Актуальные проблемы философии науки

делы сугубо теоретического когнитогенеза и распростра! нился на сферу техногенной деятельности, приобретая при этом новые черты и неся большие «потери» в процессе многоуровневого и многомерного взаимодействия с други! ми социокультурными факторами, определяющими ха! рактер и направление цивилизационного развития.

Сложившиеся в настоящее время постнеклассический научный и техногенный типы химической рационально! сти пребывают в состоянии динамической коэволюции и характеризуются специфическими принципами и нор! мами. Однако важнейшим их общим признаком является то, что они воплощают в себе идеалы «открытой рацио! нальности»35, 36 и нацелены на поиск новых мировоз! зренческих ориентиров, направленных на экспликацию вненаучных (внетехнических) связей, на антропосоцио! экологические ценности и ценности традиционалистских культур.

И.В. Добролюбова

Экологизация современной науки – создание биосферо9ноосферного класса наук

Современное экологическое состояние планеты Земля свидетельствует о тяжелейшем кризисе системы «обще! ство–природа». Человечество как более активный фактор этой системы, наносящий колоссальный ущерб биосфере, может и обязано измениться. Времени практически не осталось, а каждый человек обязан изменить свое личное, персональное отношение к окружающей среде. Тот, кто хочет выжить сам, задумывается о выживании своих детей, считает, что у человечества есть шанс сохраниться как биологическому виду – обязан переориентировать свою деятельность, деятельность окружающих на биосфе! росовместимую, свое и их мировоззрение на биосфероцен! тричное.

Основой научного биосфероцентричного мировоззре! ния может стать весь комплекс знаний человечества, их практического применения, оцененный с позиции без! опасности для биосферы. Изучение системы «общество– природа» с единых позиций требует в исследовании «при! роды», «биосферы» объединения естественнонаучных дисциплин в биосферный класс наук, а исследования «человека», «общества», «современного этапа взаимодей! ствия общества и природы» – объединения социоприрод! ных дисциплин в ноосферный класс наук. Соответственно стержнем этого блока знаний должен стать принцип биосфероцентричности.

Биосфера как «сфера, область жизни» сложилась на Земле после длительной, сложной эволюции земной материи. В результате теснейшего взаимодействия и активного взаимовлияния живого и неживого вещества возникает новое сложноструктурированное, сложноорга! низованное единое целое (биосфера), взаимосвязанное вещественными, энергетическими, информационными процессами. В зависимости от многообразия типов и форм, связей и отношений в биосфере проявляется ее многокачественность. Биосфера как сложноструктури!

рованная «система систем», как иерархически построен! ное единство, включает следующие основные компоненты (части):

–атмосферу (до озонового экрана),

–гидросферу (до морских и океанских глубин),

–литосферу (наружный слой: недра, включающие ис! копаемые биогенного происхождения),

–космическое излучение (в зоне поверхности Земли),

–почвенный слой,

–живое вещество планеты.

Единство биотических (живых) и абиотических (нежи! вых) элементов, вовлеченных в сферу жизни, представля! ет организованность биосферы в формах особей, видовых популяций, видов, биоценозов, биогеоценозов.

Биосфера как сложноорганизованное иерархическое единство не поддается описанию и изучению в рамках одной, отдельно взятой науки, например физики, химии, биологии, географии, экологии, социальной экологии и др. Необходимы усилия многих наук. В рамках тради! ционного естествознания постепенно вычленяются новые направления в изучении биосферы, отдельных ее систем (экология человека, экологическая геология, инженерная экология, экологическое ландшафтоведение и др.). Посте! пенно намечается экологизация современной науки, и как результат, складывается целый комплекс наук, изучаю! щих биосферу, – биосферный класс наук.

Возникновение биосферного класса наук обязано деятельности научных школ В.В. Докучаева, В.И. Вернад! ского, В.Н. Сукачева, Б.Б. Полынова, А.Л. Чижевского, Н.В. Тимофеева!Ресовского. Общим в разработке био! сферных идей для этих направлений были биогеохими! ческие и биогеоценологические принципы изучения природных явлений и процессов.

Вклад этих школ разнообразен. С первой четвер! ти ХХ века начинает активно разрабатываться один из важнейших аспектов концепции биосферы – предста! вление о ее неоднородности, как говорил Вернадский, «мозаичности». Важнейшими достижениями в этом направлении явились создание Полыновым учения о геохимии ландшафтов и Сукачевым учения о биогеоце!

нозах как элементарных биохорологических структурах биосферы.

Сукачев подчеркивал, что биоценоз – целостный природный комплекс нашей планеты, состоящий из груп! пировок совместно обитающих и взаимосвязанных живых существ на территориях. Биоценоз относится к особому уровню структурной организованности материи и не должен отождествляться ни с географическими, ни с био! логическими уровнями. Биоценоз нельзя сравнивать с организмом. Именно это обстоятельство проводит доста! точно четкую разграничительную линию между экологи! ей и биогеоценологией. Основной задачей биогеоценоло! гии, как науки о сложнейшей организованности всех компонентов образующих биогеоценоз, является изучение биогеоценозов как «аппаратов» по биогеохимическому круговороту вещества и энергии в биосфере.

Чижевский, являясь основоположником космической биологии, дополнил представления об условиях жизни на Земле, научно доказав наличие постоянно действующих связей биосферы с космическими факторами, существен! но расширив понятие «внешняя среда», включив в нее и космическое пространство.

Поддерживая идеи Вернадского и Сукачева, Н.В. Тимо! феев!Ресовский выделил особую геохимическую функцию живого вещества – его способность адсорбировать и акку! мулировать ридиоизотопы, содействовать их миграции

иопределять их функционирование на нашей планете. Тимофеев!Ресовский является основателем радиоционной биогеоценологии как одной из наук о биосфере, изучаю! щей эффекты взаимовлияния макромира Вселенной

имикромира планеты с биосферой, исходящие от есте! ственных и искусственных источников радиоизлучения, грозящие глобальной опасностью для человечества и всего живого в случае аварий на атомных станциях и при испы! таниях ядерного оружия.

Тимофеев!Ресовский первым сформулировал проблему «биосфера и человечество», видя в ней главную научную проблему будущего, носящую комплексный характер, решение которой станет важнейшей задачей мировой науки. И сейчас, в начале ХХI века, проблема взаимо!

влияния человека и биосферы стала проблемой номер один. По мнению ученого, любая достаточно широкая проблема воздействия человека и его промышленной дея! тельности на окружающую природу должна ставиться на основе созданного Вернадским учения о биосфере и биогеохимических процессах и разработанной Сукаче! вым биогеоценологии.

Используемый в рамках биосферного класса наук био! геоценотический метод является взаимодополнением метода естественно!исторического анализа и моделирова! ния. Он может быть продуктивен в изучении физико!хи! мических аспектов регуляции процессов функционирова! ния живого, т. е. биосфера может быть рассмотрена под углом зрения физико!химических процессов, где она представляется как система в состоянии устойчивого неравновесия, специфического для живых систем и под! держиваемого притоком энергии извне. Современная наука располагает мощным и современным арсеналом методов квантовой химии, микроскопии ядра, жестким математическим аппаратом, пригодным для квантово!ме! ханического и термодинамического анализа биологиче! ских феноменов. Диапазон изменчивости биологических систем можно оценить экспериментально на всех уровнях организации: от квантового и нуклеарного, до биоценоти! ческого.

Итак, деятельность человека всегда должна быть ори! ентирована таким образом, чтобы ее результаты не приво! дили к отрицательным для стабильности биосферы тенденциям. Широкое вмешательство в биосферные процессы без достаточных знаний – а их должен дать создающийся биосферный класс наук – может привести к серьезному подрыву всей жизни и деятельности Земли, что неизбежно трагически скажется на жизни самого человека.

Деятельность человека достаточно активно изменяет биосферу. Вернадский указал вектор изменения, эволю! ции биосферы, «сферы жизни», в сторону ноосферы, «сферы разума».

Биосферный класс наук, учитывая активнейшую дея! тельность человека на Земле и в космосе, трансформирует!

ся и должен дополняться формирующимся ноосферным классом наук. Безусловно, изменятся и предмет, и струк! тура, и методы исследования этого нового комплекса дисциплин.

В настоящее время концепция ноосферы представляет собой учение о становлении, развитии, трансформации этого реального явления. Многие авторы, в том числе Н.Н. Моисеев, А.Д. Урсул, Э.В. Гирусов, Э.С. Демиденко, В.А. Кутырев и др., на основе учения Вернадского о «био! сфере!ноосфере» разрабатывают проблемы сущности современного состояния «ноосферы», перспектив ее развития, формулируют законы ее функционирования, собственную систему понятий.

«Ноосфера» не возникает стихийно, а строится благода! ря разумной деятельности человечества, возникает зако! номерно и неизбежно, возникает не на пустом месте, а в результате эволюции биосферы, являясь одновременно продуктом и естественного, и исторического процесса, т. е. обусловлена всем ходом эволюции биосферы и разви! тия социальной организации материи. Ноосфера предста! вляет собой целостную социоприродную систему, где высшего расцвета достигают научная мысль человечества, научно!технический прогресс, производительные силы общества и т. д. Возможно выделение следующих струк! турных элементов в этой системе: биосфера, антропосфе! ра, социосфера, техносфера, инфосфера. «Ноосфера» как самоорганизующаяся, саморазвивающаяся социоприрод! ная система может бесконечно во времени и пространстве совершенствоваться, представляя собою эволюцию состояний от протоноосферы до реальной ноосферы, вклю! чающей такие состояния, как: инфоноосфера, эконоосфе! ра, космоноосфера, астроноосфера (А.Д. Урсул).

Удачно пройденные этапы ноосферогенеза (неолитиче! ская революция, промышленная революция, НТР) выяви! ли потенциальные возможности разума создать новую сферу жизни человека – «ноосферу». В рамках ноосферо! генеза можно выделить становление все более совершен! ных материальной и духовной сфер. Материальная сфера, включающая различные орудия труда, технику, техноло! гии, обеспечивает материальные, в том числе биологиче!

ские, потребности (продовольственные, энергетические, транспортные), благоприятную окружающую среду, здо! ровье, жилье. Духовная же сфера (сфера развития и совер! шенствования разума) проявляет себя в интеллекте чело! века, гармоничной личности, а также культуре, науке, искусстве, морали, праве, политике, религии, философии и др.

Целостное представление о «ноосфере» как единой, сложной, иерархической, многоуровневой системе можно получить, используя системно!синергетический метод исследований. Представление о «ноосфере» как системе и синергетическое видение целостности мира и знания о нем позволяют продуктивно использовать междисци! плинарный синтез, интеграцию наук в процессе формиро! вания ноосферного класса наук.

Синтезированное знание о «биосфере!ноосфере», вклю! ченное как основа в биосфероцентричное мировоззрение эпохи, может обеспечить осознанный процесс построения истинной ноосферы. Этот процесс должен начаться с фор! мулировки цели, включающей определенное понимание «ноосферы». В зависимости от ее трактовки (сфера разу! ма, идей, мыслей, либо этап, фаза развития биосферы и т. п.), формулируются и стратегии в ноосферогенезе с выбором первоочередных и отдаленных задач, строится дерево целей. Исполнителем стратегии, субъектом преоб! разований должен стать не отдельный человек либо избранная группа, а все человечество. В его консолидации огромную роль будет играть успешное прохождение этапа инфоноосферы, благодаря использованию новых техниче! ских средств и технологий. Человечество должно изме! ниться и само: изменить свое мировоззрение, отношение к окружающей среде, что возможно лишь на путях развер! тывания демократических преобразований, экологиче! ского образования и воспитания. Объектом разумных преобразований должны предстать не только человеческое общество, отдельный человек, но и вся биосфера. Основой методов преобразования должны стать принципы биосфе! росовместимости, биосфероцентризма, целостности, сле! дование законам самоорганизации биосферы (не нарушать круговорот в использовании вещества, учитывать возобно!

вимость в получении энергии, следовать системности в использовании информации. – Э.В. Гирусов).

Доразвитие законов самоорганизации биосферы, распространение их на общество возможно через разумно организованное управление и сознательно взятую на себя человеком и обществом ответственность за последующее развитие биосферы, преобразуемой в ноосферу.

IV. СОЦИАЛЬНО9ГУМАНИТАРНЫЕ АСПЕКТЫ ФИЛОСОФИИ НАУКИ

В.Г. Федотова

Социальная философия и науки об обществе

Обозначенная в заглавии статьи тема сегодня активно обсуждается1. Среди отечественных философов заметна некоторая растерянность в понимании социальной фило! софии. Чаще всего она трактуется как дисциплинарно выделенная область философского знания, институцио! нально закрепленная в структуре высшего образования и научных институтов философского профиля. Относи! тельно ее содержания после истматовского монизма

всоветской философии сегодня единства нет. Более того, многие специалисты легко перешли в политическом плане к новому демократическому мировоззрению, но методоло! гически и эпистемологически остались на позициях исто! рического материализма. Эта проблема отечественных философов – трудности теоретической реакции на новые социальные процессы – не миновала и западных ученых

всвязи с процессом радикальных социальных трансфор! маций и смены парадигм социального знания. Полагаем, что обсуждение способов связи социальной философии с науками об обществе создает контекст, позволяющий выявить как взаимосвязи социально!гуманитарных наук с современной социальной философией, так и содержание последней, по крайней мере, ее познавательных функций.

Основные модели взаимодействия философии

исоциально9гуманитарных наук

Входе имевших место дискуссий сложилось несколько моделей взаимодействия философии и социально!гумани! тарных наук сегодня. Среди них:

– Отвергаемая ныне большинством модель иерархиче! ской связи cоциальной философии с теоретическим уров! нем конкретных наук об обществе, некая пирамида, если использовать геометрические образы, на вершине которой находится социальная философия в качестве методологи! ческого регулятива для теорий в конкретных науках об обществе и человеке2. Данная модель в глазах россий! ских коллег ассоциируется с марксистскими коннотация! ми, помещением исторического материализма на вершину указанной пирамиды. Это верно, но не является един! ственно возможным истолкованием. На Западе данная пирамида ассоциируется с концепцией Р. Мертона, кото! рый считал, что есть верхний уровень абстрактных, уни! версальных, генерализирующих и всеобъемлющих тео! рий (уровень социальной философии) и теории среднего уровня (теории среднего ранга действия) как предельные генерализации, свойственные конкретным дисциплинам, изучающим общество.

– Модель концентрических кругов, в которой внутрен! ний круг характеризует повседневность как базовое осно! вание, второй, внешний по отношению к первому круг – уровень философского (социально!философского) знания

иследующий за ним круг – социально!гуманитарное науч! ное знание (модель В.Е. Кемерова). Смысл этого подхода – антиредукционизм, подчеркивание серединной медии! рующей функции философии во взаимоотношении повсе! дневного опыта (я бы добавила – и специализированных практик) и конкретных социально!гуманитарных наук.

– Модель сдвига от интеграции наук и философии к междисциплинарности, увеличению значимости фило! софии в открытии новых контекстов и создании более широкой панорамы знаний. По отношению к предыдущей модели круги частично пересекаются между собой. Не только философия дает импулс конкретным наукам, но социально!гуманитарные науки воздействуют на филосо!

фию и дают импульс ее развитию (модель И.Т. Касавина). Сходную мысль развивает И. Валлерстайн, по мнению которого определяющей тенденцией является междисци! плинарность, ибо выделение и разделение общественных сфер и соответствующих им наук – экономики, политики, социологии – безнадежно устаревший продукт либераль! ной идеологии.

– Модель своего рода «вращения» треугольника (пира! миды из первой модели), при котором место философии занимает социология, другие дисциплины и, наконец, данный треугольник описывает полный круг и возвраща! ет социальную философию на ее прежнее место на верши! не треугольника (пирамиды) (модель Н.М. Смирновой). Я бы назвала это моделью смены лидирующих дисци! плин, но обычно это относят к конкретным социально!гу! манитарным наукам, среди которых явное лидерство

внастоящее время отдается наукам о культуре.

Смоей точки зрения, применимость обозначенных моделей зависит от того, о каких науках идет речь, какой тип философской рефлексии присущ им. Например, вто! рая модель подходит к феноменологическим и герменев! тическим парадигмам в социально!гуманитарных науках, но имеет слабое отношение к позитивистским подходам, которые остаются сильными в социальных науках. Небхо! димы более общие характеристики влияния философии на социальные и гуманитарные науки, которые может дать понятие исследовательской программы. Эту задачу сфор! мулировал Г. Риккерт, когда написал, что «можно сделать попытку понять мировое целое, исходя из объекта, т. е. достигнуть единства посредством вовлечения субъекта

вмир объектов, или, наоборот, можно, основываясь на субъекте, искать объекты во всеобъемлющем мировом субъекте. Так возникают два противоположных мировоз! зрения… и большинство философских споров и проблем, постоянно возникающих вновь, можно было бы до извест! ной степени свести к понятому таким образом противоре! чию объективизма и субъективизма как к последнему основанию спора»3. Это «последнее основание спора» зало! жено и в упомянутых выше моделях. Поэтому имеет смысл рассмотреть взаимодействие социально!гуманитар!

ных наук и социальной философии с учетом этих оснований.

Основные исследовательские программы социально9гуманитарных наук

Будучи философской программой развития науки, исследовательская программа нетождественна тому или иному философскому направлению (не всякое философ! ское направление послужило базой развития научных тео! рий, ряд философских ориентаций объединялись для формирования исследовательской программы). Исследо! вательская программа содержит в себе характеристику предмета, метода исследования, общих предпосылок научной теории, способов перехода от философской систе! мы к научным построениям4. Отличаясь от философской системы, научная (исследовательская) программа нетож! дественна и научной теории тем, что «претендует на всеоб! щий охват всех явлений и исчерпывающее объяснение всех фактов, т. е. на универсальное толкование всего су! ществующего»5.

Сегодня вопрос о парадигме социальных наук сталки! вается с двумя трудностями: 1) избрание масштаба иссле! дования (идет ли речь о дисциплине, теоретическом построении известного ученого определенной специально! сти, обсуждается ли способ решения некоторой проблемы или речь идет о социальных науках в целом, о своего рода «метапарадигме», как удачно определяют исследование такого уровня П.П. Гайденко и Ю.Н. Давыдов6 и 2) перс! пектива многопарадигмальности, совершенно очевидно господствующая сегодня в социальных науках. При этом надо знать, каковы способы взаимодействия и совмеще ния многообразия, выявить «метапарадигмы» и обсудить плюрализм при взаимодействии «метапарадигм», опира! ясь на историю философии и историю науки.

Раннебуржуазная и классическая философия были ориентированы на природу и изучающие ее науки, на сле! дующую отсюда натуралистическую парадигму. Они использовали образ природы как основы познания, реаль! но и логически первичной. Последователи натуралисти!

ческой исследовательской программы полагают либо что

Она, по существу, указала на границы натуралистической программы. Культурцентристская исследовательская программа охватывала такие области действительности, где качества субъекта были неэлиминируемы и интересо! вали как наиболее характерные, исключительные, способ! ные дать ключ к среднетипичному. В конечном итоге культурцентристская программа, так же как натура лисическая, приобрела, общенаучное значение, отчасти фиксируя некоторые тенденции естественных наук, отча! сти забегая вперед и утрируя эти тенденции. Общей причиной распространения культурцентристской страте! гии на методологию естествознания являлась назревшая потребность рассматривать развитие естественных наук

как воплощение деятельной активности общественно исторического субъекта (Т. Кун, П. Фейерабенд, М. Мал! кэй, Штарнбергская группа социологии науки). Имеется

идругая объективная причина превращения культурцен! тристской программы в общенаучную и метода понима! ния – в универсальный метод научного познания. Она коренится в научно!технической революции, основным содержанием которой является технологическое примене! ние фундаментальных наук и открытие посредством науки новых видов производственной практики. В этих условиях наука оказывает огромное непосредственное влияние на общество, и сама, в свою очередь, испытывает его влияние – проявляющееся, в частности, в организации

ифинансировании науки, в создании системы приорите! тов. Обнаруживается методологическая роль социально! культурных факторов не только в обществознании, но и в естественных науках. Думается, что введение проблематики понимания в методологию естествознания, как в целом ориентация на культурцентристскую исследо! вательскую программу, имеет своей причиной повышение интереса к истории естествознания, прежде всего к логи! ческому воспроизведению этой истории, представленному в конкурирующих схемах. Как соотнесен современный опыт науки с ее традицией? Подобные вопросы возникли в связи с качественно новым этапом развития науки, пере! ходом от классической механики к квантовой, от описа!

тельных методов биологии и других естественных наук к теоретическим.

Натуралистическая и культурцентристская програм! мы направлены на изучение одного и того же объекта, но превращают они в свой предмет, согласно своей методоло! гии (исследовательской программы) исходно разные части этого объекта: натурализм позволяет изучить «жесткий каркас», «скелет», взаимодействие частей социальной системы, культурцентризм – «мягкие ткани» общества, вплоть до того, чтобы построить историю без героев (школа Анналов), социологию без общества13.

Существование названных программ имеет филосо! фские предпосылки; в философии, в том числе и филосо! фии культуры, наличествуют натуралистические и гума! нистические подходы. Первые призывают «верить в не! знающую исключений закономерность», вторые –

визменчивость человеческого духа. Как показал Э. Касси! рер, «натурализм (в философии культуры. – В.Ф.) пропи! тан фаустовской жаждой знания и апофеозом науки, кото! рая одна только может принести человечеству избавление. Однако вера, будто наука не только способна познать чело! веческую природу, но и призвана излечить ее слабости и недостатки, иссякает тем больше, чем дальше предста! вители натурализма как историки и психологи проникают

вглубь этой природы»14.

Натуралистическая и культурцентристская исследова! тельские программы, несущие на себе глубокую печать философского противоречия между объективизмом и субъективизмом, доминируют в методологии общество! знания. Попытки создания дисциплинарных программ, как правило, характеризуются тяготением к одной из на!званных. Так, в психологии все решается тем, какие аспекты психологического знания и самой психики оказываются преобладающими при редукции. Если это психофизиологические (субстанциональные) или поведен! ческие (функциональные) аспекты, то психологизм выступает как проявление натуралистической научной программы (Ж. Пиаже, З. Фрейд, бихевиоризм). Если психика интересует в ее историческом, социальном, душе! вно!духовном аспекте, то тогда налицо поворот к куль!