Системное толкование норм права. Монография

будет применяться в конкретной ситуации. Это как раз те нормы, ко торые можно назвать близкими по содержанию или по смыслу нор мами, но далеко не всегда нормы права, зафиксированные в одной статье, являются подобными друг другу. В процессе системного тол кования очень важно вовремя суметь разграничить эти нормы.

Следующая группа связей – это связи между нормами одной гла вы, одного раздела, одной части нормативного правового акта. Одна ко в таком выделении нужно быть очень осторожным, ибо нормы, за фиксированные в одной части могут находиться в разных главах. Такое выделение делается нами в целях показать, что существует объединяющий эти нормы критерий. Именно поэтому они попадают

встатьи одной главы, в статьи одного раздела и в статьи одной части

нормативного правового акта, А.Ф. Черданцев, в отношении такой классификации делает привязку к кодифицированному акту1. Поз волим себе с ним не согласиться и привести несколько примеров, уточняющих данную позицию. В настоящее время нередко не только

вкодифицированных, но и в иных нормативных правовых актах ста

тьи группируются в главы. Например, в Законе РФ от 7 февраля 1992 г. «О защите прав потребителей»2, в Федеральном законе РФ от 6 ок

тября 2003 г. «Об общих принципах организации местного само управления в Российской Федерации»3 статьи объединены в главы, а

вЗаконе РСФСР от 18 февраля 1993 г. «О милиции»4 – в разделы. Противоположными данной группе связей являются связи право

вых норм в разных разделах, главах и других частях нормативного правового акта. В данном случае, как и в предыдущем, следует учесть, что нормы могут быть зафиксированы в разных главах (раз делах), но в одной части либо, наконец, просто в разных частях или разных главах (разделах). Так, Федеральный закон РФ от 31 мая 2002 г. «О гражданстве Российской Федерации»5 разделен на главы, практически все статьи которых взаимосвязаны друг с другом. По этому системное толкование будет носить комплексный характер, хотя по другому, как правило, и не бывает. Выделение частей, разде лов, глав в нормативном правовом акте возможно лишь по признакам сходства и различия между нормами, фиксируемыми в статьях, в за висимости от взаимного дополнения одних положений другими. Именно в данной связи мы иногда говорим об институтах, подотрас лях, отраслях системы законодательства. Законодатель, разрабаты

1 См.: Черданцев А.Ф. Толкование права и договора. М., 2003. С. 166.

2См.: Торговля и общественное питание: Выпуск 9 . О защите прав потребителей. М., 2002. С. 3(35.

вая проект документа уже на подготовительной стадии, учитывает, что между нормами общее, а что особенное, и в зависимости от этого помещает нормы в статьи, статьи распределяет по главам и т.д.

Между нормами права, зафиксированными в статьях различных правовых актов, также могут иметься взаимосвязи. Эти взаимосвязи можно распределить по трем группам: 1) связи норм, зафиксирован ных в разных актах, принятых одним субъектом правотворчества; 2) связи норм, зафиксированные в разных актах, принятых разными субъектами и, наконец, 3) связи норм, содержащиеся в разных актах, принятых субъектами правотворчества совместно.

Связи между нормами, зафиксированными в разных норматив ных правовых актах, принятых одним субъектом правотворчества, нередко определяются деятельностью самого субъекта, например, если нормы содержатся в двух приказах министра внутренних дел, либо могут быть с такой деятельностью не связаны, например, если нормы содержатся в двух законах, принятых Государственной Ду мой РФ. Эти связи носят взаимообусловливающий характер. Кроме того что нормы права разных документов исходят от одного лица, важно отметить, что в процессе создания нового акта их достаточно легко отследить и учесть. Системное толкование в таком случае бу дет играть важнейшую роль. Однако в процессе правоприменения отследить эти связи бывает очень трудно, особенно если правопри менитель не связан с лицом, от которого акт исходит. Так, например, следователю, возможно, гораздо легче будет уяснить сочетающиеся положения двух приказов МВД, нежели УПК РФ и Федеральный за кон РФ «Об оперативно розыскной деятельности». Необходимо так же подчеркнуть значение конкретной ситуации, в которой будет происходить процесс системного толкования, а также специфику са мих норм.

Еще более разветвленные связи существуют между нормами двух нормативных правовых актов, принятых разными субъектами правотворчества. Две нормы, изданные разными органами и лицами, могут сопоставляться не только для установления того, какая из них относится к акту большей юридической силы. Системное толкование таких норм способствует и выявлению компетенции принявшего или издавшего их субъекта, позволяет обнаружить между ними несоот ветствие. Субъекты правотворчества в процессе создания норматив ных правовых актов с трудом иногда отслеживают особенности соче тания норм, зафиксированных в своих актах. Анализировать же акты, исходящие от иных органов, с целью выявления соответствия или несоответствия, нередко даже не пытаются. Тем не менее нормы права начинают толковаться, и только уже в процессе правоприме

72 нения устанавливается, что связи норм имеют дефектный характер

– правовые предписания не дополняют друг друга, не ограничивают,

а просто противоречат. Системное толкование в результате позволя ет выявить законотворческие ошибки, обнаружить, кем эта ошибка допущена.

В целях наиболее эффективной реализации тех или иных норма тивных правовых актов издаются совместные документы. Их особен ность заключается в том, что субъекты, от которых они исходят, каждый со своей стороны, должны отследить многообразие связей этих актов, с актами, исходящими от вышестоящих лиц со всей сис темой своих актов. Однако сами эти связи также более важны в со держательном аспекте. Так, например, Приказом Генеральной про куратуры РФ, МВД РФ, МЧС РФ, Минюста РФ, ФСБ РФ, Министерства экономического развития и торговли РФ и Федераль ной службы РФ по контролю за оборотом наркотиков от 29 декабря 2005 г. № 39/1070/1021/253/780/353/399 «О едином учете преступ лений» были признаны утратившими силу Указание МВД СССР,

Минюста СССР и Прокуратуры СССР от 12 февраля 1979 г. 20/к 7 85/248 78 – с 1 июля 2006 г., Инструкция МВД СССР и Прокуратуры

СССР от 8 декабря 1987 г. № 71/11 273 87, Приказ Генеральной про куратуры Российской Федерации и МВД России от 14 декабря 1994 г.

№66/418, Указание Генеральной прокуратуры Российской Федера ции от 5 ноября 1996 г. № 65/20 1 и МВД России от 6 ноября 1996 г.

№1/18430, Указание Генеральной прокуратуры Российской Феде рации и МВД России от 28 июня 2002 г. № 36/11, 1/3851, п. 1 и 2 при каза Генеральной прокуратуры Российской Федерации, МВД Рос

сии, Минюста России, Госнаркоконтроля России, ГТК России от 29 октября 2003 г. № 47/827/277/185/12011. Между этими докумен тами существует безусловная связь – один из них отменяет полно стью или в отдельной части другие.

Совместными актами являются также документы международно го характера. Международный договор является результатом согла шения сторон, то есть односторонними акты международного уровня быть не могут. И.И. Лукашук особо подчеркивает, что стороны пред ставляют важнейший элемент договорного правоотношения. С измене

нием состава сторон могут меняться реальное содержание и значение договора2. Сторонами или участниками международных договоров могут быть государства или международные организации. Каждое государство имеет равное суверенное право на участие в договорах. Заключая международные соглашения, государства должны учиты вать, что их положения могут стать частью правовой системы соот ветствующего государства. Следовательно, еще до заключения дого

1 См.: Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. 73 2006. № 5.

2 См.: Лукашук И.И. Стороны в международных договорах. М., 1966. С. 5.

вора необходимо изучить, как его положения повлияют на изменение национального законодательства. То есть интерпретация положений проекта международного договора может предшествовать его при нятию.

Структурными частями системы права, о чем мы уже говорили ранее, являются норма права, субинститут, институт, подотрасль и отрасль права. Норма права – минимальная ячейка системы права и все остальные структурные части образованы именно из юридиче ских норм. Наличие субинститута, института, подотрасли и отрас ли права обусловлено регулированием сходных общественных от ношений. Когда правоприменитель уясняет в процессе системного толкования смысл нормы в ее взаимосвязях, он в большей степени основывается на связях норм по месту, занимаемому в системе зако нодательства, нежели по месту в системе права. Это вызвано тем, что институты, подотрасли и отрасли объединяют сходные нормы, но в меньшей степени способствуют быстрому нахождению нормы. Когда мы работаем с нормой, например, зафиксированной в ст. 78 Феде рального закона РФ «Об общих принципах организации местного са моуправления в Российской Федерации», где указано, что решения, принятые путем прямого волеизъявления граждан, решения и дей ствия (бездействие) органов местного самоуправления, и должност ных лиц местного самоуправления, могут быть обжалованы в суд или арбитражный суд в установленном законом порядке1, мы сразу же имеем подсказку о том, что смысл нормы будет уяснен, если проана лизировать положения другого закона. Таких норм огромное количе ство. Зная же, что эта норма относится к комплексному институту юридической ответственности, вряд ли нам удастся определить, как искать нужную норму, сопоставимую с данной. Кроме того, основы вать вывод о взаимосвязях правильно на положениях о том, куда не обходимо обжаловать действия (бездействие) или решения, если мы попробуем найти нормы в АПК РФ, УПК РФ или в ГПК РФ, то до стигнем цели. Принадлежность норм права к правовому институту или отрасли мало что даст.

Уяснение смысла нормы по принадлежности к правовым инсти тутам, подотраслям, отраслям имеет гораздо большее значение в процессе правотворчества. Лица, готовящие нормативный правовой акт, учитывают его место в ряду как иных актов, так и место нормы права в тех или иных институтах, подотраслях и отраслях. Нередко случается, что накопление большого числа норм, регулирующих сходные отношения, ведет к выделению в документе нового раздела или главы. Соответственно этому появляется институт или отрасль.

74

1 См.: СЗ РФ. 2003. № 40. Ст. 3822.

Случается также, что существует определенность в том, в какой до кумент включать новую норму права, но возникает вопрос, в какую главу или раздел. Именно в этом случае может помочь знание осо бенностей правовых отношений, регулируемых нормами какой либо части нормативного правового акта. Соответственно этим знаниям конкретный институт дополнится еще одной нормой права.

Среди связей внутри системы права А.Ф. Черданцев отмечает связи норм: 1) одного института; 2) разных институтов, но одной от расли; 3) разных отраслей1. Однако существуют и другие общности норм, а именно субинституты и подотрасли права. Н.Д. Егоров, на пример, указывает на разделение института договорных обяза тельств на субинституты: обязательства по реализации имущества, обязательства по предоставлению имущества в пользование, обяза тельства по выполнению работ, обязательства по оказанию услуг2 и др. В свою очередь институт договорных обязательств наряду с ин ститутом внедоговорных обязательств входят в подотрасль обяза тельственного права внутри такой отрасли, как гражданское право. Таким образом, необходимо признать существование связей как между субинститутами, так и между подотраслями. Связи субинсти тутов можно выделять с привязкой к одному или нескольким инсти тутам права, а связи подотраслей по принадлежности к отрасли – од ной или нескольким. Заметим, существование связей между нормами двух субинститутов менее прочно, нежели между нормами более крупных общностей. Иногда масса субинститутов не имеет взаи мосвязей друг с другом. Это обусловлено тем, что каждый из них ре гулирует свою, непохожую группу отношений. Попробуем привести пример взаимосвязи субинститутов.

В рамках института договорных обязательств взаимосвязаны между собой нормы таких субинститутов, как: обязательства по вы полнению работ и обязательства по оказанию услуг. Более того, их взаимосвязь установлена нормой права и не проявляется, например, в терминологии. Так, в ст. 783 ГК РФ «Правовое регулирование дого вора возмездного оказания услуг» указано, что общие положения о подряде (ст. 702–729) и положения о бытовом подряде (ст. 730–739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит ст. 779–782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг. Таким образом, в пределах субинститута «обязательства по оказанию услуг» могут быть использованы нормы субинститута «обязательства по выполне нию работ». В процессе системного толкования интерпретатор обя

и, действительно, в некоторых случаях иерархические связи могут иметь вспомогательное значение. Однако их роль намного больше, нежели структурных связей, ибо существуют ситуации, когда речь идет не о выборе одной из норм права, а о толковании исходя из по ложений каждой нормы притом, что эти правовые предписания на ходятся на разных уровнях вертикальной структуры законодатель ства. Положения нижестоящей в иерархии нормы права часто уясняются при помощи положений вышестоящей в иерархии нормы. Но далеко не всегда положения нормы права, закрепленной в акте более высокого уровня, являются понятными, и они могут уточнять ся при помощи положений, закрепленных в актах более низкого уровня. О каких же иерархических уровнях идет речь?

На монографическом уровне теория иерархии источников права разработана одним из авторов данной работы1. Им же на основе фак торного анализа и правовых форм выражения иерархической зави симости осуществлено размещение источников международного и внутригосударственного права на различных уровнях вертикальной структуры законодательства.

В процессе анализа специфики иерархии источников российского права было обращено внимание на то, что «для решения проблемы иерархического соотношения федерального законодательства и за конодательства субъектов Российской Федерации важное значение имеет то обстоятельство, что рассматриваемые системы в силу нали чия сферы исключительного ведения Российской Федерации и сфе ры исключительного ведения субъектов Российской Федерации не могут быть выстроены в один иерархический ряд»2. На данной пози ции стоит и В.М. Сырых3. Таким образом, обоснованно говорить об иерархии нормативных правовых актов федерального уровня и ие рархии нормативных правовых актов субъектов РФ.

С учетом встраивания в систему российского законодательства норм международного права в иерархии федеральных нормативных правовых актов выделены два пласта4.

1. Иерархия законов. Все законы размещены на следующих уровнях:

– Конституция РФ. При этом существует иерархия и норм самой Конституции. Первый уровень занимают положения, содержащиеся

вглаве 1, второй уровень – положения, зафиксированные в главах 2

1 См.: Толстик В.А. Иерархия российского и международного права. М.: Юрайт(М, 2001; Толстик В.А. Иерархия источников российского права: Монография. Н. Новго( род, 2002.

–нормативные правовые акты органов исполнительной власти субъектов РФ, принятые совместно или по согласованию;

–нормативные правовые акты органов исполнительной власти субъектов РФ, принятые в рамках надведомственных полномочий;

–иные нормативные правовые акты органов исполнительной вла сти субъектов РФ;

–нормативные правовые акты органов местного самоуправления;

–локальные нормативные правовые акты.

Интерпретатор, уясняя смысл нормативного предписания, обяза тельно должен исходить из иерархического расположения источни ков российского права. Лишь в таком случае толкование, которое он даст, не будет являться внутренне противоречивым.

Однако учет иерархических и структурных связей не позволяет глубоко и полно истолковать юридическую норму. Именно поэтому наиболее важную роль приобретает исследование функциональных связей норм права, связей, в основе которых лежит не просто распо ложение нормы, а ее назначение, роль, ее определенность и содер жательный аспект.

2.3. ФУНКЦИОНАЛЬНЫЕ СВЯЗИ

ВСИСТЕМЕ СВЯЗЕЙ ЮРИДИЧЕСКИХ НОРМ

Впроцессе системного толкования интерпретатор только тогда сможет уяснить смысл правового предписания, когда разберется в связях функционального характера, существующих между нормами права. «Простой принадлежности норм к одному институту, отрасли права, – говорит А.Ф. Черданцев, – еще недостаточно для толкования. Необходимо, чтобы это были связи функциональные, вытекающие из функционального “разделения труда” между нормами права, когда взаимосвязанные нормы регламентируют различные стороны или

элементы одних и тех же общественных отношений или отношения близкие, однородные, взаимосвязанные и т.д.»1. В.М. Баранов отмеча ет, что функциональная связь нормы права отражает формы взаимо действия норм в системе права. По его мнению, не следует смешивать понятия «функция нормы права» и «функциональная связь нормы

права». Функциональная связь является результатом процесса спе циализации юридических норм2. Это весьма важное замечание.

Ряд ученых полагает, что функциональные связи – это связи сис темоприобретенные. Так, С.В. Поленина считает, что , сложившиеся в процессе функционирования, являются не системообразующими, а системоприобретенными1. Такое умозаключение, по сути, наводит исследователя на мысль о том, что функциональные связи являются второстепенными по отношению к структурным и генетическим. Позволим себе не согласиться с подобной точкой зрения. Функцио нальные связи начинают прослеживаться между нормами права за долго до процесса реализации нормативного правового акта. Уже тогда, когда правотворческий орган или отдельное лицо лишь созда ет проект нормы права или учитывается функциональная зависи мость правовых предписаний. В связи с этим считаем возможным поддержать позицию В.М. Левченко. «Ошибочно полагать, – говорит он, – что генетические связи в праве, а тем более структурные, явля ются “системообразующими”, а функциональные – “системоприоб ретенными”. Во первых, все связи системообразующие. Во вторых, функции определяют генезис и структуру в праве, а не наоборот. Ге нетические связи не существуют без функциональных, поскольку последние – это значительно более глубокое свойство права и зако нодательства, коренящееся в самих механизмах правового отраже ния действительности»2.

Многообразие функциональных связей между юридическими нормами обусловливает различные логические формы их воплоще ния. Дополнение, изменение, конкретизация, детализация – таковы формы этой связи, отмечает В.М. Левченко3. Более широкий круг этих форм приводит А.Ф. Черданцев. Ученый говорит о взаимозави симости, взаимодействии, дополнении, уточнении, корректировании, ограничении, исключении, определении4. Однако он не раскрывает соотношение этих терминов. Необходимо также отметить, что допол нение и изменение как формы выражения функциональной связи между нормативными правовыми актами следует отличать от до полнения и изменения как форм выражения функциональных свя зей между нормами. Между правовыми предписаниями существуют более многообразные взаимозависимости. Дополнение в этом случае будет пониматься и как преломление содержания нормы через иные с установлением наполнения этого содержания. Дополнение же од ной статьи может происходить через введение другой статьи в этот

1См.: Поленина С.В. Теоретические проблемы системы советского законодательства. М., 1979. С. 87.

2Левченко В.М. Субординация в структуре права России (функциональные аспекты) / Монография. Рязань, 1996. С. 34–35.

80 3 Там же. С. 33.

4 См.: Черданцев А.Ф. Толкование советского права. М., 1979. С. 66.