Актуальные проблемы лингвистики и литературоведения. Современные тенденции. Коллективная монография

мять – штука ненадежная <…> потому, что умеет поразительным образом одно отсеивать, а другое сохранять... Нужны старенькие бумажки, истлевшие на сгибах документы, выцветшие чернила, бледный шрифт «ундервуда» [Т. 3, с. 565]. Этот подход во многом объясняет документальность прозы Ю. Трифонова, его пристальное внимание к фактам и документам.

Вповести «Отблеск костра» показаны судьбы многих участников исторических событий начала века, среди них – Филипп Кузьмич Миронов и Борис Мокеевич Думенко. И Миронов, и Думенко показаны в произведении как «легендарные герои и самородки эпохи гражданской войны» [3, с. 102]. Они предстают как самобытные, но противоречивые личности, преданные Советской власти, гениальные военные руководители, которые боролись за новое общество, за новый строй. Судьба этих людей очень трагична, как, пожалуй, трагична судьба любого талантливого человека в тоталитарном государстве.

В«Отблескекостра» Ю. Трифоновописалтольконекоторыеэпизоды из жизни Ф.К. Миронова и Б.М. Думенко, которые были непосредственно связаны с деятельностью его отца. Так в 1919 году В.А. Трифонов был назначен комиссаром в Особый Донской экспедиционныйкорпусподкомандованиемФ.К. Мироновым, нонесумелувидеть

внем единомышленника. В письме А.А. Сольцу от 3 июля 1919 года В.А. Трифонов сообщал: «Меня хотят втянуть в ещё одну авантюру

– организацию Казачьей дивизии под командованием авантюриста Миронова», втовремякакегосын, Ю.В. Трифонов, увиделобщность взглядовиотца, иМиронова. СмужествомТрифоновтакжеповествует о том, что его отец не сумел ни понять, ни спасти от гибели ещё одного вожака и первого организатора Красной конницы (хотя долгое время данная заслуга приписывалась С. Буденному) Б.М. Думенко. Судьба этого военачальника во многом схожа с судьбой Ф.К. Миронова. После публикации повести «Отблеск костра» Ю. Трифонов получил огромное количество писем от мироновцев и думенковцев, в которыхзвучалисловаблагодарностизато, чтописательвосстановил доброе имя этих людей, а также отклики от тех, кто был знаком с братьямиТрифоновыми. Однакобылиписьма, авторыкоторыхобвиняли

91

Ю. Трифонова в клевете. Этот эпизод из своей жизни писатель воспроизведетвпоследствиивромане«Старик»: «Тогдаобъясните, зачем вы неправду защищаете? Хорошо, пускай он успешный военачальник, с Красновым и Деникиным воевал, почетным оружием награжден, все так, но зачем из него революционера делать? Зачем такую ложь допускать?» [Т.3, с. 250].

Несмотря на то, что в «Отблеске костра» Трифонов отводит мало места этим выдающимся личностям, его творческий интерес не угасает. Он продолжает собирать материалы о Миронове и Думенко, встречается с их сослуживцами, работает в архивах, встречается со второй женой Миронова Надеждой Васильевной Суетенковой и его сыном Артамоном Филипповичем Мироновым, о чем сви-детельствует записи в дневниках и рабочих тетрадях писателя. 25.08.1965 года Ю. Трифонов получает письмо от Н.В. Суетенковой, в котором она дополняет свои воспоминания о Ф.К. Миронове, а 27.02.1974 – от А.Ф. Миронова с благодарностью за «добрые и честныесловаоМиронове» (текстписемопубликованвкнигеЮ.В. Трифонов «Дом на набережной: Роман, дневники». 2000).

Следствием такой кропотливой работы стал образ Сергея Кирилловича Мигулина, одного из главных героев романа «Старик», прототипами которого стали Ф.К. Миронов и Б.М. Думенко.

Роман «Старик» является одним из самых глубоких и сложных произведений Трифонова, закономерным художественным итогом творческого развития писателя середины 1960-70-х годов. Отдельные исследователи относят возникновение замысла романа к периоду работы Трифонова над документальной повестью «Отблеск костра». Сам писатель отмечал, что «работа над «Стариком» началась далеко не сразу после рождения замысла о романе на тему гражданской войны». Далее Ю. Трифонов пишет: «Лет через десять вернулся к нему, и рядом с первым замыслом появился другой – написатьостаромчеловеке, отом, чтостарость– этонетольковозраст, который принято называть преклонным, но и зачастую – несчастье, страдание. Написать так, чтобы, прочтя книгу, человек задумался об этом; ведь люди, которые много работали, боролись, страдали, достойны того, чтобы к ним относились немного лучше, теплее, чем

92

мы привыкли в сутолоке повседневности» (из архива Ю.В. Трифонова). В процессе работы оба замысла слились воедино, объединенные концепцией человека как «носителя» времени. Эта концепция началаформироватьсяужевромане«Утолениижажды». Помнению писателя, «человеческая жизнь может вобрать в себя очень многое – и революцию, и гражданскую войну, и любовь юности, и непонимание старости, и взаимоотношение в семье. Судьба старика Летунова стала как бы яичным белком, который склеил, слепил весь сюжет» (Трифонов. Город и горожане.).

О.Р. Трифонова, вдоваписателя, вличнойбеседеотом, какдолгоЮрий Валентинович создавалроман«Старик», какработалсчерновыми вариантами рукописи, отметила такую особенность творческой манеры Трифонова: «Он очень долго вынашивал роман в себе, думал, а потом садился и писал набело. Потом еще раз перечитывал, вносил незначительные поправки в развитие сюжета, корректировал текст, но в целом замысел не менялся».

Представление о том, как создавался роман, у нас сложилось после знакомства с архивом писателя. Нам помогли рабочие записи Ю. Трифонова, папка с документами и материалами, посвященными Ф.К. Мигулину, а также дневники дяди писателя по материнской линии, Павла Абрамовича Лурье (выписки из дневников помещены в Приложении).

Большую роль, на наш взгляд, в создании романасыграли дневники П.А. Лурье 1914 – 1918 годов, а также личные беседы писателя с дядей. Восстановить суть разговоров, к сожалению, не представляется возможным, но, как вспоминает О.Р. Трифонова, П.А. Лурье очень любил Ю.В. Трифонова, поэтому отдал ему все свои записи, помогал восстановить события далеких лет, о чем свидетельствуют пометки карандашом на страницах дневников. Знакомство же с самими дневниками П.А. Лурье показало, что, описывая на страницах своего романа «Старик» события 1914 – 1918 годов, Трифонов использовал записи, сделанные П.А. Лурье. Так, например, эпизод о посещении Павлом Летуновым и его одноклассниками солдат в госпитале на 22-й линии взят из дневника Лурье от 16 октября 1914 года. Сравним:

93

94

иместности. После всего сестрицы бое ударение на последних вечером температуру нашу и писловах, - и дарил нас псалшут в книги. Утром тоже являются тырями и евангелиями…»

издравствуются. Утром приходит к

нам врач и сестры, врач тщательно и уважительно опрашивает болезни после смотра требуют на перевязку, а особенно сестрицы очень хорошо смотрят за нами ночью. Ещё напоминаю что нас хорошо вымыли в бане. Когда вымыешься, сейчас надевали новую рубаху и кальсоны и носки…

…А9 октябрянаспосетилкакойто человек из правления книжного склада высочайшаго утверждения и дарил нас псалтырями и евангелиями, которыемысрадостьюприняли подарки и благодарили его и высочайшее утверждение за присланные подарки.

Как видим, Ю. Трифонов перерабатывает записи своего дяди, сокращает записи раненого солдата с нескольких страниц до нескольких предложений, в целом, меняет стилистическое оформление, в некоторых случаях сохраняет текст полностью. Таким же образом писатель поступает и с записью дяди от 27 ноября 1914года, в которой рассказывается о событии с крысой. В романе «Старик» Павлик Летунов также вспоминает, что на уроке собирались резать крысу Феню, чтобы учиться анатомии, но депутация из старшего класса протестует против убийства «живого существа». Спор об

95

участи крысы постепенно перерастает в спор «о науке, об истории, о гильотине, о Парижской коммуне». В результате голосования – крыса помилована, её выпускают на свободу, но «её тут же хватает какой-то пробегающий по двору кот…» Данный эпизод романа соответствует своим романтическим содержанием восприятию мира Павликом Летуновым, а также написан в духе советских произведений о революции. В то время как в дневнике П.А. Лурье все выглядит гораздо прозаичнее, без романтического пафоса: «Четверг 27 ноября. Сегоднямыдолжныбылирезатькрысуназоологии. Ноучительница сказала что она слишком мала, так что мы в ней все равно ничего не увидим. Да нам её и жалко стало, такая она маленькая и беленькая. Мы решили что это будет наша классная крыса. Мы ей купили клетку и она будет жить или в нашем классе, или в классе естественнойистории. Послеурокадругиеклассынедавалинампокою и спрашивали пищала ли крыса когда её резали, не было ли нам её жалко, кто резал и т.п. Нам не хотелось говорить что крыса жива, потому что все сразу полезли бы смотреть её, и мы поэтому рассказывали им всякие небылицы, как мы её резали, как она пищала и тому подобное».

ТрифоновнеслучайноиспользуетименноэтузаписьиздневникаП.А. Лурье, художественноперерабатываетеё. Вэтихстокахон, с однойстороны, воссоздаетатмосферу10-хгодовХХвека, асдругой стороны, вступает в спор о цене жизни не только человека, но и любогоживогосущества. Этотэпизоддополняетпроблематикуромана, расширяет философские границы: что такое жизнь и какова ее цена.

Дневники П.А. Лурье помогли Ю. Трифонову воссоздать в целом атмосферу начала ХХ века, но не только изобразить события, а показатьсамовремя, егодвижение, стихийностьито, каквремявлияет на человека, меняет его сознание. Дневники Павла не содержат все подробных описаний хода исторических событий, в них нет того материала, который содержится в монографиях и работах по истории. Его записи содержат незначительные эпизоды происходивших событий, свидетелем которых был Павлик Лурье, но из них, как мозаичное полотно, складывается общая картина 1910-20-х годов ХХ века. В дневнике Лурье мы находим следующие записи от 20 и 21 апреля 1914 года:

96

«…В 5 поехали домой вместе с А.Л. Гельфером. На Невском шла небольшая толпа с плакатом «Да здрав. Милюков и Врем. Правит.!» им навстречу весь Финляндский и 180й полки со знаменами: «Долой Милюкова!» Солдаты изорвали их знамя штыками и пошли к Мариинскому Дворцу (Вр. Пр.). Я завез в «Правду» деньги и мат., поех. домой. На В.О. встретил Финляндский полк, пошел с ними. ОнипрошлимимоМорскогоКорпуса, гдезаседалСов. Р. иС.Д. Туда пришли также Кабельный и Трубочный зав., рабочая милиция, районные организации и пр., требовали отставки Милюкова и Гучкова…»

«…Из Думы скоро поехал домой. На Литейном пришлось слезть, шла большая, большая демонстрация буржуазии, студентов, офицеров, дам со знаменами «Да здравствует Милюков и Врем. Прав.!» На грузовиках ехали пьяные солдаты. Пошел пешком по Литейному. По Невскому шли рабочие професс. союзов и 1го гор. района «Долой Врем. Правительство. Доверие Совету!» Я присоединился к ним. Когда они встретились с кадетской демонстрацией, с обеих сторон начались крики «Долой!» и ругань. Мы прошли по Невскому, со всех сторон нас ругали, мы пели наши песни. Встретилось несколько гимназистов с (белым) плакатом «Долой Ленина!» произошласвалка. ЗнамяизорвалибросиливЕкатерин. Канал. Пошли дальше».

В«Старике» Трифонов напишет об этом так: «…Вижу по Невскому идут вооруженные рабочие завода Парвиайнена со знаменем «ДолойВременноеправительство!» имнавстречусЛитейногосползает демонстрация студентов, офицеров, каких-то хорошо одетых дам, несут знамя «Да здравствуют Милюков и Временное правительство!». С крыши бросают камни. Непонятно, в кого. Две демонстрациивязнутдругвдруге, вскрикиваютженщины, свалка, падают, бегут, с треском рвется знамя, ломают древко» [Т. 3, с. 438-439].

Вэтом же эпизоде Трифонов воспроизводит еще один факт, почерпнутый из записей Павла Абрамовича: «…Потом, в апреле – уже после Финляндского вокзала, встречи Ленина, дворца Кшесинской, куда меня протащил Шура, – уже в тепле, в весне мы с Володей и Асей болтаемся по городу и заняты делом: собираем на. Часа за три собрали шесть рублей». В дневниках мы неоднократно находим

97

упоминание о том, что Павел, в свободное от учебы время, собирал деньги для Совета рабочих депутатов: «Когда мы пришли в Район. Сов. Рабоч. Деп. (Биржа труда 13 л. 44) нам дали собирать пожертвования на нужды С.Р.Д. В короткое время мы собрали 32 р. 45 к.» (запись от 2 марта 1917 г.), «В 8.45. пошел к маме на службу за молоком. Сбирал с Геней на Сов. Р.Д. (всего 6 р.)» (запись от 3 марта

1917 г.).

В дневниковых записях П.А. Лурье описание исторических событий органично переплетается с повседневной жизнью. Павел, выполняя поручения матери, активно включается революционную работу, но в тоже время его волнует не только судьба России, но мы видим и интересы подростка. Так, например, из дневника мы узнаем

очитательских интересах Павла: «В 9.30. Занес на 13л (Совет) газеты с Геней, дела не было. Потом Геня был у меня, в 2 ч. все пошли на собрание С.-Д. на Большом пр. 88-б. Там было человек 70, много говорили, решили организовать агитаторов, выслушали доклады Сов. Рабоч. Деп., П.К., и резолюцию Инициатив. гр. Я записался в партию. Послеждалидо6.30 газеты«Правда» №1, ноещёневышла. Домачит. Диккенса«ТайнаЭдвинаДруда» (4 марта1917 г.). Помимо этого он пишет о школьных делах, отношениях с отцом, увлечении фотографией(вдневникиП.А. ЛурьевклееныфотографииВ.А. Трифонова, Е.А. Лурье, самого Павла).

Ю. Трифонов также сохраняет данную особенность, соединяя в тексте романа историческое и личное, прошлое и современность. Писателю важно показать неотделимость человека от времени, его взаимосвязь с историей, а также найти причины и истоки нравственного обнищания современного общества в прошлом России.

Между текстом дневников П.А. Лурье и текстом романа «Старик» можнопровестидостаточнопараллелей, подтверждающих, что описание событий 1910 –1918-х годов, воспроизведенных в романе, заимствовано Ю. Трифоновым из записей Павла Лурье. Это говорит

отом, что«Старик» имеетглубокуюдокументальнуюисторическую основу, а сам писатель рассматривает историю России сквозь призму истории собственной семьи.

Таким образом, мы приходим к выводу, что замысел романа «Старик» возник и оформился в период работы Ю. Трифонова над

98

повестью «Отблеск костра». Возникновению данного произведения предшествовала большая подготовительная работа: тщательно отбирался исторический материал, шел поиск документов и фактов в архивах, проводилась беседа с участниками и очевидцами событий. Большую роль в создании романа сыграли дневники П.А. Лурье.

Работа с ними, а также с рабочими материалами Ю.В. Трифонова помогла нам в проведении параллелей между героями романа «Старик» и реально существовавшими людьми, которые стали прототипами для многих действующих лиц этого произведения.

Сложноесозреваниезамысларомана, поискигероя, способного придать цельность авторской идее, отражали противоречивый процесс взаимодействия субъекта творчества, писателя с жизненным материалом. Художник находит свое «лицо», свою принципиальную позицию, как отмечал М.М. Бахтин, в противоборстве с реальной жизнью, с героем, в котором она «опредметилась». Автор вынужден преодолевать «много гримас, случайных личин, фальшивых жестов, неожиданных поступков», пробиваясь через «хаос жизни» к «истинной ценностной установке, своей, пока, наконец, лик героя, а в нем сама жизнь не сложится в устойчивое необходимое целое» [1, с. 8].

Возникновению романа «Старик» предшествовала большая подготовительная работа: тщательно отбирался исторический материал, шелпоискдокументовифактоввархивах, проводиласьбеседа с участниками и очевидцами событий. Большую роль в создании романа сыграли дневники П.А. Лурье.

Литература

1.Бахтин, М.М. Эстетикасловесноготворчества/ М.М. Бахтин.

–М.: Искусство, 1986. – 446 с.

2.Бочаров, С.Г. Психологическое раскрытие характера в русской классической литературе и творчество М. Горького / С.Г. Бочаров // Социалистический реализм и классическое наследие (пробле-

ма характера). – М., 1960. – С. 150-166.

3.Оклянский, Ю.М. Юрий Трифонов: Портрет-воспоминание / Ю.М. Оклянский. – М.: Сов. Россия, 1987.– 240 с.

4.Оскоцкий, В.Д. Границы вымысла и пределы документализма / В.Д. Оскоцкий // Вопросы литературы. – 1980. – №6. – С.28-34.

99

5.Трифонов, Ю.В. Дом на набережной: Роман, дневники / Ю.В. Трифонов. – М.: Изд-воЭКСМО-Пресс, Изд-воЭКСМО-МАР-

КЕТ, 2000. – 608 с.

6.Трифонов, Ю.В. Собрание сочинений: в 4-х т. / Ю.В. Трифонов. – М.: Худож. лит., 1985.

7.Турков, А. Герой, человек, история / А. Турков // Трифонов Ю. Избранные сочинения: в 2-х т. – М.: Сов. писатель, 1979. – Т.1. –

С. 70-81.

8.ЮрийиОльгаТрифоновывспоминают. – М.: Коллекция«Совершенно секретно», 2003. – 256 с.

100