Я спрашиваю — мне отвечают инструменты искусного диалога

Глава 13

Отказ от ответа: как и зачем

Это случилось в 1998 году. Команда Нины Зверевой получила главную телевизионную награду — ТЭФИ. В те годы еще не существовало разделения ТЭФИ на региональный

ифедеральный конкурс, а потому студия Нины Зверевой боролась с Первым каналом и НТВ: Первый выставил программу «До 16 и старше», НТВ — «Улицу Сезам». А победила программа «Детский адвокат». Та самая, которую снимали на дешевую камеру и которую смотрела вся молодежь Нижегородской области.

Это была первая ТЭФИ для Нижнего Новгорода.

Вродном городе для Нины и ее команды организовали пресс-конференцию.

Журналисты других СМИ спрашивали, как ей удалось добиться такого результата (одни завидовали, другие были искренне восхищены).

Вдруг к микрофону подошел корреспондент телекомпании «Сети НН» (в конце 90-х она считалась одновременно

изубастой, и «желтой»).

— Скажите, а за какие заслуги вам дали ордер на трехкомнатную квартиру в центре города? — произнес парень тоном героя-разоблачителя.

Нина Витальевна, рассказывая эту историю, признается: тогда она растерялась и ответила очень неудачно. Стала

стыдить коллегу за оскорбительный вопрос, оправдываться, что нет, не ордер, просто письмо, подписанное академиками ТЭФИ, с предложением городской администрации выделить ее студии отдельную площадку…

Всего этого говорить было не нужно.

Идеальным ответом было бы изобразить удивление

исказать:

—Я вижу, что тема первого нижегородского ТЭФИ вас не интересует. Что ж, увидимся на другой прессконференции, если она состоится.

Отказ от ответа на вопрос порой бывает лучшим ответом, и отказ этот может быть двух типов: человек либо не говорит ничего, либо произносит что-то вроде «Я не буду отвечать на этот вопрос». И это две совершенно разные тактики.

Тотальный отказ

Февраль 2022 года. Олимпиада в Пекине. Фигурное катание. Еще несколько дней назад 15-летней Камиле Валиевой аплодировал стоя весь мир. Ее называли гением пластики и ангелом, спустившимся с небес. Благодаря ей российские фигуристы выиграли командный турнир.

Но не получили медали: началось допинговое расследование против Валиевой.

Буквально за час девочка из мирового кумира превратилась в мирового изгоя.

Настало время индивидуальных соревнований. Камила откатала короткую программу.

К ней бросились журналисты.

Фигурист должен сказать им хоть что-то — это негласный закон ТВ-трансляций.

Но Камила молча прошла через микст-зону, закрыв лицо капюшоном.

Она отказалась отвечать, и в ее ситуации это был единственно верный выбор. Справилась бы девочка с эмоциями, если бы вступила в диалог с журналистами? Вряд ли. Она, конечно, спортсменка, но не железная.

По большому счету ее капюшон и стал ее ответом. «Вы отвернулись от меня», — говорил он.

Понятно, что Камила не планировала уходить в СМИзатворницы. Если бы Олимпиада сложилась иначе, она отвечала бы на вопросы, пусть и острые. Но есть и люди, которые выбрали формат «ноу комментс» единственно верным для себя на долгие годы.

Например, Роман Абрамович десятилетиями не отвечает на вопросы журналистов. Даже если они звучат совершенно не обидно (а порой и комплиментарно), он воспринимает их как фоновый шум. Изредка, раз в несколько лет, дает интервью, но никто не знает, долго ли идет процесс согласования СМИ, интервьюера, вопросов и ответов…

Но главным «кошмаром папарацци» считают самого богатого человека мира (по данным 2017 года) — основателя бренда Zara Амансио Ортегу. Он не дал ни одного интервью. Не отвечает на вопросы журналистов, не фотографируется… Иногда в СМИ шутят: «А он вообще существует?»

Есть легенда, что однажды Ортега нарушил обет молчания и сказал одному журналисту: «Я хочу, чтобы на улице меня узнавали только друзья и коллеги». Но документальных подтверждений тому, что миллионер и в самом деле это сказал, нет.

Поэтому журналисты реконструируют его биографию по рассказам знакомых (и те тоже немногословны).

Помогла ли эта тактика Амансио Ортеге? Судя по тому, как процветает его корпорация Inditex, — нет. В любом случае он действовал так, как ему удобно. Вряд ли он пошел бы в затворники, если бы получал удовольствие от публичности.

Скорее, он просто интроверт, которого тяготит слава. Поэтому он сделал лучшее, что мог, — не стал ломать свою личность в угоду стереотипам, остался тем, кем был.

Подведем итог: тактика «ноу комментс» хорошо работает либо когда она органична для вас, либо когда вы на пике эмоциональной нестабильности и понимаете это.

Но само по себе молчание — сильное оружие. Поэтому применять его нужно либо всегда, либо только в исключительных случаях.

Устраивать себе «коммент-детокс» раз в месяц — плохая идея: представители СМИ, скорее всего, сочтут вас странным и не преминут рассказать об этом в анонимных телеграм-каналах.

Отказ с объяснением

Эту тактику мы выбираем намного чаще. Ответ в этом случае звучит, но звучит так: «Я не буду отвечать на ваш вопрос, потому что…»

Сразу оговоримся: бывает, после «потому что…» люди начинают приводить столько доводов и аргументов, что всем становится ясно: на вопрос они все-таки ответили. Причем неудачно для себя.

Но как понять, где остановить себя и какие именно аргументы приводить после пресловутого «потому что»?

Как обычно, сначала — история из жизни.

Константин, руководитель предприятия (такие заводы относят к среднему бизнесу), проводил совещание по повышению эффективности производства. Приехал в цех, который считался проблемным, поговорил с рабочими — и только тогда начал совещание. Он хорошо подготовился. Ему важно было донести до рабочих и мастеров: трудиться «как прежде» не выйдет. Надо меняться. Больно, но надо.

Меняться людям не хотелось. Вдруг с места поднялся рабочий:

— А вот вы обещали душевые нам отремонтировать. Еще в прошлом году обещали. А там до сих пор плитка на стенах — старше меня, наверное. Где в трещинах, где отколота. Ну куда это годится-то, а? Когда сделаете ремонт в душевых?

Люди в зале зашевелились: зрители любят, когда докладчика внезапно «срезают». Они чувствуют: назревает словесная битва. А это всегда интереснее, чем любой доклад.

Но Константин был опытным спикером.

Он тоже хорошо понимал, чего хочет аудитория. А кроме этого, знал главное правило спикера: отвечать нужно не тому, кто задает вопрос. Отвечать нужно аудитории.

Он взял паузу, а затем произнес:

— Понимаю. Условия труда — это важно. Но наш трудовой быт как раз и зависит от того, сколько денег мы заработаем, то есть от эффективности производства. Давайте вернемся к повестке. А вопросы по быту можете

прислать мне. Если их будет много, проведем отдельное совещание.

Проанализируем, что сделал Константин.

1.Дал понять рабочему, что его вопрос услышан и что начальник признает его значимость («Понимаю. Условия труда — это важно»).

2.Отказался отвечать на вопрос и объяснил почему («Наш быт зависит от того, сколько денег мы заработаем, то есть от эффективности производства. Давайте вернемся к повестке»).

3.Пояснил, в каком случае он сможет снова поднять эту проблему («Если вопросов по быту будет много, мы сделаем отдельное совещание»).

Обратите внимание: о том, когда будет ремонт в душевых и будет ли вообще, Константин ничего не сказал. Он не стал объяснять, почему плитку до сих пор не поменяли. Фактически он просто похлопал подчиненного по плечу и отправил работать дальше.

Это и есть одна из самых удачных схем отказа от ответа: уважение — отказ — перспектива.

Но случается, что зритель в зале настойчив. Он продолжает и продолжает задавать свой вопрос. Он перебивает вас. Он требует ответа «здесь и сейчас».

Как быть с таким противником?

Так же: отвечать не ему, а аудитории. Посмотрите в зал и скажите:

— Я понимаю: вопрос действительно важен для Ивана Ивановича. Но если мы сейчас углубимся в его обсужде-

Глава 14

Если вы не знаете ответа

«Депутата поймали на вранье», «Чиновника уличили во лжи», «Губернатор не знал законов, которые сам же и подписывал».

Просто забейте эти фразы в поисковик — и удивитесь вороху ссылок, которые прилетят в ответ. Кстати, так бывает не только в России. Попытка залакировать действительность и дать удобный для спикера ответ — такая же всемирная чиновничья болезнь, как и коррупция.

Губернатор одного из регионов в прямом эфире сказал, что во вверенной ему области одна из самых низких ставок транспортного налога. Оказалось — одна из самых высоких, и угадайте, кто подписал приказ о повышении.

В другом регионе чиновника подловили на том, что он перепутал имена известных художников своей области, хотя должен был бы их знать: он представлял местное министерство культуры.

Общественного деятеля из третьего региона сбили с толку вопросом: «А почему белые медведи не едят пингвинов?» Деятель бодро и убедительно начал говорить, что пингвинов слишком неудобно есть… и доказал, что врет он чаще, чем освежает познания в биологии и географии: ни одному белому медведю не взбредет в голову путешествовать с Северного полюса на Южный только для того, чтобы пообедать.

Почему мы так часто врем

Некоторых людей постоянно «несет». Они вроде бы и не собирались никого обманывать, но, начиная говорить, всё равно преувеличивают, приукрашивают, выдают желаемое за действительное — и не могут остановиться.

Вспоминается нашумевшая история Светланы Богачевой, которую в 2022 году непрестанно обсуждали в социальных сетях.

Говоря коротко, 34-летняя Богачева была патологической лгуньей. Она выдумывала немыслимые истории о своей жизни, рассказывала их реальным знакомым, а чтобы подкрепить свою правоту, создавала десятки виртуальных личностей. Несколько мобильных телефонов и сим-карт — и вот Светлана уже переписывается со знакомой и от имени несуществующей дочки Лены, и от имени несуществующего психотерапевта Глеба Когановича, и от имени несуществующего же онколога Лизы…

Богачева раскручивала маховик вранья несколько лет. Занимала огромные суммы, тратила их на подарки тем, у кого занимала, и на прикрытие собственного вранья. Затем, когда правда вскрывалась, рвала все связи, улетала на другой конец страны и начинала все заново.

Летом о Светлане писали многие СМИ. В интервью журналистам она однажды призналась:

— Это выше меня. Я однажды держалась год, не придумывала ничего. Это оказалось очень тяжело. Нет, я никогда заранее не продумываю сюжетные ходы. Ты просто начинаешь говорить — и тебя несет как потоком.

Возможно, Богачева не вполне здорова. Что именно с ней происходит — судить врачам, но будем честными: