Артистка. Роман

Часть 4. Чужая любовь

подано». Завидев Вику, они тут же близко сдвинули головы и зашушукались. Стараясь не обращать на них внимания, она взяла любимое с детства пирожное «картошка» и чашечку капучино, а затем направилась к столику в углу возле окна, чтобы не привлекать чужих любопытных взоров. Разумеется, все и так были в курсе, кто она такая и к кому пришла, – в этом террариуме единомышленников с трудом удавалось хоть что-то утаить. Но Вика по возможности старалась дистанцироваться и не давать лишнего повода для сплетен.

Однако дамочки так и буравили её назойливыми взглядами, отчего Вика испытывала почти физический дискомфорт – хотелось отвернуться, поморщиться, вытереть лицо влажной салфеткой, поэтому кофе с пирожным не доставили ей ожидаемого удовольствия. На губах обеих артисток играла одинаковая противная полуулыбочка – такая, будто они знали о Вике что-то непристойно-гадкое. Торопливо дожевав свою «картошку», девушка отодвинула стул и встала. «Наверное, спектакль уже окончен, – подумала она. – Нужно ловить Сашу в гримёрке, пока он не упорхнул…»

Гримёрная Белецкого располагалась этажом ниже. Сбегая по ступенькам, Вика вновь развеселилась. У неё всегда улучшалось настроение от предвкушении встречи. Она мысленно рисовала в своём воображении любимое прекрасное лицо и кусала губы от нетерпения – так ей хотелось поскорее поцеловать Александра. Нет, не просто поцеловать, а жадно впиться в его губы, изнемогая от нетерпения…

301

Артистка

Она толкнула дверь запросто, не постучавшись. Комната оказалась незапертой. По инерции Вика даже сделала пару шагов вперёд, не сразу сообразив, что здесь происходит, и вдруг застыла как вкопанная.

Белецкий стоял, отвернувшись от двери и нависая над гримировальным столиком напротив зеркала. Спину его обвивали длинные женские ноги в чёрных чулках и туфлях на шпильке. Остальные части тела неизвестной дамы были Вике не видны, но эти самые ноги жили бурной жизнью – они то взлетали вверх, сминая рубашку Александра, то бессильно опадали. Характерные звуки, которые издавали оба – и сам Белецкий, и его спутница, – не оставляли сомнений в том, что между ними происходит. Столик под их напором ходил ходуном.

Вика настолько растерялась, что не сразу сообразила, как ей следует реагировать. Щёки обожгло краской стыда, как будто это её саму только что застали за чем-то непристойным. Ей сделалось так тошно, что она намеревалась немедленно выскочить из гримёрки, лишь бы больше не видеть и не слышать ЭТО. Однако, испуганно и брезгливо пятясь назад, она неосторожно задела ногой нагромождение какихто коробок, и те повалились на пол с оглушительным треском.

Парочка замерла на мгновение; затем Белецкий поднял голову и увидел в зеркальном отражении испуганные Викины глаза. Он изменился в лице. Из-за его спины выглянула недоумённая женская физиономия и тоже встретилась с Викой взглядом.

302

Часть 4. Чужая любовь

С непередаваемым удивлением Вика сообразила, что эта особа ей знакома. Пышные кудри, чёрнющие глаза и крупный нос с горбинкой не оставляли сомнений: перед ней была журналистка Каринэ Саркисян. Та самая, что когда-то грозила Белецкому бойкотом или травлей.

–Из-з-звините… – неловко выдохнула Вика и, наконец-то нащупав рукой дверь позади себя, с облегчением распахнула её и рванула из гримёрки со всех ног.

Белецкий догнал её на лестнице между вторым и первым этажами. Схватил за руку, заставив остановиться и резко развернул к себе.

–Белка, да погоди же!..

Она боялась смотреть Александру в лицо и потому уставилась на его голую грудь – он так и выскочил впопыхах в распахнутой рубашке. «Надеюсь, хоть штаны застегнул», – подумала она отвлечённо, как о ком-то постороннем: все её эмоции и чувства словно атрофировались.

Он властно взял её за подбородок и заставил взглянуть себе в глаза. Вика почувствовала, что от него явственно пахнет ДРУГОЙ ЖЕНЩИНОЙ, и горло вдруг сдавило мучительным спазмом.

–Прости, я помешала, – выговорила она нарочито насмешливым тоном, чтобы нечаянно не выдать свою растерянность и боль. – Надеюсь, вы успели кончить?

–Не надо пытаться быть циничной, тебе это не идёт, – мягко произнёс он, продолжая пристально смотреть ей в глаза. У неё всегда ослабевали колени

303

Артистка

от его взгляда, и она невероятным волевым усилием приказала себе отвернуться.

–Зато тебе очень идут ноги Саркисян, обхватывающие твой зад, – парировала она сердито.

Он с досадой поморщился и потёр лоб.

–Белка, ну… извини. Правда, очень неловко получилось.

Она вытаращила глаза, потрясённая этой фразой.

–Неловко?! Это всё, что ты думаешь о данной ситуации?!

Он передёрнул плечами.

–А что мне ещё думать? Ты не предупредила о своём внезапном появлении, вот и всё. Если бы удосужилась позвонить, конфуза можно было бы избежать.

–Ты… так говоришь, будто это я оконфузилась! – возмутилась Вика. – Ещё скажи, что я виновата во всём? Может, мне ещё раз попросить у тебя прощения?

–Господи, Белка, к чему эти драмы. Ну, сглупила ты, с кем не бывает. Должна же понимать, что я – здоровый мужик, и мне порою очень трудно не поддаваться соблазнам… Тем более, энергия после удачно отыгранного спектакля обычно требует выхода… хотя бы вот таким образом.

Вика воспроизвела в памяти чёрные чулки Саркисян и почувствовала, как съеденное недавно пирожное «картошка» подступает ей обратно к горлу.

–Соблазны?.. – переспросила она шёпотом. – Энергия, требующая выхода?.. Как ты можешь – вот так, походя… О том, что произошло?

304

Часть 4. Чужая любовь

–Не переигрывай, пожалуйста, – раздражённо отозвался он. – Мы с тобой – взрослые люди, не связанные никакими формальностями и условностями, и оба должны снисходительно смотреть на развлечения друг друга.

Вика не верила своим ушам.

–Оба?! Ты что, допускаешь мысль, что я могла

бы…

–Я не стал бы возражать, – быстро ответил он. Вика в ужасе закусила губу.

–Ты же знаешь, что я никогда… никогда… ни с кем… я же только тебя люблю…

Тут терпение Белецкого иссякло.

–Господи, как ты мне надоела! – психанул он. – Как же вы все мне надоели! Осточертела ты со своей щенячьей любовью, она мне уже поперёк горла!

Круто развернувшись, он зашагал обратно, вверх по лестнице. Очевидно, возвращаясь к ожидающей его Саркисян…

Вика отказывалась верить в происходящее. Ей казалось, что Белецкий вот-вот одумается, вернётся, обнимет её и скажет, что пошутил. Что это был всего лишь глупый жестокий розыгрыш…

Однако Александр остановился в пролёте между третьим и четвёртым этажами и, перегнувшись через перила, закричал ей, не заботясь о том, что его могут услышать посторонние:

–Не звони мне больше! Оставь меня в покое, ясно?

И Вика, наконец, поняла, что он не шутит.

305

Артистка

Чтобы забыться, она с головой ушла в дела. Понаблюдав за её бурной деятельностью в эти недели, сторонний наблюдатель мог бы прийти к выводу, что она живёт очень насыщенной жизнью. Сама Вика едва ли так считала. Главной целью всех её действий было одно – переключиться на что угодно, лишь бы не думать об Александре. Она нарочно забивала себе день до отказа, чтобы, придя вечером в общагу, без сил повалиться на кровать и моментально заснуть. То, что произошло у неё с Белецким, Вика не могла и не хотела обсуждать ни с кем: ни с Зойкой, ни даже с верным Фунтиком.

Она не помнила, как добралась домой в тот злополучный вечер. Может статься, что дошла пешком. Даже любопытная Зойка, обожавшая совать свой нос в чужие амурные дела, боязливо примолкла, буквально прочтя на Викином лбу: НЕ СМЕТЬ ЗАДАВАТЬ МНЕ НИКАКИХ ВОПРОСОВ!

На следующее утро, вскочив с постели в шесть часов, Вика торопливо собралась и умчалась. Купив коробку шоколадных конфет и букет роз (что при её стипендии, конечно, являлось чистым разорением), она спозаранку поехала к своей бывшей квартирной хозяйке, Ариадне Васильевне. Впрочем, престарелая балерина была в своём репертуаре – даже рано утром при макияже, в изящном брючном костюме и в туфельках. Мягко пожурив Вику за то, что явилась без звонка («Это вопиющее нарушение правил этикета, деточка!»), она, тем не менее, обрадовалась встрече и пригласила бывшую квартирантку на кухню, чтобы выпить кофе.

– Я к вам за консультацией, – выпалила Вика без обиняков. – Ариадна Васильевна, у меня завтра

306

Часть 4. Чужая любовь

кинопробы… Фильм о балете – в смысле, о жизни балерин. Так вот, я должна получить главную роль во что бы то ни стало!

–Ты хочешь, чтобы за день я подготовила тебя к пробам? – удивилась старуха.

–Я хочу выглядеть и вести себя, как настоящая балерина, – пояснила Вика.

–Но это же практически нереально… Балет – не хобби и даже не просто профессия, это образ жизни. Невозможно освоить его вот так, на лету. У балетных людей свой стиль, свой язык, свой юмор, да даже свои болячки, в конце концов!

–Понимаю, – кивнула Вика. – Но… вы можете сделать так, чтобы режиссёр поверил в то, что я – балерина? Пусть это будет всего лишь притворство, но

ятак хочу, чтобы оно сработало! В конце концов, это ведь художественный фильм, а не документальный, и смотреть его будут не профессионалы балетной сцены, а обычные телезрители.

–А ты авантюристка, девочка моя, – внимательно изучив выражение Викиного лица, покачала головой Ариадна Васильевна. – Что ж… Я ведь ничего не теряю, кроме времени, верно? А его у меня, увы, предостаточно – дни тянутся один за другим, очень скучно и однообразно. Так что от скуки хотя бы на сегодня ты меня избавишь!

–Спасибо вам, – с чувством поблагодарила Вика, но балерина одёрнула её:

–«Спасибо» будешь говорить, когда роль получишь!

307

Артистка

До позднего вечера Ариадна Васильевна лепила из Вики танцовщицу.

– Самое главное, что должно отличать тебя от других, – это осанка, – объясняла она своей неопытной ученице. – Ты никогда не обращала внимание на то, что балерины выглядят как будто несколько надменными? Просто у них всегда прямая спина, расправленные плечи и гордо приподнятый подбородок. Твой профиль должен притягивать взгляды!..

Кстати, о причёске, – вспоминала вдруг она. – На пробах – никаких распущенных волос, хоть они у тебя и прекрасные. Убери всё своё богатство в узел на затылке, пусть шея останется открытой!..

А теперь давай-ка посмотрим, какой у тебя шаг, – не обращая внимания на Викину усталость, командовала Ариадна Васильевна. – Не делай круглые глаза, это значит – насколько высоко у тебя поднимается нога. Чем выше и легче шаг – тем лучше. То же самое

спрыжком…

Кконцу занятия Вика готова была рухнуть от изнеможения, при этом голова её буквально пухла от обилия вложенной туда новой информации. Однако именно этого она сама и добивалась – чтобы не оставалось ни сил, ни эмоций на всякие неприятные воспоминания.

– Ну что ж, пожалуй, хватит на сегодня, – смилостивилась балерина, когда время перевалило за десять вечера. – Если хотя бы треть из всего, что я тебе сегодня рассказала и показала, удержится в твоей памяти… то считай, что у тебя есть все шансы на успех!

308

Часть 4. Чужая любовь

…Вика с блеском прошла эти кинопробы. Она сама удивилась, как легко и просто у неё всё получилось. Режиссёрша, оказавшаяся приятной моложавой тётечкой «под пятьдесят», кудрявой и смешливой, без излишнего словоблудия дала понять, что очень заинтересована в Вике.

– То, что ты нигде раньше не снималась, – пустяки! – убеждённо заявила Милана Фёдорова. – Главное – потенциал у тебя есть, а что лицо не заезженное, не успевшее никому примелькаться, – так это только в плюс идёт!

Вика радостно кивнула.

–Но, конечно, будет нелегко, сразу предупреждаю, – заметила режиссёрша. – Я требую от всех актёров, помимо прочего, ещё и безупречной физической подготовки. Тебе придётся взять несколько уроков балета: в кадре ты будешь вставать на пуанты

ивыполнять различные па. Само собой, в фильме в сценах выступлений и сложных репетиций у станка тебя будет дублировать профессиональная балерина. Ну, и… – она бросила быстрый взгляд в её сторону, – и похудеть немного придётся.

Вика вытаращила глаза. Вот уж кем-кем, а толстой она никогда себя не считала. Наоборот, окружающие беспрерывно талдычили ей о том, что хорошо бы слегка поправиться. Фёдорова заметила её смятение.

–Нет-нет, сама по себе ты в отличной форме – узкокостная, худощавая… Но учти, что камера зрительно полнит. А мне необходимо, чтобы ты смотрелась настоящей балериной.

309

Артистка

«Интересно, как Саша отреагирует на то, что от меня останутся кожа до кости?» – подумала она машинально, поскольку вспомнила, как он всегда мягко журил её за то, что она недостаточно хорошо питается. И тут же запоздало сообразила, что он не отреагирует никак. Его просто больше не было в её жизни… С позавчерашнего вечера.

– Ну что ж… – вымученно улыбнулась она, поворачиваясь к режиссёрше. – Надо – значит, надо!

Зойка, в конце концов, докопалась до истины, хотя Вика всячески скрывала свой разрыв с Александром.

–Нет, а всё-таки, почему ты больше не ночуешь

уБелецкого? – ходила вокруг да около соседка по комнате, пристально вглядываясь в Викино лицо. – Раньше ты и дня без него прожить не могла…

–Оба заняты на съёмках. – Вика придавала лицу небрежно-беззаботное выражение и пожимала плечами. – Так устаём, что не до встреч…

–Ой ли, – подозрительно качала головой Зойка, но Вика неизменно упорно отмалчивалась.

Однако её сожительница никогда не отступала, если ей страстно хотелось что-то узнать. В конце концов, когда в один из вечеров Вика вернулась в общагу, Зойка встретила её торжествующим индейским кличем:

–Хорош трепаться про ваши съёмки, дело-то совсем в другом!

С этими словами она сунула Вике в лицо свежий номер журнала «Глянец», предусмотрительно заложенный пальцем на нужной странице:

310