Диктатор, который умер дважды невероятная история Антониу Салазара

3. И

в штаб-квартире ПИДЕ в Лиссабоне, но я ничего не ответила, даже заместителю инспектора Антониу Капеле, одному из самых матерых следователей, который начал работать в ПИДЕ в году. На следующее утро меня отвезли в Кашиаш, в камеру с восемью койками, где я все время была одна. Обратно на Руа Антониу Мария Кардозу я попала на следующий день в шесть часов утра, и мне сразу же пригрозили, что запрут меня в психбольнице, если я не расскажу о своей антифашистской деятельности. Затем они сказали, что арестовали моего мужа и что он во всем признался. Только на следующий день мне дали поесть. Меня привезли обратно в Кашиаш, допросили, раздели догола, оскорбляли, а надзирательница по имени Мадалена пинала меня ногами. Остальные громко смеялись. Допросы продолжались много дней — то в тюрьме, то в штаб-квартире ПИДЕ. С близкими я встретилась только через полтора месяца в тюремной комнате свиданий. Когда я вошла в комнату, они сначала ахнули, а потом разрыдались, увидев, в каком я состоянии. Затем меня поместили в одиночку, не позволили поговорить с адвокатом, не дали ни бумаги с ручкой, ни книги, ничего, что помогло бы мне скоротать время. И я осталась наедине со своими мыслями».

Жоаким де Роша Пинту де Андраде, ангольский священник, выпускник папского университета в Риме, философ и доктор теологии, а впоследствии один из лидеров Народного движения за освобождение Анголы, был арестован июня года. Его семью преследовал колониальный режим. За время содержания под стражей его шесть раз переводили из тюрьмы в тюрьму. Когда его отправили из Луанды в Лиссабон, то обещали освободить, но вместо этого посадили на четыре месяца в карцер

151

Д ,

тюрьмы Алжубе. Он объявил шестидневную голодовку, потребовав улучшения условий содержания заключенных.

Втечение этих четырех месяцев карцера ни один агент ПИДЕ не связался с ним, несмотря на его протесты. О нем просто забыли. Из Алжубе Пинту де Андраде перевезли на корабле в миссию на острове Принсипи, но апрелягода вернули в Лиссабон и доставили все в ту же тюрьму — без конкретной формулировки обвинения. ПИДЕ выслушало его один раз, а затем он снова был посажен в одиночную камеру, пока его не отвезли в монастырь Сан-Бенту-де-Сингеверга в Минью для принудительного проживания. месяцев он послушно молился, а июлягода его снова вывезли из монастыря и заключили в тюрьму Порту, причем и на этот раз без предъявления каких бы то ни было обвинений. Месяц спустя падре де Андраде опять вернулся в тюрьму Алжубе, в карцер размером метр на два с единственным окном на сантиметров и жесткой деревянной кроватью без простыней.

Впредварительном заключении он провел дней — всего на три дня меньше максимально допустимого срока. Священника освободили у ворот тюрьмы, но едва он успел размять ноги и сделать несколько шагов, как его снова арестовали для отправки в Кашиаш. Через семь месяцев он был освобожден и был вынужден поселиться в Понти- ди-Сор — под полицейским надзором, с цензурированием переписки и контролем телефонных звонков, запретом на поездки и визитами агента ПИДЕ каждые четыре часа.января года падре де Андраде посадили в тюрьму в пятый раз — опять в Алжубе, где он провел месяцев без единого допроса, а затем его перевели в Вилар-ду- Параизу, в семинарию да Боа Нова, под полнейший контроль полиции. Через три года падре де Андраде вышел

152

3. И

на свободу (день его освобождения совпал с днем визита папы Павла VI в Фатиму) и получил возможность перемещаться по всей стране. Воздухом свободы он дышал вплоть до октября года, когда его арестовали

вшестой раз — попросту похитили прямо на улице. Луиш Мойта был одним из участников знаменитой

мессы по случаю окончания года, состоявшейся декабрягода в лиссабонской часовне Рату: тогда католики призвали правительство к прекращению колониальной войны. Он был арестован утром ноября года четырьмя агентами ПИДЕ, без ордера на арест. Он написал рассказ о своих первых днях в форте Кашиаш. Допрос начался так: «Хочешь, чтобы с тобой обращались как с человеком или как с животным?» Предложенных вариантов было три: заговорить, умереть или сойти с ума. Сразу же после этого его избили четверо полицейских. Затем Мойту сфотографировали и снова пытали. Вечером ему предложили немного супа, а медсестра дала аспирин. На следующее утро его посетил врач, который назначил антибиотик. Утром его снова вызвали в южную часть форта для еще более жестокого допроса: шестеро полицейских пытали его железными прутьями. Он сказал, что чувствует себя плохо и больше не видит одним глазом, но его продолжали избивать, при этом оскорбляя и угрожая смертью. Поздно вечером заключенного отвели обратно в камеру, где его снова посетила медсестра. На третий день его осмотрел другой врач, а затем он был снова подвергнут допросу и пытке лишением сна. В ту же ночь его снова избили. В течение часов подряд его пытали лишением сна и только потом разрешили поспать в маленькой каморке, примыкающей к комнате пыток. Наконец его отвели в карцер на три дня и допрашивали каждые шесть

153

Д ,

часов. Только на восьмой день ему разрешили написать семье — сообщить, что он все еще жив.

Жозе Алвиш Тавариш Магру, член Коммунистической партии, провел больше лет в тюрьмах ПИДЕ

ибыл освобожден только в ночь на апреля года. Когда я встретил его в Лиссабоне, он выглядел неважно. Не до конца веря в происходящее, он насмешливо улыбался тем, кто его навещал. Он был арестован январягода на улице в Лиссабоне бригадой печально известного Жозе Гонсалвиша. Он долго сопротивлялся, постоянно говоря сотрудникам ПИДЕ одну и ту же фразу: «Не бойтесь, я не покончу с собой. Если я и умру, то из-за того, что вы меня убьете». Его пытали и жестоко избивали в штаб-квартире ПИДЕ. Затем его лишили сна на четверо суток, и только тогда он открыл рот, ответив заместителю инспектора: «Все это дерьмо, и вы — дерьмо!» Заключенного на четыре месяца заперли в камере без света размером три на четыре метра, затем перевели в Кашиаш, судили и отправили в Пенише, где января года он попытался бежать через туннель, но был схвачен. Его освободили в году после шести лет заключения: он ушел в подполье, участвовал в пятом съезде ПКП

ибыл избран в Центральный комитет. мая года его снова арестовали, били по глазам почти до слепоты

изаключили на два года в тюрьму в Кашиаше, после чего судили и приговорили к годам тюремного заключения с последующим поражением в политических правах еще на лет. Словом, это было почти непрерывное заключение. Именно он участвовал в том дерзком и невероятном побеге из Кашиаша декабря года, когда заключенные захватили бронированный «крайслер», который часто использовался Салазаром по соображениям безопасности,

154

3. И

а в то время находился в распоряжении ПИДЕ. Жозе Магру провел в подполье полгода и был арестован в Сан- Домингуш-ди-Рана мая года, а затем приговорен еще к шести годам тюремного заключения, которые ему предстояло провести в Пенише в очень тяжелых условиях, ужесточившихся из-за побега Алвару Куньяла из крепости

вгоду. Когда революционные солдаты забрали его из лазарета тюрьмы Кашиаша, он был похож на призрак. К сожалению, его сестра Мария Елена Магру скончалась

вгоду в возрасте всего лет — она не вынесла жизни

вподполье. Сам Жозе Магру умер в году, но успел вернуть себе политическую свободу и опубликовал книгу «Письма из заключения: Тюремная жизнь» (Cartas da Prisão: Vida Prisional, ) и поэтический сборник «Серая башня» (Torre Cinzenta, ).

Подпольщики

Когда человек оказывался в поле зрения ПИДЕ и затем попадал в тюрьму, начиналась работа адвокатов по освобождению обвиняемого. Переступив тюремный порог в Кашиаше или Пенише и выйдя на свободу, он понимал, что жизнь никогда уже не будет прежней. Для многих обвиняемых и бывших заключенных путь изгнания был самым легким: порой политическая полиция даже поощряла эмиграцию и согласовывала с адвокатами выдачу паспортов. А кто-то уезжал из страны тайно, чтобы не стать жертвой несправедливого политического преследования, которое легко могло длиться и три года без каких бы то ни было правовых гарантий.

Лишь немногие антифашисты выбирали более сложный путь — уйти в подполье, чтобы продолжить борьбу

155

Д ,

против салазаровского режима. Эти люди-тени стали главной проблемой власти. В такой маленькой стране, как Португалия, спрятаться было нелегко, повсюду были шпионы. ПИДЕ без тени смущения прибегала к шантажу, поскольку могла арестовать любого человека без разрешения судебных органов и использовать всю мощь государственной машины для получения информации от отдельных граждан. Например, чтобы поступить на государственную службу, пусть даже на самую ничтожную должность, или просто получить паспорт, необходимо было иметь разрешительный документ от политической полиции.

Уже в году возник первый португальский совет, возглавляемый воинственным коммунистом Жозе Грегориу, рабочим из Маринья-Гранди, родившимся в году (впоследствии он отправится в СССР, вернется на родину в году и будет арестован в -м). Он ушел в подполье — нищий, плохо одетый, полуголодный — и путешествовал по стране на велосипеде, организовывая коммунистические ячейки и распространяя газеты Avante!

иMilitante. Он продолжал сопротивление в течение долгого времени, даже несмотря на разногласия внутри ПКП. Грегориу видел смерть товарищей, таких как Милитан Бесса Рибейру, погибший в году в тюрьме Лиссабона после продолжительной голодовки и оставивший своим товарищам письмо, написанное кровью на туалетной бумаге,

иЖозе Морейра, убитый агентами ПИДЕ. В году Грегориу был отстранен от исполнения обязанностей председателя ПКП и отправился в изгнание в Чехословакию, где и умер в году.

Настоящим «неуловимым Джо» салазаровского режима был Антониу Диаш Лоренсу, также известный как Семнадцать — его любимое число. лет он провел в подполье,

156

3. И

— в тюрьме, — на посту главного редактора газеты Avante! (да и в ПКП он вступил в -летнем возрасте). Говорят, Салазар часто рассматривал его фоторобот, мечтая, видимо, чтобы этот человек поскорее попал в тюрьму. Впервые его арестовали в году, когда ему было всеголет, и он совершил самый сенсационный побег из португальской тюрьмы. Об этом побеге позже сняли фильмы «Побег» (режиссер Луиш Филипе Роша, ) и «Сегреду» (режиссер Жозе Эдгар Фелдман, ). По словам Лоренсу, это была самая простая вещь на свете — бежать из Сегреду, самого охраняемого крыла тюрьмы, предназначенного для политических заключенных. Он бросился со стены тюремной крепости Пенише в океанские волны, разбивающиеся о скалы. Несмотря на то что декабрь года был невероятно холодным, ему удалось справиться с волнами

иплыть два часа, пока его не подобрали рыбаки на берегу. Измученный и замерзший, он назвал свое настоящее имя и уговорил рыбаков ему помочь. Восстановив силы, он ушел в подполье и возглавил типографию, где печатались коммунистические листовки и газеты — еще один кошмар Салазара. Однако ПИДЕ удалось выследить его

иизловить в году, когда он рискнул навестить сына. Когда случилась Революция гвоздик, он все еще находился в тюрьме. апреля, выйдя на свободу, он увидел развевающиеся красные флаги. Ему не верилось в происходящее.

«Человек, который против»: так можно было назвать Франсишку Мартинша Родригиша, который долгое время был боевиком ПКП, а затем — теоретиком маоизма. Впервые его арестовали в году и отправили в Алжубе. Освободившись год спустя, он продолжил сотрудничать

ис Движением демократического единства, организацией противников режима, и с ПКП, официальным представи-

157

Д ,

телем которой он стал. Его снова арестовали, потом еще раз. Он бежал из тюрьмы в Пенише в январе года, после чего скрывался, взяв другое имя. Впоследствии Мартинш Родригиш поссорился с секретарем ПКП Алвару Куньялом, основал совместно с Жуаном Пулиду Валенте

иРуи д’Эспине Фронт народного действия, а вскоре после этого — Португальский марксистско-ленинский комитет. Потом он был выслан во Францию, посетил маоистский Китай и Албанию Энвера Ходжи. Вернувшись на родину, он снова попался тайной полиции и января года был доставлен в штаб-квартиру ПИДЕ, где его избивали

ипытали в течение полутора месяцев. Был даже инсценирован его расстрел. Мартинша Родригиша приговорили к годам заключения и перевели в тюрьму Кашиашамарта. Родригиш был последним заключенным, который покинул тюрьму Пенише апреля года. На замечательной фотографии, сделанной несколько лет спустя, изображены — все вместе — те ужасные «старички», которые сводили с ума Салазара и ПИДЕ. Их звали Жайме Серра, Сержиу Виларигиш, Бланки Тейшейра, Антониу Диаш Лоренсу, Алвару Куньял, Жозе Виториану, Жоаким Гомеш и Октавиу Пату.

Маргарида Тенгарринья, года рождения, присоединилась к Движению демократического единства, когда ей было лет, во время учебы в Школе изящных искусств в Лиссабоне (откуда ее исключили в году за пацифистские выступления, направленные против собрания лидеров НАТО в Лиссабоне). В году она ушла в подполье вместе со своим товарищем и партнером Жозе Диашем Коэлью, который был убит ПИДЕ в году. С по год Тенгарринья сотрудничала с Алвару Куньялом, а затем заняла пост редактора Rádio Portugal

158

3. И

Livre. Когда Маргарида и Жозе ушли в подполье, их дочери было два года: им чудом удалось ее вырастить, но они приняли решение отдать ее родственникам, когда девочке пришла пора идти в школу. Они договорились о встрече с братом Жозе, который приехал на машине с женой и детьми. Они сказали дочери, что ей придется провести каникулы с тетей, дядей и бабушкой, но малышка отчаянно просила родителей не бросать ее. Услышав отказ, она закрыла глаза руками и разрыдалась. Отца она больше никогда не видела, а с матерью встретилась только в лет,

всельской местности, на берегу реки. Для Маргариды это стало самым тяжелым переживанием в жизни.

Роды в подполье представляли собой сложную организационную проблему для аппарата Португальской коммунистической партии. Ги Лоренсу тоже пришлось оставить сына родственникам, чтобы иметь возможность участвовать в политической деятельности. Доктор Мария да Пурификасан Араужу получила задание принимать роды у подпольщиц. Чтобы замести следы, она добиралась до места на нескольких машинах такси и на машинах друзей. Ей приходилось действовать в крайне непростой обстановке, поскольку санитарные условия и оборудование оставляли желать лучшего. Но доктор Мария никогда не допускала осложнений, и малыши рождались здоровыми. «Подпольная жизнь, — говорит Карлуш Бриту, один из лидеров Коммунистической партии, родившийся

вгоду, — была единственной формой борьбы за свободу. Чтобы оставаться на свободе, нужно было скрываться, иначе за тобой по пятам шла ПИДЕ. Я провел восемь лет

взаключении, в тюрьмах Кашиаша, Алжубе, и Пенише, где меня жестоко пытали. Когда я вышел на свободу, у меня как у члена ПКП не было другого выбора, кроме как уйти

159

Д ,

в подполье. Наши дома были своего рода редакциями, где хранились пропагандистские материалы, экземпляры газеты Avante!, различные документы, листовки. У нас была пишущая машинка, которая стояла на подставке, набитой ватой, чтобы соседи не слышали шума. Я путешествовал с фальшивыми документами, у меня было несколько имен. Чтобы все это организовать, у партии был специальный центр по подделке документов».

Задачи у мужчин и у женщин были разными: первые ездили по стране, чтобы поддерживать связь с различными ячейками, вторые должны были ежедневно и еженощно охранять документы. Они всегда держали включенным газ под кастрюлей и должны были все сжечь, если заподозрят, что в квартиру или в дом идут с обыском. Женщины встречались в кафе, чтобы обменяться материалами. Та, которая приносила копии газеты, отдавала свою сумку и брала другую, в которой были продукты. У всех дома, как правило, хватало чемоданов и сумок — для возможного побега. Аида Магру, спутница жизни знаменитого Жозе Магру, рассказала о своем рискованном путешествии из Лиссабона в Порту с компрометирующими материалами. В поезде ее остановил полицейский, и она открыла деревянный ящик, в котором, к счастью, были только книги. Она сказала, что это книги мужа и что она считает требование полицейского унизительным. На этом все закончилось, и она оскорбленно захлопнула ящик, припечатав крышку каблуком для верности.

Пропаганда действовала на разных уровнях, в зависимости от ситуации. Сначала это были экземпляры газеты Avante!, которые распространялись в основном на заводах. Диаш Лоренсу рассказывал, как однажды он со своим велосипедом застрял на выходе из поезда и полицейский

160