Показателем недоверия к власти в России стала вакцинация, приобретшая принудительный характер15.

Во многих случаях снижение доверия к политикам было обусловлено не увеличением ограничительных мер, а ростом заболеваемости и позицией СМИ, что прослеживается на примере тех стран, где ограничения на национальном уровне не вводились или были полностью сняты (Великобритания, Бразилия, Мексика)16.

Вместе с этим доверие снизились не только по отношению к власти, но и по отношению к большинству оппозиционных партий. По мнению авторов доклада ЭИСИ, граждане осознавали, что у оппозиции еще меньше ресурсов, чтобы противостоять пандемии и ее последствиям, а смена власти в период кризиса может вызвать усиление нестабильности в обществе17.

Особая позиция в отношении пандемии была у Китая. Жесткость карантинных мер заметно выделяется на фоне остальных стран, которые к 2022 г. начали отменять ограничения. В Китае практически тотальный локдаун действовал до конца 2022 г. Необходимо отметить значительные сущностные отличия китайской власти от большинства западных государств. По Конституции государство в Китае непосредственно управляет всеми общественными процессами, а государство управляется партией. Несмотря на медицинское обоснование необходимости жестких противоковидных мер, есть мнение, что решение о локдауне стало проверкой на прочность власти партии, демонстрацией всему миру силы и единства

13См.: ЭИСИ. Пандемия и доверие о мировой динамике политических рейтингов и волн COVID-19. 2021. С. 2–3. https://eisr.ru/projects-and-researches/pandemiya-i-doverie- o-mirovoy-dinamike-politicheskikh-reytingov-i-voln-covid-19/ (дата обращения: 01.06.2023).

14См.: «Кампании по вакцинации подрывают доверие к правительствам». 24.12.2021. URL: https://covid19.fom.ru/post/kampanii-po-vakcinacii-podryvayut-doverie-k-pravitelstvam (дата обращения: 01.06.2023).

15См.: Юдкевич Д. Вопрос о прививке становится вопросом доверия к власти. 23.06.2021. URL: https://iarex.ru/articles/81514.html (дата обращения: 01.06.2023).

16См.: ЭИСИ. Пандемия и доверие – о мировой динамике политических рейтингов и волн

COVID-19. 2021. С. 4. 17Там же. С. 1, 5, 6.

125

Взаимодействие власти, бизнеса и общества

китайского народа, а также возможностью по итогу заявить о том, что партия и правительство заботятся о жизни каждого китайца18. Несмотря на это часть китайской общественности также выразила недоверие властям. Так, китайские СМИ возмущались тем, что не показывается реальная картина в Ухане, публиковались жесткие разоблачения провалов

всистеме здравоохранения19. А после смерти доктора Ли Вэньляна, хотевшего предупредить Китай о таинственном вирусе, разразился онлайнбунт с требованиями свободы слова. Протесты продолжались и 2022 г.20

Вконце 2022 г. власти Китая отказались от проведения политики нулевой терпимости, которую соблюдали в течение трех лет, жители были освобождены от карантинных мер. При этом государственные СМИ стали подчеркивать, что симптомы штамма «омикрон» очень легкие, но вместе с этим были запрещены многие платформы социальных сетей, видимо, из-за опасения их роли в протестах граждан21. Хотя по официальной информации рейтинг доверия граждан Китая к своему правительству, основанный на данных исследования Edelman Trust Barometer,

в2021 г., составлял рекордный 91%22.

Так, независимо от политического режима, в разных странах часть общественности выражала недоверие власти, которое преимущественно игнорировалось властями. Ф. Фукуяма в 2020 г. отмечал, что форма политического режима не связана с тем, насколько эффективно государства справляются с кризисом, вызванным пандемией. По его мнению, факторами, благодаря которым реагирование на пандемию оказывалось успешным, были потенциал государства, социальное доверие и лидерство23.

Вместе с этим, рассматривая стратегии, которые были реализованы разными государствами, следует отметить, что даже при высоком потенциале государства и авторитетном руководстве большое значение имеет

18См.: Широкобородов А. Ковид в Китае: тоталитаризм или забота о народе? 12.05.2022. URL: https://topcor.ru/25609-kovid-v-kitae-totalitarizm-ili-zabota-o-zdravoohranenii-naroda. html (дата обращения: 01.06.2023).

19См.: Страны, которые хорошо справляются с пандемией, и почему у них это получа-

ется. 17.03.2020. URL: https://the-steppe.com/world/strany-kotorye-horosho-spravlyayutsya-s- pandemiey-i-pochemu-u-nih-eto-poluchaetsya (дата обращения: 01.06.2023).

20См.: Китай после политики нулевой терпимости к COVID-19. 10.12.2022. URL: https:// inosmi.ru/20221210/kitay-258712039.html (дата обращения: 01.06.2023).

21Там же.

22См.: 91% населения Китая доверяет своему правительству – МИД КНР. 21.01.2022. URL: https://rossaprimavera.ru/news/48b408a1 (дата обращения: 01.06.2023).

23См.: Fukuyama F. The Pandemic and Political Order. It Takes a State. 9.06.2020. URL: https://www.foreignaffairs.com/articles/world/2020-06-09/pandemic-and-political-order (дата обращения: 01.06.2023).

126

Стратегии борьбы с пандемией COVID-19 и доверие граждан власти

коммуникационная составляющая власти и общества, которая и определяет возможность убедить граждан придерживаться даже непопулярных мер. При этом то, к каким идеям, ценностям или эмоциям следует обращаться власти при таком взаимодействии, определяется преимущественно мировоззренческими особенностями населения в контексте тех условий, в которых они находятся. Показательно, что, например,

вРоссии одной из проблем в коммуникации власти и общества стала непоследовательность тех предложений, которые озвучивались гражданам. Так, накануне и в начале вакцинации обещалось прекращение пандемии за счет прививок, затем оказалось, что это не спасает ни от новых заболеваний, ни от новых ограничений. В итоге в России власти стали угрожать непривившимся ограничением в правах (недопуск на работу,

вобщественные заведения), напомнив при этом о коллективном долге24. Подобное оказалось характерно не только для России, но и для европейских стран, в которых протесты против прививок и QR-кодов приобретали характер протестов против ущемления прав и свобод.

ВРоссии негативным явлением на всех этапах пандемии стала недоговоренность, рассогласованность информации, исходившей от власти и врачей. Врачебное сообщество само разделилось на противоположные группы в оценках пандемии и средств борьбы с ней, в том числе в отношении вакцинации.

Так, общая рассогласованность действий явилась наиболее ярким симптомом неработоспособности либеральной модели государственного управления в условиях масштабного кризиса. Чиновники перестали сами друг другу доверять, не говоря уже об их доверии гражданам и граждан им, доверии тех и других науке. Кризис заставил власть «сесть между двух стульев»: одновременно и защищать конституционные права граждан (в их числе – право на жизнь) и их же нарушать разными ограничениями (в том числе, создавая угрозу жизни и здоровью при принудительных вакцинациях и запираниях в квартирах). Пандемия вывела на новый уровень претензии СМИ на роль четвёртой власти, что, возможно, является самым важным эффектом пандемии – перетекание компетенций от власти политической к власти информационной. Успех стратегии, избранной властью, находится в зависимости от того, насколько успешно она может выстроить диалог с обществом и обеспечить взаимодействие с ним. Соответственно, важной задачей становится ответственно и грамотно вы-

24См.: Юдкевич Д. Вопрос о прививке становится вопросом доверия к власти. 23.06.2021. URL: https://iarex.ru/articles/81514.html (дата обращения: 01.06.2023).

127

Взаимодействие власти, бизнеса и общества

страивать политический дискурс, а также отслеживать и контролировать информацию из других источников, прежде всего различные фейки.

Список источников

91% населения Китая доверяет своему правительству – МИД КНР. 21.01.2022. URL: https://rossaprimavera.ru/news/48b408a1 (дата обращения: 01.06.2023).

Говорова Н. COVID-19: поддержка занятости // Европейский союз: факты и комментарии. 2020. Март – май. Вып. 100. С. 73–76.

Говорова Н. COVID-19: помощь уязвимым группам населения // Европейский союз: факты и комментарии. 2020. Март – май. Вып. 100. С. 76–80.

За время пандемии уровень доверия к государству упал у 61% россиян. 26.05.2020. URL: https://www.rbc.ru/society/26/05/2020/5eccff7b9a794728f8f0f327 (дата обращения: 01.06.2023).

Как в европейских странах оценивают действия властей в период пандемии. 08.06.2020. URL: https://rg.ru/2020/06/08/kak-v-evropejskih-stranah-ocenivaiut- dejstviia-vlastej-v-period-pandemii.html (дата обращения: 01.06.2023).

«Кампании по вакцинации подрывают доверие к правительствам». 24.12.2021. URL: https://covid19.fom.ru/post/kampanii-po-vakcinacii-podryvayut- doverie-k-pravitelstvam (дата обращения: 01.06.2023).

Китай после политики нулевой терпимости к COVID-19. 10.12.2022. URL: https://inosmi.ru/20221210/kitay-258712039.html (дата обращения: 01.06.2023).

Лазукина А. О. Доверие к органам власти в период пандемии: гендерный аспект // Наука. Культура. Общество. 2021. Т. 27, № 1. С. 33–44.

Опыт государств в борьбе с пандемией COVID-19. Сборник страновых кейсов. 2020. Доклад Департамента международного и регионального сотрудничества Счётной палаты РФ. 20 августа. 271 с. URL: https://ach.gov.ru/upload/pdf/ casebook_COVID-19.pdf (дата обращения: 01.06.2023).

Путин поручил кабмину координировать меры с регионами в случае ограничений из-за ковида. ТАСС. 9 августа 2021 г. URL: https://tass.ru/obschestvo/ 12091817 (дата обращения: 01.06.2023).

Рейтинги на уровне защиты. Доверие к власти выросло в условиях пандемии. URL: https://www.kommersant.ru/doc/5988241 (дата обращения: 01.06.2023).

Россия оказалась в лидерах рейтинга стран по эффективности противодействия пандемии COVID-19. 20.06.2020 URL: https://www.hse.ru/news/expertise/ 381045220.html (дата обращения: 01.06.2023).

Страны, которые хорошо справляются с пандемией, и почему у них это получается. 17.03.2020. URL: https://the-steppe.com/world/strany-kotorye-horosho- spravlyayutsya-s-pandemiey-i-pochemu-u-nih-eto-poluchaetsya (дата обращения: 01.06.2023).

Широкобородов А. Ковид в Китае: тоталитаризм или забота о народе? 12.05.2022. URL: https://topcor.ru/25609-kovid-v-kitae-totalitarizm-ili-zabota-o- zdravoohranenii-naroda.html (дата обращения: 01.06.2023).

ЭИСИ. Пандемия и доверие – о мировой динамике политических рейтингов и волн COVID-19. 2021. С. 2–3. URL: https://eisr.ru/projects-and-researches/

128

Правовое регулирование общественного контроля в сфере охраны здоровья

pandemiya-i-doverie-o-mirovoy-dinamike-politicheskikh-reytingov-i-voln-covid-19 (дата обращения: 01.06.2023).

Юдкевич Д. Вопрос о прививке становится вопросом доверия к власти. 23.06.2021. URL: https://iarex.ru/articles/81514.html (дата обращения: 01.06.2023).

CGTN: Как иерархическая система управления Китая помогла остановить пандемию COVID-19? Интерфакс. 11.06.2020. URL: https://www.interfax.ru/ pressreleases/712812 (дата обращения: 01.06.2023).

COVID-19: какие страны лучше всех справились с эпидемией? 9.06.2020. URL: https:/ / nashagazeta . ch / news / sante / covid - 19 - kakie - strany - luchshe - vseh - spravilis-s-epidemiey (дата обращения: 01.06.2023).

Fukuyama F. The Pandemic and Political Order. It Takes a State. 9.06.2020. URL: https://www.foreignaffairs.com/articles/world/2020-06-09/pandemic-and-political- order (дата обращения: 01.06.2023).

Zhade Z. A., Samygin P. S. Trust in government as the basis for interaction between society and the state in the context of the COVID-19 pandemic // Modern Science and Innovations. 2021. № 4 (36). P. 183–187.

Правовое регулирование общественного контроля

всфере охраны здоровья и медицинской помощи

вРоссийской Федерации

Исследуются проблемы нормативного правового регулирования организации и осуществления общественного контроля в сфере оказания медицинской помощи и охраны здоровья. Рассмотрен институциональный механизм и основные субъекты, осуществляющие общественный контроль в указанной сфере. На основе анализа правового регулирования и юридической практики выявлена и обоснована необходимость изменения ряда норм законодательных актов, обеспечивающих защиту прав пациентов и качество предоставляемых медицинских услуг.

Здоровье человека – высшее неотчуждаемое благо, без которого утрачивают свое значение многие другие блага и ценности1. Данный тезис, содержащийся в многочисленных решениях Конституционного Суда РФ, затрагивающих охрану здоровья и оказание медицинской помощи, обусловливает актуальность и необходимость более детальной разработки отдельных вопросов правовой проблематики в данной сфере.

1См., например: Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Мартыновой Евгении Захаровны на нарушение ее конституционных прав пунктом 2 статьи 779 и пунктом 2 статьи 782 Гражданского кодекса Российской Федерации // Вестник Конституционного Суда РФ. 2003. № 1. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

129

Взаимодействие власти, бизнеса и общества

Согласно данным ВЦИОМ, конституционное право на охрану здоровья и медицинской помощи относится к числу наиболее уязвимых2, что в данном контексте требует особого внимания как со стороны государства, так и со стороны самого общества. Права пациентов в России регулярно подвергаются испытанию на устойчивость и выносливость, включая отказы от оказания медицинской помощи, недостаточное или полное отсутствие информированности о состоянии здоровья, некачественное предоставление медицинских услуг и т. д. На первый взгляд, существующие в данной сфере формы публичного контроля представляются весьма разнообразными и достаточными для решения указанной проблемы. В частности, Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»3 (далее – Закон об охране здоровья) при перечислении в отдельной главе видов контроля в сфере здравоохранения достаточно подробно прописываются особенности осуществления федерального и регионального государственного контроля (надзора), ведомственного и внутреннего контроля. Вместе с тем, как уже было сказано, охрана здоровья и защита прав пациентов относятся к совместным стратегическим задачам деятельности как органов государственной власти, так и институтов гражданского общества. Поэтому отсутствие в этой главе упоминания об общественном контроле как одном из видов контроля в сфере охраны здоровья является очевидной юридико-технической недоработкой федерального законодателя.

Конечно, общественный контроль по своей природе не обладает аналогичной государственному контролю (надзору) юридической ресурсностью, то есть не может напрямую изменить правовое поведение подконтрольного субъекта, так как в первую очередь нацелен на обеспечение открытости и прозрачности общественных отношений. По сути, он должен рассматриваться как дополнительное и действенное средство наблюдения и мониторинга функционирования системы здравоохранения в совокупности с иными видами публичного контроля.

Несмотря на отсутствие прямого текстуального закрепления общественного контроля в главе 12 Закона об охране здоровья, некоторые

2См.: Сайт ВЦИОМ. URL: https://wciom.ru/analytical-reviews/analiticheskii-obzor/chi- i-kakie-prava-narushayut-segodnya#:~:text=По%20мнению%20россиян%2C%20сегодня% 20граждане , религиозные % 20свободы % 20и % 20свобода % 20совести (дата обращения: 20.08.2023).

3См.: Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации: Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ (ред. от 24.07.2023) // Собрание законодательства Российской Федерации. 2011. № 48. Ст. 6724; 2023. № 1 (часть I). Ст. 76.

130