Проблемы понимания международного терроризма. Общетеоретический аспект. Монография

отличать терроризм от смежных общесоциальных и общеуголовных категорий и в первую очередь от понятий «террор» и «террористический акт».

Прежде всего, необходимо разграничить понятия «терроризм» и «террористический акт». Итак, терроризм — сложное общественное явление1, а террористический акт — преступное деяние, связанное с этим общественным явлением, вытекающее из него2.

Этимологически слово «террор» означает страх, ужас3. Интересно отметить, что у большинства западных авторов4 по рассматриваемой проблеме отмечается стремление как можно полнее учитывать, при разработке определения терроризма, исходное понятие «террор». Это видно в «Кратком политическом словаре»5, где террор трактуется не иначе как политика устрашения, насилия и расправы с политическими противниками вплоть до физического уничтожения.

Таким образом, терроризмом не могут расцениваться действия лица, если оно применило насилие из политических мотивов в отношении никак не политических противников (например, простых граждан).

Вместе с тем, анализ ряда работ отечественных авторов6 по определению понятия терроризма свидетельствует

1 См.: Коробеев А. И., Лобач Д. В. Терроризм, экстремизм в современной Мексике // Азиатско-Тихоокеанский регион: экономика, политика, право. 2014. № 1 (30). С. 132.

2 См.: Гаврилов Б. Я. Современная стратегия законодательного обеспечения борьбы с проявлениями терроризма и насильственного экстремизма // Российский следователь. 2006. № 1. С. 18.

3 См.: Современный словарь иностранных слов. М.: 1982. С. 605.

4 Данный вывод изложен в: Гриб Н. Н. Криминологические аспекты противодействия терроризму в современной России: Автореф. дис. ...канд. юрид. наук. СПб., 2005. С. 8.

5 См.: Краткий политический словарь. URL: http://proznanie. ru/slovnik/?sl=politic (Дата обращения: 12.03.2019).

6 См., например: Волеводз А. Г. Уголовно-правовое противодействие международному терроризму // Уголовное право. 2014. № 2. С. 128—134.

21

о том, что общим практически для всех исследователей, при разработке определения, является стремление более четко разграничить понятия «террор», «терроризм», «террористический акт». При этом среди ученых нет единого мнения по вопросу уголовно-правового определения понятия терроризма. Но об этом мы поговорим далее, а сейчас скажем о квалифицирующих признаках терроризма.

Квалифицирующими признаками террористического акта согласно ч. 2 ст. 205 УК РФ является совершение его:

—группой лиц по предварительному сговору (п. «а»);

—с применением огнестрельного оружия (п. «в»).

Для определения совершения преступления группой лиц по предварительному сговору нужно учитывать положения ст. 35 УК РФ.

Эта статья предусматривает ответственность за совершение преступления группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

В группе, соорганизовавшейся именно и только для учинения террористического акта, организатор подает саму идею такого акта, определяет его цели, время и место, обязанности соучастников и т. д.; пособник доставляет взрывчатку к месту предполагаемого террористического акта, ее же непосредственно используют исполнители (исполнитель). Следовательно, налицо будет совершение преступления группой лиц по предварительному сговору с распределением ролей.

Заранее обещанное укрывательство террориста является одним из проявлений пособничества. За заранее не обещанное укрывательство уголовная ответственность наступает, в случае если он подпадает под признаки частей 2 и 3 ст. 205 УК РФ, поскольку предусмотренные ими преступления относятся к категории особо тяжких (ст. 15 УК РФ).

Промежуток времени между состоявшимся сговором и началом террористического акта не играет роли. Главное — наличие группы, пусть и неустойчивой, но заранее сговорившейся для совершения этого преступления.

22

Есть основания полагать, что при любом изменении ролей внутри группы, она сама, тем не менее, сохраняется в качестве объединения лиц, которые заранее вступили друг с другом в предварительный сговор для совершения определенного преступления.

Группа, сорганизовавшаяся по предварительному сговору, может перераспределять функции соучастников, принимать иные решения по поводу целей, времени, места, способов и т. д. террористического акта, в ней могут появиться новые лица.

Если террористический акт уже начался, то последующее присоединение соучастников (соисполнителей) не влечет ответственности по п. «а» ч. 2 ст. 205 УК РФ, если заранее не договаривались о совместном участии в совершении террористического акта, то есть не было предварительного сговора. Но вполне возможно, что такой сговор (уговор) вступить в действие лишь на определенном этапе вполне мог состояться ранее.

Статья 205 УК РФ говорит о совершении преступления, а не о его исполнителях. Участниками совершения являются исполнители, пособники, подстрекатели, организаторы. Они могут совершить акт терроризма без предварительного сговора, но это относительно редкий случай.

Применение огнестрельного оружия при совершении террористического акта рассматривается законодателем в качестве еще одного квалифицирующего обстоятельства. Это вызывает некоторые сомнения, поскольку такое оружие не представляется более опасным по сравнению с взрывчатыми веществами, способными вызвать взрывы, пожары и другие, часто массовые по своему характеру бедствия.

Не является применением, в смысле ч. 2 ст. 205 УК РФ, демонстрация наличия оружия или намерения открыть из него стрельбу, а также выстрелы в воздух.

Рассматриваемого квалифицирующего признака не будет, если огнестрельное оружие применялось с целью избежать задержания после совершения акта терроризма. Такие действия квалифицируются самостоятельно. Тер-

23

роризм может считаться совершенным с использованием огнестрельного оружия, если оно применялось для устранения охраны объектов, запугивания граждан, принуждения должностных лиц органов власти, как средство подтверждения реальности угрозы и т. д.

Частью 2 статьи 205 УК РФ предусмотрена ответственность за совершение тех же деяний, если они совершены группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, повлекли по неосторожности смерть человека, повлекли причинение значительного имущественного ущерба либо наступление иных тяжких последствий.

За совершение данного преступления предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок от десяти до двадцати лет с ограничением свободы на срок от одного года до двух лет.

Особо квалифицирующие признаки террористического акта (на основе ч. 3 ст. 205 УК РФ) являются:

1)совершение его организованной группой;

2)наступление по неосторожности виновного смерти человека;

3)наступление по неосторожности виновного иных тяжких последствий;

4)сопряженность с посягательством на объекты использования атомной энергии либо с использованием ядерных материалов или источников радиоактивного излучения.

Статья 35 УК РФ дает определение организованной группы. По мнению авторов1, это устойчивая группа лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.

1 См.: Григорьев А. Н. Информация и информационное взаимодействие в расследовании преступлений: теоретические аспекты [Текст] / А. Н. Григорьев; ред. В. М. Мешков. Калининград: Калининградский ЮИ МВД России, 2006. 274 с. С. 21; Лунеев В. В. Терроризм и организованная преступность: национальные и транснациональные аспекты // Организованная преступность, терроризм и коррупция: Криминологический ежеквартальный альманах. 2003. № 2. С. 29.

24

По смыслу закона, организованная группа является более опасной, чем просто группа и группа лиц по предварительному сговору. Но в иерархии групп по признаку общественной опасности выше всех стоят преступные сообщества, которые согласно закону, создаются для совершения тяжких и особо тяжких преступлений, либо являются объединениями организованных групп, созданным в тех же целях (п. 4 ст. 35 УК РФ).

Совершение тяжких или особо тяжких преступлений не является отличительным признаком преступных сообществ (преступных организаций), поскольку такого рода преступления могут совершать и группы другого типа.

Главная отличительная черта преступного сообщества (преступной организации) это масштабность действий, длительность функционирования, организованность, налаженный механизм управления, конспирация, неуловимость, способность влиять на крупные социальные, политические, экономический решения, тесная связь с государственными, политическими, общественными, финансовыми организациями и их деятелями.

К сожалению, уголовный закон России не предусмотрел совершения террористического акта преступным сообществом. Правда, под таким сообществом закон понимает и объединение организованных групп в целях совершения тяжких и особо тяжких преступлений. Однако для совершения террористического акта такого объединения, скорее всего, может и не быть, во всяком случае, в отечественной практике не было.

Под тяжкими последствиями имеются в виду причинение тяжкого вреда здоровья, разрушение памятников истории, культуры или религии, религиозных сооружений, хозяйственных объектов, оставление без жилья значительного количества людей и т. д., то есть ущерб, нанесенный в результате неосторожных действий.

Частью 3 статьи 205 УК РФ предусмотрена ответственность за совершение деяний, предусмотренных частями первой или второй статьи 205 УК РФ, если они сопряжены с посягательством на объекты использования атомной

25

энергии либо с использованием ядерных материалов, радиоактивных веществ или источников радиоактивного излучения либо ядовитых, отравляющих, токсичных, опасных химических или биологических веществ или повлекли умышленное причинение смерти человеку.

За совершение данного преступления предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок от пятнадцати до двадцати лет с ограничением свободы на срок от одного года до двух лет или пожизненным лишением свободы.

При этом лицо, участвовавшее в подготовке террористического акта, освобождается от уголовной ответственности, если оно своевременным предупреждением органов власти или иным способом способствовало предотвращению осуществления террористического акта и если в действиях этого лица не содержится иного состава преступления.

В целом, опасность террористических актов неумолимо растёт. Они становятся всё более самодостаточными, поскольку идеология для многих террористов стала прикрывающим их «зонтиком», и они обладают всё большей финансовой и оперативной независимостью.

Исходя из выше сказанного следует резюмировать, что сущность терроризма раскрывается через его законодательное закрепление, а именно через определение террористического акта. Согласно Уголовному кодексу Российской Федерации (далее — УК РФ) — это совершение взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, в целях воздействия на принятие решения органами власти или международными организациями, а также угроза совершения указанных действий в тех же целях. Так же говоря о квалифицирующих признаках террористического акта, следует отметить типичные и особо квалифицирующие признаки. К типичным относятся, согласно ч. 2 ст. 205 УК РФ, является совершение его:

—группой лиц по предварительному сговору (п. «а»);

—с применением огнестрельного оружия (п. «в»).

26

При этом особыми квалифицирующими признаками террористического акта (на основе ч. 3 ст. 205 УК РФ) являются:

1)совершение его организованной группой;

2)наступление по неосторожности виновного смерти человека;

3)наступление по неосторожности виновного иных тяжких последствий;

4)сопряженность с посягательством на объекты использования атомной энергии либо с использованием ядерных материалов или источников радиоактивного излучения.

§1.2. ПОНЯТИЕ МЕЖДУНАРОДНОГО ТЕРРОРИЗМА В РАМКАХ РАЗВИТИЯ СОВРЕМЕННОГО ДИСКУРСА

Уже давно известны попытки создания единого термина терроризма. Но почему все исследователи потерпели фиаско на этом пути? Мы можем предположить, с чем связаны проблемы на международном уровне по выявлению единого определения терроризма для всех стран мира. Однако мы удивляемся, почему до сих пор не смогли вывести соответствующее определение внутри единой державы, а именно в Российской Федерации. Известны различные подходы к определению данной категории. К примеру, российские ученые В. А. Федорцев, М. В. Вершинин, говоря о терроризме, характеризуют его как метод достижения террористических целей1. Так же терроризм пробовали классифицировать как социально-политическое явление2,

1 См.: Федорцев В. А. Негосударственный терроризм как форма политической борьбы: основные признаки и тенденции исторического развития: Дис. … канд. политич. наук / РУДН. М., 2007. С. 166.

2 См.: Емельянов В. П. Терроризм как явление и как состав преступления. Харьков: Право, 1999. С. 28.

27

как практику “постоянного насилия”1. Однако, на наш взгляд, это всего лишь хождение по замкнутому кругу: с одной стороны есть явление, а с другой — оценочные суждения, в рамках которых явление разделяется на множество мельчайших частей. Следовательно, можно сказать, что все подходы к трактовке терроризма отчасти верные, но, тем не менее, полного и всеобъемлющего определения до сих пор нет2.

Развивая мысль, зададим себе риторический вопрос: «А что собственно из этого следует?» А следует вполне очевидная мысль, что у разных стран, довольно различный опыт в борьбе с терроризмом, соответственно и дискурс, который вследствие этого образуется, тоже будет довольно разителен, а это на сегодняшний день одно из самых главных препятствий не только для утверждения универсального термина терроризма, но и для утверждения термина международного терроризма. Но обо всем по порядку.

Почему так происходит? Потому что все ученые, которые занимаются данной проблематикой, упускают одну, но не малозначительную вещь. Если выразиться метафорично, то можно сказать, что данные ученые хотят создать ожерелье, однако в наличии у них есть только бусы, а связующей нити нет совершено. И вот когда, мы начинаем задумываться об этой связующей нити, тогда появляется первая необходимость определиться с такой юридической категорией, как юридический дискурс.

Для начала нам необходимо понять, что собственно представляет из себя так называемый дискурс. Понятие дискурса происходит от фр. discours, англ. discourse, от

1 См.: Петрищев В. Е. Заметки о терроризме. М.: Эдиториал УРСС, 2001. С. 11.

2 См.: Михайлов А. Е. Поиск критериев определённости понятия международного терроризма: проблемы теории и практики // Определенность и неопределенность права как парные категории: проблемы теории и практики: Материалы XII международной научно-практической конференции. В 3-х частях. М.: РГУП, 2018. Ч. I. С. 355—364.

28

лат. discursus «бегание взад-вперед; движение, круговорот; беседа, разговор». Итак, дискурс — это сложное явление промежуточного порядка между диалогом, речью, общением, с одной стороны, и фиксированным текстом с другой. Если заглянуть в энциклопедию постмодернизма, то мы можем найти следующее определение «дискурс — это вербально артикулированная форма объективации содержания сознания, регулируемая доминирующим в той или иной социокультурной традиции типом рациональности»1. Если перенести этот термин в современные политические реалии, то можно убедиться на примере, как дискурс влияет на международные отношения в целом.

Как известно в разных странных зафиксировано различное количество террористических группировок, что само по себе странно, если бы многие страны пришли к соглашению в вопросе о том, что есть международный терроризм и терроризм в целом, подобных казусных ситуации не возникало бы и в теории, но, тем не менее, мы имеем то, что имеем. По состоянию на 2016 г. в России признано 20 террористических организаций, а в США 45, и только 9 из них есть в обоих списках2. Как мы видим, рационализация и уровни понимания угрозы у двух разных стран диаметрально противоположные, следовательно, и дискурсы этих стран так же различны. Любое мышление происходит в рамках конкретного дискурса.

Вернемся к нашему риторическому вопросу: «А что из этого следует?» А следует вот что: как мы все с вами знаем, Россия очень богата горьким опытом, который был связан с актами террористической деятельности, начиная с чеченских войн в XX веке, продолжая такими актами террора в XXI веке как Норд-Ост, как трагедия в Беслане и заканчивая непосредственно событиями в Сирии. Наблюдая хронологию событий, в ходе которых Россия постоян-

1 Цит. по: Макаров М. Л. Основы теории дискурса. М.: ИТДГК «Гнозис», 2003. 280 с.

2 См.: Иванов С. Международный терроризм: причины его возникновения и меры противодействия // Зарубежное военное обозрение. 2014. № 2. С. 8—13.

29

но оттачивала способы борьбы с терроризмом, у россиян сформировался сильный и устойчивый дискурс, который включает в себя понятие самого террора, косвенное понятие международного терроризма, а так же конкретные пути решения таких острых вопросов.

И теперь для сравнения мы берем абсолютно любую страну: для примера можно даже вымышленную, такую как Атлантида. Или для примера, предположим Уругвай1. Уругвай — это страна, в которой никогда не происходило террористических актов, или происходили, но очень редко. И когда ей страна, вроде России пытается объяснить всю угрозу и опасность терроризма и предлагает объединить усилия для борьбы с этой самой угрозой, Уругвай теоретически попросту отказывается нас понимать, ибо дискурсу данной страны такой термин, как терроризм, а тем более международный терроризм попросту неведом. Вот на этих примерах мы можем убедиться в важности такой смысловой категории как дискурс.

Но если мы будем проводить параллель дальше, то мы будем уже действовать в рамках международного юридического дискурса, так как все страны должны действовать в рамках одного правового поля и не переступать нормы международного права.

Боруленков Ю. П. в своей статье «Дискурс как метод юридического познания и доказывания» сформулировал понятия юридического дискурса в целом. Под ним он понимает юридический дискурс как — регламентированная определенными историческими и социокультурными кодами (традициями) смыслообразующая и воспроизводящая деятельность, направленная на формулирование норм, правовое закрепление (легитимацию), регулирование и контроль общественных отношений через устойчивую систему правовых норм. Далее он, развивая мысль продолжает: «Процессы смыслообразования, протекающие

врамках юридического дискурса, связываются с регули-

1 Уругва́й (исп. Uruguay), принятое в русском языке официальное название — Восто́чная Респу́блика Уругва́й (в значении Республика Восточного побережья реки Уругвай).

30